The Main Heiress/Главная Наследница

Soundtrack: Bird Set Free — Sia

In the Woods Somewhere — Hozier

September 1, 1992

Он снова задыхался во сне от слез, которые устали течь по его щекам. Ему так часто снятся прекрасные эскизы её силуэта, её рук и ласковый шёпот, который был усладой для ушей, и каждый раз он взлетал к небесам, словно серебристый дракон. А потом, вспоминая, что её никогда и не было, он так же стремительно падал вниз. Разбиваясь вдребезги, без возможности собрать себя обратно. Она была его мучительной смертью и, в то же время, личным спасателем, который заставлял двигаться дальше.

Чего бы ему этого не стоило.

Каждый раз, он поднимался с колен, вытягивая осколки из сердца, и только ради неё.

Она, словно его личный грех.

Грех, который заполонил его душу самым естественным образом ещё с самых пелёнок, пробираясь куда-то дальше кожи, сдирая её острым лезвием, тем самым обнажая все раны. Грех, который, по мере его взросления, не только не исчез, а, наоборот, разросся, проедая душу насквозь, будто самая старинная моль.

Навеки его душа была привязана к ней.

И хоть он сравнивал свои ночные мучения с муками ада, грех стал ему роднее, ближе всех дорогих ему людей.

Пóдле неё, не было никого.

Боль, от которой он каждый день погибал, стала знаком того, что он жив. Он безмолвно принимал эту боль, окунаясь в неё головой, поглощая всё, что она преподнесёт.

Была бы боль ядом, он выпил бы его, не раздумывая.

Стук в дверь заставил вернуться в реальность. — Сынок, —белокурая голова появилась в дверном проёме, заставляя парня подняться на локти, — я могу зайти? — Да, Мама, конечно. — Малфой-младший выпрыгнул из кровати, поправляя атласную чёрную пижаму, которая вытачивала заметные рельефы его тела, над которыми он трудился всё лето, не слезая из мётлы. — Бединдио — Нарцисса повела изящной рукой над громадной кроватью сына, застилая её. — Спасибо, Мама. — Выкрикнул парень из ванной комнаты — Но, в последующий раз, не смей таким заниматься. Эльфы прекрасно с этим справляются. — Процедил Малфой, включая поток воды в кране, заполоняя всю уборную этим звуком. Звуком, который впитывался в каждый камень. Он не любил, когда его мать занималась подобными вещами. Такая женщина, как Нарцисса Малфой, не должна была даже думать об этом.

Это было не для неё.

Она была выше этого.

Он и не смел надеятся, что за дверью этой комнаты кто-то остался. Он провёл под огненными струями воды целую бесконечность, а Нарцисса покорно сидела в его любимом кожаном кресле около окна, листая одну из книг Драко, которую взяла на полке рядом. — Я думал, что ты ушла. — Нет. Конечно нет. — Женщина словно подлетела к нему, будто она была ангелом, у которого есть невидимые крылья — Драко, дорогой — она погладила его блеклую щеку, которая совсем была лишена румянца, по которой всё ещё стекали капли воды из-за влажных волос — у тебя всё в порядке? Ты такой бледный. — Она заглянула в его глаза, в надежде увидеть в них хоть что-то — Мы с тобой так редко говорим. — Её грустный тон голоса огорчал Драко, а его совесть проедала в нём ещё одну дыру. — Сынок, ты даже с Блейзом практически не видишься. Что случилось? — Мама, — парень бережно убрал руку матери со своего лица и поцеловал тыльные поверхности её кистей — всё в порядке. Со мной всё в порядке. Не беспокойся об этом, береги себя. — Ты всё время проводишь в саду, тренируясь. Как твои успехи? — Её улыбка грела сильнее солнца. — Я должен быть лучше всех. — Фыркнул парень, гордо вскинув подбородок. — И будешь. Обязательно будешь. Только, милый, прошу, не изводи себя. И ты же помнишь, да? — Женщина развела руками, заключая сына в объятиях — Ты всегда, слышишь? Всегда можешь на меня рассчитывать. На мою поддержку. — Она поглаживала своего любимого сына по голове, а Драко лишь сильнее вжался в шею, вдыхая её аромат.

Такой родной…

Как же Драко хотелось расплакаться прямо на её плече. Как когда-то в детстве, когда он разбивал коленку. Но он не мог. Он не должен показывать свою слабость. Он должен быть сильным, даже в глазах матери.

Вплоть до терзающей боли, которая беспощадно выжигает кости, он будет молчать о своих чувствах.

