Отпусти меня

С встречи с Куроо Тецуро проходит ровно неделя. Она оказывается самой длинной в жизни Цукишимы. Потому что он не знает, куда себя деть. Он понимает, что Куроо заинтересовал его. Он понимает, что Куроо заинтересовался им. Это могла бы быть хорошая интрижка или даже полноценная история любви, если бы не третье лицо. Кей не может так поступить с Ушиджимой. Он старается потеряться в работе, в новом заказе, который всколыхнул весь отдел, ведь с ними захотел сотрудничать сам Куроо Тецуро, будь он неладен. Цукишима закатывает глаза, мысленно диктуя себе мантру «работай, не думай об этом», и отправляет последнее письмо в диалог с другим заказчиком, сообщив последние новости по работе, когда в дверь стучат. После короткого разрешения войти в кабинет входит главный дизайнер. — Цукки, решил к тебе зайти, обговорить дальнейшие перспективы, — говорит Тендо. Они с Вакатоши дружат с детства, поэтому ему позволены неформальные обращения, — мне тут подчинённые пожаловались, что ты бросаешь в мусорку все их идеи, — шутливо порицает он, садясь напротив, в кресло для клиентов. — Да, это так, — соглашается Цукишима, вспоминая десяток писем и проектов от их работников, которые он отклонил. — Вы хотя бы смотрели, что они предлагали? Это всё у нас уже было, нам нужно что-то оригинальное. Сатори качает головой, прикрывая глаза. — Естественно, ничего не прошло мимо меня, но если тебе всё это так не нравится, то как насчёт того, чтобы спуститься в мастерскую и обдумать всё вместе с нами? — предлагает он, стараясь скрыть пренебрежение в голосе. Ему не нравится этот парень. Никогда не нравился. Не когда только пришёл устраиваться в компанию, потому что ни черта не умел. Не когда Ушиджима предложил ему встречаться. Не когда он только треплется языком, вместо того, чтобы что-то сделать. Они оба злятся, и этому месту грозит сожжение совсем не дружественным огнём. У Цукишимы на языке вертится ядом пропитанное: «если вам всем не хватает профессионализма, не нужно впутывать меня», и почти является озвученным, когда в дверь снова стучат. Он, не теряя зрительный контакт с Тендо, разрешает войти голосом, в котором скрежещет металл. Только проблем с коллегами ему не хватало. — Доставка на имя Цукишимы Кея. Кей удивлённо смотрит на молодого парня и думает, что это, наверное, какая-то ошибка. Но всё-таки сообщает своё имя и хмурится, вычитывая в бланке знакомые иероглифы. — И что доставляешь? — неожиданно подаёт голос Сатори, пропуская букву «т» и голосом выделяя «о» во втором слове. Получается мерзко и эпатажно. Он просто выплёскивает свою желчь на ни в чем не повинного человека. Тоже мне, нашёл крайнего, — думает Кей, заполняя пустые колонки в бланке. — Что прикажут, то и доставляю, — отвечает курьер, немного помявшись. — И что приказали? — не унимается Тендо, испытывая искреннее удовольствие от издевательств над бедным парнем. — Благодарю за доставку, — громко говорит Цукишима, прерывая это выступление. Цирк уехал, а клоун остался. Курьер крепко сжимает бумаги и, поклонившись, быстрыми шагами преодолевает расстояние от стола до двери, желая уйти от этого «ненормального» как можно скорее. На гладкой поверхности остаётся маленькая коробка, обитая бархатом. Она моментально приковывает внимание двух человек, которые уже, кажется, потеряли интерес к теме своего разговора. Цукишима берет предмет в руки и аккуратно открывает. Внутри оказывается стальная клипса чёрного цвета, что блестит в свете солнца из окна. Цукишима в шоке. Он не знает, откуда и зачем это. Нет ни единого предположения. — А Вакатоши тебя балует, как принцессу, — едко говорит Тендо, ухмыляясь. И Кей даже не обращает внимание на совсем не подходящее парню прозвище, потому что сознание закрепляется за знакомое имя. Конечно, это логично, что его парень дарит ему подарки, но… с чего вдруг? Ушиджима — романтик, своеобразный, это да, но романтик. Но с чего вдруг такое внимание? Они не отмечают всякие годовщины их отношений, праздников нет, день рождения у него только осенью… А больше вариантов нет. Тогда зачем? Просто так? Странно, конечно, но поблагодарить нужно обязательно. Цукишима берёт телефон в руки, желая написать сообщение своему парню, но в этот момент Тендо, который осматривал маленькую коробочку, заинтересовавшись, вытягивает оттуда свёрнутую бумажку. Он протягивает лист Кею, бурча что-то про «секретики возлюбленных», и тот удерживается от закатывания глаз, аккуратно сжимая между пальцев предмет. Цукишима всё ещё держит клипсу в руке, любуясь ею, а потом разворачивает свёрток и… Думаю, цветы — слишком банально. К.