После слез становится легче

      Наруто успел присмотреться к каждому из них за столь короткий промежуток. И все парни из бойз-бенда имели свою уникальную ауру. Детально нащупать правильные слова Узумаки все еще не мог, однако выразить суть одним, емким и образным – да. Самый громкий и запоминающийся – Суйгецу – выразительность; самый радушный и боевой – Ли – сила воли; самый остроумный и расслабленный – Шикамару – задумчивость; самый невозмутимый и притягательный – Саске – загадочность; самый уверенный и сосредоточенный – Неджи… Серьезность? Прагматичность? Решительность? Удивительно, как самый старший и самый главный из парней сбивает с толку больше, чем все остальные. Хъюга действительно сложно и муторно прочесть, даже для столь интуитивно чувствительного эмпата Узумаки. Если Саске играючи менял маски необходимых ролей незаметно и на раз-два, то Неджи совершенно не демонстрировал навыки актерского мастерства: он не пускал пыль в глаза попеременными ролями, а скорее… позволял увидеть тот слой себя, который наиболее подходящ в той или иной ситуации. Он истинный лидер – вдумчивый, внимательный, глубокий и наблюдательный… Может, тогда его аура и есть воплощение слова «лидерство»? Что ж, самый правильный и точный вариант, во всяком случае, сейчас.       Корпоративный водитель отвез их на черном мерседесе в полном молчании. Неджи простым кивком головы, привыкший одним жестом выражать свою волю, указал Наруто садиться вместе с ним на заднее кожаное сидение. Естественно, лидерские замашки проскальзывали поминутно, но абсолютно без чванливости и напыщенности. Как само собой разумеющееся и необходимое – всесторонний контроль всех и вся рядом с собой, потому Узумаки следовал любому указанию Хъюга, стараясь не упускать ничего из вида.       - Думаю, мы управимся быстро, - Наруто невольно приулыбнулся, когда наконец лидер отвлекся от переписки по телефону и бодро заговорил, нарушая пятнадцатиминутное молчание, уже физически давящее на блондина. Эх, эта мнительная тревожность доведет его точно до нервного срыва.       - Больше времени займет макияж, да? – Неджи прыснул, утвердительно кивнул, отчего Узумаки расслабился, радуясь, что попал в точку. – Тебе нужно отснять какие-то определенные луки?       - Вроде попозировать для фото в инсту и снять пару роликов для нее же: реклама мужской ювелирки, - без особого энтузиазма произнес Хъюга, совсем отбросив телефон в сторону, - Dior выбрали меня буквально в первый год после дебюта, что удивило всех, в особенности меня. Мы же были новичками, пусть и взорвавшими чарты очень быстро, но все-таки… Их пиар-менеджер сказал, что я – идеальное воплощение эстетики французского дома, потому, учитывая конкуренцию среди самих брендов за азиатский рынок, меня так скоро и сделали их глобальным амбассадором.        - Вау, круто! – на столь яркую реакцию искреннего восхищения Наруто Неджи только по-доброму усмехнулся, все больше убеждаясь, что профессионализм Какаши выше всяких похвал: выбор главного менеджера превзошел все ожидания. Потому лидера так настораживала откровенная антипатия макнэ на столь лучезарного, милого и ответственного блондина. – Честно, это правда идеальное попадание!       - Спасибо, это льстит! - Неджи говорил без тени лукавства, считая, что ему просто повезло заручиться такой щедрой благосклонностью одного из крупнейшего мирового дома моды. – Получишь чуть больше опыта в работе с брендами и будешь уже со всеми парнями разъезжать. Какаши не особо любит прохлаждаться на съемках, где, в основном, командует продакшн-команда.       - Да, по господину Хатаке видно, что он деятельный человек, которому не в кайф на шмотки глазеть, - шатена позабавила прямая речь Узумаки, построенная по канонам официоза, но не лишенная его лично сленга, - ты был на съемках у других?       - Конечно, - Неджи ухватился за подкинутый шанс выправить беседу в нужное ему русло для прояснения мучивших лидера вопросов, - у всех очень приятная, комфортная атмосфера, с высоким уровнем подготовки, но больше всего мне понравилось у Gucci, они очень креативные, а Ли только в восторге от их экспериментов, еще у Chanel: Саске – вот кто идеальное воплощение их шика и элитарности.       - Да, наверное, - выдавил с натянутой улыбкой Наруто, едва подавив хриплый вздох. После того жестокого и жесткого разговора на лестнице, до сих пор раздиравшего блондина изнутри, когда Саске ясно дал понять - держаться от него подальше, не смея и коллегой своим его называть, Узумаки было особо тяжко говорить о брюнете. Тем более с Неджи, тем более при неподдельном восхвалении макнэ.       - Вы с Саске были знакомы в прошлом? – то, как резко и ошарашено обернулся на Хъюга Узумаки, окончательно убедило Неджи в небезосновательности своих нервирующих подозрений, что Учиха отчего-то не имеет никакого желания лишний раз контактировать с новым менеджером, не проясняя причину. – Наруто, всей нашей команде известно, что ты сын мэра. Какаши, прежде чем кого-то принять, проведет тщательный анализ всей подноготной, потому не удивляйся. Да и Хатаке в целях безопасности и выгоды собрал себе команду из сына мэра, из младшего сына миллиардера, из сына старейшего клана…       - Коллекционер хренов, - пробубнил Наруто, нисколько не стыдясь своих хлестких слов в адрес начальства. Естественно, было слишком наивно с его стороны предполагать, что исключительно из-за способностей блондина Хатаке захотелось взять молодого парня с радио к себе в команду. М-да, у каждого везде своя выгода, а не доброта душевная.       - Это бесспорно, - хмыкнул сочувственно Неджи, - не принимай близко к сердцу – так работает любой бизнес. Так вы с Саске общались?       - Нет! - может, чересчур ожесточенно вырвалось у Наруто, но подпускать кого-либо к их совместному прошлому – ни за что! – Учились в разных школах, пересекались только из-за родителей на приемах, просто знали о существовании друг друга – и все, - хоть Узумаки и преспокойно пожал плечами, мол, сущая ерунда, но от Хъюга не укрылось, как моментально парень помрачнел, весь съежившись. Хотя, зная и от своих статусных родственников, и от Какаши о семейной драме мэра, из-за которой сын вот уже пять лет не общался с родителями, Наруто мог от этого так угрюмо уйти в себя.       - Просто ты напоминаешь ему о том, что он хочет забыть навсегда, - неоднозначно протянул Неджи, уставившись в окно мерседеса, - Саске не особо распространяется о своем прошлом, даже среди нас он едва упоминает о родителях и брате… Плюс, насколько мне удалось понять, что-то кардинально серьезное произошло незадолго до его прослушивания в агентство… Потому думал, что, может, ты поможешь мне детальнее понять его, - Хъюга вдруг мягко усмехнулся самому себе, - Саске – сложный, закрытый, недоверчивый интроверт, из-за чего он наживает проблемы по одному своему фырканью, так что, пожалуйста, не злись, что я полез к тебе со столь наглыми расспросами. Я не могу не заботиться и не беспокоиться о своих друзьях.       Конечно, Наруто это прекрасно понимал. Конечно, все действия шатена как лидера полностью были оправданы. Конечно, из-за своего любимчика Неджи готов был поступиться собственной вежливостью и чужими границами. Однако он мог просто сделать акцент, что trust issues Саске жуткие и плохо контролируемые, потому он так предвзято и мнительно относится к новому менеджеру. Вот только Хъюга начал с другого, вольно или же невольно, указывая, что осведомлен о прошлом Учиха, что смог снискать у того доверие, что понимал брюнета и его сущность, что, прислушавшись между типовыми словами, он всегда и прежде всего заботиться о макнэ. И это совершенно не звучало, как «Саске – самый младший, потому я и пекусь о нем больше всех», нет. Подозрительная двусмысленность речей издалека Неджи производила эффект – Саске и есть его приоритет, во всех смыслах. И словно предупреждение, чтобы Наруто не смел хоть как-то омрачать своим присутствием настроение драгоценного младшего. Или же последнее Узумаки додумывал?       - Все в порядке, - Наруто про себя с облегчением выдохнул, когда машина остановилась на подземной парковке, - ты настоящий лидер! Я просто хочу делать свою работу хорошо, никому не мешая.       - Спасибо, - и в этой благодарности блондин ощутил куда больше искренности и простоты, чем в замысловатых разглагольствованиях Хъюга, - всем бы быть таким, как ты!       - Хах, тогда бы меня никто не ценил, - отшутился Узумаки, вылезая первым и открывая дверь перед лидером. Тот по-доброму усмехнулся и проникся позитивным настроем менеджера, кажется, утолив жажду беспокойства своего скепсиса. Однако Наруто, наоборот, навострил шестое чувство и теперь решил более обстоятельно изучить то, как на самом деле дружат между собой парни, что им в действительности известно друг о друге. Тем более когда любое неосторожно сказанное слово могло побудить кого-то раскопать прошлые взаимоотношения его и Учиха глубже, чем положено. Хотя в маниакальном контроле своего отца о репутации семьи Намикадзе Наруто был безоговорочно уверен: Минато сделал бы все невозможное, дабы избавиться начисто от любых пятен, способных даже немного очернить честь и достоинство его сына. Поэтому блондин решительно и уверенно зашагал следом за лидером, зная, что пока и он, и Саске обоюдно молчали, отрицая сопричастность друг к другу, то бояться и тревожиться было не о чем.       Это была самая обычная, ничем не примечательная съемка, мимолетные мысли о которой испарялись с такой же скоростью, как и пар от сжигаемых плойкой волос. Вот только этот жаривший пар лишь распалял Узумаки, восторженным ребенком в парке аттракционов смотревшего по сторонам. С неподдельным интересом он вертел своей золотистой макушкой туда-сюда, подмечая малейшие детали работы тружеников съемочной площадки, жужжавших обсуждениями как пчелы в родном улье. Все настолько кипело богемной красотой, что кружилась голова от мерцания, вспышек, и, естественно, от удушливых облаков лака для волос. Может, именно потому, что длинные локоны Неджи требовали ежеминутной поправки, сдабриваемой водопадом лака для закрепления идеально выпрямленных прядей, у Наруто и шла кругом голова. Однако, хоть его глаза солнечного океана, волновавшиеся ярко и беззастенчиво, выдавали весь зачарованный спектр искренних эмоций, доведенные до автоматизма рабочие рефлексы за годы неблагодарного труда брали свое: блондин моментально отзывался, если кто-то что-то спрашивал, молниеносно выполнял просьбы Неджи, мгновенно оказывался рядом именно тогда, когда это требовалось. При этом выражение смуглого лица оставалось безупречным в плане профессиональной маски менеджера: учтивая вежливость, строгость мимики, доброжелательность улыбки. Лишь переливавшаяся сапфировая гладь выразительных глаз портила рабочий облик.       - Это твой друг-айдол? – главный визажист Dior, обаятельный молодой мужчина с игривой ухмылкой на полных губах, с длинными медовыми локонами, собранными в искусную прическу с высоким хвостиком на макушке и выправленной прядью челки, прикрывавшей правую часть утонченного лица, оценивающе пробежался внимательными васильковыми глазами по высокой и стройной фигуре Наруто, следившего, как выставляли свет для нового кадра. – Чертовски хорош!       - Это наш новый менеджер, - усмехнулся Неджи, подставляя лицо к мужчине ближе для очередного нанесения пудры, - мне передать твой комплимент? – который год эти мягкие руки деликатными прикосновениями создавали из уставшего лика Неджи образ неземного совершенства под мастерским руководством Дейдары Кац.       - Можешь передать ему мой номер – буду рад, - недвусмысленно поиграв ухоженными золотистыми бровями, заливисто рассмеялся Дейдара, на что Хъюга лишь недовольно скуксился, - редко у вас появляются столь симпатичные кадры: чего только ваши водители-охранники стоят!       - Зато не отвлекают от работы, - справедливо подметил шатен, когда последние штрихи макияжа были завершены, - Наруто, по твоему мнению, из ваших…       - Что за гомофобские намеки, господин Хъюга! – шутливо пожурил усмехнувшегося айдола блондин, жестом показывая, что его подопечный свободен. – Ну, про таких красавчиков сложно что-то однозначное сказать… Мой гей-радар в сомнениях, потому через номер и можно будет судить.       - Продуман чертов, - шикнул на подмигнувшего ему визажиста Неджи, в последнюю секунду остановив себя, чтобы по привычке не дотронуться до волос – сейчас нельзя, иначе стилист по волосам уничтожит парня, - не приставай к нему – Наруто только работать начал!       - М-м, Наруто – приятное имя, - Неджи осуждающим взором пригвоздил к месту усмехнувшегося мужчину, на что тот лишь подтолкнул парня вперед, мол, иди и делай свое дело. Хъюга демонстративно громко цокнул и зашагал под софиты. На самом деле он был очень благодарен Дейдаре за его вечно оптимистичную расслабленность и подбадривавший настрой. Кац тонко чувствовал чужие вибрации, безошибочно определяя, в каком расположении духа находится его клиент. Неджи – часто в устало-задумчивом или подавленно-серьезном, потому Дейдара незримо окутывал лидера группы спокойной атмосферой непринужденного веселья, помогая чересчур строгому и ответственному шатену отключиться от отягощавших его тревог и размышлений. Что всегда действовало отрезвляюще на Неджи, способного после забавных бесед с визажистом по-настоящему настроиться на съемку.       - Хорош, да? – Узумаки весь всполошился, вздрогнув, когда подле него возник Дейдара, заинтересованно разглядывавший блондина. Визажист был чуть выше Наруто, отчего самоуверенная харизма того ощутимо давила на широкие плечи растерявшегося парня.       - Э-э, да, это же Неджи, - натянуто улыбнулся он, нервно размяв шею. До этого неожиданного «столкновения» парень ни с кем особо не заговаривал, лишь перекидываясь приветствиями со съемочной командой, да кивая всем подряд.       - Конечно, но ретушировал пятью консилерами его круги под глазами я, Дейдара Кац! - недовольно пробубнил Кац, изящно проведя тонкими пальцами по своей роскошной шевелюре, - Все воспринимают айдолов как божество, лишенное и малейших недостатков, отчего страдают и сами наши звезды, и живущие в иллюзиях фанаты. – Наруто хмуро свел кустистые брови, непонимающе взглянув на застывшего самой серьезностью визажиста. – Ты же первый раз на таких съемках, да? – Узумаки утвердительно кивнул, все еще сбитый с толку неоднозначностью слов Каца. – Не обольщайся этой искусственной красотой, длящейся всего лишь миг, чтобы потом не разочароваться, когда все войдет в рабочую привычку. Такой совет я бы давал всем начинающим, причастным к шоу бизнесу…       - А вы разочаровались? – Дейдара усмехнулся на вопрос парня с подковыркой, подмечая, что этот златовласый красавчик не промах. - Скорее, я расстроился, - мужчина хитро подмигнул отчего-то смутившемуся блондину, - не отрезай коротко волосы и не трогай свои прелестные брови, - Кац строго оглядел усиленно заморгавшего Наруто из-за резко приблизившегося к нему визажиста, - если захочешь поменяться – только после консультации со мной, - большие васильковые глаза лукаво сверкнули, пухлые губы растянулись в очаровательной ухмылке, и Дейдара быстро всунул в нагрудный карман черного пиджака опешившего менеджера листочек со своим номер. После успешного трюка мужчина бойко зашагал на съемочную площадку, издалека подметив, где нужно вновь поколдовать кисточками ради мимолетного, но все-таки прекрасного искусства. Какими бы многообещающими внешними данными не располагали лучшие из лучших стажеры, впоследствии благодаря адскому труду, сумасшедшей вере и благосклонности судьбы становившиеся топовыми айдолами, изрядно корпеть над доведением до идеала их навязанного образа приходилось целым профессиональным командам, прорабатывавшим каждую деталь звезды-мишени. И этот жесткий и жестокий посыл Наруто явственно ухватил. Дейдара как бы предупредил, что разворачивавшаяся действительность перед не смышленым еще блондином – зазеркалье, оборотная сторона восхитительной картинки, которую оплачивали миллионы одурманенных фанатов. Потому не стоило обольщаться, привыкать и уж тем более верить своим восторженным глазам. Что ж, совет действенный и необходимый, тем более Узумаки не был так уж уверен, что не сможет не обольститься этой притягательной красочностью, обожествляя простых смертных айдолов, живших за баррикадами экранов и софитов. Не создай себе кумира – на практике познавал сей глобальный и важный смысл Наруто. Да и когда твоя бывшая-небывшая любовь прошлого непосредственно являлась истинным воплощением этого одиозного шоубизнеса, то волей-неволей столь отрезвлявшими словами, которыми поделился Кац, не стоило пренебрегать.       Неджи двигался так, словно по щелчку компьютерной мышки менял позы: четко, выверено и без усилий. Вспышка, кадр – и так по замкнутому кругу. Попеременно Дейдара со стилистом по волосам перепроверяли образ Хъюга, что-то поправляя, подкрашивая и добавляя. Точно айдол – манекен, с безупречно сидевшим баснословно дорогущим костюмом и густо наложенным макияжем, которого крутили-вертели безостановочно. Наруто даже слегка мутило от яркости резких вспышек и круговорота поз. Хотелось уже вдохнуть свежий, не задушенный средствами стайлинга и отпаривателем воздух глубокого июньского вечера. К счастью, страдать истуканом оставалось совсем чуть-чуть: Неджи нужно было доснять видео, с которым он наверняка справиться еще лучше, и тогда можно будет просить водителя-охранника готовить машину.       - Замечательно, снято! Всем большое спасибо, мы закончили! – обмениваясь любезностями-прощаниями низких поклонов и широких улыбок, Неджи, как звезда всей съемки, еще был задержан на десять минут, не имея права и желания хоть кого-то обделить своим благодарным вниманием. И нисколько его вежливость не смотрелась наигранной или же отрепетированной: все по естеству и от чистого сердца, что не могло не возвысить его в глазах окружающих. Впрочем, как случайно подслушал Узумаки из чужих перешептываний сотрудников съемочной команды, лидер группы всегда отличался безукоризненными манерами и учтивой приветливостью.       - Так-так, - Дейдара успел-таки поймать за плечо вконец изнуренного шатена, - в твоей гримерке я поставил специальные средства для демакияжа, как все тщательно смоешь – возвращайся, и я тебе сделаю массаж с увлажняющим маслом для твоего раздраженного лица, - строго скомандовал визажист, не дожидаясь ответной реакции айдола. Тот был не настроен спорить, тем более когда одаривали такой скрупулезной заботой. Наруто, стоявший каменным изваянием подле Хъюга, мысленно выругался, что их отъезд вновь откладывался. Ему нужно было в целости и сохранности доставить своего коллегу до места проживания, потом оголтело бежать на последнюю электричку, чтобы урвать крохи сладкого сна в родной кровати дома, а не на диване в агенстве.       - Хочешь чего-нибудь? – Узумаки искренне удивился от внезапного заботливого обращения к нему: после всех дежурных приветствий никто особо не замечал нового менеджера, занимаясь своими обязанностями. – Чай, кофе, сэндвич? – потому блондин растерянно и заозирался по сторонам, пытаясь понять, кому Дейдара задает вопрос.       - Э-э… - мужчина по-доброму усмехнулся на недоуменно заморгавшего парня, мягко ухватив того под локоть и уводя в сторону своей гримерки, - да я вроде не голоден…       - Приятного аппетита, - Кац уверенно вручил ему сэндвич с диетической индейкой и обезжиренным соусом, наливая в бокал охлажденную колу-зеро, - добавь к своей вежливости щепотку наглости, или так и будешь просиживать в игноре и голодном обезвоживании все часы съемок! Поверь, они могут длиться гораздо дольше, чем эти пять часов.       - Спасибо большое! – Наруто действительно не осознавал, пока не впился зубами в мякиш свежего сэндвича, что не просто вымотался, но и совершенно пренебрег опустошенностью сжавшегося жалобно желудка.       Неджи присоединился к ним через десять минут, пока его менеджер с наслаждением заполнял довольно заурчавший живот, пока главный визажист Dior собирал свой инвентарь сегодняшней съемки. Несмотря на момент полного расслабления, подслащенный эндорфинами после еды, Наруто машинально бросал украдкой взгляды на настенные часы, с каждой минутой уменьшавшие шансы блондина успеть вовремя на последнюю электричку до дома. Конечно, можно было бы воспользоваться кредиткой, чтобы с комфортом на такси добраться до родной окраины, но голодать до будущего аванса – совершенно не прельщавшая парня перспектива… да и скоро середина месяца, значит, внесение и квартплаты стояло острой проблемой…       - Готов! – мягко похлопав по щекам Хъюга, бодро отозвался Дейдара, растирая оставшиеся капли ароматного масла по своим красивым рукам.       - Спасибо, - хорошенько потянувшись после приятных манипуляций, Неджи кивнул хмурому Узумаки на выход, - ты за Сасори или как?       - Естественно, за своим дружочком, - усмехнулся длинноволосый блондин, наскоро поправив выбившиеся прядки из хвоста на макушке, - но сначала – перекур, иначе не вынесу очередного занудства Акасуны!       - Сделаю вид, что не слышал ничего, - усмехнулся в ответ шатен, прощаясь с оставшимися членами съемочной команды. Парни вышли через черный ход, куда точно не могли пробраться папарацци или какие-то зеваки, потому ничто не мешало айдолу быть в компании курящего друга. Кац глубоко затягивался, выдыхая едкий дымок со сладостным привкусом фруктов. Он с лукавой ухмылкой протянул Наруто и Неджи свои сигареты, но реакция была ожидаема. – Мне хватает курящего Саске рядом!       - Ой, он курит такой крепкий табак, - забавно скривился в нарочитом отвращении Дейдара, прекрасно зная о тлетворной привычке макнэ группы – единственного куряги из всех парней в принципе.       - Не курю, - замахав ладонями перед собой, натянуто улыбнулся Узумаки. В их далеком с Саске прошлом, ощущавшемся словно догорающий кончик сигареты, столь небрежно выброшенной Дейдарой, Учиха как-то пытался научить Узумаки курить, однако все кончилось плачевно: блондина знатно стошнило буквально после пары минут втянутого в себя никотина, а потом он всю ночь отрыгивал омерзительным дымом.       - Кстати, Наруто, - Дейдара проговорил имя встрепенувшегося парня так, будто затягивался очередной сигаретой, - куда тебя подбросить? Если хочешь, можешь присоединиться к нам: Сасори с Суйгецу уже закончили, так что…       - Нет, спасибо! Мне нужно на электричку! - смутившись, выпалил на одном дыхании Узумаки, уставившись на потертые носки своих черных вансов: да, повезло, что менеджерам их агентства разрешено было соблюдать самый минимум официоза, просто придерживаясь черно-белой гаммы, пусть и в темных джинсах и черной футболке, как пришлось Наруто.       - Тогда наш водитель тебя отвезет, - Неджи едва не уставился в искреннем удивлении на сконфуженного менеджера: жить так далеко от работы, на которой он проводит почти что весь день с раннего утра… когда блондин умудрялся спать и держать себя в столь хорошей форме?       - Не-не, все нормально! – запротестовал Наруто, ненавидя быть кому-то должным и в роли обузы. – Я успеваю, здесь недалеко! Тем более вас ждут Суйгецу и друг…       - Сасори – главный визажист YSL, так что у него тоже работа, потому ты никого не задерживаешь, - подмигнул Кац, наконец докурив последнюю свою сигарету и пряча зажигалку в карман бомбера. Настаивать на предложении присоединиться к их компании мужчина не стал: что Наруто, как новому работнику, что Неджи, едва привыкшего к новому человеку, некомфортно будет пытаться расслабиться рядом друг с другом.       - Все в порядке, - мысленно Хъюга поставил себе жирный крест «разобраться с жильем Узумаки», так как эксплуатировать парня, в скором времени определенно выдохшегося бы из-за гонок с окраины – в центр, просто бессовестно и не дальновидно, - я поеду с Дейдарой, а наш водитель довезет тебя прямо до дома – ты отлично справился сегодня.       - Спасибо большое! – нервно пройдясь пятерней по золотистым волосам, вновь смущенно отозвался Наруто. Конечно, про себя он вопил от радости, что не придется ни тратиться на дорогу, ни терять время сна! Можно развалиться в просторном салоне мерседеса и ни о чем не думать! Но все равно было жутко неловко, когда твой коллега, по сути одновременно и босс, столь простосердечно выручил. Да и без намека на подвох: лиловая гладь жемчужных глаз вымотанного Неджи смотрела прямо, уверенно и улыбчиво, словно говоря, езжай давай и не трать силы на пререкания со мной – бесполезно. – Вы с Суйгецу тогда доберетесь домой? Какаши сказал…       - Езжай, - похлопав по плечу хмурого Узумаки, твердо, но с доброй ухмылкой настоял Неджи, - Какаши стоит знать только о выполненных мной и тобой обязанностях, а о досуге – нет.       - Понял, - на последнем слове пронзительный взор Хъюга предостерегающе сверкнул, ясно твердя, что распространяться о дальнейших действиях айдола после великолепно отработанной съемке не стоило. В особенности Хатаке. – Тогда до завтра! Рад был познакомиться!       - Увидимся! - озорно подмигнул Дейдара, помахав очаровательному блондину напоследок. Тот рысцой добежал до авто компании, и через мгновение мерседес уже отъезжал от места съемок. – Какой он пупсик! Видно, что новичок: слишком добросердечный и вежливый.       - Бери пример, а то вы с Сасори только и горазды перемывать косточки в своей циничной манере, - фыркнул Хъюга, шагая к белой ауди визажиста. Лидер действительно хотел отвлечься от нагнетания своих внутренних тревог в веселой и не обременяющей ничем компании двух лучших визажистов страны. Тем более на пару с Хозуки, всегда умевшего растормошить мрачную апатию Хъюга. Потому вечер в компании друзей – приятная и воодушевляющая альтернатива просиживанию в студии всю ночь, доводя до идеала очередной трек, который не факт что был бы выпущен из-за строгости их продюсеров, в особенности из-за Ибики.       - Так тебе это и нравится в нас с Акасуна, - поиграв многозначительно золотистыми бровями, Дейдара мягко рассмеялся и завел свой авто. Неджи, конечно, еще тот мастак обводить окружающих вокруг пальца своими маневрами скрываемых истинных эмоций, но с визажистом это не пройдет: серьезному лидеру самой успешной группы по-настоящему требовался хоть один беспечный вечерок, когда можно просто побыть самим собой, не ощущая удушающего давления своей профессии.       Сегодня солнце не слепило с самого утра. Облака, растянутые ветром, неровными мазками закрашивали небо. Ветер же мягко, но настойчиво трепал пышущие зеленью высокие деревья. Чистое умиротворение утреннего июня, манившего выйти на улицу и вдохнуть терпкий, пока только нараставший летний зной. Потому просыпаться, двигать конечностями после глубокого и сладкого сна было просто невмоготу. Ужасно лениво и ужасно несправедливо, что пора было расставаться с объятиями как крепких сновидений, так и прекрасных бледных рук. Из-за этого и потакаешь дурацкой слабости зарыться носом в спутанные локоны черной макушки и медленно вдохнуть одуряющий аромат любимых духов и его неповторимого запаха. Однако, чтобы не разбудить это милое чудо, пришлось все-таки остановить свой чувственный порыв мелкими поцелуями пройтись по выпиравшему позвоночнику и нехотя оторваться, аккуратно вставая. Стоило босым ногам коснуться шелковой мягкости ковра, как мигом, будто поджидая, сильной вибрацией отозвался сотовый. Тихо выругавшись, пальцы резко схватили телефон и сонный взгляд пробежался по имени звонившего. Неудивительно, что Саске названивал его лучший друг Суйгецу, наверняка единственный, кто мог вынести зловредное настроение Учиха с утра пораньше. Беззвучный выдох и отключение звонка. Да, брюнет сам доводил своих сокомандников до нервного срыва, последнюю неделю промо то опаздывая, то вообще не являясь на танцевальные практики, но вмешиваться против воли Саске – ни за что. Он всегда знает, что и как делает, прекрасно понимая ловушку последствий.       - Который час? – из-за крепких раздумий, прохладная ладонь все же скользнула лаской по чужой ноге, пробудив-таки брюнета. Ворочаясь, кряхтя и потягиваясь, Саске перевернул себя с живота на спину, все еще не открывая глаз.       - Девять утра, - даже с закрытыми глазами Учиха ощущал укор чужой ухмылки.       - Блять, - простонал вымученно брюнет хриплым после сна басом.       - И тебе доброе утро, - Саске поерзал и раскинул крыльями ангела руки, почувствовав град ласки чужих губ на животе, груди и плечах, - тебя уже ищут твои – Суйгецу звонил и, кажется, не единожды. – Учиха не ответил, лишь подставляясь под горячие поцелуи, дразнившие и напрочь отгонявшие томность сна.       - Если ты продолжишь, то я точно не успею никуда, - надсадно выдохнув, когда ласкавшие губы припали к шее, прохрипел Учиха.       - Ну, тогда поторапливайся, - и нега поцелуев тут же оборвалась, отчего Саске вздрогнул и протестующе замычал, - будешь раздражать свою группу – они примут жесткие меры, и ты уже не сможешь прятаться у меня.       - Блять, Хидан! – нежный укус за ухо, и Хидан спешно оторвался от столь притягательного тела и резво поднялся с кровати. Самодовольная усмешка красовалась на тонких губах, отчего волевое лицо хищно заострилось. Разбудить капризного брюнета успешно удалось, но вот поднять этого лежебоку – тот еще квест. – Да успеваю я! В одиннадцать практика!       - И? – мужчина беззастенчиво развернулся голым телом к разлепившему-таки веки Учиха. – Серьезно, хватит отлынивать! Мы оба знаем, чем тебе это грозит.       - Тогда поимей совесть и не раздражай меня своим видом! – едва отойдя ото сна, Саске выглядел очаровательным злыднем, с поджатыми губами и грозно сведенными бровями.       - Лучше поимею тебя, - многозначительно подмигнул ему Хидан и тихо рассмеялся, когда кинутая свирепо подушка не достигла намеченной цели в виде его головы.       Саске со злобным рыком откинулся на простыни обратно, когда Хидан скрылся в коридоре, направившись в ванную. Естественно, мужчина был прав на все сто. Естественно, брюнет вел себя глупо и опрометчиво. Естественно, он уже всех своих извел. На протяжении последних двух недель пренебрегать своими обязанностями, каждый день срываясь на ночь в роскошный пентхаус Хидана, - опасно и подозрительно, вот только Учиха было плевать. Плевать на мольбы-воздыхания Суйгецу, знавшего, что бесполезно было пытаться образумить лучшего друга; на справедливые обвинения-просьбы Ли, терпевшего прогулы танцев лишь из-за феноменальной способности макнэ разучивать движения за считанные часы; на печально-угрюмые вопросы-уточнения Неджи, стремившегося помочь или хотя бы прояснить, в чем причина такого поведения; на молчаливые угрозы-предостережения Шикамару, с которым после той остервенелой стычки они оба почти не общались. Саске невыносимо устал от всей этой тошнотворной поруки, требовавшей целиком и безраздельно всего тебя, не оставляя никаких сил быть самим собой. Он знал, что занимал чужое место, наивно согласившись тогда пройти прослушивание, дабы заглушить чем-либо душевную боль из-за разбитого сердца. Потому поначалу и не воспринимал тяготы избранного пути, мазохистически наслаждаясь адским становлением айдолом. Потом стойко и на зависть терпел все оборотные стороны успеха, истязавшего ежедневно. Сейчас же, в особенности за этот год, что-то надломилось, бесшумно и незаметно, отчего изображать Саске Учиха - золотого макнэ супер-мега-невероятно популярной и успешной группы - было выше его сил. Буквально.       - С моим водителем поедешь или на такси? – Саске упустил момент, когда свежевыбритый и одетый с иголочки Хидан появился вновь, подсев к погруженному в омут тяжких дум брюнету.       - Такси! Странно будет, что уже два раза меня и забирает, и возвращает одна и та же машина, не принадлежащая компании. А сасэнки наверняка пробьют твои номера, так что скандал «Что же золотой макнэ делает в обществе претенциозных Акацуки?» не заставит себя ждать! – прошипел со скорченной гримасой Учиха, наконец-таки отрываясь от подушек и садясь на кровати.       - Неплохой заголовок, кстати, - хохотнул Хидан, пригладив свои полувлажные, зачесанные назад серебристо-серые волосы, - и что же золотой макнэ делает в моем обществе? – приблизившись, дразняще выдохнул в губы усмехавшегося брюнета мужчина и языком провел по подбородку того.       - Может, просто отдыхает, - опершись на чужие сильные плечи, Саске навис над улыбавшимся Хиданом, - а может, думает стать подопечным Хидана Сина, продюсера, композитора, саб-рэпера, саб-вокалиста хип-хоп группы Акацуки, в свое время завоевав…       - Прекрати ерничать, - фыркнул Хидан, одним легким движением повалив тощего парня обратно на спину, - и не разбрасывайся своими мыслями, - ало-вишневые глаза, столь необычные из-за линз, ярко блеснули, гипнотизируя собой, - собирайся, иначе вообще не выпущу, и тебя объявят в розыск!       - Пф, напугал! – увернувшись от кусачего поцелуя, Саске, полностью обнаженный, зашагал в ванну, напыщенно смеясь про себя, ощущая голой кожей безотрывной взор голодного зверя. – Приготовь мне футболку – ты вчера мою рубашку порвал! – перед тем, как скрыться за дверью, требовательно прокричал Учиха, на что Хидан лишь с закатанными глазами усмехнулся. Порыв неподдельной страсти оправдывал его варварское отношение к брендовым вещам брюнета, и мужчина признавал свою вину, однако столь фривольные приказы… стерпеть Хидан мог исключительно от Учиха: уж слишком чертовски хорош, во всех смыслах, эта черноокая заноза, которую выковырять из себя мужчина не мог и не хотел. Поэтому мириться с своевольным и наглым Саске, крутившим-вертевшим Хиданом так, как ему вздумывалось, он был готов и дальше, тем более что постепенно, шаг за шагом, поцелуем за поцелуем, песней за песней Учиха незаметно для себя слабел под воздействием влияния мужчины, становясь все более покладистым с ним, все больше вслушиваясь и прислушиваясь к его словам-наставлениям. Еще немного, еще мягко надавить – и Хидан получит то, ради чего столько терпел-корпел.       От такой атмосферы промерзали и костяшки пальцев. Наруто вздрогнул, случайно столкнувшись с понурым и отчужденным взором Шикамару, сидевшего на полу и теребившего шнурки белых кроссовок. Тягостное ожидание, вымораживавшее своей ледяной яростью, замело всех присутствующих на танцевальной практике. В танцевальной студии по разным углам расселись все участники MANTRA, на пуфе – Какаши и Наруто, подле стойки с ноутбуком – Майто Гай. Никто не разговаривал и не пытался даже мимолетными шуточками согреться в этой угрюмой обстановке. Без Саске решили не начинать – принципиально. Какаши пытался убедить Неджи, что, учитывая нахальное поведение макнэ, стоило тренироваться без него и не терять время. Без толку. Мрачный Хъюга, оповещенный раздраженным Суйгецу о сообщение от Учиха, что он обязательно прибудет, решил дождаться брюнета для его же показательной порки. Ощетинившийся Ли, метавший рассвирепевшим взглядом молнии, впервые попытался пойти против бесполезной настойчивости лидера, ведь хореография для тура – святое, но Неджи и слушать не стал, отчего горькая обида затаилась в главном танцоре. Молчаливый Нара, вообще не комментировавший повторявшиеся выходки Учиха, отсиживался подальше ото всех, зная, что повлиять ни на что не мог. Тем более после их буйного с Саске переругивания.       