Глава 32. Шиди, позволь мне...
4 августа 2022 г., 09:11
– Шиди Лю! Подожди! Я не помню дороги! Но если мы собьёмся с пути, будем долго блуждать... – попытался остановить стремительный бег Шэнь Цинцю. Ему так хотелось ещё раз взглянуть в лицо Лю Цингэ! Убедиться, что в тёмных глазах бога войны больше нет ненависти!
– Тц! – с раздражением ответил тот. – Твой ранг слишком низок. Разве может подвести чутьё Императора Духа?
– Что?.. Что?! – поразился Шэнь Цинцю. Он прибыл на Собрание Союза Бессмертных из Лояна. В дороге ученик Цинцзин почти не прислушивался к праздной болтовне. Адепты Цанцюн любили бога войны, часто приписывая ему немыслимые способности. Достичь восьмой ступени в столь раннем возрасте?! Немыслимо! Даже Юэ Цинъюаню это не удалось! Поэтому Шэнь Цинцю и считал новость досужим вымыслом, не склоняя слух к очередной сказке.
Но те же слова в устах Лю Цингэ не могли быть ложью. Бог войны славился своей искренностью. Он никогда не лгал.
– Шиди Лю... – задохнулся Шэнь Цинцю, остановившись.
Лю Цингэ всё ещё сжимал его запястье, крепко обхватив белый кожаный наруч. Не коснувшись обнажённой кожи Шэнь Цинцю не мог ощутить немыслимую ци. Да и от одной мысли, что Лю Цингэ позволит ему исследовать своё золотое ядро спирало грудь. Ведь подобное было равносильно... соитию. Ни один заклинатель никогда не допустил бы глубокого проникновения в свой духовный мир. Даже самые близкие люди не имели такого права. И никому бы в голову не пришло нарушать этот негласный запрет.
– Не можешь идти? – нахмурился Лю Цингэ, даже не представляя, какие мысли бродят в голове спутника. – Ты так и не смог как следует отдохнуть и восстановить силы. Как только выберемся, отыщем безопасное место.
Шэнь Цинцю вновь покраснел, не сводя взгляда с уверенного, но чуть смущённого лица соученика. Его сердце стучало так оглушительно, что, казалось, Лю Цингэ может услышать.
Шэнь Цинцю так и не посмел отнять свою руку из крепких пальцев, а соученик и не думал его отпускать. Они так и продолжили путь вместе. Шэнь Цинцю отставал ровно на шаг, не в силах сдержать улыбки и коря себя за столь чудовищную слабость. Святые небеса, он чувствовал себя влюблённой девицей!
Адепты Цанцюн быстро отыскали выход из лабиринта, оказавшись в пещере. Лю Цингэ медленно обнажил меч, ожидая фуцанлуна и выбирая лучшее место для битвы. Здесь было тесно. Едва ли этот монстр сможет свободно двигаться и сражаться в полную силу! Это было преимуществом, но таило иную опасность – мощь атаки Чэнлуаня могла обрушить каменные своды и погрести заклинателей.
– Шиди, нам стоит выйти на открытое пространство, – словно прочитав чужие мысли, произнёс Шэнь Цинцю. – Сражаясь вместе, мы сможем использовать мечи для полёта.
– Вместе? – помрачнел Лю Цингэ. Ему вовсе не хотелось, чтобы спутник участвовал в битве.
– Мы и вдвоём можем проиграть! – возмутился тот. – Нам стоит подумать о том, как совладать с этим чудовищем!
Лю Цингэ нехотя кивнул, решив не спорить. Шэнь Цинцю был слаб, однако, он будущий лорд Цанцюн... Стоило пощадить его самолюбие.
Покинув пещеру, ученики Цанцюн поднялись к небесам, едва избежав атаки. Ох... Это чудовище оказалось быстрым и ловким!
– Хотя бы гиены разбежались, – усмехнулся Шэнь Цинцю, швыряя в оскаленную пасть фуцанлуна талисман огня.
Умения, которыми пользовался ученик Цинцзин, основывались на элементе воды. Однако он мог пользоваться талисманами, обладающими мощью иных сил. Подобные заклинания стоили недёшево, но Юэ Цинъюань не поскупился, тревожась за младшего брата. Он даже овладел этой техникой, создав несколько талисманов-молний. И пусть они были слабы, Шэнь Цинцю дорожил ими. Наверняка Ци-гэ добавил к ним следящие чары. Ученик Цинцзин не желал тревожить Юэ Цинъюаня. К несчастью, он понятия не имел, как вызвать свою смертоносную ледяную мощь. Ох, как бы она сейчас пригодилась! Но кажется, для этого он должен истощить свою ци?
