1.
15 июня 2022 г., 19:20
Накахара снова выпил. Да, возможно, он делает это слишком часто, однако именно таким образом он старался забыть большую часть воспоминаний, связанных с его бывшим напарником. Однако, этот чёртов напарник каким-то образом постоянно узнавал состояние своего недо-приятеля, и пользовался им в своих целях. Чаще всего, он не позволял себе делать с ним что-то пошлое и развратное, но сегодня ему пришла бесподобная идея. Почему бы и не потешиться со своим другом? Это ведь отличная идея. Ещё и в свою пользу, м-м... Хотя, как сказать в свою пользу... В пользу обоих.
Осаму ещё дорабатывал, сидя у себя в кабинете и перебирая оставшиеся бумажки, которых было уже не так много. В одной руке был телефон, прислонённый к уху, из динамика которого шли протяжные, невыносимые гудки. Как вдруг, по ту сторону трубки раздалось негодующее фырканье рыжего, на что шатен ухмыльнулся.
— Скумбрия..? Какого чёрта ты мне звонишь? При этом вечером... Ладно, я молчу о том, что ты в целом мне позвонил, я... — но тут, речь голубоглазого прерывает тихий, короткий стон, явно слышимый для темноволосого. Конечно, на подобного рода звук Дазай ухмыляется, подпирает одной рукой другую, сидя на краю стола, и немного наклоняет голову в бок, спустив с губ тихий смешок.
— Нгх... И какого хера ты молчишь..? — нелепую тишину, как лезвием ножа, прорезает благой мат старшего, на который шатен тихо посмеялся, но явно слышимо для Накахары.
— Ох... Прости. Твои стоны отвлекли меня от моей первоначальной мысли. Та-ак, о чём же я хотел с тобой поговори-ить... — кареглазый задумчиво хмыкает, пока в микрофоне со стороны рыжего вновь слышится стон, уже менее сдержанный, чем ранее, отчего младший ухмыляется шире, прикрывая глаза. — Точно, вспомнил! Конечно, вспомнил не то, что нужно, но я придумал вопрос. Хотел спросить, чем ты там занимаешься? От твоих красивых стонов я и вовсе позабыл первоначальную тему нашего будущего разговора!
— Чем я занят..? Ты, блять, реально позвонил мне для того, чтобы спрашивать такую банальщину..? — голубоглазый хмурится, что-то бормочет некоторое время, а затем снова воспроизводит стон, уже немного громче, чем прежние. Как тут на его лице всплывает заинтересованная ухмылка. Парень немного опускается, дальше от изголовья кровати, на которой лежал, а затем, выдохнув, процедил уже более томно. — Чем я занимаюсь, спрашиваешь..? Дрочу. А что, так интересует..?
Осаму усмехнулся. Не ожидал он, что позвонит в такой удобный момент. Но это только играет ему на руку. Конечно, сначала парень поперхнулся слюной от столь резкого и смелого заявления, что ему пришлось аж тянуться за бутылкой воды, которая стояла неподалёку, а только потом осмыслить сказанное рыжим и перевернуть всё в свою сторону. Однако, хотел было Осаму заговорить, как Чуя опередил его.
— И чё молчишь, скумбрия? Язык проглотил? Ну же, раз уж позвонил, то поговори со мной, пока я так бесстыдно надрачиваю себе... Хах... Я хочу слышать твой голос... — после сказанного Накахара стонет чуть громче, но всё ещё недостаточно слышно, как хотелось бы, и хоть все звуки были произвольными, то иногда голубоглазый действительно делал это не специально. А Осаму же самоудовлетворялся в душе всем этим чертовски красивым стонам.
— Воу, птенчик, полегче. Мой голос тебя абсолютно ничем не утешит, только, если, надоест через десять минут. К слову, Чуечка, сколько ты уже самоудовлетворяешь себя? Боюсь, что ты уже минут десять просто потираешь свой член и всё никак не можешь кончить.)
Однако сам низкорослый не слушал. Точнее, слушал, но только сам голос Осаму. Чуя понял, что он очень его возбуждает. Такой местами хриплый, томный, приятный для ушей... Накахара готов дрочить на него хоть вечность. От этих же мыслей рука немного ускоряет движение, а сам рыжий внезапно опомнился и приостановил процесс, стараясь сконцентрироваться на том, что его спросили ранее, ведь его уже несколько раз окликнули по ту сторону. Шатен вообще что-то спросил..? — Неужели это так важно для тебя сейчас, Дазай..? Просто поговори со мной, и тогда я буду доволен.
