Hicstrid

Иккинг мог изобразить и плавные линии, и четкие углы. Он мог перенести свои самые замысловатые идеи на бумагу с помощью древесного угля. Он изображал чертежи оружия, различных сооружений, специального оборудования. Он даже мог нарисовать неплохого дракона, если перед этим долго и упорно изучал его анатомию. Конечно, у парня не получалось уловить настроение рептилии, ее динамичные движения, но качества набросков хватало, чтобы украсить все это дело чертежами новых моделей седел и упряжи. Совсем другое дело - рисовать людей с их плавными очертаниями, непомерными складками одежды и играющей светотенью. Люди всегда были в движении, всегда были чем-то заняты и , в отличии от оружия или седел, предстающих в голове парня яркими образами до тех пор, пока он не перенесет изобретения на бумагу, их было невозможно застать в стабильном состоянии. Металлический стержень всегда оставался стержнем, не важно, сколько раз он его рисовал. Нос же смотрелся по разному на каждом лице. А нос Астрид был самым худшим из всех. Она сидела через один стол от него. Девушка не заметила, что он зашел в Медовый Холл и сел подальше от нее. Все ее внимание было обращено к книге, которую она держала в руке. Она едва прикоснулась к тарелке с едой. Весь читательский интерес Астрид был ограничен "Руководством драконьего наездника" и еще парой практических томов. Она все никак не могла осилить некоторые слова - грамотность во время войны не являлась главным приоритетом, особенно для обычного воина, и Иккинг даже и не подозревал, что это ее беспокоило до тех пор, пока она вежливо, но слегка неловко не попросила пару книг из его комнаты. Тогда он полушутя ответил, что, если ей так нравиться читать, то им следует посетить Библиотеку. Она ударила его в плечо и ответила, что Читальный Зал по какой-то причине находился под стражей. Астрид задумчиво почесала подбородок и перелистнула страницу, повернув голову в сторону. Иккинг выругался, сравнивая нос на бумаге и нос, находящейся прямо перед ним, и попробовал подтереть его ластиком. Уголь размазался не так сильно, чтобы перерисовывать всю голову заново. У парня была еще одна попытка. В этот раз Иккинг был осторожней. Он начал с ноздрей и постепенно перебрался к закругленной части ее носа. Получилось вроде бы неплохо, за исключением того, что он оказался слегка курносым. Но теперь он не был длинным, скорее даже наоборот. Кого парень обманывал? Это было что-то ужасное на долбанном холсте! - Что ты делаешь? Рука Иккинга застыла на полпути к рисунку. Он поднял взгляд. Книга явно больше не являлась предметом отвлечения внимания Астрид, ведь девушка смотрела прямо на него. И тут парень понял, что изобразил нос слишком большим по отношению к лицу. - У тебя самый раздражающий нос на всем Олухе, - заключил он. Астрид бросила книгу на стол. - Что? - А... - Иккинг начал озираться вокруг, - Извини, я совсем не это имел ввиду. Просто... Астрид выпрямилась и попыталась заглянуть в блокнот парня. - Ты рисовал меня? - спросила она. -А... - Он быстро его захлопнул,- Нет. Девушка перемахнула одной ногой через скамью и встала. - Дай мне посмотреть, - потребовала она. Все, что она смогла бы увидеть, это ее жалкий портрет с большим, черным, запачканным пятнами носом. Иккинг вышел из за стола и, не зная что ему еще делать, побежал. - ЭЙ! Стоик вовремя поднял свой взгляд, чтобы увидеть, как по всему Медовому Холлу Астрид Хофферсон гоняется за его сыном, уже успевшим выбежать из здания. - Хах, - пробормотал он, -как ты думаешь, чего это они? Свен проглотил кусок курицы. - Мои кошки то же самое делали... Гонялись друг за другом из комнаты в комнату, как ошалелые. А потом мы нашли котят под кроватью. - ...Фригг*. * Фригг - в германо-скандинавской мифологии жена Одина, верховная богиня. Она покровительствует любви, браку, домашнему очагу, деторождению.