— Ма-ма… — Горькие подступившие слёзы сдавливали шею, не давая возможности полноценно дышать. Эти слова — это всё, на что он был способен сейчас. Казалось, что прошла вечность, когда они стояли, просто безмолвно обнимая друг друга. Если бы не громкий стук в дверь, который заставил разорвать тёплые объятия, они бы продолжили безмолвно делиться между собой всем, что у них накопилось. — Сэр. — Маленькая эльфийка, на которой было серое платье, с какой-то забавной нашивкой, присела в лёгком реверансе — О-о, Госпожа, вы тоже здесь. — Она, выпучив большие глаза, поклонилась, положив руку на сердце —Тинки пришла сказать, что завтрак готов. Мне стоит пригласить Мистера Малфоя? — Эльфийка вопросительно глядела на обеих, ожидая их ответа. — Да, Тинки, буду признательна. Благодарю. — Кивнула Нарцисса дивному существу. — Конечно, мисс. — Прощебетала, откланявшись, и тихонько закрыла двери. — Мама, — парень нахмурил брови — прекрати ставить домовых эльфов вровень с собой. — Дорогой, — женщина ласково погладила его по плечу, усмехаясь — мы будем ждать тебя на завтраке. Не опаздывай. — Чмокнув в щёку сына, женщина, словно поплыла по комнате своей превосходной походкой, будто невесомый белый лебедь. Непонимание между отцом и сыном затянулось на дольше, чем все полагали. Совместное времяпровождение семьи на протяжении тех месяцев, которые Драко в поместье, стало невыносимым. Постоянное напряжение. Музыка, которую на фоне играл один из домашних эльфом, лишь угнетала. Сколько бы раз Нарцисса не пыталась завести разговор, он заканчивался скупыми предложениями и сердитым видом двух любимых мужчин, от чего сердце больно обливалось горячей кровью. — Сын. — Люциус поднял взгляд на, сидящего напротив, мальчишку, который тихо попивал свой любимый чай, окунувшись в мысли о новом учебном году — Когда закончишь, пожалуйста, поднимись в кабинет. — Смотря друг другу в глаза, от которых исходили искры — они просто прожигали там дыры — Дорогая… — когда дело касалось Нарциссы, в его глазах всегда витали огоньки и самая ласковая нежность, которая, с каждым годом, лишь укреплялась в их отношениях. — Благодарю за завтрак. — Всё в порядке? — Она незаметно, для Драко, наклонила голову в его сторону, ожидая какие-то объяснения. — Конечно, любовь моя. — Малфой-старший оставил невесомый на костяшках её длинных пальцев и привстал со своего стула — Я должен отлучиться. — Мама? — Драко удивлённо рассматривал Нарциссу, как только Люциус вышел со столовой — Что такого случилось? Это ты его заставила поговорить со мной? — Конечно же нет. Что за вздор! — Она также продолжала помешивать сахар в кружке — И кстати — подметила женщина — он твой Отец. Вам давно нужно поговорить. Сынок, —женщина схватила его за руку, согревая своим манящим теплом — сколько могут продолжаться эти обиды? — Драко, буквально, чувствовал её разочарование, он словно видел его в глазах матери. — Он сам виноват! — Выкрикнул мальчик, выдернув свои пальцы из рук матери, покидая стол — Не нужно было так грубо вести себя! — И он хочет извиниться. Драко… — Она пыталась найти связь с его пепельными глазами. — Нет, Мама, послушай! — Рявкнул парень, перебивая речь своей матери — Мне абсолютно всё равно, что он наговорил мне. Но ты! — Он размахивал руками, в злостном возмущении — Я больше не позволю, чтобы он так себя отвратительно вёл с тобой! Он не имеет на это никакого права! — Он действительно сожалеет. — Нарцисса практически безмолвно шевелила губами. Она была словно между двух драконов, которые соревнуются, чей огонь обожжет сильнее. — И поэтому он молчал всё лето?! — Прошипел парень и зашагал к дверному проёму так быстро, словно за ним была погоня, оставляя Нарциссу одну за чаепитием, которое явно не принесёт никакого наслаждения — Надеюсь, в этот раз он ничего не испортит. Он громко шагал по чёрной каменной лестнице, которая вела на второй этаж, лаская её серебристые ажурные перила. Драко громко посапывал, а ярость заполонила его лицо, выражая своё негодование. Казалось, что тёмные брови сошлись в одну длинную линию, а губы, которые всегда отличались невероятной пухлостью, сейчас совершенно были незаметны. Мысли в его голове были, будто большой клубок, который с каждым днём запутывался всё больше. Массивная угольная дверь, поверх которой точился дракон, цвета смолы, с зелёными глазами, которые беззвучно изучали парня, что теребил кулон, который напихался тёплом его тела, под белой рубашкой. Как только послышалась щелчок, перед ним открылся просторный кабинет, с высокими потолками, впрочем, как и во всём поместье. Отец вальяжно расположился в чёрном бархатном кресле, плавно изгибающиеся ножки которого оканчивались подобием звериных лап и были богато украшены резьбой в античном духе, с невероятной привлекательной отделкой дерева царги и торцов подлокотников под старинное серебро, которые выгибались в сложных изгибах и были обильно декорированы резными элементами. — Драко. — Он сладко растянул его имя, заглядывая прямо в глаза — Садись. — Люциус указывал правой рукой на кресло, стоящее напротив, стуча пальцами левой по стакану с золотистой жидкостью. Очевидно, бренди. — Я тебя внимательно слушаю. — Прошипел парень, прожигая отца взглядом. — Извини. — Выпалил Малфой-старший и тут же осушил бокал. Драко и сам бы не отказался выпить сейчас. — Я вспылил тогда и наговорил лишнего. Комната погрузилась в невыносимое молчание. Они оба сидели в шоке от происходящего, ведь Люциус никогда не извинялся перед сыном и никогда ранее не признавал свою неправоту. — Ты меня за этим позвал? — Казалось, его голос смягчился, хотя лицо оставалось таким же суровым. — И да. И нет. У меня есть к тебе просьба. — И какая же? — Вот. — Отец что-то бросил на хрупкий стеклянный стол, который разделял их кресла. — Блокнот? — С насмешкой спросил Драко, вертя в руках вещицу чёрного цвета — Ты шутишь? — Нет. — Хорошо, отец. И что же я должен с ним сделать? — Хмыкнул парень, вглядываясь в улыбку, которая расплылась на лице Люциуса, как только он услышал вопрос. — Джинни Уизли. Первокурсница. Очевидно, будущая гриффиндорка. Ты — мужчина указал на парня — должен сделать так, чтобы он оказался в её руках. — Зачем тебе это? — Хочу помочь тебе — ирония в его глазах блестела, будто хрусталь — расправиться с Грейнджер.