— Ох, пташка, у меня как раз есть время, специально для тебя. Я могу тебе кое-что предложить, и если ты согласишься, я помогу тебе кончить куда более феерично и с более приятными ощущениями. Сойдёт такой расклад?
— И каким к чёрту образом ты сделаешь это, обмудок? — прошипел обладатель голубых очей, понимая, что он действительно не может кончить уже продолжительное время. И это чертовски долгая пытка, по крайней мере для опьянённого разума мафиози, ведь он хотел расправиться с собой за куда более короткий промежуток времени, нежели то, что на самом деле получилось.
А Дазай в это время готовился к занимательному разговору. Поднявшись со стола он подошёл к двери своего кабинета, запирая её, а затем подошёл к своему столу, проведя по нему пальцем, в тот же момент обходя его и садясь за кресло, тут же расслабляясь. В это же время Чуя, слыша абсолютно всё, от того, как парень закрыл дверь и до того, как он сел в кресло, по свойственному усталому вздоху, сам поставил звонок на громкую, укладывая телефон на грудь и уже свободной рукой поправляя волосы. А тонкие пальчики второй руки, соединённые в своеобразное кольцо, воспроизводили незамысловатые и не особо спешные движения вверх и вниз, постоянно ускоряясь, когда в динамике слышался голос младшего.
— Накахара Чуя... — голос сменился более соблазняющий и горячим, ведь перед этим был уставшим и довольно замотанным. Чуя, слыша такую резко сменившуюся интонацию, кратко выдыхает. Вау, его окликнули именно таким способом. — Твоё имя всегда звучало сексуально... Но, думаю, твоё тело, в особенности обнажённое, выглядело бы ещё более сексуально и маняще...
Чуя опешил от таких заявлений в свою сторону, что-то проворчал. — Ты чё несёшь, ублюдок..? — но на ранее сказанные детективом слова, рыжий проворонил с губ приятный выдох, и немного приподняв подбородок, как по привычке продолжил воспроизводить движения рукой быстрее именно под голос некогда напарника.
— Мои руки медленно тянутся к твоей рубашке, осторожно расстёгивая каждую пуговицу. Неспешно, будто специально... — шатен проронил тихий смешок, закрывая глаза и представляя перед собой эту картину. Но веснушчатый, вместо того, чтобы бороться со злом, наоборот, примыкает к нему. Не особо охотно, однако, его пьяный мозг не давал убрать руку. Он не представляет, он делает. Его рука также протянулась до пуговиц, неспешно оголяя рельефный торс. Так, для остроты сия получаемых ощущений.
— Ты чё, не в себе, идиот..?
— Какой же ты гру-убый... Хах... Мои губы аккуратно припадают к твоей шее, раз за разом оставляя очередной мокрый поцелуй, чередуя с мелкими укусами... Пока руки расправляются с ремнём на твоих брюках... Тугой, знаешь ли.
— Точно не в себе... — томный голос шатена расслаблял и возбуждал одновременно, причём второе делал более удачно. С приоткрытых губ сыпались тихие стоны, почти не слышимые для самого Дазая, когда Накахара представлял каждый поцелуй, который так или иначе остался бы на его шее. Он представлял каждый укус, приходящийся на неё, отчего становилось только горячее внутри.
Дазай же на такое просто усмехнулся. А Чуя что-то недовольно пыхтел, однако продолжал представлять данную картину перед собой. Вторая рука изредка прикасалась к шее, будто бы приветствуя оставленные поцелуи и укусы. — Расправившись с брюками, предварительно рассегнув ширинку, и также с бельём, я опускаюсь на твою грудь, взяв один из сосков в рот и посасывая, положил руки тебе на бёдра, резко сжав, в этот же момент немного прикусив сосок...
— Су-ука... — явно возмущаясь, рука снова ускоряет движение. Пока воображение рисует явную картинку происходящего. Дазай же тихо смеётся, что Чуя явно услышал. — Херли ты смеёшься, чёртова скумбрия..?!
— Просто ты весёлый, — здесь бинтованный усмехнулся, а Накахара лишь напрягся. — Твой член... Ох, бедный. Он так активно требует к себе внимания, что его становился жаль...
