а ёжики ебутся...

      И Санзу послушал, убрал руку и с восторгом заглянул в глаза напротив. Получив в ответ лишь легкую улыбочку, младший обиженно хмыкнул. И кто ж знал, что это заставит механизм в голове брюнета работать в ускоренном темпе.       Продолжая оставлять на теле парня новые отметины, старший Акаши спустился к его члену и легонько провел по нему языком.       — Такеоми… Только не там… Не делай этог… — договорить Харучие не дала новая порция наслаждения, которая с головой накрыла розововолосого, стоило его любимому братику начать посасывать его член.       И, чёрт возьми, младший Акаши соврет, если скажет, что ему это не нравится. Напротив, он готов смело заявить о том, что его брат сосёт лучше любой девушки, что когда-либо проводила с ним ночь. Но всё же одно теперь беспокоит. Где же он научился этому? Неужели его братик был с кем-то еще в этом плане? От одной мысли становилось противно, но что он мог поделать?       Всё же брюнету не пятнадцать лет. Естественно, у него кто-то был до Санзу, и возможно, даже таких партнеров было несколько. Это он у него первый и единственный парень, но как бы хотелось быть первым и для Такеоми.       Тяжело вздохнув, Харучие посмотрел на брата, который довольно-таки резко завершил своё занятие и обеспокоенно посмотрел на младшего.       — Я сделал что-то не так? — с нотками беспокойства в голосе поинтересовался темноволосый.       — Нет. Я просто задумался о… — парень запнулся, но всё же договорил, — о своем.       — Не верю, тебя явно что-то расстроило, — констатирует старший. И да, он совершенно прав, Санзу действительно расстроен, но почему? Не понимает…       — Это не так важно, давай лучше продолжим... — пытается предотвратить этот неприятный разговор младший.       — Нет. Пока не ответишь, что тебя тревожит, я и с места не сдвинусь, и тебе не дам, — заявил старший Акаши, тяжело выдохнув.       — Ладно, — младший сдается и все решает спросить то, что его так мучает. — У тебя был кто-то до меня? Ну, в смысле... Парень? — почему-то от подобного лицо Харучие моментально стало красным. Ему действительно было стыдно, но что он мог с этим поделать?       — Нет, — моментально отвечает старший, и, кажется, догадывается, в чем тут дело.       — Тогда откуда ты научился так хорошо делать ми… — договорить ему не дали, в ту же секунду затыкая поцелуем.       Нет, Такеоми не соврал, такого опыта в отношениях у него не было никогда, но разве мог он признаться младшему братику, что одним прекрасным днём, лёжа на диване, тот размышлял о своих чувствах к нему, и погрузившись в свои влажные мечты о его теле, не заметил того, как начал посасывать банан. Это самое постыдное из всего, что он только делал.       Брюнет прекрасно помнит лицо пришедшего в тот момент к нему друга, выражавшее полное недоумение. Может быть, он когда-нибудь и расскажет Санзу об этом и о том, как потом еще парочку раз практиковался таким способом, но точно не сегодня.       Чтобы полностью отвлечься, брюнет решает перейти к самому сладкому. Отстранившись от безумно желанных губ, старший Акаши достает смазку из-под кровати и сразу же ловит на себе взгляд ничего не понимающего Харучие.       — Это смазка, — неуверенно проговаривает старший.       — Я понял, — закатив глаза, отвечает Санзу, — но откуда она у тебя?       — Я купил её давно. Ещё в тот момент, когда понял, что ты нравишься мне куда больше, чем просто брат, — честно признался Такеоми.       — Так, значит…       — Ага… — брюнет нагло перебивает розововолосого и преспокойно возвращается к своему долгу по доставлению невероятного удовольствия своему братику.       Вылив достаточно смазки себе на пальцы, мужчина стал постепенно вводить в анальное отверстие брата первый палец. Делал он это крайне аккуратно, ведь не хотел доставлять ему особо сильный дискомфорт.       