Кофе с молоком

      Последние дни выдались сумасшедшие. То есть, если честно, в этой команде каждый день какой-то чокнутый — всегда что-то происходит, но эта неделя была просто… Мугивары не успевали вздохнуть, а Гранд Лайн не давал им расслабиться. Нападения других пиратских команд, преследования Морского Дозора, быстрая смена погоды, Морские Короли — всë это менялось с невероятной скоростью, и только они разбирались с очередным пиратом, который решил, что сможет прославиться за счëт Соломенных шляп, налетал ураган.       Санджи пошарил по карманам пижамной рубашки, пока не вспомнил, что сигареты остались в пиджаке, который висел в шкафу. Далеко, да и все вокруг спят, дымить, наверное, не стоит. Винсмок перевернулся на другой бок, посмотрел вниз — туда, где висел гамак Усоппа и неожиданно встретился с ним глазами. — Чего не спишь? — прошептал Санджи, когда понял, что его попытка притвориться спящим до глупого смешная — но не говорить же, что «да, я хотел попялиться на тебя, пока ты спишь, потому что нам было некогда даже поговорить в последнее время». — Кошмар приснился, — также тихо ответил Усопп, морща перебинтованный лоб. Санджи сжал кулак, чувствуя, что виноват — не уследил. Вчера Усоппа ранили, не сильно зацепили, точнее — «бывало хуже», но блондин уже давно каждое ранение их снайпера воспринимал близко к сердцу. Боялся.       Санджи откинул одеяло и с ловкостью большой змеи переполз в чужой гамак. На немой вопрос Винсмок буркнул: — Тоже кошмары.       Усопп отодвинулся, на сколько позволяла качающаяся сеть, и лëг на бок, оказавшись лицом к лицу с Санджи. Тот молчал, изучающим взглядом скользя по чужим бинтам, глазам и губам. — Болит? — Меня такой ерундой не проймëшь, — начал говорить снайпер, но конец предложения застряло в горле, когда Винсмок приподнялся и коснулся губами чужого лба, — уже лучше, спасибо.       Санджи улыбнулся, укладываясь обратно, слегка вытянул руку и легко провëл пальцами по смуглой щеке. Усопп замолчал и прикрыл глаза, подставляясь под касания — они проскользили от виска до линии челюсти, потом снова вернулись к виску и спустились к носу, а от него к губам. — Будь осторожен, пожалуйста, — прошептал Винсмок, и в его дрожащем голосе Усопп услышал столько боли, что резко распахнул глаза, пытаясь придумать достойный ответ. Они оба были пиратами и знали, что в любой момент может случиться всë, что угодно — от дозорных до погоды, но сейчас нужно было сказать что-то другое.       Я буду. Я всегда осторожен, но буду ещë осторожнее ради тебя. Поэтому ты тоже береги себя, не лезь на рожон, позволь помочь тебе.Усопп не знал, как кратко сформулировать разрывающие его чувства, поэтому просто резко подался вперëд и прижался губами к чужим.       Санджи фыркнул и отодвинулся, прижимая руку к правому глазу. — Ну я же попросил быть осторожнее.       Усопп беззлобно цокнул и ткнул блондина в грудь. — А ты не мог догадаться и повернуть голову. Теперь у нас в команде ещë один одноглазый будет. Давай спать.       Санджи приподнялся и, склонив голову, поцеловал Усоппа — тот ответил сразу, несмотря на показную прохладу, и сам углубил поцелуй. Винсмок не успел удивиться — снайпер вроде бы не особо жаловал поцелуи с языком, потому что чужая ладонь пробралась под рубашку и теперь оглаживала ему бок. — Ты… — ладонь скользнула вверх, пересчитала подушечками пальцев ребра и легла прямо на грудь. Санджи не двигался, хотя ему хотелось сделать много чего, и внимательно всмотрелся в глаза напротив. В темноте чужие зрачки казались настолько огромными, что заполонили и радужку, и белки.       Усопп снова подался вперёд, ткнулся влажными от поцелуя губами в чужой подбородок. Его рука тем временем спустилась вниз, погладила живот и на мгновение замерла возле слабой резинки пижамных штанов — и когда она преодолела и еë, сердце Санджи совершило сальто-мортале в груди и, кажется, остановилось.       Усопп слегка спустил чужие штаны вместе с бельëм и снова посмотрел на блондина. — Эй, ты здесь? — Та… — глухо выдохнул Винсмок, боясь шелохнуться лишний раз — шатающийся гамак не был надёжным местом для любых движений, но Санджи ни за что на свете не прервал бы Усоппа. — Хорошо, — пробормотал снайпер, и прижался губами к чужому рту, надеясь, что Санджи не почувствует дрожь. Было слишком неловко и даже страшно проявить инициативу, но хотелось это сделать гораздо сильнее.       Усопп коснулся чужого, ещë расслабленного члена и слегка сжав ладонь, сделал движение вниз — Санджи на это вздрогнул. — Погоди-погоди, сухо. — Прости, — прошептал снайпер, теряя уверенность в своих действиях. — Слюны будет достаточно.       Усопп кивнул, но всë ещë не совсем знал, что ему стоит сделать — облизнуть ли ему свою ладонь или что ещë можно сделать, чтобы Санджи не было неприятно. Винсмок убрал руку с чужого бедра, слегка задрав длинную ночнушку Усоппа, смочил ладонь слюной и перенëс еë на свой член. Снайпер снова кивнул и повторил чужое движение, ловя губами участившееся дыхание Санджи.       Винсмок издал гортанный протяжный звук, пронзивший ночную тишину, когда Усопп начал ритмично двигать ладонью — тот вздрогнул, высвободил вторую руку из-под себя и зажал чужой рот, приподнявшись на локте. Санджи бросил извиняющийся взгляд из-под опущенных ресниц и лизнул прижатую к губам ладонь, нашарив пальцами край ночной рубашки Усоппа и задирая еë. Снайпер шумно втянул воздух, когда Винсмок сжал его ягодицу и скользнул рукой к напряжëнному члену. — Подожди. Я сам. Будь тише, хорошо? — Усопп поцеловал Санджи и задрал свою рубашку до живота.       Винсмок запрокинул голову и попытался обо что-нибудь опереться, когда Усопп соединил их члены, размазывая смазку по обоим сразу, пока не понял, что они почти висят в воздухе. Усопп рвано дышал ему в шею, а Санджи чувствовал, что плавится от горячего дыхания, от чужого горячего тела и касаний, и ощущалось это настолько хорошо, что зарождающийся громкий стон пришлось давить в поцелуе. — Усопп, — выдохнул Винсмок куда-то в ключицу снайперу и там же сжал зубы, чувствуя языком горячую кожу и ткань пижамы. — Ах, Санджи-Санджи, — шептал Усопп ему на ухо, ускоряя движения руки. Блондин зажмурился, когда волна тепла пронзила его насквозь, и под опущенными веками замелькали звёзды — то ли мерещилось, то ли это был узор с рубашки Усоппа.       Снайпер кончил чуть позже, вздрогнул, шумно выдохнул чужое имя и притянул Санджи к себе, не давая тому выпасть из гамака — Винсмок потерял опору и едва не выскользнул прямо на пол.       Они лежали так ещë несколько минут, выравнивая дыхание, пока из глубины каюты кто-то смачно не сматерился. Усопп едва не вскочил, сам чуть не выпав. — Санджи! Ого, как ты оказался здесь? Ты выпал?       Зоро издал звук, который Усопп охарактеризовал как «закатил глаза». Снайпер испустил нервный смешок, и зажал рот Санджи, который набирал воздух для гневной тирады. — Пошли умоемся.