Голубые глаза, когда веки поднялись, кинули свой взгляд на собственный член. Да, он давно истекает предэякулятом, можно сказать, что его пыл скоро потухнет.
— Я облегаю твой член рукой, и несколько раз вожу ею от головки по самый лобок... — и рука голубоглазого сделала тоже самое, что сказал Дазай. И немного внезапно, но со стороны шатена послышался тихий стон. — Пока губы присасываются к другому соску, посасывая и чуть прикусив, оттягивая... — рыжий же уже весь извёлся. Его член чуть ли не оживился после сказанного и сделанного, движение ускорилось, и у Осаму было то же самое.
— Кончи для меня, Накахара.
— Бля-я-ять... — однако, после слов темноволосого, обе руки обоих парней, как и у Дазая, так и у Накахары, ускорились почти до максимума, и от обоих ребят звучали тяжкие вздохи. И, запрокинув голову, рыжеволосый кончил, пока небольшие струйки спермы попадали то на руки, то на живот парня.
— Спасибо за вечер, слизняк. Сладких снов.~ — как тут же шатен бросает трубку, не дождавшись ответа старшего, пока последний безжалостно матерится и со всей оставшейся силы кидает телефон на тумбу чуть ли не в другом конце комнаты, отчего тот разлетается на несколько деталей. Дазай же сразу убирает телефон и берётся за салфетки, с ухмылкой потирая боковушку стола и вытирая пол от спермы, спокойно выдыхая. Да, он тоже передёрнул. И что, что на работе? Разве это что-то меняет? Стоны Чуи слишком красивы, чтобы ничего с ними не сделать.
***
Следующий пьяный сеанс у Накахары случился через неделю. Однако, в этот раз, звонил уже мафиози Дазаю. Чисто из любопытства. Хотя, возможно, это любопытство было подпитано тем, что Накахара глубоко в задворках разума снова хотел передёрнуть на столь прекрасный голос бывшего напарника. Ну, кто его знает. — Ну здравствуй, скумбрия. — Ох, привет, пташка, — Осаму тут же облизывает пересохшие губы, сидя на краю кровати, ведь в этот раз Накахара удосужился позвонить вовремя. И сам же Чуя сидит в таком же положении, только уже посередине кровати. — Как, насчёт, поговорить по душам? — Ску-учно, — возмущаясь тянет шатен, на что веснушчатый хмурится и фыркает, недовольно прошипев. — Давай, вместо того, чтобы просто говорить, устроим ещё один приятный вечер? — Какой ещё к чёрту приятный вечер..? Осаму, ты о чём, чёрт возьми..? От столько неожиданных вопросов темноволосый вскидывает брови, одновременно с тем понимая, что Чуя либо забыл о прошлом случае почти в конце прошлой недели, либо же прикидывается. Но, решив не мучать себя догадками, Осаму решил подсказать Накахаре о прошлом. — Как ты феерично кончил под мой приятный голос. Не уж-то забыл, мини-мафия? Ну так ведь нельзя. Голубоглазый хмыкает, поднимает глаза в потолок, по-началу вспоминая сказанное кареглазым, а затем что-то вскрикивает, явно недовольно вскрикивает. — Эй, чёртов Дазай! Какого хера ты делал тогда?! — Но ведь тебе понравилось, птенчик. — Я не птенчик, урод... — Так вот... — Дазай поднимается ближе к изголовью кровати, неспешно пристраивается удобнее и томно выдыхая перед тем, как сделать свой голос более соблазняющим и манящим. — В этот раз, нам нужно что-то более интересное, не так ли, м? — О чём ты, идиот..? — Сейчас поймёшь. Стягивай шорты, — на этом моменте Чуя ушёл в аут. От наглости Дазая, и от того, что он узнал, что сейчас надето на парне. Стал громко возмущаться, однако Осаму прервал его. — Хорошо, работаем по первоначальной схеме. Мои руки залезают к тебе под одежду. Оглаживают твой подтянутый живот благодаря тренировкам, поднимаются к груди и в обе руки несильно сжимают твои соски... — Прекрати этот цирк, Осаму! — Нет, — в наглую отвечает шатен, на что рыжий хмурится, однако его свободная рука действительно стала неспешно стягивать с самого себя шорты, но, пока что, оставляя нижнее бельё на теле. — Умница, Накахара. Ох, ты уже мокрый... Твои боксёры в месте члена уже имеют пятнышко... Накахара хмурится, опускает взгляд на бельё и... Уходит в аут вдвойне, из-за того, что Осаму снова попал прямиком в цель. Хотя, если бы не пьяный