Серпантин (дорога к тебе)

      Морозный ветер неприятно пробирается под плотную ткань верхней одежды сидящих на скамейке омег, и от этого их тела слегка подрагивают. Чимин держит в руках такую же маленькую ладонь брата, как у него самого, и рассматривает его профиль. За последние два месяца Хонджун заметно похудел, его когда-то ярко-красные пряди сейчас больше напоминают осеннюю пожухлую листву. Кожа бледная, почти серая, нет даже намека на малейший румянец. Старший омега смотрит прямо перед собой, наблюдает, как за забором быстро спешат люди, пытаясь скрыться от порывистого ветра.       Хонджун уже месяц находится в психиатрической клинике, лечение в которой оплачивает господин Ким. После закрытия дела его сразу перевезли сюда, что было назначено судом. Это тоже заслуга адвоката. Необходимая мера, так сказать. К тому же, омеге это нужно для собственного здоровья. Хонджун хоть и делает вид, что лечение ему помогает, но Чимин видит, что до полного восстановления ещё далеко.       — Знаешь, — медленно проговаривает старший, продолжая наблюдать, как маленькая девочка за ограждением пытается погладить маленького котёнка, забившегося в небольшой куст. — Никак не свыкнусь с мыслью, что я скоро буду дома. Мне постоянно кажется это всё неправдой, и что вот-вот за мной придут. Как только ты умудрился найти этого господина Хичоля…       — Я уже объяснял тебе, — переводит Чимин взгляд на ту же девочку. — Мне помог один знакомый. Нам очень повезло, что его адвокат согласился взяться за твоё дело, — сжимает руку брата сильнее.       Ни родителям, ни брату Чимин никак не объяснял своё расставание с Юнги. Домашним сказал лишь, что переезжает от них и будет жить отдельно. Без всяких подробностей. А уже после позвонил и сообщил, что нашёл хорошего защитника для Хонджуна и волноваться о его оплате не нужно. Чимин всё решит сам. Мать пыталась выведать подробности, но блондин тут же пресёк её любопытство. Да и всё это время было не до обсуждения личной жизни омеги.       — Да, только это не отменяет мою вину, — вздыхает старший, устало роняя голову на плечо сидящего рядом парня.       Чимин поджимает губы и слегка обнимает омегу за плечи. Он знает от врачей всё, что происходит. Авария, больница, лечение, суд, опять больница: это сводит слабого омегу с ума. Дежурным часто приходится вкалывать ему успокоительное, иногда даже снотворное. Брату очень тяжело принять тот факт, что он лишил человека жизни, хоть и работает над этим с хорошими специалистами.       — Об этом мы тоже говорили, — кивает блондин. — Да, ты виноват. И ты несешь за это наказание. Ты проходишь лечение, а после будешь под домашним арестом. Мы уже ничего не можем изменить Хонджун-а. Это нужно принять и жить дальше. Господин Со получил значительную компенсацию, и это для него намного полезнее, чем если бы ты загибался в тюрьме, — утверждает Чимин и похлопывает ободряюще по плечу.       — Я постараюсь справиться, — соглашается брат. — Расскажи лучше, Тэмин уже освоился в Нью-Йорке?       Ах да, ещё одна хорошая новость среди темноты будней Чимина то, что младшего брата удалось отправить учиться в Америку. Сказать, что Тэмин был в шоке и плакал полвечера от радости, значит ничего не сказать. Впрочем, родители не далеко от него ушли.       Только хорошие новости о двух братьях поддерживают Чимина на плаву и не дают забывать, ради чего он всё это делает.       — О, — улыбается в ответ омега. — У него всё хорошо, не волнуйся. Приедет, правда, теперь не скоро. Но не думаю, что его это расстраивает, — посмеивается Чимин.       — Могу себе представить. Он английский всегда учил с большим интересом. Пару раз заставлял меня смотреть с ним фильмы в оригинале, чтобы было для кого переводить.       — Это точно, — кивает Чимин и отвлекается на звук входящего сообщения. После посещения брата омега договорился встретиться с Тэхёном. Последний написал, что уже подъезжает.       — Хонджун, извини, но мне пора, — Чимин вновь сжимает ледяную ладонь брата. — Да и ты уже весь замёрз. Дойдёшь до палаты или тебя проводить?       — Прям, — закатывает глаза старший. — С меня глаз не спускают, хотя я уже здоров! Так что доберусь, — он недовольно морщит нос. — Тебя Юнги заберёт?       При упоминании альфы Чимин холодеет внутри. Не было и дня, когда он бы не думал о любимом человеке, но всё же невольно сжимается внутри от одного только имени. Парень не может привыкнуть к отсутствию Юнги в своей жизни.       — Эм, н-нет, — чуть запинается блондин. — Мы разошлись.       — Что? — глаза Хонджуна округляются. — Почему?       — Давай я тебе потом расскажу, хорошо? — отнекивается Чимин. — Не забивай этим голову. Хорошо лечись и поправляйся.       Омега прощается с братом и спешит покинуть территорию клиники. Его уже наверняка ждет Тэхён. Блондин не любит это место, оно навевает тоску. Радует лишь то, что брат понемногу возвращается к жизни. Это значит, что Чимин всё сделал правильно.       Парень выходит на парковку и направляется сразу к автомобилю Кима. Тэ зачем-то вышел из машины и сейчас устало облокачивается на капот, разминая пальцами кожу головы.       — Тэ, почему вышел? На улице такая холодина, вдруг заболеешь? Где твоя куртка? — закидывает вопросами блондин, недовольно хмуря брови.       — Чимин-и, поехали быстрее, иначе он сведёт меня с ума!       — Он сзади? — указывает омега на заднюю дверь, и дождавшись положительного кивка, направляется к противоположенной двери. — Сяду с ним.       Чимин усаживается в машину, стараясь закрыть дверь как можно тише. Он сразу замечает, как изменились некоторые детали. Половину автомобиля теперь занимают различные детские вещи: игрушки, разбросанные по всему салону, маленький плед, детская автолюлька, большая сумка, вещи в которой принадлежат одному маленькому человечку. Омега тепло улыбается спящему ребёнку в перевозной люльке и невесомо поглаживает пухлую щёчку.       — Зачем ты наговариваешь на ребёнка? — шутливо ругается Чимин, зыркая на друга. — Вон какой он тихий и спокойный.       — Это пока спит, — ворчит Тэхён, поправляя ладонью волнистые пряди. — Ты бы слышал, какой концерт он закатил, когда мы из больницы выехали. Мне нужно проверить перепонки, потому что они наверняка лопнули, — продолжает жаловаться Ким, осторожно выезжая с парковки на трассу.       — Больше никогда не поеду в больницу один. Я думал, у меня начнётся истерика. Как назло, Чонгук не смог отпроситься…       — Его не будет сейчас дома? — осторожно интересуется омега, посылая другу встревоженный взгляд через зеркало заднего вида. Он любит Чона как родного брата, но альфа не знает подробностей разрыва отношений Чимина с Юнги, от того и стал относиться к омеге холоднее. Он думает, что блондин бросил его любимого друга ради кого-то другого. Это все подробности, которые Чон смог вытянуть из Мина.       — Чимин, мы могли бы всё рассказать ему, он понял бы…       — Нет, — отрезает парень, сжимая челюсть. Его руки начинают мелко дрожать, поэтому он сцепляет их в замок. — Чон слишком трепетно относится к Юнги, может проболтаться из жалости. Кстати, — прокашливается. — Ты видел его?       — Да, — поджимает неловко губы младший. — Он приводил Мину к нам, познакомиться с Ёнсу. Ты бы видел счастливые глаза этого ребёнка, когда мой вредный сынок ему улыбнулся.       — И… как он?       — Ну, Юнги… — неуверенно тянет Тэ, будто подбирает в голове правильные слова. — Он много работает, наверное, даже очень. Выглядит неплохо. Подстригся, кстати. Ты же постоянно смеялся, говорил, что волосы у него слишком длинные, — вспоминает друг, но тут же замолкает, увидев в отражении зеркала погрустневшие глаза.       — Мне всегда они нравились, — тише отвечает омега, пусто уставившись на проплывающий городской вид за окном. Его руки ещё помнят мягкость волос любимого альфы, пряди которых он часто перебирал своими пальчиками тёмными вечерами.

