Отпусти меня

Всегда нужно быть готовым отказаться от того, к чему привязался; что так полюбил, — это Кей помнит ещё с детства. Вот только его никто не предупредил, что этот урок ему придётся усвоить ещё раз. Когда он выходит через несколько минут, которые проходят очень быстро, из кабинета, около двери стоит Киёко. Она ничего не говорит, только чуть заметно дёргается тонкая бровь. — Спасибо, — очень тихо произносит, почти шепчет, Цукишима, потому что это было не для лишних людей. Эту фразу понимают только они двое. Шимизу кивает. И он готов поклясться, что в этот момент видит робкую, но уже настоящую мягкую улыбку. После этого Цукишима едет вместе со Львом на фотосессию для журнала, где они работают до восьми часов вечера. Так что Кей возвращается к Ямагучи, когда часовая стрелка останавливается на половине девятого. В квартиру он собирается зайти, стараясь не шуметь: Тадаши плохо аклиматизируется, но дверь оказывается закрытой, поэтому он сразу включает свет, не боясь потревожить сон хозяина, которого и дома-то не оказывается. Кей отказывается верить в законы судьбы: прощаться с тем, кого он полюбил, он не намерен. Поэтому после прохладного душа и лёгкого ужина он снова усаживается на диване в компании чашки бодрящего кофе без молока. Радость от сегодняшней встречи, примирение — он не уверен, что они ссорились, но то напряжение, что он чувствовал рядом с ней, можно списать на несерьёзную вражду — с Киёко и лёгкость от прошедшего дня дают весомую надежду, что всё можно исправить, Куроо ещё сможет выйти из участка без наручников. Вот только почему Тецуро этого не особо хочет? Цукишима качает головой быстро-быстро из стороны в сторону, отгоняя непрошенные мысли. Куроо Тецуро невиновен, и Цукишима Кей это докажет.

* * *

Ямагучи улыбается, когда говорит с Терушимой. Когда смотрит на него. Когда смотрит, пока тот говорит. Когда говорит, пока он смотрит. Тадаши влюблён, и он очень сильно надеется, что эта история из разряда «долго и счастливо, и не потому что по отдельности». Когда он понимает, что его телефон вибрирует, он просит его извинить и отходит подальше, клуб только готовится открыться, поэтому музыки в зале ещё нет, но и разговаривать при ком-то кажется ему не очень вежливым жестом для обеих сторон. — Да, Цукки? — говорит он сразу, едва сняв трубку. Они с Цукишимой не обсуждают ничего. Просто Тадаши знает: настоящий пиздец настанет, если его друг сам попросит помощи. А пока он держит всё под контролем, главное — ему не мешать, иначе всё уронит. — Ямагучи, — голос звучит загнанно и отчего-то глухо, что тревожит парня. — Что случилось? — Ямагучи, — Кей повторяется, не имея возможности поверить, почему он раньше ничего не заметил? Как не углядел? Разгадка всё это время была у всех перед носом. — Скажи, может ли обычная незамужняя секретарша, даже в крупной компании, за два года заработать на спорткар и отдых на Филиппинах? — задаёт риторический вопрос Цукишима, просматривая страницу Алисы Хайбы в социальной сети под названием Instagram. попалась.

* * *

— И сколько его ещё ждать? — парень, не жалея, кидает новый смартфон от компании Apple на стол, устав бездействовать в ожидании. — Потерпи, — отвечает Алиса, откидывая белые локоны с плеч отрывистым движением головы, и, кривя губы, держит руки на груди: тоже волнуется, но не хочет этого показывать. Атмосфера напряжённая и давящая. — Долго ждать чего-то нельзя: велика вероятность сойти с ума, — бурчит он, чуть меняя позу: садится ровнее, разминает шею и проводит рукой по волосам, пропуская сквозь пальцы прядки. Девушка кидает на него удивлённый взгляд, но быстро отворачивается. Хмыкает, снова осматривая пустую дорогу и тихий спальный район. — Эта игра стóит свеч, — и тут же широко улыбается, завидев неприметную серого цвета машину марки Nekoma. Парень слышит звук мотора и оживляется: заинтересованно вытягивает шею, но, заметив реакцию девушки на своё «детское» поведение, тут же надевает маску серьёзности. Алиса приструнивает его, делая лёгкое и изящное движение рукой — машет от себя ладонью. Она отходит от окна, встаёт ровно около большого стола и ожидает появления подельника, слушая его быстрые, но осторожные шаги. — Руки на подлокотники положи, так солиднее, — даёт она последнюю рекомендацию перед тем, как дверь отворяется. Человек входит тихо и аккуратно: готовый тут же сбежать, если что-то пойдёт не так. — Яку, а мы уже заждались! — елейным голоском начинает девушка. — Что, тачка понравилась? Мужчина хмурится, поджимая губы, и не говорит ни слова. Его прощупывают две пары одинаковых глаз, и он, давя в себе желание съёжиться, кладёт на стол маленький портфель. Взгляды становятся жаднее, словно две кобры смотрят на мышонка, деться ему некуда, он в ловушке. Яку молча и резво открывает сумку для бумаг, достаёт файл с документами и протягивает их к протянутой руке. Алиса намеренно проводит пальцами по тыльной стороне его ладони, поглаживая. Он еле сдерживает себя, чтобы не дёрнуться. Противно, но нужно потерпеть. я бы пожелал тебе сгореть в аду, но не хочу, чтобы мы ещё встретились. — Теперь можем уезжать заграницу, — девушка быстро просматривает все бумаги и, увидя чек, удовлетворённо кивает. — Яку, не хочешь с нами? — она улыбается ядовито, даёт право выбора без права выбора: это иллюзия. — Под меня копают, нам нужно скрыться на время, — объясняет и давит, специально выделяя голосом слово «нам». Мориске сжимает зубы, знает, что Алиса легко может вырвать табуретку из-под его ног: он тоже в доле. Он тоже может упасть. Грохнуться с этой высокой лестницы успеха. — Счёт прикроют только к завтрашнему дню, — видит бог, он не хотел говорить это с таким самодовольством, хотелось просто стереть эту едкую улыбку с этого красивого лица. У него получилось, но какой ценой? — Ты же обещал, что всё уладишь! — наконец, парень, что сидит на кресле в стороне, подаёт голос. — Я и так сделал всё, что мог! — Яку чувствует, как у него сдают нервы. — Закиньте мне остаток, и разойдёмся, — но быстро успокаивается, как только начинает думать о деньгах. Вот они, уже у него в руках… — Мы тебе больше ничего не должны, — парень встаёт с места и подходит к девушке, смеряя его холодным взглядом. Мориске замирает. Внутренности жжёт огнём. Алиса прижимает к себе документы теснее, когда он начинает двигаться к ним. Лицо Яку вытягивается, он удивляется такой наглости. — Мы так не договаривались. — Забудь, Мориске, — качает головой девушка. — Мы в расчёте, — кивает ей парень. — Просто сделай то, что должен, и закончим, — тихо ставит точку в разговоре Алиса. Они вдвоём огибают стол с другой стороны и движутся к выходу. в этом мире не существует ничего и никого страшнее человека. необходимо бояться только самих себя. — Да если бы не я, вы бы на первом же деле погорели! — достигает их яростный крик. В следующую секунду маленький пустой чемодан влетает в стену рядом с блондинистой головой. Пара не оборачивается. — Если бы не мы, ты бы так и чинил свои компы, — говорит Алиса, словно ядом плюётся и шипит. Парень показывает средний палец. Дверь закрывается. Судьба справедлива, и все наши поступки оседают пятнами на жизнях других людей. — Ну, что? — улыбается девушка, садясь в свою машину, уже не красный Porshe. Пришлось пересесть на кое-что победнее да пострашнее, раз уж на неё открыли охоту. Попасться в руки полиции из-за простой невнимательности — стыда не обобраться. — Куда поедем? Реплика Яку ещё звучит в её голове. Но Мориске тоже рискует своей шкурой. Посадят её — посадят и его. А кому хочется лишиться свободы? Эти пятна не смыть ни слезами, ни кровью. Они вечны, время от времени только меняется их насыщенность. — Может, в Австралию? Всегда хотел там побывать! — восторженно отвечает парень. — К тому же, там люди всегда живут вне остального мира. А английский мы оба знаем. Краски смешиваются, сгущаясь. Инь и Янь — больше не идеальный баланс. Белое перестаёт быть совершенным, а чёрное блекнет. — Хорошо, — она кивает, — как скажешь, Лёвочка. Ни хорошие, ни плохие люди не остаются таковыми навсегда.