Это лишь навсегда, совсем ведь недолго.

Глава III

Мир, и правда, рушится

      Сумерки медленно поглощали последние розовые полоски на уставшем за день небосводе, погружая владения Андеграунда в ночную тишь. Над Лабиринтом замелькало ещё больше ящеров, время охоты вступило в свои права. Именно так себя чувствовала Сара — загнанной зверюшкой, на которую ведётся медленная охота.       Казалось, в данный момент её готовят как раз для этого: две молоденькие служанки под неусыпным контролем вернувшейся леди Арвель спешно создавали две объёмные сложные косы, заплетая волосы пленницы и содрагаясь от каждого замечания спесивой наставницы. Обе одеты едва отличимо: длинные чёрные платья до самых пят, опоясанные кружевными фартучками; миловидные, почти детские лица обрамлены густыми светлыми волосами, туго стянутыми в высокие хвосты.       Поторапливаемые замечаниями докучливой управляющей, девушки —на вид не старше восемнадцати — торопились закончить с работой, вплетая в них тоненькие шёлковые ленточки в тон бежевому платью, густо украшенные сверкающими камешками.       Узница, одетая, словно кукла, безучастно перебирала пальцами ткань платья, в которое недавно пришлось влезть по указанию Арвель. Чёртова «наставница», казалось, не могла нарадоваться своей первой маленькой победе над упрямой землянкой, что регулярно подтверждал её противный, главенствующий тон и не сходящая с лица ухмылка. Уже больше часа Сара вполуха выслушивала нескончаемые потоки правил и наставлений от леди Арвель, порой глубоко погружаясь в густые, тяжёлые мысли.       Беспокоило то, что ей не без злорадства сообщила управляющая:       «Его Величество будет ждать Вас сегодня вечером.»       Бог знает, где и для чего ждёт её Джарет, в голову прокрадывались самые страшные картины, на запястьях всё ещё чувствовалась хватка цепких беспощадных рук. Оттого она безнадёжно впадала в ступор, переставая обращать внимание на наставления. Разум велел вникать в слова леди Арвель, анализировать происходящее в поисках варианта спасения, попытаться адаптироваться. Чувства же ослепляли, притупляя смекалку и трезвость мысли.       Высокомерная гоблинесса бросала в её сторону двусмысленные взгляды. Ей явно приходилось по вкусу человеческое смятение.       Наконец девушки закончили с волосами, быстро отшагнув в сторону, чтобы не мешать леди оценить их старания.       — Хорошо, — кивнула она. — Селина, Марианна, пока можете быть свободны.       Служащие поклонились и подкинули покои, не оборачиваясь спинами к госпожам.       — Куда мы пойдем? — Сара вполоборота повернула голову к наставнице.       — Не стоит задавать лишние вопросы, госпожа, — отчеканила Арвель. — Мне велено привести вас к Его Величеству. Вы запомнили всё, что я говорила?       Сара проигнорировала, с раздражением перебирая в памяти указания придворной дамы. Не поднимать глаз без позволения, чётко и без промедления отвечать на вопросы, поклониться, обращаться как подобает… Как унизительно! Кажется, аппетиты Короля возросли. Или же она просто плохо его знала? Возможно, таким образом он просто-напросто хочет вывести её из себя.       — Немедленно идёмте! — скомандовала управляющая, раздраженная поведением девушки.       Она напоследок оглядела её внешний вид, взяла под локоть и повела к двери. За ней последовал долгий спуск вниз по тёмной винтовой лестнице, после чего пространство заметно расширилось. Длинные широкие коридоры замка были пусты, освещаемые множеством свечей в канделябрах, установленных на равном расстоянии друг от друга на разнообразных резных столиках у стен или же встроенные в сами каменные стены. Было так тихо, что казалось, даже шелест платьев разносился эхом вокруг. Тонкие пальцы Арвель ни на миг не отпускали Сару, пока стук их каблуков мерно расходился по длинным извилистым помещениям.       Мысленно девушка произнесла:       «Надеюсь, хоть в замке обойдется без лабиринтов.»       Миновав несколько поворотов, перед взорами предстал огромный холл, по обе стороны которого вновь расходились лестницы, полукругом обрамляющие помещение. У подножия каждой из них горделиво возвышалось по одной каменной статуе гоблина с оружием наперевес.       Наставница повела королевскую пленницу вниз по одной из лестниц. Сара же завороженно всматриваламь в громадную, тяжёлую люстру, свисающую с высоких сводчатых потолков. Тысячи ярких огоньков сверкали, отражаясь от хрустальной поверхности. Сара невольно погрузилась в воспоминания: яркий свет, праздничная обстановка, дымящиеся благовония, одурманившие её голову, десятки спрятанных за причудливыми масками лиц, мелькающие бальные платья и костюмы, завораживающая мелодия и сильные руки на талии. Этот томный, давящий взгляд...       