Когда палец наполовину вошел в парня, послышался приглушенный крик Харучие и если присмотреться, с глаз у него выступили слёзы. Такеоми моментально прильнул к его губам, нежно целуя, тем самым успокаивая и расслабляя. Второй рукой он легонько водил по телу брата, вырисовывая на нем незамысловатые узоры. И вот, наконец-то с губ Санзу сорвался первый стон. Это стало зеленым светом для черноволосого, поэтому он начал постепенно вводить второй палец.       Мужчина начал медленные круговые движения внутри и в конце концов, нащупал простату. Слегка надавив туда пальцем, он услышал сладостные стоны брата. Не упуская возможности доставить младшему еще большее наслаждения, старший Акаши начал слегка надрачивать тому.       Харучие же уже не мог терпеть. Он в буквально смысле начал хныкать, просить большего, а Такеоми ни в какую, издевался.       — БЛЯТЬ! — громко выругался розововолосый. — Вставь его уже в меня. Прошу, перестань меня мучать…       И Такеоми не смог устоять перед таким умоляющим взглядом. Он и сам давно хотел это сделать, да вот что-то не давало. Наспех, сняв с себя штаны, а с ним и нижнее белье, старший Акаши обильно смазал проход и собственный член смазкой, после чего начал медленно просовывать его внутрь.       — Больше не могу! — выкрикнул парень и самолично насадился на член брата. И как же он был беспечен, ведь адская боль настигла его незамедлительно.       — Санзу нет! Что ты творишь… — старший всячески пытался успокоить младшего.       Такеоми выцеловывал и оглаживал каждый сантиметр его тела, легонько покусывал и сразу же облизывал место укуса, целовал в губы. Простыми словами, делал всё, чтобы облегчить боль. И это помогло. Уже через несколько минут розоволосый почувствовал нечто иное. Да, больно все еще было, но не так сильно.Безумно хотелось большего.       — Начни двигаться, — просит старшего Хару, и брюнет послушал, начиная медленно двигать бедрами.       В один прекрасный момент он, наконец, попал в то самое заветное место и реакция не заставила себя ждать. На весь дом раздался громкий, сладкий и такой приятный до мозга костей стон Санзу.       Для черноволосого это означало одно — можно двигаться быстрее. Отправную точку он уже нашел, а уж удовольствие младшему брату он доставит сполна.       — Такеоми, я, кажется, скоро…       — Чшш... — тихо прошипел старший. — Давай кончим вместе?       Получив одобрительный кивок, мужчина ускорился, и теперь уже немного грубоватые стоны старшего Акаши и приторно-сладкие стоны Харучие слились в унисон. И, кажется, сейчас их услышали бы все жители этого дома. И как же хорошо, что они были только вдвоем… Или не были?       — Обманываешь! — громко сказала девушка, открывая входную дверь в дом, пропуская внутрь еще трёх человек.       — Нет же, я могу доказ… — не договорив, парень заткнулся, ведь услышал какой-то странный шум со стороны.       — Странно… — схватив свою любимую булочку со стола, та продолжила, — я посмотрю! — засунув булку в рот, Сенджю вприпрыжку направилась в направлении странных звуков.       Остальные последовали её примеру. Мало ли там вор какой-нибудь. Они должны защитить младшую Акаши, несмотря ни на что.       Подойдя к комнате старшего брата у Сенджю булочка изо рта выпала, а глаза настолько сильно округлились, что, казалось бы, сейчас вывалятся. Майки же с интересом разглядывал картину перед ним, а Вакаса с Шиничиро пытались что-то сказать, но получалось только открывать и закрывать рот обратно.       — Ну нихуя себе... — первым подал голос Имауши.       Такеоми моментально повернулся и сказать, что он охуел — ничего не сказать. И почему они не закрыли дверь? И ладно бы увидел это кто-то из друзей, но точно не его младшая сестра и Манджиро.       — Блять, Сенджю, Майки, отвернитесь, а еще лучше уйдите отсюда нахуй! Такеоми, ебаный в рот, научитесь закрывать дверь в комнату! — с силой закрыв ту перед носом подростков, Шиничиро потащил их к выходу из дома, попутно ругаясь на старого друга. А несчастная булочка так и осталась одиноко валяться на полу.