любимица твоих дьяволов

— Как всегда, капучино с ореховым сиропом? — Давай без сиропа, — темноволосая девушка прикладывает черную карточку к терминалу, — буду до выходных держать себя в форме. — А что на выходных? — зеленоглазая бариста улыбается, подставляя холдер под большую кофемолку. Она старательно жужжит, заглушая разговоры людей вокруг. — Свидание, — игриво закатывает глаза любительница орехового сиропа, и обе девушки смеются, привлекая на себя внимание посетителей кофейни. Как обычно, около полудня в кофейне «MoonBear» было полно различного народа: перед стойкой молодого бариста Кирилла стояли барышни, которые улыбаются широко и сладко от самой двери, отряхивают свое пальто от легких капель дождя, или, наоборот, от жары прячутся под кондиционер. Подходят ближе, шутят мило, соглашаются на какие-то модные новые напитки от шеф-бариста, обязательно говорят «спасибо, я приду снова». В углу же, где расположена зона коворкинга — деловые ребята с эйрподсами в ушах, хмуро смотрящие в свои ноутбуки, будто там как минимум анализ фондового рынка США. Они сидят по несколько часов с одним черным кофе, но кофейня к таким благосклонна — как минимум, такие противники офиса делают хорошую рекламу заведению в сторисах. Всем этим заправляет бариста и одновременно управляющая Алёна, которая и готовит кофе-то далеко не всегда — больше занимается дежурными делами, вроде приемом поставок, заполнением графика, оценкой кофе и обучением стажеров. Алёна, искренне влюбленная в свое дело и пахнущая свежеобжаренными зернами с тонким привкусом шоколада, всегда до жути благодарна своей знакомой Женечке, которая после университета позвала ее работать в свою сеть, и довольно быстро повысила до управляющей. Девушка как раз искала себя, пробуя в музыке (не зашло), в продажах (за две недели ее выбесили все, включая владельца магазина), и в журналистике. Ее интервью о жизни ЛГБТ-людей, которым за 40, было забраковано главредом, и Алёна, разразившись ругательствами, которые были слышны даже папе Римскому, вылетела пулей из редакции. Тогда-то и на помощь пришла Евгения со своим «MoonBear», и Косторная говорила, что никогда не забудет эту доброту. — С кем свидание, красотка? — Алёна вышла из-за стойки, садясь рядом с Аней, которая выбежала на своем перерыве за любимым кофе. — С девушкой из цветочного, — Аня загадочно улыбается, слизывая молочную пенку с края стакана. — Это та прелестная девочка, которая собрала тебе шикарный букет из роз и орхидей на день рождения твоей мамы? — Ага, — Аня делает большой глоток, чуть не обжигаясь. — Обалденно, Алён, как и всегда. Ты лучший кофеваритель, — ореховые глаза с лисьим прищуром смотрят на подругу. Алёна громко смеется, и Кирилл из-за соседней стойки смотрит на нее почти влюбленно. — Меня всяко называли, и покорительницей Нестле, и обжарщиком года, и победительницей кофеен Москвы, но вот кофеварителем — первый раз. Кирилл, боже! — Очень приятно, но я не Боженька, — ворчит ее напарник, утыкаясь взглядом в молочник. — Ты сейчас перегреешь молоко, и кофе получится невкусным, — кричит Алёнушка сквозь шум вспенивателя. К слову, она обожала учить стажеров, и у нее это отлично получалось. — Как ты оттуда видишь, сколько я держу молоко? — возмутился Кирилл, с шумом ставя молочник на деревянную поверхность. День у парня явно не задался. — Я слышу, — фыркнула девушка. — Ты уже там более 10 секунд пытаешься воспроизвести извержение вулкана. Побереги силы для своей девушки, — и всегда милая Анечка прыснула со смеху, чуть не расплескав свой кофе на белоснежную рубашку. Каждый день в этом заведении начинался одинаково: Алёна заступала на смену, варила кофе утренним завсегдатаям, от горького и черного, как ад, эспрессо; до приторного ванильного рафа для любителей сладкого. Сама Косторная ненавидела кофе уже спустя пару недель работы в кофейне, пробуя только