***

      В квартире Тэ и Чонгука тоже многое изменилось. И вроде бы ребёнку всего-то полтора месяца, но он уже отвоевал половину жилплощади. Теперь здесь всё подстроено под него. Окна практически всегда зашторены, иначе яркий свет может разбудить маленькую вредину. На диване появилось больше подушек, чтобы обложить ими омежку для безопасности. На кухне всё уставлено различными прокипячёнными бутылочками и всякими аппаратами, о применении которых Чимин может только догадываться. И ещё куча и куча всего.       — Хонджуна скоро выпишут? — интересуется Ким, садясь в кресло с кружкой горячего чая рядом с диваном, на котором расположился Чимин и спящий Ёнсу.       — Врачи пока ничего не говорят. В любом случае, там ему безопаснее, чем дома, где некому будет следить. Хисон постоянно на работе, — пожимает плечами омега, разглядывая маленькое личико спящего омежки. — Он пытается нас убедить, что всё в порядке. Делает вид, что ему лучше, но я не верю. Пусть пока будет под присмотром.       — Может быть, после того как Хонджун подлечится и окажется дома, ты сможешь уйти?.. — неуверенно спрашивает Тэ, поглядывая на друга.       — Да? Чтобы Намджун упрятал его куда подальше? — горько усмехается блондин, сжимая подушку в руках сильнее.       — Но так же нельзя, Чимин, — громко шепчет Тэхён. — На вас с Юнги смотреть больно. У меня сердце кровью обливалось, когда я врал ему, что ты мне ничего не рассказываешь. Он буквально чуть душу из меня не вытряс, с Гук-и на пару!       — Я знаю, Тэ, — блондин устало прикрывает глаза. — Думаешь мне было лучше, когда я бросал его?       В неприятный для Чимина разговор встревает маленький Ёнсу. Он начинает недовольно кряхтеть, медленно просыпаясь. Омежка лениво открывает свои маленькие глазки и сразу готовится заплакать, не наблюдая нужного человека в ту же минуту.       — Ты посмотри, — цокает языком Тэ, аккуратно присаживаясь рядом, и поглаживает мальчика по животику. — Сын своего отца. Сразу трезвонить начинаете, стоит мне пропасть из виду.       Чимин тихо посмеивается с друга, обращая свое внимание на ребёнка. Мало того, что омежку назвали, как хотел Чон, так он ещё и похож на него. Тэхён на это постоянно фырчит и обещает, что ребёнок ещё перерастет и Чону можно сильно губу не раскатывать.       — Тэ, — зовёт Чимин. — Уверен, что не ты начинаешь трезвонить, стоит Чонгуку не ответить на сообщение?       — Чимин-и, послушай-ка…       Но Чимин не успевает послушать, так как ему звонит господин Ким. Он в очередной раз недоволен тем, что Чимин уехал из дома без предупреждения, к тому же, без водителя. Омеге даже пришлось оставить работу, потому что Намджун сказал, что она отнимает слишком много времени. Да и после того, как Юнги подкараулил его у входа в школу, блондин сам решил, что больше не появится там. Он постарался избавиться от любой возможной встречи.        Парню ничего не остаётся, как собираться домой. Он проводит с омегами ещё минут тридцать и нехотя прощается с маленьким Ёнсу, пытаясь надышаться им как можно больше. Этот ребёнок так приятно пахнет младенцем, что омега млеет рядом с ним. Уходить от Тэхёна и малыша всегда грустно. Теперь они его тихая гавань, хоть выбираться к ним возможность выпадает редко.       Чимин уже почти выходит за пределы квартиры, но сталкивается в дверном проёме с Чонгуком. Омега очень надеялся, что не пересечётся с Чоном. Альфа тоже слегка теряется, уставившись на блондина, видимо не ожидал его здесь увидеть.       — Здравствуй, Чонгук-и, — неловко здоровается Чимин, приподнимая уголки губ. Он скучает по младшему, но не может ему всего объяснить.       — Чимин-щи, — кланяется альфа в ответ, но без привычной дружеской усмешки. — Это тебя внизу лексус ждёт?       Конечно, господин Ким и Донсу успел за омегой прислать.       — А, да, наверное, — поглаживает неловко шею блондин. — Я пойду, Тэхён-и. Звони, если что, — обращается он к другу и порывается скорее уйти, но его хватают за руку.       — Чимин-щи. У Юнги будет тачка и покруче. Он не спит, работает как проклятый. Жаль только, что, когда он всего добьётся, рядом будет другой, который не бросает на полпути, — оглушает Чон омегу.       Что он сейчас сказал?       — Хесу. Ты же знаешь его, да? Они с Юнги практически всегда вместе последнее время. Неужели Тэхён ничего тебе не сказал?       Чимин в ответ только хлопает ресницами. В его голове разлад.       — Чонгук, — угрожающе звучит друг позади мужа. — Следи за словами, Юнги бы это не понравилось. Не слушай его, Чимин…       — Брось, Тэ, — отмахивается Гук, даже не глядя на своего омегу. — С каких пор тебя стали так сильно интересовать деньги, Чимин-щи? Что с тобой не так?       — Чон Чонгук!       Блондин выдергивает руку и вылетает из квартиры, так и не услышав, как собирался угрожать Тэ своему альфе. Омега быстро садится в машину и просит Донсу ехать быстрее. Он начинает часто дышать, давя внутреннюю накатывающую истерику, и откидывает голову назад. Его мало интересуют слова младшего альфы, он просто не знает всех подробностей и пытается защитить друга.       Но Юнги и Хесу?       Вот с чем смириться не предоставляется возможности. Красивый и талантливый Хесу всегда был близок к его альфе. Они и знакомы дольше. Ли всем своим видом всегда показывал, что Юнги ему интересен. Чимин чувствует себя эгоистом. Он совсем не хочет Хесу рядом с Юнги. Не может представить, что альфа будет целовать так же страстно кого-то другого.       Того, кто не Чимин.       От напряжения у блондина начинает раскалываться голова. Он хочет скорее пробраться в свою комнату, и чтобы его никто не трогал, когда добирается до особняка. Но план не удается. Чимина ловит Намджун в коридоре на втором этаже и прижимает с силой к себе, удерживая за подбородок с хищным оскалом.       — Вот думаю, может поставить тебе метку? Тогда-то ты перестанешь бегать непонятно где. Представляю, как на тебя все смотрят голодными глазами, — альфа слегка прикусывает основание плеча, а Чимина начинает тошнить. — Я и сам готов съесть тебя, стоит только оказать рядом.       — Я могу подать за это в суд, — тут же заявляет Чимин. — Вы знаете, что бывает, когда ставят несогласованную метку. Здесь закон ещё на стороне омег, кем бы вы не являлись. К тому же, я был у брата.       — Ух ты, какой смелый, — наигранно удивляется Ким. Его рука показательно сжимает ягодицу. — Но и эту проблему можно решить, — он целует шею, надавливает на неё пальцами, проверяя выдержку блондина, а после чуть отступает.       — Постоянно забываю сказать, в субботу мы компанией едем на закрытый вечер одного агентства. И ты едешь со мной. Так что, хорошо подготовься, я собираюсь похвастаться тобой.             Альфа накрывает губы омеги своими. Он целует его как всегда властно, глубоко, без шанса сопротивления.       — Иди, пока я не раздел тебя прямо здесь, — хрипит он и хлопает Чимина по заднице. Блондину не нужно повторять дважды, он тут же срывается в своё убежище, когда хватка чужих рук становится слабее. Ему срочно нужно в душ.

