Рэм

Драко дважды постучал в деревянную дверь, ожидая, что она откроется. Вскоре перед ним, улыбаясь, оказалась девушка с густой копной каштановых волос. — Заходи, — весело сказала она. Драко задавался вопросом, как она могла быть такой счастливой, когда ее лучший друг чувствовал прямо противоположное, когда входил в квартиру. Накануне он послал Гермионе сову, спрашивая о настроении Гарри, о татуировке и о том, может ли он сделать себе такую ​​же. Она просто сказала ему, что будет лучше поговорить с глазу на глаз, раз ей так много нужно объяснить. И теперь он был здесь, в квартире, которую она делила с Роном. Место было простым, но милым: не слишком большим, но теплым и гостеприимным. Однако у Драко не было ни времени, ни терпения, чтобы все осмотреть, поэтому он повернулся к Гермионе, которая наливала им обоим чай. — Ты… — Он не мог решить, как начать. — Сказала, что собираешься объяснить кое-что?.. — сказал он неуверенно. — Определенно. — сказала Гермиона, ставя чашки на стол и садясь, а затем посмотрела на Драко, чтобы тот сделал то же самое. Драко нервно сел, держа чашку чая в ладонях, ожидая, что Гермиона заговорит. Но вместо того, чтобы говорить, Гермиона бросила взгляд на лицо Драко и расхохоталась. — Что смешного? — спросил Драко, закатывая глаза. Гермиона вздохнула и заправила волосы за ухо, прежде чем сказать: — Просто… выражение твоего лица такое же, как у Гарри, когда он увидел тебя той ночью. Драко наклонил голову. — Какой ночью?.. Гермиона сделала глоток чая, прежде чем ответить: — В ту ночь, когда он впервые увидел тебя во сне. Он пришел сюда и очень волновался, знаешь ли. Наступила тишина, пока он пытался понять, что она сказала. Гермиона улыбнулась ему, а затем продолжила: — Он продолжал спрашивать меня, что сделать, чтобы помочь тебе — издалека. Я провела небольшое исследование и предложила сделать татуировку — Внезапно она остановилась, улыбаясь, как будто вспомнила что-то. — А дальше? — спросил Драко, с нетерпением ожидая услышать больше. Гермиона все еще улыбалась, когда продолжила: — Он даже не подумал дважды, даже когда я рассказала ему о связи, которую это создает, и это… — Связь?! — Драко чуть не закричал. — Да, ну, больше похоже на одностороннюю связь. Гермиона вздохнула, увидев выражение шока и замешательства на бледном лице Драко, а затем признала, что Гарри, вероятно, никогда не говорил ему об этом. — Когда он использовал татуировку, он мог чувствовать твои эмоции, Драко. — Она объяснила спокойным голосом, пытаясь скрыть свое волнение. Драко моргнул, пытаясь поверить в то, что только что услышал. — Ч-что ты имеешь в виду под «моими» эмоциями? Гермиона вздохнула, больше не пытаясь скрыть трепет в голосе: — Я имею в виду, что когда ты используешь татуировку на человеке, ты получаешь возможность знать и чувствовать то, что он чувствует — точно так же, как связь, но этот человек не может чувствовать и знать о твоих эмоциях. У Драко был миллион вопросов, приходящих ему в голову, но он смог задать только один: — Они чувствуют это… все время? — Да. Но со временем интенсивность начинает уменьшаться, и, чтобы вернуть ее, вы должны продолжать использовать татуировку хотя бы время от времени. Драко чувствовал, как кусочки пазла складываются воедино — Гарри перестал навещать его после того, как той ночью он рассказал ему о татуировке, и, перед тем как он начал работать, он навестил его снова — просто чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Драко почувствовал, как что-то внутри него дернулось, но проигнорировал это и спросил: — А когда я сделаю татуировку, смогу ли я чувствовать его так же, как он меня? Гермиона ответила более сладким тоном: — Да, и ты тоже можешь навестить