Т. … маленький аксессуар падает на пол, в тишине звук резкого соприкосновения украшения с поверхностью звучит оглушительно громко. Догадаться, кто такой К.Т. — не сложно, а даже чересчур легко. Бессовестно легко. Тендо смотрит внимательно, ожидая объяснения ситуации. Цукишима что-то лепечет про слишком откровенную информацию в записке, чем и объясняет свою реакцию. И он сам не запоминает, что там наврал, смотря на написанные от, блять, руки иероглифы. Сатори сжимает челюсти так сильно, что боль от этого действия держится ещё несколько минут. Он был с Ушиджимой с самого детства. Он всегда был рядом. Всегда поддерживал, всегда помогал, всегда любил. Так почему ему предпочли этого парня? — Ну, я тогда пойду, поговорим позже, — Тендо поднимается со стула, давит улыбку, разворачиваясь, и не дожидается ответа. Он был уверен, что эти никому не нужные чувства пройдут, мысли сотрутся, а желания забудутся. Он хотел только лучшего для Вакатоши, поэтому не имел права лезть в его жизнь. Но, сука, как же это сложно. Видеть любимого человека почти каждый день и понимать, что он не твой. Встречаться с его любимым человеком несколько раз в день и думать, что вот он, вот этот парень целует твою любовь сотню раз на дню. Слушать их разговоры о личной жизни и желать счастья… Просто в сердце Ушиджимы нет места для Тендо. А в сердце Тендо нет места из-за Ушиджимы. Однажды Сатори подумал, что ему поможет увольнение. Подумал, но до ухода из компании так и не дошло. Лучше каждый день пробегать глазами по фигуре друга и иногда совершенно случайно касаться руки или плеча, обжигаясь через ткань, чем убрать его из поля зрения и теряться, пытаясь найти. Он сжимает руки в кулаки и выходит из кабинета, злясь на самого себя. Ушиджима не виноват в этом. Цукишима не виноват в этом. Только Тендо и его чувства. До конца этого рабочего дня к главному дизайнеру с явно плохим настроением не решается подойти ни один из его подчинённых. Цукишима тупо кивает, когда дверь закрывается, и в кабинете остаётся он один. Он наклоняется, чтобы поднять клипсу с пола, и обжигается. Теперь он знает, от кого это, и данный факт злит. Украшение словно колет пальцы, и Кей неприкрыто хмурится, скривив губы. Он рассматривает его, крутя в руках, а потом замечает надпись на внутренней стороне. Цукишима подносит клипсу ближе к солнечном лучу, чтобы лучше рассмотреть, и замирает. spark, storm, madness — выведено на аксессуаре, спасибо, что не от руки. Украшение чуть не падает второй раз, когда Кей, сильно задумавшись над написанным, слышит трель телефонного звонка. На личном — не рабочем — гаджете. Номер незнакомый, но Кей всё равно отвечает и чувствует, как внутри что-то ухает вниз с глухим звуком, когда слышит знакомый голос. — Понравился мой подарок? Куроо говорит с небольшой хрипотцой, хотя, может, это действие небольших помех на линии. Через несколько километров слышно, как он улыбается и наслаждается ситуацией. — Вы с ума сошли? — сразу же заявляет Цукишима без всяких приветствий, обойдётся. Вопрос риторический, поэтому он продолжает: — Зачем Вы это сделали? — Это вроде логично — дарить подарки человеку, который нравится, — крайне невозмутимо говорит Куроо. У Кея отвисает челюсть. Вот так просто сказать об этом и заявить свои права на занятого парня? — «Нравится»? — Цукишима кривит губы в отвращении. — Куроо-сан, мы что, в седьмом классе? — А вдруг это мой психологический возраст? — Не переводите тему, — хмурится, злится и сжимает трубку. — И не думал. Ты задал вопрос, я ответил. — Вопросом на вопрос не отвечают, — Цукишима прикрывает глаза и сжимает переносицу, пытаясь прийти в норму. — Тогда давай я задам тебе вопрос, а ты ответишь на него не-вопросом, — внезапно предлагает Куроо, и Кей не успевает возразить, как тот сразу спрашивает: — Каким ветром тебя в Shiratori занесло? — Попутным, — выплёвывает Цукишима, желая закончить этот диалог как можно скорее. Хорошо, он признаёт. Куроо