Узумаки ужасно хотелось ринуться прочь из этого отмороженного негативом помещения, но приходилось терпеть и мысленно отсчитывать минуты опоздания Саске. За сумасшедшим промоушеном, бешеным графиком и постоянными передвижениями блондин и не ощутил скорости света сменявшихся дней - так прошли целых две недели, на удивление, почти без эксцессов: можно было отметить только неудачный костюм Учиха, вечно задиравшийся во время одного выступления, отчего макнэ едва ли не рычал в камеру, да недоделанную из-за пробки укладку Хозуки, челка которой больно лезла прямо в цветные линзы, что едва не довело пепельного блондина до белого каления во время танцев. Также, несмотря на мнительные опасения Наруто, профессиональное поведение Саске как айдола было выше всяких похвал. Ни единого упрека, высмеивания, причитания в сторону нового менеджера не было высказано. По возможности, конечно, брюнет старался избегать и малейшего взаимодействия с Узумаки, но Хатаке, с удовольствием наблюдая искреннее усердие Наруто, обрушил на паренька чересчур много обязанностей, требовавших непосредственного контакта с группой. Потому Саске просто превращался в ледяную статую, стоило им с блондином заговорить. Что ж, это был наилучший исход из всех возможных, зная взрывной характер брюнета.       - Я отвечу на звонок! – промямлил наскоро Наруто и снежным комом выкатился из танцевального зала. Прислонившись к стенке рядом с закрытой дверью, он шумно и с нескрываемым облегчением выдохнул. Его маленькая ложь – изворотливость во спасение: терпеть изнывающие нервы испепеляющие переглядки парней между собой больше сил не было. Мимолетно сверкнула мысль позвонить лучшему другу Кибе и поныть ему на свою незавидную участь, однако шаги из прибывшего на этаж лифта тут же отвлекли Узумаки.       Неспешно и расслабленно Саске шагал в их танцевальный зал. Макнэ выглядел хорошенько отдохнувшим, даже каким-то довольным, несмотря на выпиравшие ключицы и яркую бледность осунувшегося лица. Черно-серая футболка явно не была с его плеча: даже крой оверсайз не мог быть таким нескладным объемом в плечах. Странно, у кого со столь развитой мускулатурой мог одолжить Учиха эту футболку?       - Привет, - прозвучало быстрее, чем Наруто успел осознать. Он слегка стушевался, когда чужие антрациты впились в него, но мысленно дал себе пинка и, вытянув шею, увереннее продолжил, - там все ждут тебя.       - Все-все? – кивнув головой на дверь студии, загадочно усмехнулся Учиха. Неоднозначное настроение брюнета интуитивно напрягло Узумаки. – Окей, иду, - просто пожав плечами, поправив черный хвостик, Саске вальяжно подошел к двери, специально громко открыл ее и явил себя уставшим выжидать его коллегам.       - Ну наконец-то! – вскочив с насиженного места, хрустнув шей, воскликнул Суйгецу. Но не в привычном озорном тоне с ухмылкой-оскалом на губах. Даже лучший друг не скрывал сочившегося раздражения в злом баритоне.       - Саске, - Неджи вышел вперед, внимательно оглядев уверенно стоявшего напротив макнэ, - твое отношение – отвратительно! Тур не за горами, а ты систематически опаздываешь или вообще пропускаешь совместные практики, толком не предупреждая, - если в звонком голосе Хозуки искрились горячие эмоции, то бас Неджи был таким ледяным, что мурашки охватывали все тело.       - Ни привет, ни здрасти, - фыркнул лишь на отчитывающую тираду лидера Саске, начиная потихоньку разогревать связки, - я пришел – доволен? – Неджи до скрежета свел челюсти, злясь от непонимания, чем же он заслужил такую грубость со стороны своего любимчика. – Да и вы все нагнетаете: по видео я быстрее вас выучу движения! - Какие мы зазнавшиеся! - ядовито процедил Шикамару, становясь подле лидера. – Хватит противопоставляться команде, ты не чертов пуп земли!       - Ты вообще думаешь, как мы переживаем из-за тебя? – Рок Ли поравнялся с Нара, со злой печалью буравя черными глазами ожесточенно сжавшегося Учиха. – Куда ты пропадаешь, что срываешь нам тренировки?       - Твой выбор, но наша ответственность! – прихлопнул одной фразой Неджи, вернувшейся шикнувшему Саске бумерангом. Брюнет несколько раз сжал-разжал кулаки, ощущая, как начинала бурлить яростная ненависть ко всему, что осточертело, и заставляла его выплеснуть всю скопившуюся агрессию на своих сокомандников.       - Ой, простите! – Наруто, едва не с открытым от удивления ртом, с ужасом наблюдал, как вот-вот готовыли были схлестнуться парни – четверо на одного, и их бы однозначно не удержали подошедшие к ним Какаши и Гай. Потому специально, но незаметно Узумаки приблизился к опустевшему месту Майто и нажал на ноутбуке трек, подготовленный для разминки. Резкие басы динамичных битов внезапно обрушились на всех, отчего парни аж остолбенели, растерянно завертев головами. – Я случайно мышку задел…       - Все нормально, Наруто, - натянуто улыбнулся менеджеру Гай, вставая между вновь напрягшимися парнями, - либо вы сейчас берете себя в руки, и мы танцуем, либо отменяем тренировку, ясно? – Майто обвел всех тяжелым взором горящих черных глаз и, видя, как закивали невпопад парни, довольно хмыкнул, шагая к центру зала. – Вставайте по местам на трек Best Of Me!       - Поговорим позже, - мрачно выдохнул Неджи, слушаясь моментально команде их хореографа. Все разбрелись по своим позициям, больше не смея отвлекаться на постороннее.       - Не надо разговоров – я покажу, - прошептал Шикамару, стоя рядом с Хъюга позади остальных, - ничего Учиха тебе не объяснит, а лишь сильнее выведет.       - Из-за этого вы всю неделю игнорите друг друга, презирая взглядами? – конечно, лидер заметил все отклонения от привычного поведения и взаимоотношения, но не торопился выяснять сходу в чем причина преткновения: Неджи умел выжидать либо самый подходящий момент, либо когда уже сами конфликтующие стороны готовы были помахать белым флагом и сдаться правдой перед ним. Нара, сторонившийся все эти дни Саске и высказывавший больше всех негодования насчет макнэ, самовольно решил больше не тянуть и не утаивать то, что могло разразиться гораздо большим скандалом, чем их жесткие стычки сейчас. Похоже, что чужой секрет более не принадлежал тому, кто и стал раздором их дружной сплоченности.       Практика длилась почти что два с половиной часа. Несмотря на физически ощутимое напряжение, давившее и ожесточавшее сокомандников, парни справились с танцами весьма неплохо, с небольшими погрешностями и отработками самых сложных движений чуть дольше. Было видно, что Гай, хоть и неистово гонял одного за другим, едва давая ребятам перевести дух и смочить горло, был доволен тем, как рьяная злость подстегивала группу выкладываться лучше и сильнее. Какаши пришлось уйти с тренировки из-за обсуждения проектов с Темари, доверив зачарованному танцами Наруто заботу о парнях, когда те после практики должны были поесть и двинуться на запись теле-шоу. Узумаки лишь на автомате кивнул и, ни на миг не отрываясь, восхищенно следил за мастерскими телодвижениями бойз-бенда. Ли выдавал сложнейшие пируэты с такой легкостью и отточенностью, будто бы он парил над полом, не прикладывая совершенно никаких усилий, хотя все прекрасно замечали, с какой силой напрягались стальные мышцы. Суйгецу и Саске не отставали от главного танцора, двигаясь непринужденно и мастерски, лишь два раза оступившись в одном треке. Неджи и Шикамару, вечно открещивавшиеся от похвалы своих танцевальных способностей, нисколько не меркли на фоне своих друзей, точно так же резво и четко демонстрируя правильность комбинаций, пусть лишь с меньшей пластичностью и динамикой. Потому Наруто не мог взять себя в руки и прекратить столь откровенно пялится на совершенство танцевальных па айдолов, завораживавших Узумаки с каждым треком все больше и больше: блондину отчаянно хотелось запомнить новые связки до мельчайших деталей и как можно скорее, надеясь на благосклонность графика в выходные, повторить все-все, отточив движения на свой манер. Однако и на секунду позволить себе было представить, что он – часть всего этого великолепия – ни за что. Удрученные слезы ужасного проигрыша и несбыточности детской мечты тут же задушили бы его, долго не отпуская и заставляя лишь страдальчески сжиматься сердце. Наруто уже никогда было не стать айдолом и как Сириус сиять на сцене, восхищая фанатов своими талантами. Так что представлять это, думать об этом – сплошная боль.       - Что ж, молодцы, порадовали! – громко и звонко, с протянутым большим пальцев вверх воскликнул Майто, когда залитые потом, задыхавшиеся и обессиленные парни расселись в один ряд в центре студии. – Саске, - внимательные черные глаза Гая прищурились, оглядывая дышавшего через нос брюнета, - неплохо, но можешь лучше! – многозначительно подытожил хореограф, явно намекая, что привычного усердия и выносливости у парня не замечалось уже которую тренировку. Учиха хотел демонстративно закатить глаза, мол, я просто не выложился на все сто, но стоило прозвучать итогу танцев Рока Ли, как Саске вдруг резко вскочил и помчался прочь из зала под удивленные взоры и испуганные возгласы сокомандников.       Наруто, сразу заметив, как Учиха надсадно свистел дыханием и потирал двумя пальцами кадык, мгновенно определил – брюнета нещадно тошнило. И вот-вот, как его вывернуло бы наизнанку – сколько раз в подростковый период они с ним проходили это, что Узумаки моментально вызубрил предвестие этой отвратительной реакции организма Саске. Потому, не отдавая себе полного отчета, как его спешное покидание студии без какого-либо объяснения выглядело странно и подозрительно, он ринулся следом за выскочившим впопыхах Учиха. Тот спрятался в туалете раздевалки, не успевая закрыть за собой дверь – парня тут же вырвало.       Отойдя от внезапного приступа, желчной горечью отдававшегося во рту, Саске остервенело стянул с себя насквозь мокрую футболку, яростно вытеревшись о нее, и загнанно простонал, тяжко вздыхая. Что за черт с ним творился? Раньше он мог вытерпеть хоть две таких жестких тренировки подряд, потом с утра бодрячком идти боксировать, а сейчас невероятное изнеможение врасплох застигло его еще в середине практики! Немыслимо, с его-то несравненной выносливостью и железной стойкостью! Отвратительно было признавать свою же слабость, осознавая, что становилось лишь хуже, но ничего стоящего сам предпринять он не был способен. Еще и вялотекущий аппетит, порой напрочь пропадавший, бесконтрольно и незаметно, что Саске наверняка вырвало бы, если он проглотил бы хоть кусок хлеба. Стоило ли показываться врачу, если на кону остаток промоушена, релиз песни, съемки клипа и предстоящий тур? Конечно же, он не смел, да и не позволил бы себе подвести всю группу! И что тогда следовало делать?…       - Держи, - Учиха резко дернулся от неожиданного вторжения Наруто, который сразу присел на корточки подле брюнета, протянув тому чистое полотенце и бутылку с водой. Естественно, первый инстинкт – послать прочь услужливого блондина, уже больше недели мозолившего ему глаза, отчего ностальгия похороненного прошлого истязала изнутри. Но, выдохом подавив ярость раздражения, Саске все-таки дрожавшей рукой схватил воду, сразу же припав к ней и осушив почти до дна.       - Спасибо, а теперь… - страшная жажда после практики сыграла подлостью: переполненный водой желудок жалобно заурчал, и Учиха вновь склонился над унитазом. Наруто, на автомате заскочивший в раздевалку за послетренировочными атрибутами, тут же накрыл обнаженную спину корчившегося в потугах брюнета полотенцем и придерживал ладонью разметавшуюся длинную челку. – Свали! – просипел Учиха, полоснув ненавидящим взглядом по удрученному лицу Узумаки. Тот отрицательно мотнул головой и помог шикавшему Саске сесть обратно, прислонившись к стене. Его потряхивало как при ознобе, отчего Учиха сильнее укутался в просторное полотенце. Узумаки улыбнулся, радуясь, что схватил полотенце побольше. – Чего ты лыбишься?       - Я… - мгновенно солнечное сияние искренней улыбки потухло. – Я просто… свои обязанности выполняю! – ожесточенно прохрипел Наруто, на что Саске лишь усмехнулся, смахивая краешком полотенца испарину со лба.       - М-м, обязанности… только из-за них у тебя такое душещипательное беспокойство в глазах? – своего кусачего ехидства Учиха и в этой ситуации не терял, таким образом обороняясь и защищаясь, ведь показывать было себя с такой уязвимой и слабой стороны бывшему лучшему другу-возлюбленному – ужасно.       - Пусть в твоих глазах я предатель и ненавистен тебе, - Наруто специально сильнее затянул обернутое вокруг плеч Саске полотенце, на что брюнет злобно зашипел, не в силах оттолкнуть раздражавшего парня, - но я всегда будут беспокоиться о тебе!       - Пф, уволь! Сдалось мне это! – скривившись, выплюнул Учиха и постарался отсесть подальше от севшего рядом с ним Наруто, но Саске лишь качнулся и прильнул к чужим широким плечам.       Конечно, как подле Неджи он не мог позволить себе распластаться на груди Узумаки и с прикрытыми глазами перевести дух, приходя от омерзительного приступа в сносное состояние. Однако знакомое, точнее родное тепло, солнечной лаской исходившее от бронзовой кожи рядом, вмиг отозвалось так сильно, что само тело до безумия тянулось к этим широким рукам. Быть сильным – значит, уметь признавать свои слабости, не так ли? И как не перед тем, кто ни разу в жизни ни осудил, ни порицал и ни отворачивался от него, не считая того рокового дня предательства? И все казалось таким привычным, словно они вновь прятались вдвоем в туалете школы Саске, куда Наруто, бесстрашно и нетерпеливо, влез, сбежав из своей соседней школы, ловко обведя вокруг пальца строгую охрану. Словно вновь они сидели плечом к плечу, вдыхая ароматы кожи друг друга, щекоча поцелуями друг друга и просто наслаждаясь прекрасным беззаботным моментом.       - Давно тебя так полощет? – прошептал угрюмо Наруто, когда голова Саске все же устало легла на плечо блондина.       - С середины весны, сейчас участилось, - бесстрастно отозвался Учиха, дыша в ключицу Наруто: парфюм он так и не сменил, оставаясь верным мандариновым нотам с бергамотом и ванилью, что вызвало блаженную улыбку на бледно-сером лице брюнета.       - Ешь? – в ответ Саске многострадально выдохнул, и Наруто сразу понял – безуспешно пытался. – Обратись, пожалуйста, за помощью, - недовольное фырканье прямо в шею, отчего Узумаки с подавленным смешком съежился – щекотно, - ну или впихивай в себя еду! Кожа да кости!       - Поэтому так пялишься на меня без майки? – поддел Саске, совсем расслабившись и почти лежа в полуобъятиях Узумаки.       - Ну, пресс у тебя классный – не спорю! – хмыкнул спокойно Наруто, нисколько не зардевшись от очевидного подкола, справедливого, к тому же. Если бы кто-то другой поймал и тыкнул Узумаки в его же промах, то он бы готов был провалиться сквозь землю от испепелявшего стыда, но от пожурившего смешка Саске, от его улыбки-ухмылки, ощущавшейся шеей, блондин только сам про себя улыбнулся и нисколько не злился – не мог, ослабев под чарами Учиха. – Тебя скоро искать начнут…       - Еще минуту, - полусонно прохрипел Саске, абсолютно не готовый возвращаться в строй, когда голова болезненно пульсировала, живот сводило, а мягкие полуобъятия чужих сильных рук согревали. Ни с кем не было так тепло, уютно и умиротворенно – только под покровом солнечной ауры Наруто, у кого душа нараспашку, а действия бегут вперед мыслей. Конечно, сейчас он демонстрировал улучшенную, взятую в ежовые рукавицы из-за работы версию, но Учиха всегда будет помнить того лучезарного пацаненка, чья улыбка ослепляла, поцелуи сводили с ума, присутствие рядом – делало самым счастливым.       - Пожалуйста, не запускай здоровье, и… - Наруто замялся, когда Саске приподнялся на локте и снизу вверх впился непроницаемыми антрацитами в него, - обращайся, если что, - теряясь в бездонной черноте напротив, чувствуя тонкое тело в своих руках, Узумаки не сдержался и мимолетным поцелуем коснулся мокрого виска вздрогнувшего Учиха. – Прости! – выпалил тут же блондин, зардевшись до кончиков загорелых ушей и помогая встать не отрывавшегося от него взгляда Учиха. Извинялся ли он за свой чувственный порыв или же в общем за все? Совершенно не было неясно.       - Спасибо, - хмуро уставившись на их сплетенные ладони, тихо произнес Саске. Не хотелось разыгрывать из себя неблагодарного грубияна в ответ на такую неподдельную доброту и сердечную заботу, - спасибо еще раз…       Как отпустить, когда больно отпускать? Как уйти, когда больно уходить? Был бы это Неджи – Саске бы просто сжал в ответ ладонь и с улыбкой пошел в раздевалку, но напротив – кусавший губы Наруто, с все еще алевшими щеками и грустной гладью глаз океана. И ничего лучше, чем сухими губами прижаться к костяшкам бронзовых пальцев, оставив теплый поцелуй, Учиха в голову не пришло. Под ошеломленное хлопанье глаз Узумаки, он молча развернулся и погнал себя в душевую. Они оба сильные и одновременно оба слабые друг перед другом, столь доверительными поцелуями признавшись в этом. Что ж, собственные слабости можно было обратить и в свою пользу, не так ли?       Всем было паршиво. Никто без нужды ни с кем не заговаривал. Безэмоциональные сокомандники на автомате приводили себя в порядок, особо не оглядываясь друг на друга. Выражение лиц было примерно одинаковым, будто бы съели что-то мерзостное с истекшим сроком годности или же будто чем-то жутко пахло – протухшим и въедливым. Лишь Неджи и Шикамару тихо переговаривались, порой переходя на яростный шепот. Никто не вслушивался, занятый собственными понурыми мыслями. Следующая цель после танцевальной практики – обед, который нужно было хоть как-то впихнуть в себя, в особенности Саске. Его долгое отсутствие и появление почти что под руку с Наруто внутренне напрягло всех, но парни оставили участившиеся странности макнэ без комментариев. Вообще. Что не могло не удивить неприятно самогО младшего. Да, его внешний вид, изможденный и смертельно бледный, не внушал никакого доверия и слепой веры в его нормальное состояние, но лучше уж игнор-молчание, чем строгое докапывание до него.       Шли до столовой также молча, друг за дружкой, в сопровождении Узумаки, замыкавшего процессию группы. Наруто претило ощущать столь удушавшее давление из-за разлада ребят, к тому же теперь его причастность ко всему происходящему – неумолима и обязательна, потому мрачный взгляд задумчиво перебегал от одной спины к другой, дольше останавливаясь на Саске и Шикамару, ни разу не взглянувших в чужую сторону. Смог бы он так же стойко и терпеливо выносить долгие годы разные обиды, недомолвки, неприятности и негатив? Их такими выковывали изнуряющие тренировки, включая время стажерства, командное поведение менеджеров и жесткий контроль со стороны руководства? Или же изначально парни, подписывая дебютный контракт, поставили на себе клеймо послушных и терпеливых сокомандников, ради всеобщей цели задвинув свое «я» настолько далеко, что оно и затерялось? Осознавали ли они хотя бы немного, на что именно подписывались в свои подростковые годы? Ли подписал контракт в качестве трейни в одиннадцать лет, Суйгецу в пятнадцать, Неджи и Шикамару в шестнадцать, как и Саске. Слишком юные, воодушевленные и бойкие, готовые во имя победы сломить самих себя. Но в случае Учиха… Наруто до сих пор так и не смог понять, почему, спустя лишь неделю после их расставания, после месяца провального прослушивания Узумаки, Саске вознамерился встать на тот путь, к которому никогда не испытывал симпатии.       - Давайте я вам принесу все, а вы отдыхайте! – Наруто готов был заняться чем угодно, только бы не захлебываться в угрюмой атмосфере напряженно-молчаливых парней. Все, кроме Неджи, на автомате кивнули и роботизированно отозвались словами благодарности. Лидер лишь кивнул в сторону еды, мол, я помогу тебе, и зашагал вместе с менеджером.       - Спасибо, что разряжаешь обстановку, - Неджи не стеснялся расстроенного голоса, без энтузиазма разглядывая диетические блюда столовой, больше смахивавшей на шведский стол элитного ресторана. – Сейчас трудное время, но…       - Все нормально – я понимаю, - Наруто перебегал глазами от белого риса к киноа, стараясь не встречаться с хмурым взглядом Хъюга, - я правда хочу помочь и поддержать вас, независимо от моего статуса, - припоминая дни, когда сидел на строжайшей диете из-за танцевальных конкурсов, Узумаки выбрал в качестве гарнира для Саске киноа, бОльшую по калорийности, а для Суйгецу - белый рис вперемешку с черным.       - Тогда тебя обрадует решение твоих долгих проблем с перемещениями от дома до работы и обратно, - Неджи слегка удивился, внимательно наблюдая, как верно Наруто подбирал еду для самых младших: видимо, за две бешенных недели рядом с ними, менеджер зря времени не терял, оправдывая свои раннее сказанные слова, - будешь жить вместе с нами.       - А?! – Узумаки аж ложку выронил, накладывая тушеные на пару овощи – приготовленные именно таким образом - лучше усваиваются, не вызывая вздутия живота, что непозволительно для точеных фигур айдолов.       - Сегодня вечером, после записи тв-шоу, увидишь, - лукаво блеснув пронзительными глазами, усмехнулся Неджи и с полным подносом направился к самому угловому столику, где все также молча хорохорились парни. Наруто лишь через пару секунд отмер, заканчивая собирать обед, не забыв и про себя, ведь такой разнообразной и роскошной еды его кошелек не мог позволить блондину. За все эти две недели Узумаки только пару раз подвозили либо всех, либо кого-то из группы до закрытого частного сектора, где располагался трехэтажный не дом, а целый особняк ребят. Как только им позволили съехать с общежития, как только они все начали прилично зарабатывать, они вскладчину приобрели нынешний дом в элитном районе строго и жестко охраняемого сектора, в котором проживали как высокопоставленные политики, так и другие знаменитости. Особенность данного жилого района – несколько многоэтажных строений и дома-особняки, расположенные так, что никто из соседей в принципе не мог друг другу помешать, несмотря на просторные сады каждой жилой территории. Их группа построила особняк под личные нужды: подвал – две отдельные звукозаписывающие студии, спортивно-танцевальный зал, спа-комната с сауной и массажной; первый этаж – гостевой холл, конференц-зал, общая гостевая; второй этаж – пять полноценных двухкомнатных квартир для каждого участника; третий этаж – костюмерная-гардеробная, библиотека, одна нежилая комната; крыша – терраса с растениями, где можно было просто расслабиться. Однако Наруто ни о чем таком не подозревал и был просто-напросто выбит из колеи нежданным предложением-утверждением лидера, обговорившего и решившего все заранее. Да, никаких слов на ветер он не бросал, пообещав-таки новому менеджеру позаботиться о его неудобствах! Но почему тогда столь неотвратимо Узумаки страшила внезапная перспектива стать сожителем всей группы?       - Балуешь, спасибо! – естественно, при виде свежей и горячей еды все приободрились, а Суйгецу, разглядев, какую щедрую и разнообразную тарелку собрал ему Наруто, так совсем заулыбался во весь рот. – Всем приятного!       - Приятного! – хором, а скорее рефлексом отозвались остальные, сразу принявшись за обед. Саске, с того их единения в туалетной комнате, более ни разу не одарил взглядом Наруто, но, когда его киноа с лососем, яйцом-пашот, тушеными овощами оказалось перед ним, то Учиха задержал долгий, немигавший взор на скромно пристроившимся рядом с Неджи Узумаки, шепнувшему брюнету только: «Ешь, пожалуйста!». И ни единого всполоха раздражения не ощутил макнэ, почему-то без привычных едких кривляний разозленного лица действительно принявшись за еду. Он знал, что истощен, а за последнюю неделю особо стал замечать это, так что пришлось съесть хотя бы половину или что-то одно полностью. Запись для тв-шоу будет долгой, включая их подготовку с макияжем, прическами и кучей фото – силы нужны были позарез, тем более когда ни физических, ни моральных ресурсов держаться почти нет.       