Что она чувствовала в те моменты? Не став врать самой себе, Сара честно констатировала, что ощущала бесконечное желание остаться там навсегда.       Она тряхнула головой, разгоняя обволакивающие видения, сразу же поймав на себе косой взгляд леди Арвель. Находясь в раздумьях, девушка и не заметила, как они оказались перед широкими двустворчатыми дверьми. Вспомнились слова: «Его Величество будет ждать Вас сегодня вечером», и воображение уже ярко разрисовало за дверями покои Короля, где зверь терпеливо ожидает свою жертву.       — Будьте благоразумны, — пожелала Арвель напоследок и скрылась в полутьме замка.       Сара не успела и возразить, как перед ней раздался звук открывающихся дверей. Девушка машинально сделала пару шагов назад, вглядываясь в вырисовывающееся перед ней пространство. Она с облегчением для себя поняла, что это всего лишь обеденный зал, посреди которого красовался большой длинный стол, полностью серверованный. нём уместилось множество ваз, заполненных невиданными доселе соцветиями. Пламя горящего позади стола камина ярко поблёскивало, отражаясь в глади столового серебра.       Сара вгляделась в томную полутьму, выловив из неё высокий силуэт у огня. Джарет стоял к ней в профиль, облокотившись о поверхность строения. Он не отрывал взгляда от небольших, искусно сотворённых часов на каминной полке. Поделены те, конечно же, на тринадцать цифр.       Сара смело переступила порог комнаты, тихо шагнув на мягкий чёрный ковер. Более не было терпения находиться в неведении, в ожидании очередного выпада Короля. Джарет намеренно тянул время, наслаждаясь раздражением той, у кого отнял свободу, и собирался отнять ещё больше.       Она же молча стояла посреди зала, и гордость не позволяла выполнить наставления леди.       «Когда предстанете перед Королем, поклонитесь и попросите разрешения говорить.»       Джарет наполовину обратил лицо к вошедшей. Он молча ухмылялся, отчётливо ощущая нутром её смятение, как людская душа мечется под гнётом холодного взора, и его это явно будоражило. Сколь долго ещё предстоит работать над этой девчонкой!       — Добрый вечер, дорогая, — наконец прервал он её растерянность.       — Добрый, — ответила Сара сквозь зубы.       Казалось, Король пребывал в добром расположении духа. Она вздохнула с облегчением, даже тугой корсаж под платьем больше не казался таким сковывающим.       — Зачем же Вы пожелали меня видеть? — прозвучало из её уст уже мягче.       — Слуги доложили, что ты весь день отказываешься от еды. Со мной такой трюк не пройдет.       Джарет подошёл к краю стола, аккуратно отодвинув резной деревянный стул с высокой спинкой, и жестом пригласил Сару присесть. Хоть действие и казалось весьма галантным и благородным, в глазах Короля гоблинов читалось явное нежелание принимать отказ. Она решила проявить благоразумие и не строптивиться, а понаблюдать за развитием ситуации.       — Благодарю, — холодно отозвалась она, мягко опускаясь на стул и попутно приглаживая юбку платья. Плечи дрогнули, почувствовав, как осторожно, палец за пальцем на них ложатся прохладные руки. Тут же горячее дыхание овеяло кожу:       — Я не желаю тебя отравить, моя драгоценность, можешь есть спокойно. Ты правда думаешь, что я выбрал бы столь примитивный способ для убийства? Это совсем неинтересно.       Сара невольно повернулась к лицу Короля. Оно застыло так близко, что сердце выбилось из родного ритма, готовое разнести стенки груди. Неужели Король гоблинов и вправду убьёт её однажды? Как же он это сделает? И что будет до наступления того дня?       Его Величество разошёлся хохотом, отстраняясь. Разумеется, он ожидал такой реакции. До чего же сладок этот страх!       — Прошу тебя, дорогая, поешь, не стесняйся. — Джарет прошёлся к противоположному краю стола, опустившись на стул в привычной свободной манере. — Тебе очень понадобятся силы для завтрашнего дня.       — Что же будет завтра? — удивилась она.       — Это сюрприз. Ешь, Сара. —Последнюю фразу он произнёс уже без веселой нотки в голосе, как было за минуту до того. Ему необходимо исполнение приказа.       Сара уставилась в полную тарелку перед собой. Желудок уже давно скрутило от голода, но может ли быть, что в пищу и правда что-то подмешано? Так или иначе, в одном Джарет был прав, — силы определённо понадобятся, но не для завтрашних его планов на неё, а для борьбы.       Коротко взглянув на Короля, девушка подцепила вилкой нечто похожее на овощ и принялась есть, медленно вдумываясь в непривычный вкус. Вдруг вспомнился случай со злосчастным персиком, который когда-то не посчастливилось вкусить. Джарет расплылся в улыбке, как довольный, сытый кот, — его драгоценность не ослушалась его, пусть и сделала это исключительно ради нежелания терять свои силы. Сам же он к еде не притрагивался, лишь изредка потягивая из бокала своё вино. Для Сары это не стало удивлением. Она прекрасно знает и ощущает, что питается по большей части он ею, каждый миг, каждую секунду поедая по кусочку загнанной в ловушку души.       — Леди Арвель посвятила тебя в наши правила? — поинтересовался Король.       — Весьма доходчиво, — отчеканила в ответ, отложив приборы в сторону и вглядевшись в камин. — Только вот подчиняться им я стану лишь в ваших мечтах, — дерзнула девушка, раздражённая отчитывающим тоном своего похитителя. Тут же удивилась самой себе — откуда столько храбрости?       Король гоблинов оторвал взгляд от причудливого набалдашника собственной трости, которую вертел в руках.       — Ты и не представляешь, о чем я мечтаю, дорогая.       Он игриво склонил голову вбок, затем отложил трость и вдруг выудил из ниоткуда один из своих кристаллических шаров, виртуозно поиграл им пальцами, после чего легко выпустил из рук. Мыльным пузырём воспарил между ними магический атрибут Короля так, будто совсем ничего не весил.       Сара наконец оторвалась от огня и настороженно вгляделась в медленно поднимающийся к потолку кристалл. На секунду ей показалось, что она вновь окажется в бальном зале, заключённая в тёплых, но губительных объятиях. Мощное чувство дежавю обволокло её.       — И знаешь, — продолжил Джарет, — мои мечты всё чаще становятся явью.        Колдун расплылся в улыбке, не предвещающей ничего доброго, а раздающийся эхом смех вдруг стал очень гулким, словно пространство растянулось, сделалось больше в тысячи раз.       Долетев до самой люстры, почти такой же, какую довелось видеть в холле, шар вдруг лопнул, разлетевшись на тысячи мелких, сверкающих всеми цветами радуги брызг. Прячась от ярких вспышек, Сара закрыла лицо руками, внезапно для себя снова ощутив чувство потери пространства, как при переносе в Лабиринт. Однако же на сей раз путешествие было куда короче. Девушка снова очнулась с перехватившим дыханием в выделенных ей покоях. Вдохнув полной грудью, она заметила нечто непривычное на периферии зрения. Повернув голову в сторону обеспокоевшего её объекта, Сара широко раскрыла глаза от испуга, — Джарет, как ни в чём не бывало, возлежал напротив нее, подперев голову рукой. Томный властвующий взгляд внимательно изучал лежащую перед ним девушку.       Затаив дыхание, Сара приготовилась соскочить с места, оперевшись на руки, и никак не ожидала, что в следующее мгновение Джарет пригвоздит её к постели, молниеносно оказавшись сверху. Одной рукой он сгреб в охапку напрягшиеся запястья, зафиксировав их над головой, вторая же ладонь бесцеремонно опустилась на талию, затянутую убийственно-узким корсажем. Обескураженная пленница не издала ни звука, пристально вглядываясь в глаза хищника: в их глубине вспыхнула адская искорка. Сердце колотило у самых ушей, заглушая все посторонние звуки. Сейчас существовали только эти двое, всё остальное затянуто плотной пеленой мрака. В свете десятков декоративных свечей Сара видела его лицо в мельчайших деталях. Оно так близко, что можно разглядеть каждую морщинку и изгиб, каждую тень, брошенную полумраком покоев.       Долгие десятилетия Джарет не имел желания глядеться в отражающие поверхности. Зеркала годами не попадались на глаза государю, тщательно припрятанные боязливыми подданными по строгому указу. Его Величество ненавидел себя и своё медленно чахнувшее тёмное царство. Очень долгое время он лишь плыл по течению, подавленный нежеланием что-либо менять. Человеческие нравы кардинально изменились с течением веков, вера в потустороннее поникла, страх поубавился. Люди перестали призывать домовых, предлагая им своих чад, их уже никто не боялся. Верные королевские подданные пребывали в голоде и вынуждены были впадать в длительную спячку. Казалось, ещё немного — и владыку просто-напросто перестанут уважать.       Однако в одну чудесную ночь всё перевернулось с ног на голову, — Джарет увидел её в волшебном шаре. Поначалу колдун не мог знать наверняка и даже гадать, насколько близкой духу сделается для него обыкновенная землянка. Но всё чаще и чаще он требовал у кристалла её образ, считая, что наблюдение за Сарой его лишь забавляет, помогая отвлечься от осточертевших проблем. Осознание пришло постепенно, медленной змейкой вползая в самое сердце, пока тот не признался себе, что и дня не проводит без мыслей о ней. Джарет и представить не мог, сколько тяжёлой работы придётся проделать до тех пор, пока возлюбленная навсегда не окажется в его объятиях.       И вот сейчас, наконец, она рядом. Лежит, оцепенев от ужаса, ресницы широко распахнутых глаз дрожат, ладони судорожно сжаты в кулаки. О, он никогда её не отпустит. Свободную руку Король медленно, словно подразнивая, повел вверх, очерчивая линию талии, решительно подбираясь к аккуратной груди, приподнятой тесным бюстье. Прохладная ткань перчаток заскользила по горячей нежной коже, мучительно неторопливо вторя округлостям молодого бюста.       