мозг парня, то он бы понял, что природная смазка стала вытекать из члена, а сам он под напором всех этих своеобразных игр поневоле вставал, одаряя его владельца нехилым стояком, от чего пришлось снять и боксёры, скорее для того, чтобы не чувствовать эту «тесноту». — Раздвинь ножки немного дальше друг от друга для меня, — эта просьба прозвучала от младшего довольно резко и неожиданно, но с такой же терпкостью в голосе на пару с соблазнением, но Накахара лишь возмутился данным словам. — Пошёл на хуй! — вырвалось от Чуи, однако его ноги рефлекторно раздвинулись шире, отчего он удручённо выдохнул. А Дазай по ту сторону трубки победно издал тихий смешок, после выдыхая. — Какого хера ты там делаешь вообще..? — Соблазняю тебя. Во второй раз, — почти прошептал Осаму, на что мафиози довольно прикрыл глаза, немного запрокидывая голову. — Так вот... Мои руки плавно скользят по твоим ножкам. Они довольно тонкие, но при этом упругие... Заходят на район под коленями, оглаживают сами колени и заходят на уровень внутренних сторон бёдер... — Это так не работает, Дазай... — но при этом, Накахара буквально ощущал, как рука Дазая плавно поглаживала его ноги и внутренние стороны бёдер. Член уже давно был в стоячем состоянии, причём у обоих, но только детектив начал неспешно дрочить, изредка томно выдыхая. А мафиози от каждого такого вздоха только таял изнутри, отчего рука сама потянулась к члену, снова создавая кольцо из пальчиков и водя им уже привычными движениями. — Ох, Чуя... Как некультурно надрачивать себе при том, что я рассчитываю на абсолютно другой способ самоудовлетворения... Плохой мальчик, — Чуя тут же останавливается, смотрит в окно, которое, вроде, зашторено, а затем по углам комнаты. Откуда этот хер знает всё про напарника? — Ну не волнуйся ты так, я тревожу тебя только тогда, когда захочу этого сам. — Пошёл к чёрту... — Я бы-то пошёл, но чёрт сейчас передёргивает на мой голос, — Осаму ухмыляется, пока Накахара вновь начинает плавное, уже более медленно движение рукой, проронив тихий стон. — Мы отвлеклись, сладкий. У тебя есть смазка? — Есть... — Достань её. Помнится, в последний раз ты покупал смазку с клубничным ароматом. Неплохой выбор. — Иди на хуй... — но на самом же деле голубоглазый действительно потянулся к шкафчику у кровати, доставая смазку с клубничным ароматом. Всё как и сказал Дазай. — И зачем она мне..? — Поставь на громкую. Так будет куда проще, — по приказу детектива, рыжий ставит на громкую и кладёт телефон на грудь, как и в прошлый раз, и открывает смазку с довольно звонким щелчком, на что сам цокает. — Ох, значится, ты и без моих подсказок справиться можешь? Вау, я даже не думал, что ты такой самостоятельный, Чу-Чу! — Закрой рот, обмудок... — Хорошо. Мы снова отвлеклись... Выдави лубрикант на три пальца и хорошенько размажь, а затем проинформируй, когда закончишь, — Чуя поддаётся сомнительной идее достаточно туго, но таки выдавливает смазку на пальцы, хорошенько размазывая и закрывая баночку. Это послужило знаком для Осаму, а потому тот продолжил. — Подставь средний пальчик к своему проходу. — Что..? Ты конченный?! — Уверен, тебе понравится, Чиби. Для удобства можешь встать раком на кровати, так пальчики буду толкаться глубже, — шатен тихо смеётся, продолжая дрочить, изредка останавливаясь, а мафиози принимает нужную позу, кладя телефон рядом с собой. Голова была прижата одним виском к кровати, а задница была выпучена чуть ли не к потолку, а потому было не особо удобно, но Чуя терпел. — Бесстыдный мальчик... Как тебе не стыдно, Накахара Чуя?! Стоять в такой позе и совращать всяких детективов?! — ему-то ещё как стыдно, но он ведь не скажет этого сейчас. — Закрой еблет... Я вообще просто лежу и слушаю... Твой херов бред! — но Дазай шумно смеётся, пока Чуя, по словам шатена, подставляет палец к своему же анусу. Как стыдно, чёрт возьми... — Толкайся пальцем вовнутрь. Уверен, ты получить фееричные ощущения, — и пока детектив тихо смеётся, настроенный серьёзно Чуя действительно толкается пальцем внутрь