Soundtrack: Heathens (feat. MUTEMATH) — twenty one pilots

Купе под номером 16 уже стало традицией для девочек, ведь они здесь впервые познакомились. Это было практически самое последнее купе в седьмом вагоне. Оно всегда было пустым, а за занавесками были начерчены какие-то дивные знаки, но каким бы странным не было купе, оно было невероятно комфортным и, по-особенному, приятным. — Помнишь Асторию Гринграсс? Она учиться с нами на курсе… — Брюнетка такая? — Да-да. — Закивала Панси — Её старшая сестра — Дафна, старше за нас на год. — М-м-м, — протянула подруга — очень познавательно. — Захохотала Гермиона. — Ты не дослушала. — Я вся во внимании. — Недавно был званый ужин в нашем доме, отцу было важно для работы. Я там разговорилась с этой самой Дафной. А она болтает без повода обо всём. — Гермиона всё также не понимала, к чему этот разговор, поэтому она просто уставилась на подругу, ожидая какой-то развязки этой истории — Пятого июня у Малфоя-младшего было день рождения, собралась практически вся магическая Британия. — Да уж, не мало. Ваша семья тоже там была? — Родителям срочно нужно было в штаты. Но, клянусь, я бы лучше себе руку отрезала, чем пошла к этим заносчивым людям. — Ты забавная. — Гермиона поправила прядку, которая, из-за ветра с открытого окна, устроила ураган на лице подруги — Но зачем мне это знать? — Поговаривают, что Астория и Малфой впервые устроили себе там свой первый поцелуй. По крайне мере, так рассказывала Дафна. — Девочка пожала плечами, скривившись так, словно ей попался Берти Боттс, со вкусом соплей троля. — Какая мерзость. Лучше уж тогда с Филчем целоваться. — Её лицо перекосило, представляя эту ситуаци — Нет, он конечно симпатичный, но его воспитание закрывает все достатки внешности. Не успела Панси и слова сказать на это, как раздвижная дверь купе открылась, а за ней показалась невысокая девочка, с невероятно знакомыми огненными волосами и с выдающимися серо-голубыми глазами, которые внутри словно устроили грозу над Атлантическим океаном. — Все места уже заняты. А у вас, вроде как, найдётся для меня местечко. — Она осмотрела купе и кивнула в сторону свободного сиденья, которое располагалось напротив двух девочек — Я зайду? — Да, проходи. — Спустя несколько минут они всё-таки нарушили гробовую тишину, переглянувшись между собой. — Я — Джинни Уизли. Вы, наверное, слышали о моих братьях. Ох-х, их целых шесть. — Протараторила девочка, затаскивая чемоданы в купе — А вас как зовут? О, нет, погодите. Ты — Гермиона Грейнджер, — она тыкнула пальцем в её сторону — я видела тебя в газете. Твой двойной пируэт, на матче против Гриффиндора, был превосходным! Я конечно не сильно рада тому, что Гриффиндор снова проиграл, но наблюдать за таким мастерством было приятно! Знаешь, в будущем я бы тоже хотела стать охотником. — Да? Благодарю. — Девочка успела вставить хоть слово в этот всплеск энергии — Уверенна, у тебя всё получиться. — Спасибо. Можно твой автограф? Уверена, у тебя большое будущее. — Спросила девочка, заставив Гермиону рассмеяться. — Конечно. Только нужен какой-то кусочек пергамента и чернила. — О, не волнуйся. Я сейчас достану. — Джинни действительно полезла в свой чемодан, доставая груды книг для первокурсников и несколько свой купленных тетрадей. Спустя несколько минут, дверь снова открылась, заскрипев. — Нам сегодня не дадут спокойно доехать до Хогвартса? — Шепнула Панси на ухо, заставим этим самым усмехнуться Гермиону.