Фуцанлун захлопнул пасть, фыркнув. Из чёрных провалов ноздрей повалил пар. Взвыв, монстр раскрыл кожистые крылья словно позабыв, что не умеет летать.
Заклинатели бросились в разные стороны. Лю Цингэ спрыгнул на выступ скалы, сжав в руках свой меч. В воздухе вмиг закружился вихрь из белоснежных перьев. Такие мягкие и нежные, они становились всё ослепительней, приобретая серебристый блеск металла.
Шэнь Цинцю по-прежнему атаковал зверя, используя талисман за талисманом. Но тот больше не раскрывал обожжённой пасти, наученный прошлой атакой. Остальные же не могли принести ему вреда. Ведь металл не боится огня. По крайней мере, заклинания земного уровня не причиняли фуцанлуну вреда. Он отмахивался хвостом, грозно порыкивая на дерзкого наглеца.
Шэнь Цинцю подумал, что выхода нет. Как бы он ни пытался, не смог отыскать ни единого слабого места в защите чудовища. Израсходовав все талисманы, заклинатель достал тот, что подготовил для него Юэ Цинъюань. Узнав, что он пустил их в ход, Ци-гэ будет тревожиться. А до конца состязаний ещё так далеко!
Задумавшись, Шэнь Цинцю на мгновение выпустил из вида зверя, словно позабыв, что тот смертельно опасен! Ученик Цинцзин очнулся в тот миг, когда перед ним возникла алая глотка фуцанлуна. Судорожно вздохнув, заклинатель швырнул в её глубину талисман и закрылся барьером.
Зверь был молод и глуп. Никогда раньше ему не попадалась столь обжигающая, острая, юркая добыча! Но и это не остановило фуцанлуна. Он решил, что сможет проглотить этого странного зверя. Ведь он и раньше встречал похожих, хотя они не плевались огнём. Фуцанлун любил этих странных зверей. Они были весьма вкусны.
Взорвавшийся талисман вмиг охватил монстра сотней бушующих молний. Тот никогда не слышал об испытаниях небесной скорби, но внезапно оказался в самой гуще стихии. Взревев, он тут же позабыл о Шэнь Цинцю, извиваясь и царапая когтями шею.
Это спасло ученика Цинцзин, мгновенно покинувшего пасть зверя.
Железные пластины чешуи, содранные фуцанлуном, летели во все стороны. Под ними обнажалась нежная перламутровая кожа, куда тут же устремлялись атаки Лю Цингэ. Перья луань острей любого клинка. На тренировках они порой рассекали чужие мечи, уничтожая оружие огненного уровня! И хотя чешую фуцанлуна им повредить не удалось, те места, где зверь содрал чешуйки, зияли глубокими, кровоточащими ранами.
– Этого недостаточно! – засомневался Шэнь Цинцю. Может быть, стоило уйти? Он не представлял, как можно убить это существо. Ведь фуцанлун совершенствовался в ауре гриба бессмертия. Его жизненные силы огромны, а раны исцеляются слишком быстро!
Зверь обезумел от боли. Он махал крыльями, вертелся и ревел, содрогая землю. Шэнь Цинцю поморщился. Он не выносил убийств, а фуцанлун жестоко мучился от ран.
Он и не заметил, как подлетел слишком близко. Длинный хвост, полный острых пиков гребня, заканчивался костяным наростом, острым, словно лезвие. Шэнь слышал, из него и впрямь можно получить высокоуровневое оружие. Зверь колотил хвостом, разбивая скалы в каменную крошку, круша столетние деревья в щепы.
На мгновение Шэнь Цинцю оказался слишком близко и не смог избежать удара – хвост, длинной не менее десяти чжанов ударил его в грудь. Чудовищная сила атаки смела заклинателя с меча и отшвырнула на целый ли, пропоров острым гребнем кожу до самых рёбер.
Шэнь Цинцю задохнулся от боли. Рот вмиг наполнился густым солоноватым привкусом крови. Он попытался установить барьер, смягчить падение, но его силы таяли слишком быстро, утекая сквозь раны. Фуцанлун обладал немыслимой духовной силой. Вопя от боли, он вкладывал её в каждое движение. Шэнь Цинцю боялся, что его сердечный даньтянь разбит.
Это грозило ему немалыми проблемами с культивацией в будущем.
Лю Цингэ, увидев, что произошло, вмиг позабыл о звере. Вскочив на меч, он бросился к Шэнь Цинцю. Ученик Цинцзин бессильно лежал на траве, истекая кровью. Израненный, хрипящий от боли, он рождал в груди бога войны настоящую панику.