Тецуро привлекает его в сексуальном плане. Просто потому что секса с подходящим ему партнёром у него не было уже давно. То есть, никогда. Однажды он попросил Ушиджиму наказать его: завязать руки, не позволять трогать себя или своего парня, оттягивать момент оргазма или что-нибудь — хотя бы что-нибудь — ещё. А Вакатоши непонятливо взглянул на него и выдал: «за что тебя наказывать? Ты же ничего не сделал». Этот вечер он старается забыть. Куроо Тецуро привлекает его в сексуальном плане, как тело. Но не как личность. Как партнёра для отношений, Цукишима его не выдержит. Яд сочится из этого слова, из любого слова, которое Кей произносит в этом разговоре, но Куроо, кажется, всё устраивает и ничего не волнует. — И примерно на этом потоке вы с Ушиджимой познакомились? — раздаётся из динамика, и Цукишима открывает глаза, уставляясь прямо перед собой. не лезь. не смей лезть в мою жизнь. не прикасайся ко мне. это твоя проблема. то, что ты чувствуешь,  т в о я  проблема. — Вас так на наших отношениях заклинило? — Меня так на тебе заклинило. Повисает тишина. Кей в шоке от совершенно ничего не стыдящегося мужчины. Упрямый и настырный лезет, куда не нужно. Куда нельзя. Он не понимает. Неужели Куроо всерьёз надеется, что Цукишима уйдёт к нему? Иначе зачем всё это? С какой целью он всё это делает и говорит? Но Кей Вакатоши не бросит. Не сможет. Втайне повосхищаться от фигуры Куроо — да, всё-таки отношения — не бремя, они не подразумевают под собой запрет на просмотр порно и восторг от других людей. Но Цукишима Ушиджиму не оставит. — Если ты с ним не только из-за работы, тогда из-за чего? — неожиданно произносит Куроо. — Что в нём такого, чего нет у меня? — выпытывает он задумчивым голосом. А у Цукишимы весь мир крошится перед глазами, а потом собирается заново в нечто до боли понятное и страшно простое. Вот оно что. Его хотят купить. — Что? «Из-за работы»? — произносит он чужим голосом. И по интонации Куроо понимает, что очень крупно проебался. — Нет, я не то… — До свидания, — цедит Кей, завершая звонок. То есть, он — кто-то наподобие корпоративной проститутки? Трахается с боссом за место? Бред. Бред, бред и бред. А Куроо Тецуро — невозможный человек, для описания которого цензурных слов невозможно подобрать. Цукишима откидывается на спинку кресла и оглядывает свой кабинет. А ведь здесь всё очень сильно напоминает рабочее место Ушиджимы. То есть, если бы они не встречались, то у него не было бы такого богатого места? А что, если его изначально взяли только потому, что он приглянулся начальнику? Кей чувствует, как покрывается мурашками. С самого начала всех интересовал не его профессионализм и опыт работы, а роман с Вакатоши?..

* * *

Куроо пытается дозвониться до парня ещё раз, но терпит фиаско, когда в трубке раздаётся монотонный голос, объявляющий, что его номер заблокирован. никогда никого не любил. но много кем был любим. чего же, блять, потянуло-то на того, кого нельзя? Он откидывает смартфон от себя на стол и упирается головой в руки, оттягивая пальцами маленькие пряди волос. Тецуро тяжело вздыхает, мысленно ругая себя. Он не может держать себя в руках, когда поблизости — или в трубке — находится Цукишима. Запретный плод сладок, это знает даже ребёнок. После бесцельного созерцания города за окном Куроо решает уехать сегодня пораньше. В таком состоянии он вряд ли сможет думать о работе, а не о Цукишиме. Но, стоит ему встать со своего места, как он слышит сообщение от секретаря: «Куроо-сан, к вам посетитель». Тецуро нехотя разрешает пройти, не спрашивая, кого там принесло, и очень удивляется, когда видит перед собой курьера. Он ставит подпись в необходимых местах на бланке, а после держит в руках ту самую коробочку, сделанную на заказ, как, впрочем, и само украшение. Червь беспокойства неприятно грызёт внутри, но Куроо игнорирует это чувство. В нём что-то переворачивается, когда он поднимает крышку и видит знакомые клипсу и записку. Но что-то не так: на листе просвечивает текст. Не тот, который старательно выводил сам Тецуро, продумывая, что записать. Заберите, я трахаюсь только за выгодное место, побрякушки — не для меня. Вдох застревает в горле, когда до него доходит смысл написанного. Он упустил Цукишиму, так и не сделав к нему ни единого шага.