Сара всхлипнула, резко отвернувшись от Джарета. Она тяжело дышала через нос, накрепко стиснув зубы и зажмурив глаза. От нехватки воздуха грудь лихорадочно вздымалась, распаляя Короля ещё больше. Душа Сары заледенела от ужаса, она попыталась скинуть его с себя, оттолкнув ногами, но те плотно запутались в тканях платья, прижатых коленом Джарета аккурат между её бёдер. Поглаживая тонкую шею, рука Короля гоблинов добралась до лица, заставив пленницу ощутить резкий контраст прикосновений, когда он внезапно до боли сжал её подбородок, поворачивая на себя, дабы добиться желанного внимания. Кожа в местах захвата побелела.       — Сколько раз я говорил тебе смотреть на меня, — прошептал Король.       — Нет, не сме… — только лишь успела прошептать Сара, как слова её беспардонно оборвал Джарет, с жадностью впившийся в дрожащие девичьи губы.       Она приглушённо застонала, страдальчески изогнув брови, ошарашенная нарастающей амплитудой поступков своего мучителя. То, чего она так боялась, беспощадно подкрадывалось всё ближе, в груди сдавило от чувства безысходности и беспомощности, хотелось закричать во всю мощь лёгких. Сара приготовилась здесь и сейчас распрощаться со своей невинностью, а быть может, и жизнью. Чувствовала, что Джарет сделает это очень болезненно и жестоко.       Однако Король медлил. Он целовал её жёстко, покусывая пухлые губы, не в силах сдержаться, целовал так, будто боялся снова потерять. Но он не потеряет, нет. Колдун перевернул свой мир вверх тормашками ради этого момента и теперь впереди у него тысячи таких мгновений. Он заберёт то, что по праву принадлежит ему.       Язык по-хозяйски скользит в её рту, свободная рука снова оказалась внизу, разминая одну из грудей. Сара жалобно стонала в такт движений его языка, голос становился всё тоньше и сдавленнее — от обиды к горлу подступал ком. Она была готова на всё, лишь бы это поскорее прекратилось. Кожа на сжатых запястьях неприятно натянулась, отчего попытки вырваться давались ещё труднее. Эти тщетные рывки доставляли Джарету неземное удовольствие. Разумеется, в его власти было полностью обездвижить бедняжку одним лишь тёмным заклинанием, но разве так интересно?       По лицу Сары заструились обжигающие слёзы, из груди вырвался сдавленный крик, встретившийся с губами Короля. Она дёрнула головой в сторону, разрывая нежеланный поцелуй, однако всё сразу же было возвращено на свои места, когда гоблин с силой потянул за волосы, девушка лишь успела издать короткий писк, прежде чем их губы снова слились воедино. В назидание за своеволие Джарет с силой прикусил внутреннюю поверхность пухлой губы. Вкус этой крови дурманил с тройной силой, его изящные пальцы сжимались в кулак, сгребая в охапку тёмные волосы и болезненно натягивая их у корней.       Неожиданно Король отстранился от неё, медленно выпуская из острых зубов растерзанную губу. В ожидании своей дальнейшей судьбы Сара уперла взгляд в хищные глаза напротив, черты его лица выглядели размыто из-за пелены горьких слёз. Джарет выпустил из ладони взъерошенные тёмные пряди испорченных кос, и теперь мягко поглаживал возлюбленную по щеке. Бережно утирал её слезы, будто вовсе не он являлся причиной их появления. Лицо его выражало полное блаженство, однако с ноткой некой неудовлетворённости. Ему очень не хотелось оставлять сейчас свой лакомый кусочек, свой любимый источник сладкой энергии, но так было нужно. Предводитель гоблинов решил растянуть удовольствие.       Джарет поднялся с кровати. Сара неотрывно наблюдала за каждым его движением, громко всхлипывая и растирая по лицу не прекращающиеся потоки слёз.       — Выспись как следует, милая, — промурлыкал он. — Сладких тебе снов.       С последними словами Король гоблинов попятился назад, в тёмное пространство комнаты, куда не досягал свет свечей. Он зловеще, исподлобья вгляделся вглубь заплаканных зелёных глаз, после чего неспешно растворился во мраке, оставив после себя тревожное ощущение чужого присутствия и непрерывного зловещего наблюдения.       Сара осторожно села в постели, затравленно озираясь по сторонам. Казалось, Джарет снова выскочит из любого тёмного угла. Обхватив колени руками, она громко заплакала. От осознания того, что она больше не владеет своей жизнью, своим телом, хотелось провалиться под землю. Сколько раз представлялся ей её первый поцелуй… Он, несомненно, должен был случиться с тем, кого бы выбрало сердце, а вовсе не так.       Растерянно хватаясь за голову, она завопила в пустоту:       — Кто-нибудь, пожалуйста, помогите!