Лю Цингэ не стал тратить энергию на исцеление. Его элементом был металл и ветер. Ни один из них не подходил для этих целей. Достав пилюлю нефритового жемчуга, он собирался применить её. Однако Шэнь Цинцю внезапно очнулся и сел. Его взгляд заледенел. Даже цвет глаз, казалось, стал более прозрачным, словно синий лёд.
Сплюнув кровь, он достал из рукава платок и тщательно вытер лицо, а затем с яростью взглянул на фуцанлуна.
– Непокорная тварь! – прошипел он со злостью. – Всё ещё думает, что может спастись?
Лю Цингэ онемел. Он никогда не видел Шэнь Цинцю таким. Холодный, уверенный в свои силах, дерзкий соученик словно был одержим.
– Ты что задумал?! – рявкнул он, сжав плечо ученика Цинцзин.
Шэнь Цинцю усмехнулся. Коснувшись тонкими, окровавленными пальцами прекрасного сурового лица Лю Цингэ, он произнёс:
– Ради тебя я убью этого зверя. Дай мне немного времени.
И только Лю Цингэ открыл рот, чтобы излить свой гнев, его губы накрыл жадный поцелуй. Повалив бога войны на землю, Шэнь Цинцю уселся сверху, сжав его талию бёдрами. Поймав грубые мозолистые ладони Лю Цингэ, он переплёл пальцы, прижимая руки бога войны к земле.
Тот онемел. Поцелуй был требовательным и глубоким. Он чувствовал привкус металла в оплетающих, трепещущих ласках языка.
Оторвавшись от чужих губ, Шэнь Цинцю судорожно вздохнул, с сожалением глядя на молодого человека под собой. Он так жаждал продолжить несмотря на изумлённое выражение лица бога войны. Но рёв фуцанлуна напомнил о главном.
– Спасибо, шиди Лю, – с мягкой улыбкой поблагодарил Шэнь Цинцю, нежно касаясь его губ ещё раз.
Неспеша встав на ноги, ученик Цинцзин потянулся и встряхнул головой. Его глаза полыхнули ледяным сиянием, а шёлковая волна волос за плечом побелела, словно снег.
Призвав Сюя, он окутался барьером и, встав на меч, помчался к пещере.
Лю Цингэ, распластанный на заледеневшей земле, никак не мог прийти в себя. Его зрачки, затопившие тёмные глаза чернотой, напоминали бездонные озёра. Что это было? Шэнь Цинцю одержим демоном? Иначе как объяснить столь разительную перемену?
Наконец он глубоко вздохнул и мягко коснулся своих припухших губ тонкими пальцами. Боги, это опять... повторилось! Но вкуса крови он не почувствовал. На самом деле поцелуй был освежающ, словно чистейший лёд. И хотя руки бога войны дрожали от внезапно накатившей слабости, он чувствовал лёгкость и прохладу.
Шэнь Цинцю, приблизившись к зверю, растянул губы в улыбке. Рёв стих. Израненная кожа быстро затягивалась серебристой плёнкой новой чешуи.
– На самом деле в мире нет никого слабей неуязвимых тварей вроде тебя, фуцанлун, – произнёс ученик Цинцзин. – Я совсем позабыл о том, что ты всегда защищаешь брюхо. Твоё слабое место отнюдь не горло, ведь тебе далеко до настоящего дракона...
В ладони заклинателя медленно расцветал ледяной лотос, распуская лепестки.
– Но и это не пригодится. Ты так глуп, что немедленно ринешься в мою ловушку.
Бросив прекрасный сверкающий цветок к скале, Шэнь Цинцю застыл восхитительным ледяным изваянием. Его белые волосы с зелёной лентой в волосах реяли на ветру. Холодное лицо божества не выражало эмоций. А изящные руки были скрещены на груди.
Зверь, почувствовав аромат высокоуровневого растения, радостно бросился к ледяному лотосу. Он никогда не встречал подобных, но чутьё не могло обмануть его – цветок обладал огромной духовной мощью.
В груди фуцанлуна раздался странный звук, похожий на довольное ворчание. Раз энергия так велика, она поможет охладить и залечить раны в его обожжённой пасти. Высунув язык, зверь, словно снежинку, лизнул незнакомое растение и проглотил его, прикрыв глаза от удовольствия. По огромному телу и впрямь разлилась прохлада.
Потоптавшись на месте, фуцанлун скрылся в пещере, где, свернувшись, уснул.
Лю Цингэ, набравшись сил, отыскал Шэнь Цинцю у входа в пещеру. Тот сидел в позе медитации, словно его вовсе и не беспокоил монстр, шумно сопящий в каменных недрах горы.