себя, на что шумно выдыхает. Непривычно, первое время неприятно и в какой-то степени даже больно, но со временем привыкается. — А теперь представь, что это я. Голубоглазый опешил. Тут же замер полностью, широко раскрыв глаза, а затем представил... Представил, как Дазай нагло пихает в него палец, а через некоторое время начинает им двигать... И рыжий делает то же самое, под напором таких приятных фантазий. Тут же начинает тихо стонать, но Осаму слышит всё до единого. И ускоряет движение рукой под приятные стоны Накахары. — Да, вот так... А теперь, я вставляю второй палец... — Чт... Осаму, ты точно конченный... — Накахара хоть и возмущается, но неспешно вставляет второй палец, протяжно простонав. Эти ощущения действительно необузданны парнем, однако он понимает, что они... Приятные... И возбуждающие... Но Чуя никогда не признает, что он возбуждается от таких разговорчиков и действий. И от томного и уставшего голоса Дазая тоже... — А теперь... Я начинаю двигать пальцами внутри тебя, снова прилипнул в твоей груди, покрывая укусами и тёмными засосами... — Хах... Если бы ты сделал это, то я явно бы тебя отпиздил... — За что же, птенчик..? — Просто потому что... Ты идиот... — двигая уже двумя пальцами, раздвигая как ножницы, да и просто прислоняя от одной стенки к другой, веснушчатый вновь негромко, но явно громче предыдущего стонет, немного сводя брови кверху. Почему это так приятно, чёрт... — Даже пальцами внутри тебя так хорошо, Чуя... А мои губы поднимаются к твоим, затянув в глубокий и мокрый поцелуй, не оставляя и шанса на малейшее отстранение... Мафиози снова стонет, протяжно, без разрешения вставляя третий палец, на который пришлось стонать уже в кровать, ибо по-другому будет слишком громко. И понимая это, Дазай подбадривает Чую стонать без преград, сам стонет слишком громко, отчего Накахару передёргивает, и это заводит его только больше. — Какой самовольный мальчик... Я не давал тебе разрешение на то, чтобы вставить третий палец. Хотя, так даже лучше, — шатен снова тихо смеётся, пока обладатель гравитации снова стонет. Несдержанно, без какого-либо стыда и совести, продолжая бесстыдно двигать пальцами внутри себя. Дазай же давно ускорил движение рукой, надрачивая словно в последний раз, под столь горячие стоны своего бывшего напарника. — Кончишь для меня, мой сладкий? — Закрой еблет... — но ускорив движение внутри себя, толкая пальцы и стараясь довести себя до пика, Накахара добивается своего. Из-за своего положения кончает себе на живот, а с живота сперма стекает на кровать, безвозвратно пачкая. Дазай кончил почти тогда же, с небольшой задержкой, заранее приготовив салфетки и вытирая им запачканные руки. И хоть старший не был готов к таким обстоятельствам, то салфетки лежали у него на тумбе заранее, когда утром он вытирал руки. По другой причине, если что. — Спасибо за очередной приятный вечер, пташка, — но Дазая прервал Накахара, что с охотой перебил младшего. — Ты должен знать... Твой голос чертовски возбуждает меня, Дазай. — Ох, благодарю, Чиби. Но мне пора. Спасибо за ещё один приятный вечер, — и тут же детектив бросает трубку, откидывая телефон на другую сторону кровати, и то же самое делает и Чуя, закрывая глаза и вытаскивая пальцы наружу из себя. Пустота тут же, как ножом пронзила тело. Оказывается, это не особо приятное ощущение... Протерев и их начисто, ещё некоторое время старший приходил в себя. Слишком уж новые и необузданные ощущение, что хотелось понять, но для этого стоило сделать это второй раз... Ха, точно не сегодня.***