Ни разу за две отработанные недели не появлялось и крамольной мысли пожалеть, что роковой выбор был сделан в пользу менеджера группы – Наруто был абсолютно в своей стихии, торнадо захватывавшей его с раннего утра почти до полуночи, порой и позже. И если бы ни вежливо-настойчивые просьбы сделать-принести-позвонить-помочь-ответить, поступавшие буквально каждую минуту, то природная неуемная энергия деятельного Узумаки сожрала бы его, или же блондин от страшного недосыпания сам валился бы с ног, как ребята из группы. Сонными фигурами парни восседали на креслах в колдовавших руках визажистов и парикмахеров. Еще по пути на запись тв-шоу в салоне авто все без исключения предались дреме, отчего вся дорога была сплошным молчанием сонного царства. Однако Наруто, даже если бы ему было позволительно, не стал бы следовать их примеру: заснул бы на пару минут, но, зная, как крепко и беспробудно он мог спать, никто не смог бы его разбудить. Слишком долго блондин нарушал здоровый режим, жертвуя собой ради работы. Впрочем, к этому ему было не привыкать.       - Спасибо, - улыбнулся Суйгецу, когда красота была полностью наведена. Потянувшись так, что хрустнули руки, пепельный блондин задумчиво уставился на кофемашину.       - Тебе сделать латте? – Узумаки, расправившись с указаниями по рассадке группы, мигом заприметил одолеваемого сомнениями Хозуки. Главный вокалист пил исключительно латте из-за меньшего содержания кофеина, учитывая, как сильно его организм был склонен к обезвоживанию.       - Тогда я буду мечтать весь эфир лишь о походе в туалет, - кисло пробубнил он, разочарованно вздохнув, - спасибо, дружище, но мой вариант – вода с лимоном.       - Не станешь ли еще и лицом кислым? – усмехнулся Шикамару, второй по очереди отпущенный командой стилистов. – Сегодня надо улыбаться как можно шире!       - Ха-ха, шутник, - уже мрачно шикнул Суйгецу и, словив вопросительный взор небесно-голубых глаз напротив, тяжко вздохнул, - ведущие этого тв-шоу «Зажжем!», - Хозуки понизил свой глубокий голос и злобно оскалился, - так сказать, с ебанцой и с дебильно-раздражающими конкурсами…       - А еще с дрянными вопросами, - сквозь зубы процедил Нара, видимо, припоминая скверный опыт прошлых лет, - выводят на пассивно-агрессивный ответ, донимая сплетнями! Потому и рейтинги у них зашкаливают!       - Бросьте, - Рок Ли, чуть взлохматив свой маллет, не жалуя чересчур зализанные укладки, ободряюще похлопал фыркнувших друзей по плечам, - справлялись же с ними целых три раза раньше – справимся и сейчас!       - От твоего оптимизма тошнит, - скривился в демонстративном представлении рвоты Суйгецу, под смешок Шикамару и закатывание глаз Рока, - раз уж так уверен в себе – будешь первым, кто в конкурсе будет участвовать!       - А ты тогда будешь на подхвате, раз предлагаешь, - Неджи самодовольно приулыбнулся вмиг надувшемуся Хозуки, похлопав по руке выпятившего грудь вперед Ли, - пожалуйста, просто не ведитесь на их грязные уловки и представьте, что вы – милые котята, ради наших же фанатов!       - Дорогой дневник, мне не описать всю ту боль и унижение, что заставляет меня испытывать мой лидер… - обреченно вздохнув, захлебываясь несуществующими слезами, Суйгецу театрально приложил ладонь ко лбу и припал будто бы поверженным к плечу шикнувшему Нара.       - Ой, не начинай свою излюбленную драму! – все трое сокомандников тут же вместе рассмеялись, Наруто широко заулыбался, ощутив воодушевленную атмосферу, и исподтишка кинул взгляд на сидевшего в углу Саске, чьи черные кончики распущенных волос, достававшие почти что до основания тонкой шеи, слегка подкручивала парикмахер. Брюнет был совершенно не заинтересован, чем были заняты беседовавшие рядом его друзья. Ноль реакции. Ноль эмоций. Он ссутулено сосредоточился на телефоне, абстрагировавшись тотальным игнорированием. Конечно, Наруто до сих пор бережно хранил в памяти все детали мимики Учиха, по которой можно было хотя бы считать его состояние. Однако то, насколько сильно и заметно Саске научился жонглировать необходимыми эмоциями, пряча себя настоящего так глубоко, не могло не шокировать Узумаки, успевшего убедиться в актерском мастерстве макнэ за прошедшие две недели. Потому блондин нисколько не сомневался – брюнет выдаст то, что нужно, то, что выгоднее всего, но… слишком часто стало заносить Учиха не в ту сторону выверенного годами пути.       - Готовность десять минут! – как только оператор быстро заглянул к ним в гримерную, предупредив всех, Саске мгновенно оторвался от мобильного, благодарно кивнул парикмахеру со стандартной вежливой улыбкой и медленно встал, поправляя свой тотал-лук Chanel: полуночно-синего цвета со стальным отливом шелковую рубашку, расстегнутую только на одну пуговицу – полуоткрытая зона груди с выпиравшими костями не добавляла эстетизма, да и встревожила бы фанатов, с длинными рукавами, расширявшимися к запястьям, точно такого же оттенка и материала завышенной талии брюки, серые грубые ботинки, и, естественно, бриллиантовое сияние украшений – завершавший штрих стильной элегантности: сверкающие серьги-гвоздики в количестве пяти штук, тонкая цепочка из платины с брендовым значком, добавлявшая сексуальности слегка оголенным ключицам, а также россыпь камней в затейливом узоре на кольце среднего пальца правой руки. Оторваться от Саске, воплощавшего наяву идеал мрачной красоты, было физически больно.       - Все как обычно? – глухо произнес Учиха, поравнявшись с напрягшимися парнями. Непроницаемые антрациты спокойно обвели всех медленным взглядом, включая и слегка встревожившегося Наруто и заканчивая на посерьезневшем Неджи.       - Конечно, по обычной схеме, - уверенно кивнул Хъюга, все-таки задержавшись внимательным взором на бесстрастном макнэ. Конечно, они будут придерживаться отработанного взаимодействия, несмотря ни на какие склоки внутри группы. Остальные обменялись понимающими взглядами и под предводительством Неджи двинулись к готовым запечатлевать каждый их вздох камерам.       Обстановка не была располагающей. От слова «совсем». И нет, причина не была скрыта в ослеплявших софитах, неудобных микрофонах, чрезмерной яркости декораций. Именно, как презрительно фыркали парни, в самих ведущих, напоминавших кровожадных гиен со своими скалившимися улыбочками и пронырливо смотревшими глазами. Райко и Майк – два броских имени двух моложавых мужчин, когда-то известных в развлекательной индустрии в качестве актеров, в дальнейшем открывшие свое тв-шоу. И рейтинги действительно были рекордные из-за приглашенных гостей, которых через отвлекающие маневры игр-шуток искусно допрашивали, манипулятивно выводя на нужный ответ. Не все топовые айдолы справлялись с давящим напором, не имея права показать себя с нелицеприятной стороны грубых, отстаивавших свои границ людей – неизменные стандарты чересчур жестки и жестоки, потому приходилось либо терпеть, всячески увиливая от сплетен, либо же сдаваться и отчаянно пытаться не выдать больше, чем получилось. Скверно, скандально, но продаваемо и воздаваемо – вот оно неподдельное лицемерие данной индустрии.       Поначалу ребята держались отлично. Их поприветствовали громкими, искренними овациями, ведущие представили их как заслуженных национальных героев, поразивших американский шоу-бизнес. Парни по-настоящему смутились, но не скрывали довольных, лучистых улыбок, даже Саске и Шикамару ощущали себя польщенными, перестав непроизвольно хмуриться. Посыпались ожидаемые поздравления с успешным камбэком и шаблонные вопросы «Как вы? Как настроение? Успеваете отдыхать? Какая песня любимая?» и все в таком духе. Привычные схемы помогали расслабиться и снизить бдительность напряженных айдолов. Суйгецу как всегда был прекрасен в своем естественном, энергичном и флиртующем социальном взаимодействии, задавая тон общей беседы и первым протаптывая тропинку для сокомандников. Забавную и позитивную ноту ловко подхватывал Ли, с удовольствием перенимая настроение Хозуки. Шикамару с явным наслаждением подколами осаживал фыркавшего Суйгецу, над чем потешался Рок, а Неджи вносил по обыкновению умиротворенную тональность серьезности и ответом по существу. Саске в основном отзеркаливал ухмылки-улыбки парней, слегка посмеиваясь в унисон с ними, в основном отмалчиваясь и кидая прямо в камеры свои фирменные загадочные взгляды, сводившие с ума фанатов.       - Но не одними же музыкальными рейтингами вы едины! – подмигнув недоуменно моргнувшим ребятам, лукаво произнес Майк – самый забористый из тандема ведущих. – Саске! – Учиха демонстративно развернулся всем корпусом к вопрошающему. – Ты потому такой скромный, что возглавляешь рейтинги самых сексуальных и желанных айдолов? Даже опережая своих сокомандников!       - Протестую, вопрос – провокация, - криво усмехнувшись, преспокойно осадил Майка макнэ, и бровью не дернув. Парни подхватили уверенную усмешку младшего, но заметили, как ощетинился взглядом брюнет.       - Вот именно! Я всегда второй после Саске! – драматично воскликнул Суйгецу с нарочито надутыми губами, на что вся съемочная команда рассмеялась.       - Или третий, или четвертый, - поддел пепельного блондина Шикамару, ехидно поведя бровями, отчего Хозуки шутливо замахнулся на того. Они четко и внимательно подмечали любую реакцию друг друга, зная, как следует сыграть так, чтобы снизить градус опасливого давления или отвести внимание.       - Но только Саске сводит с ума как женщин, так и мужчин: они в равной степени голосуют за него! - Райко решил приправить острым такой вроде бы не особо скользкий вопрос, стараясь уколоть разными слухами раздражающе бесстрастного и самоуверенного Учиха.       - Вас тоже свожу с ума? – слегка закусив губу, чуть наклонившись ближе к Майку, сидевшему как раз напротив, игриво произнес Саске, на что Суйгецу присвистнул, интуитивно подхватив настрой лучшего друга.       - Не отвечай – не выдавай себя, Майк! – захохотал Райко, хлопнув того по плечу. Майк картинно запричитал и закрылся ладонями, мол, вконец засмущали бедного мужчину. Неджи натянул выверенную улыбку под стать остальным, осторожно следя за реакцией макнэ, остававшегося абсолютно невозмутимым, с легкой ухмылкой на накрашенных блеском губах. – То есть никто из вас не ревнует, - внезапно Райко перестал как бы утешать своего друга, резко развернувшись к парням и обведя опешивших их насмешливым взором, - что ваш макнэ – самый популярный и самый любимый участник? – от сказанного тона ведущего группа едва не скривилась, но актерскими рефлексами отреагировала ухмылками-усмешками. И так, и сяк мужчины пытались уязвить эго парней, давя на очевидные и общеизвестные факты.       - Опять провокация, Райко! – загоготал Майк, скалясь в сторону такого дипломатичного сегодня Учиха, опять не особо поведшегося на очередной подкол. Однако Саске вдруг демонстративно закатил глаза, скрестил руки на груди и закинул ногу на ногу, явно показывая, как на самом деле претит ему эта тупая игра в кошки-мышки.       - Вам завидно, что ли? – небрежно произнес Учиха, горделиво вскинув подбородок. – Вы такие наивные полагать, что без одаренности моих друзей, их постоянной поддержки и семейной заботы я бы возглавлял рейтинги, а вы бы оба в тайне фанатели от меня? – злорадно усмехнувшись, Саске злобно сверкнул черной бездной своих ощетинившихся глаз, уже откровенно скалясь ухмылкой под затишье в студии. – Но ничего, наши Энигма, наши настоящие сердечные фанаты, в комментариях к этому выпуску все разъяснят.       И рейтинг пассивной агрессии был бы возглавлен Учиха, если бы существовал, конечно. Саске кокетливо подмигнул в нацеленную точно на него камеру и послал воздушный поцелуй на словах о фанатах. Брюнет был невероятно доволен собой, презрительно щурясь на оторопевших ведущих с торжествующей усмешкой на ехидно скривленных губах. Никто из парней не ожидал в принципе активности от макнэ сегодня, но такой сочившейся ядом тирады, защитившей их самих, - определенно нет! Потому они вместе захихикали, Суйгецу привычным жестом поддержки сжал плечо брюнета, Неджи одобрительно кивнул ему, Ли громко щелкнул пальцами, указывая пальцем на макнэ, мол, все правильно говоришь, а Нара, хоть и не смотрел в сторону Учиха совсем, но самодовольно просвистел, как бы говоря, туше, уважаемые ведущие, туше.       - Тогда развлечем ваших Энигма! – прочистив горло, с нарочитым весельем воскликнул Майк, улыбаясь неестественно широко прямо в камеру. Райко болванчиком закивал и встал вместе с другом. Парни, довольные произведенным эффектом хлестких, поставивших на место слов Саске, окончательно расслабились и самоуверенно поднялись со своих мест. – Июнь – сезон клубники, так что, благодаря нашим спонсорам – лучшей ферме страны «NatureTrueLove», нашим вспомогательным реквизитом будет сочная и спелая, гигантских размеров клубника, которую один из вас будет держат ртом, а другой – пытаться оторвать зеленый хвостик так, чтобы не разломить эту чудесную ягоду!       Кажется, рано радовались своему торжеству над ведущими ребята. Они озадаченно переглянулись, совершенно не горя желанием пускаться в дурацкие игры с однозначным подтекстом, акцентировавшим квирбэйтинг, за что и так прилетало всем айдолам, да и им в частности. Однако отказаться и уйти – нельзя, потому, лишь пожав плечами, парни с готовностью встали в ряд. Райко подмигнул им, наслаждаясь тем, как стушевалась группа, хитро вопрошая, кто же будет первой парой. Самый смелый и отчаянный, плевавший на чужие мнения Суйгецу искусным сальто оказался в центре, вызвав искренний восторг окружающих. Показать себя с любой, даже с противоречивой стороны – раз плюнуть для него. Как ни странно, исходя из нынешнего мрачного дня, на помощь вызвался лучший друг главного вокалиста группы, что раньше было обыденностью для них обоих. Саске с решительной готовностью протянул ладонь за ягодой, на что ведущие приторно заулыбались, кивнул напротив вставшему Хозуки, мол, давай открывай рот, тот с фирменным оскалом, подставляясь под пальцы брюнета, сам обхватил блестевшими губами клубнику и, поиграв ехидно бровями, подошел к усмехавшемуся макнэ почти вплотную. Всеобщий гогот и визги перекрыли ведущие, призывавшие к покою, несмотря на фривольное действие, разворачивавшееся перед ними. Мягко обхватив плечи пепельного блондина, стараясь не смять холодными ладонями его черную футболку, сплошь покрытую черными кристаллами сваровски, Саске осторожно сжал зубами кончик ягоды, медленно отрывая ее зеленый хвостик. Суйгецу, еле подавляя рвавшийся наружу хохот, прикрыл глаза так, будто ему дарят с наслаждением сладкий поцелуй, а не пытались оторвать кончик клубники и не столкнуться ненароком с ним губами. За пару секунд, с математической точностью, будто бы заранее все просчитав, Учиха отлично справился с поставленной задачей, еще раз доказывая, что ему под силу было все, даже в столь интимных условиях. Демонстрируя просвистевшим ведущим и оператору зеленый хвостик и целость и сохранность самой ягоды, Саске и Суйгецу дали друг другу пять ладонями, под всеобщие аплодисменты Хозуки проглотил клубнику и показательно облизнул собственные губы, непременно с задорным подмигиванием.       - Браво, браво! – усмехнувшись, захлопал в ладоши Майк, не ожидая, что так легко и складно, безо всякого стеснения они смогли справиться с игрой. – Кто следующий?       Естественно, Неджи и под дулом пистолета не стал бы партнером с Саске, боясь и представить, насколько смог бы себя скомпрометировать. Шикамару в принципе терпеть не мог такого рода игровые взаимодействия, становясь последней жертвой квирбэйтинга. Потому Ли, шутливо припав на колено подле Учиха, выжидающе протянув руку к нему, стал следующим. Саске по-доброму усмехнулся, вложился свою ладонь в руку главного танцора, но сжал ее и звонко чмокнул захохотавшего Рока в пальцы. Затем рука об руку они прошли в центр, и уже Учиха зажимал губами саму ягоду, а Ли пытался оторвать аккуратно хвостик. В основном, именно Рок и Суйгецу были самыми лояльными к капризам и настроенческому поведению макнэ, да и к играм вместе в целом. Так что забавная дружеская коммуникация друг с другом, даже сегодня, смотрелась естественно и мило, в особенности на внешнем контрасте строгой монохромной элегантности Учиха и стильной пестроты образа семидесятых Ли с его апельсинового цвета жаккардовой блузой с воланами и украшенной разноцветными драгоценными камнями брошью символики Gucci, небесно-голубыми джинсами-клеш и бронзовыми казаками на небольшом каблуке с блестками. Красочные противоположности справились еще быстрее и еще удачнее, вновь польщенные аплодисментами. Далее, станцевав чечетку с цоканьем каблуков, Ли с упиравшимися в бока руками выжидал следующую жертву. Шикамару поднялся мгновенно, беспрекословно, опередив Неджи: нервничая, как из-за собственного сумасбродства мог вляпаться Рок, порой тупивший из-за близости лидера, Нара поэтому вызвался первым. Куксясь и кривясь, презрительно вздыхая, шикая на подначивавших его Саске и Суйгецу, шатен на расстоянии вытянутой руки приблизился к хихикавшему Ли и как жираф потянулся отрывать зеленый хвостик. Из-за намеренного расстояния ягода выскользнула изо рта хрюкнувшего Ли, а Шикамару едва не плюхнулся на свой зад, едва удержав равновесие. Несмотря на проигрыш, все знатно надрывали животы от хохота. Заключительными игроками стали рэперы группы, не терпевшие скиншипа и эдакого тесного взаимодействия. Оттого они и не смогли на победной ноте вынести данное испытание: Неджи случайно ткнулся кончиком носа в нос Нара, тот замычал и прокусил ягоду, на что Хъюга вовремя отпрянул, дабы совсем не чмокнуть главного рэпера. Тут уже все рукоплескали, задыхаясь визгливым смехом, пока последняя парочка сгорала от стыда, смущенно хлопая друг друга по плечу.       - Теперь мы знаем, кто любит клубнику, а кто предпочитает что-то другое! – еле подавляя хохот, воскликнул Райко, выставив вверх большие пальцы севшим обратно сокомандникам.       - Еще долго не смогу и смотреть на клубнику, - фыркнув, кисло пробубнил Шикамару, вызвав очередное хихиканье со стороны парней.       - Мне она будет сниться, - мечтательно протянул Суйгецу, закусив губу и подмигнув громко хмыкнувшему Саске, хлопнувшего того по коленке. Игра в фансервис – это постоянное рабочее обязательство, потому парни ни в коем случае не забывали и об этом.       - Спасибо вам за отлично проведенное время, наши великолепные MANTRA! – одновременно заголосили ведущие, парни синхронно встали и начали раскланиваться, пожимая вежливо руки претившим им Майку и Райко. Когда операторы сделали знак «стоп, снято!», когда окончательно вспышки погасли, когда, вновь поклонами прощаясь со всей съемочной командой, парни закрылись в собственной гримерке, только тогда они повалились на диваны и истошно выдохнули.       - Ебать как у меня кулаки чесались! – прохрипел злостно Суйгецу, теребя цепочку с символикой YSL. Пепельный блондин действительно давно так не сдерживался, почти за полгода отвыкнув от стандартного промо альбома с раздражавшим участием во всех идиотских шоу. Из-за плотного графика к зимним выступлениям в родной столице, затем в Штатах перед премией Grammy, потом на ней самой, а далее - еще парочка концертов подряд в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке группа вообще не посещала обычные для айдолов шоу и мероприятия, сосредоточившись на международном продвижении и работой уже над нынешним мини-альбомом.       - Ебать буду ненавидеть чертову клубнику! – в тон главному вокалисту отозвался Шикамару, брюзжавший не хуже Хозуки. Чистый кринж – вот что испытывал главный рэпер, морщась каждый раз при упоминании промо, неукоснительно включавшим в себя дебильные шоу с дебильным форматом детского сада. Потому Нара и был одним из настойчивых инициаторов интернационального продвижения, в особенности в США, откровенно завидуя адекватной забавности интервью зарубежных звезд, где можно и нужно было быть самим собой.       - У нас теперь две Королевы драмы? – Ли насмешливо выгнул бровь, стирая влажными салфетками плотный макияж. Нара и Хозуки одновременно чванливо фыркнули, а Неджи с Роком со смешками переглянулись.       Наруто сам улыбнулся, наблюдая за привычным теплым взаимодействием между парнями. Всю запись тв-шоу он украдкой из-за стены спин операторов наблюдал за группой, мысленно молясь о благополучном исходе шоу. И как ожесточенно шипел проклятиями Узумаки, что некоторые сотрудники оборачивались на него, и как самодовольно хмыкал он, потирая ладоши, когда Саске, тот самый знакомый Саске-подросток, одним взглядом умевший затыкать людей, поставил на место нахальных ведущих, и как радостно блондин свистел, поддерживая ребят в игре с клубникой, - Наруто искренне, сердечно переживал за теми, кто уже который год был в шоу-бизнесе, прекрасно умея вести себя на камерах. Но ничего Узумаки не ждал взамен, лишь с внутренним облегчением поздравляя парней с успешно проделанной работой. Те благодарно закивали, иссушая бутылки с водой. Саске, которому их команда красноречиво давала понять, что он шикарно ответил отпетым ведущим, машинально кланялся, сразу уйдя в туалетную комнату. Наруто готов был ринуться за ним, но этот его порыв в нынешнюю минуту не был оправдан, так как Учиха очевидно хотел побыть наедине и окончательно смыть макияж. Блондин еще успеет позаботиться о нем.       Саске не хотелось домой. Не хотелось вновь погружаться в эту натянутую атмосферу, что все как прежде, что все будет замечательно, ведь мы семья – нам все по плечу. Что за наивная дурость. Ни черта они не семья. Порой с натяжкой можно сказать, что друзья. Да больше очевидно – коллеги. Им всем уже не по семнадцать. Саске скоро стукнет двадцать два, а Неджи – двадцать четыре. Да, они молодые, но уже скорее мужчины, чем милые парни. И как же Учиха претили эти прятки в прошлое, когда те устаревшие образы исчерпаны! Да, пять лет, уже и шестой год пошел, хоть и сплотили их, сотворив тех, кто в итоге взял самые важные и престижные награды, кто в итоге покорил все намеченные и невообразимые для них самих вершины. Однако… приторность всегда портила сладкое послевкусие заслуженных побед. И если раньше, вообще не понимая и не осознавая, на что именно подписался Саске, когда скаут агенства привел его в компанию, а Учиха нырнул в это сумасшедшее течение совершенно беспечно, стараясь лишь затопить пустоту души, брюнет безропотно подчинялся, следовал любым указаниям, изображал так, как следует и как надо, то сейчас… Сейчас, получив огромный опыт, раскрыв весь настоящий талант, до момента стажерства слепо дремавший внутри, он наконец начинал понимать и осознавать. Прежде всего самого себя, шаг за шагом, песней за песней приближаясь, к пока еще размытым, но тем самым ответам на отцовские вопросы «Для чего тебе это?», «Зачем тебе это?».       