– Ты усыпил его? Думаешь, мы сможем убить зверя, пока он спит?
Шэнь Цинцю приоткрыл один глаз и ослепительно улыбнулся.
– Вовсе нет, – ответил он. – Совсем скоро он поймет, что не стоит есть всё, что тебе предлагают.
Дыхание зверя и впрямь затихло. Подождав палочку благовоний, Лю Цингэ всё же решился спросить:
– И что это было? Ты дерзнул украсть мою ци?
Шэнь Цинцю распахнул глаза и поднялся. Распустив ленты плаща, он скинул шёлковую ткань с плеч и та с шорохом упала к ногам. Ученик Цинцзин потянул пояс халата и его полы разошлись, открывая длинную стройную шею и тонкие косточки ключиц. На одной из них ярко алел след зубов Лю Цингэ.
– Небольшая плата за подобную грубость, – произнёс он соблазнительным голосом с чуть заметной хрипотцой.
Лю Цингэ цокнул, сжав переносицу пальцами. Его лицо невольно залила краска смущения.
– Шэнь Цинцю, у тебя совсем стыда нет! Немедленно оденься!
Шэнь Цинцю сделал шаг навстречу богу войны. Так, чтобы тот ощутил аромат его тела.
– Ты ведь обещал, что мы сможем спокойно отдохнуть. Но и ты, и я залиты кровью. Как же мы сможем выкупаться, если ты так смущён сейчас? – поддразнивал Шэнь Цинцю. – Неужели молодой господин Лю всегда посещал комнату омовений в одиночестве?
Лю Цингэ открыл глаза и застыл, уставившись на белые ключицы спутника. Внизу живота потянуло, тело вмиг налилось вязким желанием, застившим разум.
Вскинув странный, чуть безумный взгляд, он ответил:
– Вовсе нет. В десяти ли на запад находится водопад. Его воды омывают корни священного персикового дерева и имеют целебную силу. Мы можем остановиться там.
Шэнь Цинцю онемел, сглотнув и непонимающе взглянул в суровое лицо бога войны. Раньше он отвечал яростным сопротивлением на подобные провокации. Теперь же сам с готовностью включался в игру!
Прищурившись, Лю Цингэ приблизился к лицу Шэнь Цинцю и тихо произнёс:
– Кровь за кровь. Ты в долгу передо мной.
– Хм, – мягко улыбнулся ученик Цинцзин. – Вскоре мы сравняем счёт.
Из пещеры, сотрясая своды, раздался оглушительный рёв, полный тревоги и ужаса. Шэнь Цинцю, наклонив голову, продолжал улыбаться. Его сердце не дрогнуло, а ведь раньше он относился к чужой жизни, словно к величайшей драгоценности. Подобное лицемерие заставило бога войны помрачнеть.
– Ледяной яд, – произнёс Шэнь Цинцю тихо. – Сильнейшее, смертоносное оружие... Но... Шиди Лю может не тревожиться за этого зверя. Ты можешь ускорить его смерть. Сейчас он обездвижен и неспособен себя защитить. Его слабое место находится на животе, там, где чешуя переливается перламутром. Пронзив это место, ты повредишь его сердечный даньтянь. Не пройдет и мгновения, как зверь будет мёртв.
Рука Лю Цингэ впервые дрогнула, сжимая меч.
– Так нельзя... – ответил он неуверенно. – Одно дело сразить врага в бою... Но вот так расправиться с ним, отравив... Разве подобное не претит праведному пути?
Шэнь Цинцю нахмурился. Сжав плечи бога войны, он развернул его к пещере и подтолкнул.
– Праведные заклинатели собираются в охотничьи отряды, чтобы загнать и убить желанную добычу. Чаще всего им попадаются звери, выкармливающие потомство. Не в силах позаботиться о себе, оставшись без матери, щенки гибнут от мучительного чувства голода и жажды... У фуцанлуна нет потомства. Его уровень выше твоего. Он силён и смертоносен. Своей жадностью, своим желанием уничтожить нас, он не оставил выбора. Не убей мы его и со временем, исцелив раны, фуцанлун станет мстить людям. Разве ты позволишь ему бесчинствовать?
Но даже эти слова не вернули Лю Цингэ самообладания. Он чувствовал себя отвратительно.
Шэнь Цинцю вздохнул, закатив глаза.
– Боги, даже в таком состоянии он доставит тебе немало хлопот! Или думаешь, что убить это чудовище будет так просто? Даже отравленный, израненный фуцанлун всё ещё остаётся потомком дракона.
Лю Цингэ наконец неуверенно кивнул и двинулся к пещере.