Очередной сложный день. Чуя уже был не менее пьяным, невменяемым, однако снова мог не вспомнить о том, что происходило с ним во время алкогольного опьянения. Сегодня выходной, и удивительно, что Накахара не пьян в стельку. И снова он был заинтересован в том, чтобы позвонить Дазаю. Можно отметить, что в этот раз старший помнил то, чем занимались парни в последний звонок, и хотел даже повторить, но не будет же он звонить детективу именно с этой просьбой. Потому позвонил первоначально просто пообщаться. —...Ты что, совсем с дубу рухнул? Я, вообще-то, не настолько испорченный, чтобы звонить тебе для того, чтобы самоудовлетвориться. Я хочу услужливо спросить, как прошёл твой день, — конечно, Накахара дал разгон на причину своего звонка. Но по-другому не мог, ведь всё равно понимал, что шатен спросит её. Почему бы и не приврать слегка? — Хах, знаю я твою услужливость. Хах, знаешь... А может, Я предоставлю тебе услугу, а не наоборот? — И какую же? Опять начнёшь соблазнять меня, заставлять делать грязные вещи, а потом со спокойной душой скинешь трубку? — от таких новостей Осаму немного опешил. Он не думал, что Чуя помнит хотя бы один сеанс их "игр", но это только подбодрило былой интерес. — Не уж-то пташка помнит, что он бесстыдно дрочил на мой голос и кончал только лишь от своих не сбывшихся фантазий? — Хочешь, чтоб они сбылись? — вопрос был неожиданным, отчего детектив опешил ещё больше, но хмыкнув, положительно промычал. — Тогда, ты знаешь мой адрес. — Ох, не уж-то Чуя-Чи, готов дать своему бывшему напарнику? — Да. Осаму и вовсе впал в некий шок. Но противиться не стал, сбросил трубку и стал неспешно собираться к парню. Он, конечно, не знал, что его конкретно ждёт в квартире мафиози, и ехал он туда с абсолютно разными мыслями, считая слова самого Чуи, но опустил их, когда уже садился в такси. Дом Накахары недалеко от его. А потому уже через минут двадцать шатен был у двери и звонил в звонок. И Чуя поприветствовал его пошатываясь, в рабочей одежде. Видно, его всё-таки заставили сегодня сходить на работу. Или же, он вспомнил слова Дазая о том, что ему нравится его рабочая одежда. Пропустив темноволосого в квартиру, только вот, буквально лишь на порог, Накахара недовольно хмурится, наблюдая, как на лице младшего не проскальзывает абсолютно ни одной эмоции. И именно это и смущало Чую. А потому, решившись на первый шаг, рыжий подходит к Осаму впритык и, встав на носочки, наклонился к его уху. — Зачем я тебя позвал к себе? — Воплотить свои фантазии, вроде бы. — Хах... Хоть о чём-то ты догадался с первого раза... Тогда, дай мне исполнить мою первую фантазию. Дай мне тебя засосать, чёрт возьми! Как тут, Накахара немного отстраняется и тут же прислоняется к губам Осаму, по-началу не углубляя поцелуй, только лишь сминая его губы, а затем раскрывая их своим языком, делая поцелуй глубоким и столь желанным. Дазай же на такую неожиданность тут же обнимает мафиози за талию, резко прижимая к себе, переместив руки на его бёдра и сильно сжав, отчего хриплый стон отдался в желанные губы шатена. Руки же самого старшего спешно скрестились за головой некогда напарника, крепко обнимая за шею, ибо из-за дрожи в ногах, потому что Накахара всё ещё стоял на носках, тот не мог по-другому. Но детектив, подметив всю ситуацию, заставил бывшего напарника опуститься на ноги, а сам наклонился к нему, продолжая мокро целовать, наблюдая за рыжеволосым с приоткрытыми глазами. Последний же опустил одну руку к паху младшего и, нащупав член, нехило сжал его, но чтобы не причинить боли, на что шатен немного отстранился и проронил тихий, еле слышимый стон, немного опуская голову. И этот же стон очень даже порадовал старшего. Он залез рукой в брюки кареглазого, снова нащупав член и игриво надавив большим пальцем на головку, из которой уже стекал предэякулят. И, начиная массировать её тем же большим пальчиком, водя по головке круговыми движениями, заставляя возбудиться не только самого Дазая, Чуя, ухмыляясь, всё это время смотрел в глаза своего бывшего напарника с лисьим прищуром и гадкой ухмылкой, пока сам же бинтованный тихо, сдержанно постанывал, приковывая всё внимание к себе. И тут же отдёрнул руку старшего из собственных брюк, отчего последний немного удивился, но противоречить не стал, и шатен, воспользовавшись сия растерянным положением, подхватил юношу под бёдра, снова затягивая в поцелуй, такой же мокрый и возбуждающий, что и раньше. Спешно тащит его в спальню, в первый раз, конечно, ошибся комнатой, так как особо не знал