Естественно, первое желание – написать Хидану, чтобы отгородиться ото всего за его широкой спиной, за его искрометным юмором, за его, как ни крути, неподдельной заботой и хищной лаской. Время близилось к полуночи, но для таких музыкальных гениев, живших созданием композиций и продюсированием, день только стартовал. Конечно, вся группа неимоверно устала, уже выдыхалась, держась только благодаря мысли о последних днях промо. Потому сбежать вновь, когда довел всех своими пропажами и опозданиями вконец, - опасная и глупая идея, прямо-таки в духе Учиха, любившего провоцировать чужие нервы. Но всему есть предел, однако жутко не хотелось промерзать в атмосфере общего авто, еще и выдерживая какие-то досадливые взгляды грустных глаз Наруто… Саске резко плеснул ледяной водой себе в лицо, начиная ожесточенно натирать кожу лосьоном для снятия стойкого макияжа. Рьяно, будто желая содрать собственную кожу, он смывал этот въедливый в душу грим, ставший неизменной маской каждого дня, демонстрируя всем вокруг кукольный идеал. Потому с таким злорадным остервенением Учиха уставился на свое лицо: мокрое, красное, с жуткими синяками, по-настоящему напоминавшими фингалы под впалыми глазами, с заточенными, как нож, серыми скулами, с обкусанными, бледными губами. Побитый столетиями жалкий вампир, голодный и злой. Он все пристальнее, все навязчивее вглядывался в это мраморное, болезненное лицо, казавшееся сейчас чужим и далеким, будто он не он вовсе, а кто-то омерзительный, собственноручно хоронивший себя. И впервые тело не поддавалось контролю: кулаки свело, пальцы хрустнули, и рука готова была вонзиться в насмехавшееся отражение напротив, чтобы вдребезги избавиться от того, кто до смерти опротивел…       Щелчок. Шаг. Чужой вздох. Черные стеклянные глаза, сверкавшие лихорадочным блеском бездонной тьмы, перехватили внимательный, тревожный взгляд лавандовой топи, чей жемчужный блеск рядом пугал. Лидер, подыгрывавший друзьям в их всколыхнувшемся веселье, на самом деле все больше и больше заходился в неуемной тревоге, естественно, и интуитивно, и по привычке не спуская напряженных глаз с макнэ. И, как всегда, он оказался прав. Ссутуленный, с подрагивавшими руками, упиравшимися до того сильно о раковину, что вздулись змеиной сеткой вены, с взъерошенными волосами, с чьих кончиков стекала вода Саске, маниакально уставившийся на самого себя в зеркале так, будто готов был разорвать собственное отражение, пугал до жути, до острых мурашек по позвоночнику. Бесшумно сглотнув, Неджи вплотную со спины подошел тигром к следившему за ним брюнетом и осторожно, мягко коснулся тут же вздрогнувших плеч младшего.       - Как твое самочувствие? – Хъюга не знал, что следовало сказать, что стоило вообще говорить, дабы не взбесить явно взвинченного до предела Учиха. Как унять кошмар бури, лишь набиравшей обороты и не стремившейся совершенно сойти на нет? Саске никогда не делился, не хотел и не умел делиться тем, чем болела его чувствительная душа. Потому одно неосторожное движение или слово – взрыв.       Саске молчал. Стоял заледенело и бесконечно смотрел-смотрел-смотрел на их отражения, на то, как Неджи несмело положил свой подбородок на его острое плечо, на то, как Хъюга ободряюще улыбнулся кончиками губ ему, на то, как деликатно, бережно чужие сильные, с крепкими мышцами руки обхватили его за бока, словно пытавшись… сблизиться? Впитать в себя чувства Саске? Чтобы понять их? Что унять их? Чем он заслуживал столько безграничную, неподдельную доброту и самоотверженное, сердечное доверие? Почему именно с ним Неджи открывался с такой восхитительной стороны, которую никто и никогда не познал бы? Это было странно, волнительно и приятно, что чужая теплая волна всеобъемлющей поддержки и заботы остужала удушавшую лихорадку страшных импульсов. Можно было сморгнуть наваждение сумасшедшей ненависти к себе же, можно было продолжать дышать свободно и необременительно, можно…       - Что ты хочешь? – Саске вдруг резко развернулся в мягких полуобъятиях опешившего Неджи, притянув того за шею ближе. – Что ты хочешь от меня? – горячий, взмокший лоб Учиха стукнулся о прохладный лоб Хъюга. Черный каскад густых волос Саске отгораживал от окружающей действительности, и Неджи чувствовал себя не просто застигнутым врасплох, а прижатым за горло к стенке. Главная ошибка - в такой жуткой близости заглянуть в глубокие омуты завораживающих глаз напротив. Чужой хриплый шепот ошпаривал собственные губы, еще чуть-чуть – и лидер окончательно бы утонул в этой пропасти тьмы, но его опередили: так и не дождавшись вразумительного ответа, Саске шумно выдохнул и решительно, без оглядки поцеловал. Крепко, сильно, напористо. Без смущенной нежности, без мягкой осторожности. Целовал так, как хотелось именно сейчас.       - Саске, нет… - когда сердце вновь начало биться, когда легкие вновь начали циркулировать кислород, Неджи, все еще обескураженный и зачарованный, попытался отстраниться, остановиться. Еще можно было откреститься от точки невозврата.       - Заткнись! – рявкнул хлестким шепотом Учиха и принялся снова нападать на губы Хъюга, не давая тому и отвернуться. И, конечно, Неджи поплыл. Не выдержал такого яростного, горячего напора, не сдержал такого долгого, мучительного подавления своих запутанных чувств.       Саске то ожесточенно целовал, то ласково кусал, а Неджи только подставлялся, давясь тем, о чем и думать было нельзя. Дрожавшими пальцами лидер хватался за обожаемую мягкость густых волос, порой впиваясь от пытки-удовольствия ногтями в скальп рычавшего макнэ. Это было какое-то помешательство. Полнейшее. И когда шершавые, распухшие губы Учиха прытко переместились на скулы, выцеловывая дорожку до заходившейся бешеным пульсом вены на шее Хъюга, стало совершенно опасно и одновременно совершенно все равно. Лишь бы продолжался этот мучительный кошмар наяву, лишь бы не останавливался.       - Не нужно, - здравый рассудок, слишком властный и слишком сильный, пробивался сквозь красный туман их обоюдного помешательства. Неджи вскрикнул стоном, когда Саске до крови прокусил жадным поцелуем ключицу шатена, едва не порвав горловину уже, к счастью, переодетой лидером черной футболки. – Стоп! – мощным толчком Хъюга оттолкнул надсадно дышавшего макнэ обратно к раковине, сам стукнувшись спиной о закрытую дверь туалетной комнаты. Оба дышали через раз, словно вынырнули только что со дна океана. Из-под вуали смоляной челки Саске, глотая окровавленными губами спертый воздух, безотрывно смотрел на своего сломленного лидера, осевшего на пол от такого потрясения.       - Что. Ты. Хочешь. От. Меня?! – уже в голос рявкнул Саске, цедя слова так жестко, словно хлыстом бил по лицу Неджи наотмашь. Тот, сгорая и от стыда, и от вины, и от омерзения, – исключительно в отношении себя – вскинул потерянный взор на возвышавшегося над ним макнэ, испепелявшего его злыми глазами. - Поехали домой, пожалуйста, - Саске будто под дых ударили, отчего мгновенно вся яростная спесь сошла на нет. Раздавленный и затравленный, смотревший снизу вверх Неджи по-прежнему держался как истинный лидер – с расправленными плечами, жесткой осанкой и твердым взглядом, пусть и моливших глаз. Перед Учиха обнажали муками душу наизнанку, а он эгоистично и злобно плевал в нее, пытая того, кто всегда был на стороне макнэ все эти годы, кто ни разу не подвел его! Чем не мог похвастаться Наруто, что не мог продемонстрировать Хидан.       Саске, опустившись на колени перед вытянувшимся напряженной струной лидером, опершись ладонями о плечи сжавшегося нервно Неджи, медленно слизнул запекшийся кровью укус-засос на ключице Хъюга, нежно коснулся губами будущей болячки-синяка и долгим, но спокойным, ласковым поцелуем припал к истерзанному рту сокрушенно вздохнувшего шатена. Все-таки Учиха втянул его. Безвозвратно и окончательно.       - Прости, - чмокнув хмурого лидера в щеку, Саске искренней грустью улыбнулся ему, - и поехали домой, - впервые за долгое время Учиха ощутил странное окрыление, видя, с каким радостным облегчением задрожали ясной улыбкой распухшие губы Неджи, очевидно боявшегося, что за печальным извинением последовал бы жесткий отказ. Брюнет мягко усмехнулся, резко встал, протягивая руку Хъюга. Чего каждый из них хотел друг от друга? Это не те риторические вопросы отца, к разгадке которых все же приближался Саске. Ответ на нынешний значимый вопрос – отпустить прошлое в родном лице все еще любимого блондина, избавиться от постороннего в манящем лице одиозного Хидана и принять настоящее в преданном лице всеподдерживающего Неджи? Слишком легко и просто. Но принять обоюдное влечение, зашедшее вконец за черту, - обязательно.       - Нас сейчас фанаты сожрут! – Суйгецу, решивший не выпендриваться и переодеться в невзрачные спортивки, как и остальные сокомандники, отдал аккуратно сложенный малахитовый костюм YSL стилисту. Нервно постукивая ногой в удобных серых кроссовках вместо лаковых туфлей, пепельный блондин готов был поспорить, что Саске утопил Неджи, а потом и сам утопился.       - Еще минута, и я пойду к ним! – Шикамару сам уже был на пределе, но врываться к лидеру и макнэ, наверняка ожесточенно растолковавших друг другу свою правду, он не собирался, боясь стать третим лишним. Свой черный анорак Prada рэпер оставил, сменив лишь рваные джинсы на мягкие спортивки и темные кеды вместо массивных ботинок того же бренда, амбассадором которого являлся уже третий год.       - Не надо теребить их – Неджи знает, как успокоить Саске! – Ли, верный защитник лидера, перечивший главарю лишь в самые критичные моменты, был обстрелян испепелявшими взглядами друзей, отчего Рок недовольно забубнил, сидя на диване и зарывшись головой в просторный капюшон оверсайз-худи мятного оттенка – главный танцор был единственным, кто всегда старался выделяться из, как он любил шутить, болотца тьмы сокомандников, предпочитавших кутаться в невзрачные цвета.       - Машина готова, пресса ждет, фанаты визжат! – Наруто, отлучившийся на пятнадцать минут, чтобы удостовериться в готовности сотрудников телеканала в обеспечении безопасного выхода для группы, удивленно оглядел мрачно притаившихся парней. – Саске до сих пор умывается?       - Скорее издевается! – фыркнул Нара, терпение которого вот-вот лопнуло бы. – Неджи решил там помыть Саске?! Либо я иду, с вашего позволения, к ним, либо мы втроем уезжаем…       - Либо? – внезапный хохот Саске заставил всех испуганно вздрогнуть. Учиха, переодетый в темно-синий спортивный костюм Chanel, с полувлажными волосами, напоминавшими разворошенное птичье гнездо, с силой хлопнул по плечу угрюмого Шикамару, удивленно прищурившемуся на черную маску, надетую на лицо макнэ.       - Либо давайте поедем уже! Я с ног валюсь! – заверещал Хозуки, кинувший свою поясную сумку в грудь подозрительно озорного Учиха. Остри, усмехался, что было видно даже сквозь непонятно почему надетую маску. Может, у лучшего друга биполярное расстройство или истерическое?       - Все готовы? – следом как-то слишком незаметно и бесшумно вошел Неджи также в маске. От былого нервного напряжения и серьезной холодности не осталось и следа: странное хмурое умиротворение усталого взгляда и легкая скованность машинальных движений, что не укрылось от скептичных взглядов остальных парней. – Шикамару, завтра покажешь то, что хотел в студии компании, - Нара, подавив недовольное цоканье от весьма сомнительного вида лидера, лишь кивнул. – Наруто, отличная работа, большое спасибо! Уже почти полночь, так что тоже завтра покажу то, что я обещал. – Узумаки на автомате кивнул, откровенно разглядывая и пялясь на макнэ и лидера, выглядевших так, словно что-то произошло… между ними? Трудно было описать собственные противоречивые ощущения при взгляде на них, скованно жавшихся друг к другу, в особенности смотря на откровенно обессиленного Неджи и загадочно оживившегося Саске.       - Да, конечно! Тогда до завтра и на связи, - кивнул Наруто, покидая гримерку следом за ребятами. Учиха вообще не обращал на менеджера никакого внимания, мигом схватив лидера за руку и ринувшись первым к выходу из здания, когда они все попрощались друг с другом. Суйгецу прокричал: «Аллилуйя!» и понесся за ними, мечтая лишь о горячей ванне и мягкой кровати, задолбавшись ломать мозг из-за странностей поведения всех вокруг. Шикамару протяжно вздохнул, потрепал маллет хмурого Ли, точно ободряя того, и вместе с ним направился за группой. Им предстояло выдержать последний раздражавший акт сегодняшнего представления – проходка до машин под обстрелами фотографов, репортеров и журналистов под истошные визги фанатов, преданно ожидавших их что до записи, что после.       Узумаки слабо махнул рукой им напоследок, чувствуя, как гудело в усталой голове от мешанины действий и взаимодействий столь сильных, упрямых и решительных парней. И как они умудрялись до сих пор существовать столько лет вместе с такими разными, противоречивыми характерами, часто не совпадавшими друг с другом? Риторический вопрос, конечно… Но пора было задуматься о вызове такси, жертвуя накоплениями, ведь последняя электричка давно унеслась, и сегодня никто не предложил великодушно воспользоваться водителем агенства.