с утра фильтр, чтобы распознать новые вкусы. — Алён, — тихо сказала Аня, наклоняясь к подруге. — Я тебе хотела сказать… Ты тоже идешь на это свидание. Управляющая, позевывая до этого, чуть не вывихнула челюсть от неожиданности и не упала с высокого барного стула. — Что?! Тебе шестнадцать лет, что тебя нужно сопровождать на свидание? — Оно двойное. Свидание, в смысле. Алёна снова закатила глаза, показывая свое презрение к происходящему. — Да-да, я знаю, что ты не любишь такие встречи, — торопливо начинает объяснять Аня, отставив белый стаканчик в сторону. — Но умоляю, сходи со мной, она тоже возьмет подругу, говорит, она какая-то очень крутая. Чтобы никому не было неловко. — Надеюсь, она не настолько крутая, как моя бывшая, — проворчала Алёна, нервно постукивая ногтями по столешнице. — Я уверена, она вполне нормальная, Камила из цветочного выглядит весьма адекватной, — темноволосая девушка готова была достать звезду с небес, если это попросит ее подруга; только бы она согласилась на эту авантюру. Косторная, метнув короткий взгляд в сторону Кирилла, лениво махнула рукой: — Валяй, Щербакова. Хоть развеюсь, — она усмехнулась куда-то в сторону. — Ура! Люблю тебя! — Только не обнимай меня при всех, Ань! *** — Анна Станиславовна, у нас новый клиент, — ее коллега крутил металлическую ручку между пальцев, загадочно поглядывая на вошедшую в кабинет девушку. Этот месяц выдался сложным: закрытие старых дел, бесконечные поездки в суды, споры с прокурором, терпеливые диалоги с бабульками, которые хотели отвоевать пятьсот рублей у соседки, которая занимала их ещё три года назад. Вот и сейчас Аня устало упала в свое широкое кожаное кресло, забросив ноги на подлокотник. — Кто же это? — безразлично спросила она, схватив первую папку со стола, которая лежала сверху. Старое дело, которое благодаря нашей доблестной полиции длилось уже пару лет. Парень довольно хмыкнул и подбросил ручку в воздух. По каким-то своим законам физики, она изменила траекторию, и упала прямо не в руку жонглера, а куда-то ближе к мусорному ведру, отчего юрист недовольно цокнул; а Аннушка не смогла сдержать улыбку. — Некая Трусова А.В., владелица клуба «Злой рок», — пыхтя и снова забираясь на стул, промолвил коллега. — Я посмотрел, довольно влиятельная и богатая женщина. Обещала отвалить нашему руководителю кучу бабок, если мы выиграем это дело. Аня непроизвольно вздрогнула, услышав название клуба — именно туда звала ее девушка из цветочного, пообещав, что это интересное и классное место. Щербакова знала, что это место привлекает девушек «в теме», поэтому нисколько не удивилась выбору Камилы. Но она готова была поклясться, что уже где-то слышала сочетание Трусова А.В., вот только ее и без этого перегруженная память не могла выудить ассоциацию с данной фамилией. — И кто будет вести дело? — Кто же, как не несравненная Щербакова Анна Станиславовна, — широко улыбнулся парнишка, разводя руки в стороны. — Честно, завидую тебе, Ань. Если возьмешься за дело и выиграешь, то купишь себе путевку на Мальдивы. Бананы, кокосы, апельсиновый рай. — А ничего, что у меня и так куча работы? — возмутилась девушка. — Ничего. Остальные тебя разгрузят. Но лично Трусову А.В. руководство поручает именно тебе. Тем более, клиент просил именно женщину-юриста, отказываясь работать с парнями. Феминистка, наверное. Аня вздохнула, запуская пальцы в свои длинные волосы. Неделя обещает быть интересной. — Руководство больше ничего не передавало? — Вроде нет. Ты же знаешь, ЭГ довольно суха. — «ЭГ», — передразнила коллегу Аня, закрывая папку с безнадежным делом, и отправляя его куда-то на подоконник. — Вот услышит тебя Этери Георгиевна, покажет кузькину матушку, научит уму-разуму. — Думаешь, так все плохо? — задумчиво спросил парень, кусая кончик ручки. — Нет. Но ты на всякий случай тапочки белые купи, завещание составь. Лишним не будет.