***

      В назначенный день Чимин вместе с господином Кимом едут на закрытую вечеринку, про которую он говорил. Для этого вечера, как и было велено Намджуном, Чимин с Уёном объехали половину города в поисках подходящего наряда. Свой выбор омега остановил на модной белой блузе известного бренда, вышитой бисером в области груди, и белых зауженных брюках. Аксессуары приобрели в том же магазине. Чимину приглянулись светлые, почти прозрачные ажурные перчатки. Почему-то захотелось спрятать свои ладони. Уёну омега тоже прикупил много вещей за его железное терпение, чему младший был очень рад. Господин Ким с недовольством оглядел блузку, отмечая, что она будет привлекать много чужого внимания из-за недостаточной плотности ткани. Чимин на замечание никак не отреагировал. Кого и что привлекает — не его проблемы.       Внутри банкетного зала апарт-отеля, в который они прибыли, все пестрит дороговизной. Высокие статные альфы в дорогих костюмах деловито переговариваются между собой. Омеги, сопровождающие их, не отходят ни на шаг. Они будто боятся, что стоит немного отвлечься, их место займёт кто-то другой.       — Сделанные, как куклы, — морщится Ким. — Вот ты — другое дело, красивый сам по себе, — альфа по-собственнически прижимает к себе омегу и целует показательно в губы.       — Перестаньте, пожалуйста, — сжимается Чимин. Ему некомфортно здесь находится, а действия альфы ставят в неловкое положение. Собственная красота начинает раздражать.       — Смотри, будешь с кем-нибудь заигрывать — я буду ревновать. И тебе потом не поздоровится, — сжимает рукой альфа талию, а Чимин пытается выкрутиться, но его прижимают еще сильнее. — Пойдём, представлю тебя влиятельным людям.       Вечер проходит довольно утомительно. Большинство собравшихся уже знает друг друга. Чимин же не знает никого. Хоть Намджун и познакомил его с некоторыми присутствующими, это не особо помогло скрасить вечер. Все эти люди не из его круга общения. Они только улыбаются сладко, не забывая при этом окинуть взглядом внешний вид. Для них важно понимать, высокого ли положения стоящий перед ними человек или нет.       Чимин выглядит очень хорошо. Дорогой наряд выгодно подчёркивает природную красоту. Он действительно привлекает чужое внимание. За вечер многие пытались с Чимином заговорить, интересуясь обыденными вещами. Омеги набивались в приятели, предлагая встретиться за чашечкой чая, а альфы оставляли смущающие комментарии к его внешнему виду. Их оценивающие взгляды раздражают, будто он товар на рынке перед покупателями.       Блондин перебрасывается несколькими словами с парочкой молодых омег и уходит к шведскому столу в поисках шампанского. Там он опрокидывает в себя несколько закусок с красной икрой и выпивает два бокала шампанского залпом. Пузырьки в голове начинают лопаться, и омега решает, что вечер не такой уж дерьмовый. На небольшой сцене выступают симпатичные парни-омеги. Чимин их не знает, скорее всего начинающие певцы.       — Кажется, ты уже достаточно выпил, милашка. Нельзя так вести себя в приличном обществе, — Ким появляется из-за спины и забирает третий, недопитый бокал.       — А я и не из приличного общества, — язвит пьяно Чимин. — Разве вы забыли, откуда выдернули меня, господин Ким? Я обычный. Мне здесь не место.       — Не неси чушь и возьми себя в руки, — закатывает раздраженно глаза альфа. — Хочу познакомить тебя с одним начинающим айдолом. Думаю, вы могли бы подружиться.       Чимин подчиняется альфе, когда тот ведёт его за собой, как собачку на поводке. Омеге всё равно, с кем его хотят познакомить, он не собирается заводить дружбу ни с кем. Чимин выпил, и пререкаться не хочется. Он хочет быстрее поздороваться с тем, кто «начинающий айдол» и уехать. Парень тихо бурчит себе под нос о том, что устал и не мешало бы вернуться домой, но послушно плетётся позади Намджуна. Блондин слишком поздно понимает: что-то не так. Он резко замолкает, когда врезается в спину господина Кима и осознаёт, что всё пошло крахом.       Или у него галлюцинации.       Он определенно перепил.       Потому что выглядывая из-за спины альфы он встречается глазами сначала с Хесу, а затем с тем, кто снится ему каждую ночь.       — Чимин, познакомься. Это Ли Хесу-щи — молодое дарование, которое начинает покорять сцены нашей страны.       Чимин с ужасом смотрит на омегу перед собой. Из-за выпитого алкоголя ему трудно оценить масштаб трагедии. Хесу тоже смотрит на него глазами полными удивления и уже хочет что-то сказать, но в этот момент Чимин ловит взглядом, как Юнги, стоящий рядом, крепко сжимает его ладонь, призывая молчать.       — Приятно познакомиться, Хесу-щи, — берёт себя в руки Чимин и протягивает ладонь для пожатия.       — Взаимно, — отвечает омега и неуверенно протягивает руку в ответ.       — Пак Чимин, — тянет руку омега уже к Юнги и молит взглядом подыграть ему. Его ладонь мелко дрожит от волнения, и контролировать это совсем не получается. От выпитого алкоголя становится жарче и труднее соображать. Если господин Ким сейчас узнает, что Юнги бывший альфа и возлюбленный омеги, то можно не ждать ничего хорошего.       — Мин Юнги, продюсер Хесу-щи, — вкладывает свою ладонь альфа, и Чимина прошибает током от этого действия. Родной голос звучит откуда-то из прошлого. От туда, где было хорошо. Теплота чужой кожи тут же передаётся омеге даже сквозь тонкие перчатки и разносится по всему телу приятными покалываниями.       — Рад знакомству, господин Пак.       Юнги смотрит на Чимина пустым взглядом, который пробирает омегу до костей. Их встреча здесь просто очередное предательство судьбы.       — Чимин-щи — преподаватель танцев, очень талантливый, прошу заметить. Возможно вы слышали о школе искусств «Wings»? Именно там он и преподавал, — любезничает Ким, а Чимин мечтает, чтобы он замолчал. — Но, по личным обстоятельствам, временно не работает.       — Отчего же, господин Чимин? — интересуется Юнги, едва вскинув бровь. — Что заставило вас оставить работу?       — Я-я… эм, — Чимин нервно сглатывает и понимает, что сейчас ему точно конец. Юнги не из тех, кто будет просто молчать.       — Как я уже сказал, личные обстоятельства, — отвечает Ким за омегу, прижимая того сильнее к себе.       Нервные клетки Чимина на исходе.       — Прошу прощения, — неловко произносит Хесу, замечая бледное лицо Чимина. — Мне нужно готовиться к выступлению, поэтому нам пора идти. Надеюсь пообщаться позже, — широко улыбается он и уводит за собой такого же бледного альфу, который до последнего не сводит глаз с Чимина.       Блондин старается держать себя в руках и дышать через раз, поскольку сердце заходится в бешеном ритме, намереваясь вырваться из груди и убить своего владельца.       — Ох, что-то я действительно перебрал сегодня, — пытается включить все свои актерские навыки омега. Ему срочно нужно сбежать, пока он не грохнулся в обморок прямо здесь. — Вы не против, если я отойду в туалет? Думаю, мне нужно умыться, — парирует Чимин, а когда получает от Кима положительный ответ, неспешным шагом, дабы не привлекать к себе внимание, скрывается на втором этаже. То, что Ким ничего не заметил, кажется странным не меньше, чем произошедший диалог.       Омега идет по длинному пустому коридору и держится за стену, дабы не свалиться. Ноги совсем не держат, и, когда он, наконец, оказывается в туалете, облегченно выдыхает и сползает по стене вниз. Благо здесь пусто, и никто не видит его состояние. Чимин поддерживает разболевшуюся голову руками. Юнги здесь. Юнги здесь с Хесу. Юнги видел Чимина с другим. Чёрт. Настоящий закон подлости. Как они вообще могли встретиться на этом злосчастном вечере? Омега вспоминает стеклянные глаза альфы, и хочется сразу приложить свою голову о кафельный пол. Юнги такой красивый, такой родной.       И такой далекий.       Чимин долгих десять минут плещет себе на лицо холодную воду, стараясь остудить голову, но ничего не выходит. В глазах застряла картина того, как Юнги смотрел на омегу. Теперь он его явно презирает. Альфа собственными глазами убедился, что блондин действительно с другим.       И Юнги с другим.       Одежда на теле начинает душить и бесить. Чимина буквально всё сейчас раздражает. Особенно то, как Юнги взял Хесу за руку! Хочется найти парня прямо сейчас и спустить с лестницы. Но бедный Хесу не виновник проблем Чимина, и омега это прекрасно понимает.       Блондин решает, что больше ему здесь делать нечего, поэтому наскоро вытирает лицо салфетками и надеется поскорее отправиться домой. В коридоре второго этажа всё так же пусто и практически темно. Внизу продолжают выступать под едва слышимые хлопки. Чимин почти достигает лестницы, ведущей вниз, как его неожиданного хватают за локоть левой руки, тянут в один из примыкающих коридоров. Другая рука похитителя зажимает рот, и омега даже не может закричать, когда его заталкивают в первую попавшуюся комнату. Дверь захлопывается, оставляя Чимина в полной темноте наедине с похитителем.