***

      Уснуть удалось лишь только под утро. Почти всю ночь королевская пленница непрекаянно бродила по своей золотой клетке, то часами вглядываясь в собственное измученное отражение в зеркале туалетного столика, то без интереса рассматривая художественную резьбу на мраморе камина, безучастно проводя пальцами по изящным поверхностям. Серый камень красуется обилием причудливых символов, совершенно незнакомых, а также жутковатых изображений гоблинов, слившихся в сценах сражений. Среди них бились как и совсем крошечные, оттого, однако, не менее свирепого вида, так и настоящие гиганты. Это всего лишь изображения или в услужении Короля и правда есть подобного размера монстры?       Сара упорно силилась избавить пульсирующую голову от бесконечно прокручивающихся взад-вперед изматывающих дум, воспоминаний о действиях Джарета. На губах раз за разом чувствовался недавний поцелуй, тело ощущало фантомные касания рук, затянутых в перчатки, а во рту всё ещё присутствовал вкус крови. Горящий на щеках стыдливый румянец резко контрастировал с не так давно приобретенной нездоровой бледностью. Сара размышляла о том, насколько близок её конец, о том, что преподнесет надвигающееся утро и как жить дальше, как поступать в той или иной ситуации?       Король гоблинов не оставил ей путей для отступления. Реши она бежать из замка, немедленно будет схвачена ватагой дворцовой стражи и доставлена к ногам владыки. Даже если удастся миновать стражников, покинув стены дворца, что ждёт беззащитного человека в стенах Лабиринта? Сказка давно закончена, и теперь бесчисленные проходы и коридоры кишат как минимум хищниками, которых Сара уже успела заприметить, глядя из окна. А кто знает, какие ловушки поджидают там незадачливых путников?       Теперь все прошлые достижения в стенах Лабиринта казались ей пустым местом, грязным обманом проклятого Короля. Он растоптал её уверенность, все добрые чувства, однако сдаваться она не намерена. В плохие дни Сара всегда придерживалась строгого правила — не убиваться, не впускать в сердце страдания дольше одного вечера. Наутро она обязательно брала себя в руки, даже в самые тяжёлые моменты. Даже когда любимые родители развелись и видеть маму ей приходилось куда реже…       Однако в замке гоблинов такие приёмы давались с трудом. Джарет — не обыкновенная земная проблема, он — проблема всей её жизни, способная растоптать эту самую жизнь. Находясь в его владениях, Сара с трудом отыскивала силы для борьбы, а окружение действовало безумно угнетающе. Кажется, будто даже здешние стены и мебель тянут из неё энергию.       Из туманной дрёмы грубо выдрал настойчивый стук в дверь, который, впрочем, раздался всего несколько раз, после чего в покоях появилась уже успевшая Саре осточертеть леди Арвель. Девушка неохотно приоткрыла глаза. Хотелось просто повернуться на другой бок, прогнав женщину, но от этой занозы просто так не избавиться.       — Доброе утро, госпожа, — поклонилась управляющая. Сара понятия не имела, почему служащие так почтительно обращаются к ней, к несчастной пленнице. — Поскорее поднимайтесь с постели. Сегодня очень важный для вас день.       — Что вы имеете в виду? — Сара насторажилась. — Хоть кто-нибудь объяснит мне, что будет? Почему тут все всегда говорят загадками?! — Она встала с кровати, с каждой секундной всё больше раздражаясь.       — Успокойтесь, — потребовала наставница. — Вы всё узнаете только тогда, когда Его Величество посчитает нужным. А сейчас немедленно пройдите за мной.       Леди Арвель подошла к одной из стен покоев и открыла дверь в тёмную комнату, выполненную в гладких камнях сизого цвета, в которой Сара уже принимала ванну вчера. В комнату бесшумно вошли знакомые служащие, синхронно склонившись в реверансе.       Тут до Сары дошла одна отличительная особенность явившихся женщин: сегодня они все были одеты иначе — более торжественно и ярко. Оказавшиеся довольно длинными, шелковистые волосы леди Арвель, аккуратными локонами ниспадали до самой талии. Статная красавица теперь была в пышном платье насыщенного красного цвета с v-образным неглубоким вырезом декольте, обрамлённым чёрным стоячим воротником. По верхней части расшито оно воздушным чёрным кружевом, плавно переходящим в рукава-фонарики, покрывающие нижний слой шелка, что обложил изящные руки. На тонкой шее блестит изысканное колье, на голове, в переплетениях мелких кос, красовались точно такие же украшения.       Девушки — Селина и Марианна — также были одеты куда богаче, нежели вчера: полураспущенные волосы тоже украшены россыпью мелких драгоценностей, разумеется, менее роскошных, нежели у Арвель. Платья на них теперь менее консервативные — сверкающего серебристого оттенка с более свободными юбками. Напарницы поспешили подготовить ванную комнату, осветив её десятком свечей и заполнив ванну горячей водой.       — Я вернусь, когда ваши утренние процедуры будут закончены, госпожа, — сказала наставница и скоро откланялась.       «Можешь не утруждаться», —мысленно бросила Сара ей вслед.       