её расстановку, но на второй раз ухмыльнулся сквозь поцелуй, наконец входя в помещение. И вот, шатен кидает Накахару на кровать... Уже небрежно, не заботясь о том, комфортно ли парню сейчас. Спешно стягивает с него одежду, по-началу брюки и, обнажив ягодицы, одной рукой приподнимает парня за поясницу, заставляя немного приподняться и отстраниться от пространства кровати, и второй рукой шлёпает некогда напарника по одной из ягодиц, с силой и размахом, что рыжий даже вскрикивает, но не возражает. Губы младшего прислоняются к шее голубоглазки, покрывая мокрыми поцелуями, а зубы изредка прикусывали тонкую кожу, оттягивая и оставляя несколько тёмные следы. Тело Чуи извивалось под Дазаем, желая явного внимания к себе, однако, руки Осаму даже не прикасались к телу Накахары, хотя рыжему так и не хватало его прикосновений. Губы же шатена спускались всё ниже, и в какой-то момент и вовсе отстранившись, темноволосый приподнимается на уровень постороннего лица, хитро ухмыляясь. Одна из рук также потянулась вверх, к губам рыжика, двумя пальцами размыкая их и проникая вовнутрь, заставляя проходиться по каждому пальчику чуть подрагивающим языком, оставляя обильное количество слюны. После, как бинтованный убрал руку, Чуя немного закашлялся, так как в последний момент пальцы парня толкнулись немного глубже, чуть ли не в глотку. Но обтерев пальцы об простынь, Дазай тянется к смазке, которую Накахара даже не удосужился убрать в прошлый раз. Смазывает три пальца и снова ухмыляется, смотря на рыжего вопросительным взглядом, на который он уверенно кивает. Опустив руку, один из пальцев неспешно смазывает задний проход Накахары, заставляя того тихо взвыть и прикрыть глаза, после глубоко вздыхая, прерывая этот вздох из-за того, что тот же палец Осаму толкнулся вовнутрь где-то наполовину, ожидающе не двигаясь. И через некоторое время, палец начинает двигаться внутри, доставляя очередные головокружительные ощущения для рыжеволосого, отчего ему пришлось проронить томный вздох, приоткрывая рот. Вторая же рука была временно свободна, однако подняв её к груди Накахары, та стала играться с его соском, сжимая, оттягивая, обводя вокруг. А взгляд тем временем приковал член старшего, активно истекающий предэякулятом, также требующий к себе особого внимания. И несколько опустившись, шатена сначала лизнул головку, затем взяв её в рот, трепетно обводя языком пару раз, слизывая всю природную смазку. Солоноватая и, если подумать, не особо приятная, однако, если подумать ещё лучше и вспомнить, чья именно, то можно и привыкнуть. Пока пальцы одной руки игрались с чужими сосками по очереди, уделяя обоим внимание, вторая уже протискивала второй палец в Накахару под его протяжный стон. Дазая до дрожи возбуждают стоны его маленького развратного Чиби. Это так приятно, когда твой немощный некогда напарник, который слишком много выпил, так просто отдаётся тебе, при том факте, что с утра снова ничего не вспомнит и будет продолжать ненавидеть шатена как и всегда. Прождав какое-то время, пальцы начинают двигаться, активно и ловко, отчего Чуе пришлось несдержанно стонать. Не ожидал он, что удобство позы как-то играет на то, насколько от этого приятные ощущения. Но ощущая всё это, воспроизводя абсолютно бесстыдные стоны, рыжеволосый обеими руками сжал простынь, пока Дазай стал активно двигать головой по длине члена юноши, отсасывая как опытная шлюшка. Хотя, в этом случае на шлюшку был похож только голубоглазый, но это не играло для него особого значения. Ещё через время младший вставил третий палец, отчего по прогнутой спине Чуи прошлась приятная дрожь, а с губ сорвался очередной хриплый стон, ласкающий уши. Отстранившись от члена, напоследок лизнув головку, карие глаза поднимаются на красное личико Накахары, то ли смущённое от ситуации, то ли от того, как в комнате было жарко. И Осаму усмехнулся, поднявшись к его личику. — Пташка. Как ты смотришь на то, чтобы распластаться на моём члене прямо сейчас? — Я смотрю на это с перспективами в будущее... — Тогда нам по пути.
