Лабиринт души

      Рейстлин, вопреки обычаю, проснулся отнюдь не от изнуряющего кашля. Хотя это не сделало его пробуждение лучше. Юношу разбудила головная боль, пульсировавшая в висках и грозящая разорвать его череп на несколько кусочков. Он открыл глаза, выругавшись на яркое солнце, что уже поднялось над горизонтом и теперь ослепляюще светило сквозь грязноватое окно его коморки.       Надо бы помыть… - пронеслось в голове мага.       Он отбросил одеяло прочь, не изменяя привычке не спать долго, и сел, упершись локтями в колени. Голова упала в подставленные ладони, серебристые волосы рассыпались по плечам. Ему снилось что-то странное, пугающее и манящее одновременно, но вспомнить, что именно, он не мог.       Довольно себя жалеть! – фыркнул он, заставляя себя всё же подняться с кровати и перестать думать над сновидениями.       Дел было невпроворот, а у времени не было привычки ждать. Маг потянулся к алой мантии, аккуратно висевшей на стуле. По привычке натянув ее, он вдруг почувствовал ее такой чужой и такой… незаслуженной. Какой из него алый маг? Лунитари заступилась за него из жалости и дурацкого сострадания, когда его не захотели принять иные Боги магии. От него отказался Солинари, потому что… Да Рейстлин и сам толком не знал, почему. Может из-за брата... Не знал, почему его не принял и Нуитари, ведь в своём Испытании он сделал столько жутких вещей, лишь бы выжить и достичь своих целей.       Тьма не ограничивается одной лишь черной магией, - тенью скользнуло в голове, но Рейстлин только хмыкнул.       Желанная сила, власть… так близко и так одновременно далеко. На миг в мыслях появилась горечь, он ведь не хотел пасть во Тьму, но она с каждым днем сильнее манила его. Отбрасывая любые иллюзии, юноша понимал, рано или поздно… Рано или поздно он вручит ей свою душу. Потому что лишь там он сможет обрести то, чего так жаждет. То же шептал и голос внутри него. Резко тряхнув головой, он поспешил к столу, на котором стояла аккуратная стопка книг, недавно приобретенных им. Тонкие пальцы любовно огладили кожаный переплет верхней из них. Впереди Рейстлина ждало несколько часов чтения, пока не проснется его наставник. Но пока… Он уютно устроился в кресле и открыл книгу, с головой погружаясь в магические формулы.       - Маджере! – оглушил его крик мастера Кайертена, ударив по двери с такой силой, что той впору было развалиться на щепки. – Ты там оглох, лентяй?!       Рейстлин шумно выдохнул, поднимая глаза от книги. Солнце уже взошло достаточно высоко, должно быть наставник проснулся не более получаса назад. И уже был чем-то недоволен. Как обычно.       Да что тебе от меня нужно?! Замолчи, замолчи!       Как бы он сейчас хотел поджечь дверь или бросить в крикливого и вечно недовольного мага огненным шаром! Но он не мог.       Пока. Это пока все вы считаете, что меня можно шпынять как угодно! Но в один день шутки со мной будут дорого стоить, - убеждал себя юноша, открывая дверь и пытаясь придать своему лицу менее злое выражение.       - Ты там спишь, олух? Уже давно пора было все подмести в лавке, скоро открываться! – проскрипел старый маг.       Рейстлина, что честно приготовился спокойно ответить, почему именно он не слышал истошных криков, вдруг накрыло волной гнева.       - Я маг! Маг! Я не обязан с утра до ночи лишь убирать в твоей лавке! За ночь там не появилось пыли! Если ты можешь научить меня магии – я именно об этом и прошу, но я не нанимался к тебе уборщиком! – чародей тяжело задышал, а в следующий миг схватился за грудь, чувствуя, как подступает подлый кашель. Злость, как и прежде стоила ему слишком дорого. Он покачнулся, захлебываясь в приступе. Ну губах быстро появилась кровь. Юноша попытался схватиться за косяк двери, но лишь скользнул по нему пальцами, падая на колени.       - Лучше бы делал свое дело, а не кричал, как резанный, - фыркнул Кайертен. – Я мог бы выгнать тебя. И я это сделаю. Но прежде, ты заработаешь себе на кров. Я знаю, что ты неплох в настойках и отварах.       После этих слов маг ушел, что-то насмешливо бормоча себе под нос, а раздавленный Рейстлин так и остался сидеть на полу своей комнаты, давясь кашлем. Его тело сотрясали судороги, а нужно было спускаться вниз, чтобы заварить свой отвар. Глупо… Вот сейчас он и умрет. Так ничего и не достигнув.       - Простите, я ищу Рейстлина Маджере. У меня есть к нему дело, - внезапно раздался снизу мелодичный женский голос.       - Какое дело может быть у Праведной Дочери к этому волшебничку? – усмехнулся старый маг, и Рейстлин почти кожей почувствовал его насмешливую ухмылку.       Что ж, какое бы дело у Крисании – а ее голос чародей быстро узнал - ни было к нему, он ее встретит. Собрав всю волю в кулак, он встал, дыша как можно медленнее, пусть это и заставляло его грудь гореть от боли, и принялся неспешно спускаться вниз, крепко держась за перила.       - Приветствую, жрица, - хрипло прошептал он, умудрившись напугать своего учителя, к своему немалому удовольствию. – Не ожидал тебя увидеть, но мне любопытно – что привело тебя на этот раз?       Не все сказала о моей внешности и роде занятий? – продолжил юноша про себя. Не дожидаясь ответа, он прошел в уголочек комнаты, где налил себе горячей воды и быстро бросил в кипяток травы от кашля.       - Прошу извинить моего ученика за грубость и вонь, - тут же поспешил вставить свое слово старый маг.       - В этом нет необходимости, - холодно отрезала Крисания, а мужчина от этого холода тут же вжал голову в плечи. – Я желаю поговорить с ним наедине.       Рейстлин усмехнулся, глотая отвар. Когда наставник вышел, он повернулся к жрице.       - Уже не боишься?       - Как ты смеешь упрекать меня в страхе! Мой Бог со мной! – гордо ответила она.       - Разумеется, - кивнул чародей. – Это он привел тебя сюда?       - Нет, - она прикусила губу и сцепила пальцы в замок. Ей начинало казаться, что маг знает многим больше, чем показывает. – Твои настойки. Если они хороши так же, как и та, что ты дал мне у лавки травника… В Храме такие были бы нелишни.       - В Храме? – Что ж, Рейстлин удивился искренне. – Разве вы не полагается исключительно на свои молитвы? – Но от сарказма удивление его не избавило.       Крисания побледнела от гнева, сжав руки до таких белых костяшек.       - Не смей богохульствовать при мне, Рейстлин Маджере.       Признаться, Рейстлину нравилась та сила, с какой она отстаивала то, во что верила. И только то, как она приняла его при их прошлой встрече, заставляло его разум оставаться холодным и трезвым.       - Что за настойки тебе нужны и сколько я получу за свою работу? – напрямик спросил маг.       - Ты получишь достаточно, - фыркнула Праведная дочь, закатывая глаза. - Список я принесла. Сколько времени тебе нужно? – она протянула Рейстлину пергамент и на миг их пальцы соприкоснулись.       Ясные серые глаза жрицы уставились на мага, когда по ее коже прошелся жар от температуры его тела.       Он болен! О, Паладайн…       - Полторы недели, - маг же более не думал ни о чем, кроме как о том, что сможет жить самостоятельно и учиться столько, сколько пожелает. Зарабатывать, делая настойки, мази и прочее.       - Хорошо. Тогда до встречи через полторы недели, - жрица чопорно кивнула и вышла, стараясь не пасть в бездну жалости. Маг был серьезно болен, ей стоило это понять сразу же!       Рейстлин ничего не сказал. Когда в комнате снова показался мастер Кайертен, он коротко бросил ему:       - Я за травами, - возражения уже слушать не стал, выскочив за дверь и направившись в лес.       Его путь лежал за околицу Палантаса, туда, где совсем невдалеке виднелись почерневшие шпили Палантасской Башни Высшего Волшебства. Каждый раз, видя ее, Рейстлин замирал, чувствуя, как сильнее начинает стучать сердце от почти необъяснимого восторга.       Она могла бы быть моей. Я мог бы стать Хозяином Башни! – юноша сжал кулаки, взирая на башню. Как сладки были эти мечты. Впрочем, он тут же оборвал себя. – Лишь Властелину Прошлого и Настоящего под силу пройти сквозь Шойканову Рощу и войти в Башню целым и невредимым.       Ты мог бы быть им, Рейстлин, - сладко прошептал чей-то голос, почти неотличимый от его собственных мыслей. Та тень, которой он прикрыл огонек надежды не далее, как вчера, шевелилась внутри. – Ты бы обрел величайшую силу. Маги, как Пар-Салиан или Юстариус, боялись бы тебя и не смели бы перечить.       Рейстлин задумался. Он смог бы. Еще ни одно препятствие не остановило его на пути к цели.