В горячей воде можно позволить себе немного расслабиться, несмотря на раздражающие мельтешения гоблинесс. Сара не обижалась на них, — Марианна и Селина казались безобидными, им даже хотелось сопереживать. Нелегко целыми днями находиться под гнетом Арвель. Она пыталась выудить у них хоть какую-нибудь информацию, но из последних и слова нужного не вытянуть. Поэтому вскоре Сара оставила эту затею, её вполне устраивало и их молчание. Она даже не противилась тому, что её не оставляют в уединении, чтобы помыться и самостоятельно одеться. Нужно приберечь силы для главного врага.       Когда Сара увидела одеяние, в котором сегодня предстояло провести день, рот невольно приоткрылся в изумлении: изумрудному взору явилось роскошное платье, сшитое из плотной нежно-розовой ткани. Открытые плечи прикрывались лишь нежными, невесомыми, абсолютно прозрачными рукавами из фатина. Весь корсет, вплоть до пояса, искусно вышит бутонами уже более глубокого розового оттенка. Цветы соединялись между собой множеством нежно-зелёных переплетений и стебельков. Сверху цветочная композиция утянута тоненькой кружевной сеточкой, слегка приглушающей буйство красок. Пояс украшен сшитыми из кружева розочками, скреплёнными между собой чудесными сверкающими капельками. Гладкая пышная юбка шёлком струится к самому полу. Когда-то Сара мечтала о таком платье. Сейчас же она готова убежать отсюда голышом, лишь бы подальше от проклятого царства.       — Прошу, госпожа, — раздался мелодичный голос Селины, приглашающей к примерке. —Сегодня вы будете самой неотразимой!       — Именно так! — Марианна последовала примеру напарницы, решив подбодрить вечно грустную Сару, и почувствовав наконец толику облегчения от ухода надзирательницы.— Вы так печальны, нужно побольше улыбаться!       — Разве у меня есть причины для улыбки? — безучастно отозвалась Сара. Селина старательно затягивала корсет на её талии.       — А разве нет? — искренне удивилась Марианна, поправляя юбки платья. — Вы пользуетесь вниманием Короля больше, чем кто-либо другой, он очень заботится о вас.       — Верно! — подтвердила вторая. — Прежде он никем не увлекался столь сильно. Даже добрее стал. Вы очень везучая, госпожа!       Горькой усмешки сдержать не получилось. Очень повезло, верно. Вряд ли кто-то из когда-либо попадавших в Лабиринт проживал тут так долго.       — Это какой-то сюр, — прошептала она под нос, прозрачно глядя в одну точку.       Закончив с платьем, девушки усадили «госпожу» за туалетный столик и принялись за длинные волосы. За пять лет они успели хорошо отрасти, и теперь чёрным блестящим водопадом ниспадали до самой поясницы. Сара не обращала внимание на манипуляции с волосами, устремив взгляд в пол. Зачем её так наряжают? Быть может, готовят к торжественному званому ужину, где главным блюдом является она сама? Из нее просто выпьют все жизненные силы и выбросят… А может быть, устроят грандиозную королевскую охоту, преследуя несчастную представительницу рода человеческого в стенах Лабиринта.       Из собственных дум вывело холодное прикосновение к зоне декольте. Девушки добавляли последние штрижки к прелестному образу, украшая нежную шею увесистым колье и вдевая такие же серьги в уши.       — Всё готово, госпожа. Вы настоящая красавица! —подбадривала Марианна, застёгивая браслет на бледном запястье.       — Прошу, моя госпожа. — Селина подала Саре миленькие бледно-розовые туфельки, присев.       — Желаем удачи! — их звонкие голоса проговорили фразу одновременно, слившись в унисон.       «Только на удачу и надейся…»       Вскоре снова появилась леди Арвель. Оценивающе взглянув на Сару, она кивнула, дав понять, что довольна проделанной работой.        — Что ж, теперь идёмте со мной, — сказала она, пропуская Сару первой в дверной проем. — Ждут только вас.       Проговорив последнюю фразу, наставница расплылась в недоброй улыбке, впившись янтарным взором в пленницу. От её слов на сердце Сары будто рухнул булыжник. Для чего ждут? Куда предстоит идти? Она побледнела пуще прежнего, а желудок скрутило в узел. Хорошо, что она не съела ничего из предложенного на завтрак.       Сара молча двинулась по коридору, постепенно переходящему в крутую винтовую лестницу. За ней неотступной тенью следовала Арвель, готовая в любую секунду пресечь даже самый малейший намёк на побег. Да и бежать было некуда.              Когда женщины стали приближаться к уже знакомому Саре холлу, управляющая прервала тишину:       — Скоро мы с вами окажемся в дворцовых садах. Его Величество ждёт вас там. Как только мы дойдем, я передам вас Королю. Настоятельно прошу отбросить своеволие. Если сегодняшний день что-то или кто-то испортит, Его Величество придет в ярость. А в ярости ему лучше не попадаться под руку. Дальше вы сами поймёте, что делать. От вас требуется лишь беспрекословное выполнение указаний.       