его. Это создаст связь между вами, так что вы оба сможете чувствовать эмоции друг друга. Драко опустил голову, увидев, что чашка в его руках остыла, и дал себе некоторое время, чтобы осознать все, что он услышал. — Почему? — Он поймал себя на том, что бормочет тихо, как будто шепчет. — Почему он… Но Гермиона услышала его. — Почему?! — закричала она, удивленная и свирепая. — Почему он это сделал? Ты что, слепой, Драко? — отругала она. Драко не ответил на это, и когда он посмотрел на Гермиону, он увидел ярость в ее глазах. — Разве ты не видишь, как он одержим тобой? Он только и говорит о тебе! Глаза Драко расширились от шока, он хотел объяснить, но это было слишком сложно для него. — Но… но я… Как он мог сейчас это принять? Все это время Гарри вел себя слишком хорошо по отношению к нему, но ненависть к себе перед его глазами была как занавес, было слишком трудно видеть это все время. Как раз тогда, когда он думал, что успокоился и взял себя в руки, он услышал, как Гермиона произнесла эти слова. — Он так чертовски влюблен в тебя, Драко Малфой. Она остановилась, встала со своего места и прошлась по кухне, положив одну руку на бок, другую на лоб. Затем она снова заговорила: «Даже в их лучшие дни он не был так добр к Джинни, ты знал это? И если ты продолжишь быть причиной его слез, клянусь, я без колебаний прокляну тебя на этот раз. .» Но Драко перестал слушать с того момента, как услышал «влюблен в тебя». Он посмотрел на Гермиону, пытаясь найти слово, но между ними не было ничего, кроме тишины. Несколько минут спустя Гермиона, казалось, успокоилась, принося вещи, которые она будет использовать, чтобы сделать Драко татуировку. Она велела Драко сесть на диван и взяла зелье из одного из шкафчиков. Убедившись, что Драко все выпил, она спросила, в каком месте он хотел сделать татуировку. — В том же месте, что и у Гарри, — ответил Драко, расстегивая верх своей белой рубашки и указывая на шею. Гермиона взяла свою палочку и легонько постучала ею, заставив волну белого свечения прокатиться по области, когда она громко произнесла несколько слов, о которых Драко, к удивлению, никогда не слышал. Затем она окунула кусок ткани в большую кастрюлю с серой жидкостью внутри. Она выжала ткань, а затем осторожно провела ей по шее Драко, заставляя его дрожать от холода. Через несколько минут она объявила: «Готово». Драко встал, взял маленькое зеркальце, которое Гермиона протянула ему, и взглянул на свою шею — буквы REM стояли элегантно, свежие темные чернила светились от того, насколько они влажные. — Если она светится и становится золотым, когда Гарри прикасается к ней, значит, это сработало. Драко хмыкнул и поблагодарил ее, прежде чем спросить: — Но… как именно я это сделаю? Я имею в виду, как я попаду в его сны? Гермиона прочитала ему длинную и подробную лекцию о том, как добиться успеха, затем принесла из своей комнаты широкую и толстую книгу и пометила на ней палочкой страницу, чтобы Драко прочитал. — Если ты что-то забудешь, загляни на эту страницу, — она указала пальцами на абзац, — здесь ты найдешь большую часть ответов. Или, если у тебя еще будут вопросы, ты можешь послать мне сову. Драко хранил молчание, его разум преподносил ему тревожные мысли. Они продолжали говорить ему, что это не сработает, или что он легко все испортит, или что он редко засыпает по ночам… — Драко? — Медовый голос Гермионы вернулся, и это привлекло внимание Драко. — Что случилось? Драко не посмотрел на нее и сглотнул, прежде чем спросить:  — Что, если я не смогу? Она улыбнулась, точно так же, как в тот раз, когда она открыла ему дверь:  — Сможешь. — Как ты можешь быть так уверен? — спросил Драко низким голосом. — Потому что ты тоже его любишь, не так ли?