Глава 124. Хитрый план
23 февраля 2023 г., 13:23
Шэнь Цинцю казался странно притихшим и растерянным. Ещё утром он гневался на своих избранников, не желая возвращаться в Цанцюн в экипаже, а сейчас послушно позволил Ло Бинхэ накинуть на свои плечи плащ. Он даже не возмутился перепалкой Лю Цингэ и собственного ученика, разыскивая взглядом Юэ Цинъюаня.
Глава Цанцюн, появившись у конной процессии, направился к Шэнь Цинцю.
– Шиди всё ещё встревожен? Что же беспокоит тебя на этот раз?
– Ци-гэ достиг сотого ранга, но... я ничего об этом не слышал. Неужели вскоре ты... покинешь меня? – с горечью спросил Шэнь Цинцю.
– Сяо Цзю... – выдохнул тот, заботливо поправляя шёлковые ленты плаща. – Ты огорчён моим молчанием?
– Да что ты несёшь? – возмутился лорд Цинцзин, боясь привлечь лишнее внимание. – Ци-гэ ступит в небесные пределы... Сможет увидеть небесного владыку и занять своё место среди высшей знати. