Кладоискатели

Потемнело быстро. Усилился мокрый снег. Прогноз погоды обещал заморозки, что было очень неудобно для разборок. И под эту сырую метель компания расположились в зале, так как в окно на кухне сильно задувало, и жалкая плëнка совершенно не спасала от ветра. Момои принесла каждому по кружке чая и села на кресло с ногами. — Бр-р-р... Холодина, - жалуется она, грея руки об горячую кружку. — Надо завтра обязательно поставить окно, - согласно кивает Такао, пометив что-то в телефоне. И только Аомине было не до бытовых дел. Он ждал, когда Мидорима начнëт объяснять случившееся, но тот молчал. — Ты думаешь рассказывать? - не выдерживает Дайки. — Завались. Дай мне подумать! Все послушно затихают минут на десять, пока мужчина не ставит кружку на журнальный столик. — Тебе надо уехать. — Что?! - хором спрашиваю ребята, и Такао проливает чай на штаны, смачно ругнувшись, на что Мидорима даже не обращает внимания. Будь он не нагружен случившейся проблемой, то уже давно бы отчитал мужчину на рукожопость. — Масааки приезжал за тобой. Не знаю, чем ты их так интересуешь. Не задницей же? - хмыкает Мидорима, а Дайки сжимает зубы. — Заебал. — Я просто к тому, что она у тебя не очень. — Зато у тебя хорошая. Наверное, неплохо в такую долбиться, - кротко смеëтся Аомине, тоже отставляя кружку. — Разбираешься? У Химуро, наверное, ещё лучше. — Нет, у тебя самая гейская, - улыбается Дайки. — Да хватит вам. Мидорима, что было-то? - торопит Момои. — Масааки сказал, что заберëт тебя либо за деньги, либо бесплатно где-то перехватит. — За какой такой надобностью? — А хер его знает. Или точнее, ты что-то знаешь, но молчишь, - Мидорима поднимает глаза на Аомине, от чего тот теряется. — Не понимаю, что ты хочешь, - мямлит Дайки, и Шинтаро все становится понятно. — Выкладывай. Что со шкатулкой? Синеволосый крутит кружку в руках, думая, что он может знать. — Я без понятия. — Пиздишь. — Честно. Мидорима с психом встаëт с дивана, и Такао заваливается на бок. — Ты куда? – спрашивает Казунари, с неприязнью оглядывая старый, разваливающийся диван. — За шкатулкой, - отвечают из кабинета, и Шинтаро спускается обратно. Золотой ларец, усыпанный драгоценными камнями. Безумно дорогая вещь сама по себе, но то, что находится внутри, считается совершенно бесценным. Еще с середины осени по городу пустили слух, что есть такая штучка, с каким-то невероятно дорогим содержимым. Но слухи на то и слухи, что не понятно: откуда она взялась? или как её открыть? нужен ли какой-то ключ? — Она не открывается, - объявляет Мидорима. — Я долго с ней возился, но ничего не вышло. — Может, потому что это подделка? - предполагает Такао, но всё же пытается разгадать, как можно открыть крышку. — Оригинальная тоже не открывается, - подаёт голос Дайки, и все уставляют свой взгляд на него. — Что? Тацуя пытался, но ничего не вышло. Крышка спаяна со стенками, а по периметру щели вставлены фианиты тонкой цепочкой. — И это их остановило?! - удивляется Момои. На этот раз её очередь рассматривать шкатулку. — Тут тоже фианиты под крышкой. Невероятно качественная подделка... — Ещё раз! - Мидорима пальцами массирует виски. — Ты видел оригинал? — И подделку, - кивает Аомине. — Они все были у Тацуи? — Да, - снова кивает Дайки, и Мидорима сжимает голову. — Тогда как подделка оказалась у Акаши?! — Точно также, как и у нас. Забрали? - предполагает Момои, передав шкатулку обратно Такао. — Вы думаете, что Акаши, когда стоял перед выбором - взять оригинал или подделку, взял подделку?! Товарищи пожимают плечами. Они сильно устали. — Пойду покурю, - информирует Мидорима, поднимаясь с дивана, отчего Такао снова заваливается на бок. — Можно? - интересуются рядом, когда Мидорима раскуривает первую сигарету. Сильный ветер задувает зажигалку, и руки мёрзнут прикрывать её. Шинтаро смотрит на подошедшего Аомине и молча протягивает пачку. — Что надумал? - Аомине, видимо, не собирается давать Мидориме желанную тишину. — Ещё ничего, - голос слабый и хриплый. Он тоже устал, так ещё и замëрз. — Ты почему без куртки вышел?! Шинтаро удивлённо поднимает глаза и щурится, когда не видит ничего из-за замёрзших очков. Аомине тихо смеëтся, когда сам не видит глаза собеседника, аккуратно снимая очки с его лица. — Кто тебе, блять, разрешил меня трогать?! - кричит Мидорима, выхватывая очки из рук Аомине, и кладёт их в карман штанов. — Заболеть хочешь? - игнорирует его наезд Дайки, глубоко втягивая дым. — Не твоё дело... — Можешь ругаться на меня сколько захочешь, но следи за своим здоровьем. Шинтаро закуривает другую сигарету. То ли от стресса, то ли он не хочет ещё заходить в дом. — Ты себя видел? – усмехается мужчина. — Синяк на синяке. — Беспокоишься? — Больно надо, - бросает Мидорима, и вдруг Аомине становится серьёзным, кидает окурок в снег, прислоняясь к входной двери. — Я поеду завтра к Масааки. — Что? — Им это надо? Тогда я дам то, что они хотят. Возможно, вся эта история быстрее закончится. — Нет! - кричит Мидорима, тоже выбрасывая недокуренный окурок. — Он же вернëт тебе деньги? - опять будто не слушает синеволосый. — Ты не разменная монета! - голос мужчины срывается на хрип, когда он бьëт по двери возле лица Аомине. Мужчины замирают, прожигая друг другом взглядом и выдыхая еле тёплый пар с запахом никотина друг другу в лицо. Шинтаро чуть ли не трясётся от злости и холода, и Дайки медленно тянется к его ледяному лицу рукой, чтобы успокоить, но его плечо отодвигает дверь. — Мидорима? - Момои невинно выглядывает в щель, но Шинтаро не считает нужным что-то объяснять и просто проходит в дом, оставляя Аомине стоять на холоде в полном замешательстве. — Мидорима! - Такао влетает в комнату, когда мужчина только открыл глаза. Он всю ночь думал, что делать и что вообще задумал Масааки, на кого он работает, и по итогу заснул очень поздно. — Какого хуя ты кричишь с утра пораньше?! - хрипит Шинтаро, надевая очки. — Аомине... — «Аомине», что? — Он пропал... Мужчина подскакивает с кровати и вылетает из комнаты. Такао бежит за ним, до тех пор, пока не оказывается у комнаты Дайки. Она светлая-светлая, находится по другую сторону лестницы от кабинета Акаши и растягивается от стены до стены. Поэтому в его комнате два окна, одно из которых выходит во двор, на самую солнечную сторону. В ней огромная кровать, маленький стол, на котором навалены какие-то бумажки, тренажёр, настенный турник. Даже есть дартс. Но нет самого Аомине. — Куда?! - кричит Мидорима, переворачивает аккуратно заправленную постель. — Где он, твою мать?! — Мидор... — Завались нахуй! Такао послушно замолкает, пока к ним не подходит Момои. — Он поехал к Масааки. Мидорима замирает. Он догадывался, но не хотел это принимать. — Откуда ты знаешь? — Он мне сам сказал вчера, когда ты ушёл в дом. — И ты его не остановила? — Я... — Почему ты его не остановила?! Девушка вжимается в дверной проëм, когда слышит громкий, хриплый крик. — Я пыталась, но что я могу сделать?.. — Блять! - Мидорима отбрасывает подушку в стену и садится на кровать.