Снова эта ненавистная блондинистая шевелюра.

— Драко Малфой, чем обязаны? — Язвительно спросила Панси. — Не удивлён, что и эта здесь. — Он кивнул в сторону Джинни, сотрясаясь, словно девочка была старым вонючим эльфом — Убогие к убогим. Как мило. — А ты видимо поднялся на новый, для себя, уровень, раз уже позволяешь себе общество с убогими? — Грязнокровка, и ты здесь. — Прошипел парень, подходя ближе, вглядываясь прямо в её чёрные глаза. — Думал, твой поганый язык уже подавно отсох. — Заткнись. — Паркинсон, тебя не спрашивали. — Грубо возразил парень, даже не глядя в её сторону. Он всё также прожигал дыры, на месте двух тёмных глаз. — Тебя тоже, Малфой. — Огрызнулась Гермиона, поднимаясь во весь рост. — Ох-х, Грейнджер, это всё на что ты способна? — Он окинул её взглядом от самих ног и до макушки, скривившись. — Нет, Малфой. — Ухмыльнулась она, складывая руки под грудной клеткой — Это всё, чего ты достоин. Проваливай отсюда. — Что ты сказала? — Шикнул парень, подходя всё ближе. Если бы не Блейз, который появился из ниоткуда, то, вероятнее всего, Драко бы накинулся на Гермиону. — Эй-эй, ребят. Что здесь происходит? Драко, дружище, — он перехватил его руки за спиной друга — держи себя в руках, пойдём. Забини кинул самое обычное «Пока девочки» на прощание, и увёл за собой разъярённого парня. — Этот Малфой, похоже, псих. Ему бы в Мунго. — Сказала Джинни, ошарашено смотря в след уходящих парней, держа в руке тот самый листик с автографом. — Это точно. — Прошептали одновременно подруги. Они бежали на первый урок травологии в этом семестре, когда кто-то позвал их. — Девочки. — Окликнула Джинни Уизли их через весь коридор, махая руками. — Снова эта болтливая девчонка. У меня до сих пор от неё болит голова. — Завопила Панси, утыкаясь в плечо Гермионы, попутно закатывая глаза. — Она достаточно kind. — Эта фраза заставила Панси ещё сильнее вздохнуть. Девочка бежала к ним, что есть силы, спотыкаясь по пути. — Джинни! Привет. — Гермиона тепло улыбнулась первокурснице. — Мы немного опаздываем… Ты что-то хотела? — Попыталась, как можно вежливее, узнать о намерениях первокурсницы. — Я вчера случайно захватила, вместе со своими учебниками, вашу вещь. — Она вытащила из своей потрепанной сумки чёрную тетрадь. — Вот. Возьмите. Хорошего дня. — Джинни, в прямом смысле, запихнула его Гермионе в руке и убежала, оставив девочек в полном недоумении с блокнотом на руках.