***

      - Такхизис! – Бездну протрясло землетрясением до самых ее недр.       - В отличии от тебя, братец, я предпочитаю оставаться слышащей, поэтому не стоит оглушать других только из обиды, что у тебя плохой слух, - фыркнула Богиня Тьмы, забрасывая ногу на ногу и отсылая теней, что развлекали ее, прочь.       - Уговор, - по слогам прорычал Паладайн, которого уже не на шутку разозлили действия Такхизис. – Твоя забота – его сны!       - Милый, - ласково перебила его Богиня, - я никак не вмешиваюсь в его жизнь.       - Да конечно! Не вмешивается она! А я видимо не Бог в таком случае, - ярился Паладайн. – Ты смущаешь его мысли!       - Не путай грешное с праведным, Пали… Если бы я смущала его мысли, он бы скорее ко мне в Бездну пришел за смущением не только мыслей, - она совершенно невзначай отбросила полу платья, открывая ногу едва не до самого бедра. – Он боится думать смело, я лишь помогаю ему снами. А из снов уже вытекают более смелые стремления, - мягко объяснила Такхизис.       И Паладайну было нечего возразить. Она, Бездна ее дери, играла по правилам!       - Я жду твоего великолепного хода, братец, - хитро пропела Искусительница.       - Иди ты… - Паладайн начал исчезать так и не придумал ответа умнее.

***

      - Эй маг! – от мыслей Рейстлина отвлек чей-то оклик.       Обернувшись, он заметил нескольких бродяг, которых во множестве развелось за пределами Палантаса, где никому не было дела до закона. Они были едва не единственными существами, после кендеров и глуповатых овражных гномов, кто рисковал связываться с магами. У нормальных людей хватало ума этого не делать.       - Ты чего тут потерял-то, а? – один из мужчин достал нож, второй какую-то саблю, чье лезвие уже покрылось ржавчиной. У остальных в руках тоже были ножи.       - Вам лучше уйти, - спокойно проговорил чародей, не выказывая злости на то, что его прервали. – Вы не желаете сражаться со мной.       Но они желали. Маги славились богатством. И хотя этот хилый на вид юноша не выглядел так уж богато, не проверишь – не узнаешь. Четверо бросились на одного.       Рейстлин отошел на шаг назад, прокрутив в голове нужное заклинание. Он не хотел убивать их, но напугать стоило.       - Кайр тангус миопиар, - прошипел он, указав рукой на траву у ног одного из нападавших, и тот тут же вспыхнул снопом искр, заставив бродягу с воплем отскочить назад.       - Подлый колдун! – закричали остальные, пока чародей едва заметно пошатнулся. Отсутствие тренировок и нормальных занятий давало о себе знать.       Едва придя в себя, маг почувствовал жгучую боль в плече. Скосив взгляд, он заметил рукоять ножа, застрявшую в плоти.       - Попался, гаденыш? – гадко захихикали мужчины, беря юношу в кольцо.       Ты можешь быть сильнее их. Прислушайся ко мне. Иди за мной, и я дам тебе истинное могущество.       Рейстлин колебался. Пугал не голос, а сделка. Он будет в долгу. Он привык всегда отдавать их, но в этот раз не знал, какую цену заплатит за спасение. Маг отвлекся лишь на минуту. Холодная сталь второго ножа рассекла живот, обдавая юношу адской болью и могильным холодом приближающейся смерти.       Я согласен! – почти панически. Он не желал умирать.       Слова заклинания сами пришли на ум. Юный чародей никогда не знал их и не читал. Но пропел так, словно пользовался не один год. Люди вокруг вспыхнули живыми факелами, падая на землю, крича и корчась в мучениях. Маг попятился, забыв о ранах. В воздухе засмердело горелой плотью. Не оборачиваясь Рейстлин пытался отойти подальше, но сил не было. Со стоном чародей упал на землю, видя одну лишь Тьму вокруг. Он пытался зажать руками рану, но кровь все равно текла.

***

      - Братец, ты, кажется, что-то упустил, - наиграно опечаленным тоном проговорила Такхизис, заглянув в колодец, где вода отражала умирающего мага.       Паладайн зарычал, и сам уже почувствовав неладное.       - Не смей трогать его сейчас! Не вмешивайся в его жизнь!       - Он умрет, - сладко улыбнулась Богиня.       - Я успею, - прошептал Светлый Бог, все же исчезая.       - А это мы посмотрим, - тени Владычицы метнулись прочь, желая как можно быстрее достичь ослабленного Рейстлина и навек затянуть его во Тьму.