Можно было подумать, что леди Арвель проявила некую заботу, предупредив о последствиях неприемлемого поведения, но как бы не так. Доверенная Короля прекрасно знала о взбалмошном нраве его любимицы, понимая, что, получив подобного рода указания, строптивица почти наверняка сделает всё с точностью наоборот. Арвель никогда не была симпатична Сара. Женщина считала её большой занозой в сердце государя, что способна сбить его с толку. Конечно, нельзя не отметить положительные изменения в королевстве, на которые пошёл Его Величество в попытках добиться расположения землянки после судьбоносного отказа. Однако придворная дама уверена — эта девица явно нуждается в жёсткой руке. Впрочем, пока что Король справляется с этой задачей замечательно — девчонке не сходит с рук ни одна вольность. Так и должно быть, раз уж станет она частью их мира.       Миновав ещё несколько коридоров с множеством дверей и поворотов, женщины вновь остановились перед дверями, ещё более громоздкими, чем те, что вели в обеденный зал. Сара поёжилась, вдруг потянуло сквозняком. За этими дверями начинается Лабиринт?       — Удачи, госпожа, — проговорила леди Арвель, очень стараясь сделать голос помягче, однако от Сары не ускользнули насмешливые нотки в нём.       Наставница постучала по одной из дверей костяшками пальцев и отошла назад, скрывшись в полутьме.       — Постойте, что я…       Громкий звук отворяющихся дверей заставил Сару прерваться на полуслове, обратить глаза к стремительно расширяющемуся зазору, полностью залитому солнечным светом. На несколько мгновений такая яркость ослепила зажмурившуюся девушку, но вот в сверкающей белизне дня начали проявляться различные очертания. Сара обомлела: широкая площадка, выложенная светлым камнем, сплошь заполнена толпами нарядной гоблинской знати. На фоне живых изгородей с растущими на них же цветами беспрерывно мелькали разодетые в бальные одеяния фигурки. По светлой коже Сары скользил свежий ветер, насквозь пропитанный ароматом цветов и вибрациями музыки. Она и сама чувствовала себя беззащитным цветком в окружении сотен впившихся в неё глаз. Девушка явственно ощущала их хищный интерес и желание. Казалось, кто-нибудь вот-вот сорвётся с места и кинется на неё, разрывая в клочья. Каждый вожделел ухватить свой маленький кусочек человеческой души, но их что-то сдерживало. Сара отчётливо осязала, на какой тонкой грани находится. Она чувствовала себя необыкновенно одинокой и загнанной посреди толпищ страшных существ. Сейчас узница бы не отказалась даже от компании леди Арвель, чтобы хоть чуточку притупить эти чувства.       Среди присутствующих виднелись как обыкновенные лица с человеческой анатомией, так и жуткие страшные морды, почти звериные. Однако объединяла их одна неотъемлемая черта — скрытая свирепость.       Сара оцепенела, понятия не имея, как поступать дальше. Хотелось развернуться на каблуках и трусливо убежать обратно в выделенную ей комнату, напрочь заперев все замки. Бездействие, однако, длилось недолго. У подножия широкого крыльца, на котором застыла она, вдруг возник Джарет. Сара готова была поклясться, — секунду назад то место было пустым. Его роскошный тёмно-графитовый камзол, расшитый серебряными нитями, переливался в лучах полуденного солнца, а лёгкий бриз подбрасывал непослушные пряди платиновых волос. Их взгляды тут же вцепились друг в друга, Сара больше не смотрела на подданных. Вот он — тот, кто представляет наибольшую опасность. Чертовски сильный и коварный соперник.       Джарет поднялся на несколько ступенек вверх, галантно подав руку своей пленнице. Взор его выражал бесконечную безмятежность и уверенность, Сара не в силах прочесть за ними его намерения на ближайшие действия.       Немного помявшись, она всё же опустила руку в ладонь Короля. Несмотря на неприязнь и страх, в глубине души она понимала, что в данной ситуации лучше держаться поближе к Его Величеству.       — Ты прекрасна, моя драгоценность, — Король дьявольски улыбнулся ей.       — Что происходит? — тихо спросила она, проигнорировав комплимент. Рука об руку они спускались по лестнице.       — Просто следуй за мной, и не вздумай выкинуть какой-нибудь номер. — С последними словами Король сильнее сжал в ладони похолодевшие пальцы, притягивая девушку ближе к себе.       Они прошли меж рядами расступившихся королевских подданных, опустившихся в глубоком поклоне, и вскоре оказались подле небольшой каменной платформы, возвышающейся над общей площадкой, напоминающей своеобразную сцену. Вверх по колоннам строения змеились вездесущие толстые стебли растения, похожего на цветущий множеством белоснежных бутонов плющ. Отростки тянулись к самым сводам, плотно смыкаясь над головами взошедших на нее Короля и его совсем ещё юной спутницы. Колдун остановился, гордо вздёрнув подбородок и переплёл их с Сарой пальцы.       — Мои излюбленные подданные! —обратился он к толпе своим бархатным голосом, удивительно контрастирующим со стальными нотками. — Я собрал вас сегодня, дабы поделиться одним из важнейших для своего королевства решений. Разумеется, все вы помните эту юную деву, некоторое время назад посетившую наше царство и кардинально повлиявшую на его дальнейшую судьбу. — Король гоблинов хитро покосился на обескураженную Сару. Та пребывала в полнейшем недоумении от происходящего вокруг. Вспотевшая ладошка крепкой хватке Джарета неустанно подрагивала с каждым новым словом правителя. Вторая рука нервно теребила юбку. — Возможно, кто-то из вас недолюбливает её, считая всего-навсего жалким человеком, кто-то готов сию же секунду разорвать на куски. Кто-то считает Сару большой проблемой и помехой, до меня доходят много разных слухов, поверьте. Однако я созвал вас вовсе не для того. Мои верные придворные, лорды и бароны, графы и герцоги, солдаты и слуги, друзья и враги, каждый обязан отныне и навсегда запомнить одну простую вещь: эта женщина принадлежит мне, и никто не в праве проявлять к ней неуважение, не в праве даже кончиком коготка её тронуть! Любого, кто осмелится нарушить королевский запрет, ждёт самая ужасная участь, — от главенствующего ледяного тембра повелителя Лабиринта сводило в груди, толпа притихла, покорно вникая в указания Короля. — Ровно через месяц она принесет мне клятву вечной верности, после чего Лабиринт получит свою новую королеву.       — Что?! — Сара вскинула возмущённое лицо, но Джарет не слушал её, продолжая:       — Дамы и господа, я рад представить вам свою невесту!       Вырывающиеся из уст Сары недоуменные восклицания в сторону колдуна тут же утонули в шуме ошеломлённо вздыхающей и апплодирующей толпы. Они приняли решение Короля, и теперь с нетерпением ждут дальнейших событий.       — Слава Королю! — кричала толпа, высоко над головами поднимая бокалы с неизвестными напитками ярко-пурпурного цвета.       К Джарету подошла одна из служанок. Низко склонив голову, она поднесла мягкий красный бархат на раскрытых ладонях, трепетно придерживая изящной работы деревянную коробочку по центру ткани. С лёгкой улыбкой на лице Король погрузил руки в шкатулку, осторожно вынимая что-то изнутри. В следующую секунду он уже стоял за спиной Сары, с нежностью заводя чёрную копну волос за плечо. Панически озирающаяся по сторонам невеста вдруг почувствовала холодный металл на своей шее. Опустив глаза, она с удивлением обнаружила пропажу старого колье — колдун заменил его на новое украшение. Внушительных размеров драгоценный камень глубоко фиолетового цвета скрупулёзно огранён, получив форму совиной головы, придерживаемой рядом переплетений белого металла, плавно переходящего в увесистую цепочку.       — Надеюсь, тебе нравится, дорогая? Кулон изготовлен специально для тебя, ни у кого больше такого нет и не будет, — проговорил Джарет, довольный собой. Он с огромным удовлетворением всматривался в дрожащие зрачки, получая неимоверное удовольствие от её шокового состояния. Всё шло как нельзя лучше, и совсем скоро она станет его навсегда.       Сара беспомощно открывала рот, чтобы вымолвить хоть что-то, но уже давно потеряла дар речи. С каждым днём поступки Короля гоблинов убивали её устаявшееся мировосприятие. Он непредсказуем и опасен, возможно ли теперь переиграть это чудовище? Он делает абсолютно всё, что хочет, не церемонясь с её желаниями и принципами. Разве она это заслужила? Возможно ли договориться с ним по-хорошему?       Сара посмеялась над своими же мыслями, стоило лишь взглянуть на Джарета. С ним? По-хорошему? Это невозможно! Он никогда не отступится от своего! Зачем же ему жениться на ней? Почему бы сразу не уничтожить? Чтобы растянуть страдания, насколько это возможно, не иначе.       Король спустился с возвышенности и утянул новоиспеченную невесту за собой в танец, но та уже не слышала ни его голоса, ни звуков музыки, ни восторженных возгласов хищной толпы. Яркие вычурные наряды дам с кавалерами прибавляли их обладателям ещё больше кровожадных черт. Встреть Сара кого-то из них в людском мире, пусть даже самого человекоподобного их представителя, сразу бы поняла, что пред ней нелюдь. В их компании бедняжка чувствовала себя абсолютно беспомощным бледным пятном, которое могут растоптать в любой момент. Лишь страх перед Королём сдерживал их звериные порывы. Впервые Сара радовалась своему нахождению рядом с ним, в то же время проклиная его и тот день, когда они встретились. В плавных движениях танца кружилась голова, она смотрела в разные зрачки ненавистного колдуна, практически теряя сознание, и слышен был лишь звук собственного сердца.       От того, насколько повелительно Джарет управлял ею в танце, вдруг вспомнился вчерашний вечер. Руки вновь крепко сжимали её талию, следы от укусов острых зубов во рту запульсировали с новой силой. Девушка невольно опустила взгляд на тонкие губы, так жадно целовавшие её вчера. На щеках расплылась розовая краска. Джарет мгновенно уловил этот импульс, словно прочитав мысли. Сара уверена — он знает, отчего её сердце забилось ещё сильнее.       Сгорая от стыда и досады, она спешно отвела взгляд прочь, принявшись с подставным интересом разглядывать бесконечные живые изгороди дворцового сада. Где-то там, за ними, возможно, есть конец ужасам Лабиринта, конец правления жестокого Короля.       Сара скользнула взглядом по пестрящей толчее, не отнимающей от её персоны разномастных взоров, когда вдруг заприметила нечто знакомое. Или некто? Меж бескрайних потоков платьев и костюмов маленькая, но крепкая фигурка печально глядела сквозь скопище не унимающих любопытство подданных Короля. И уже спустя один танцевальный разворот Сара с трудом отыскала взглядом отдаляющийся от нее силуэт.       «Хогл!»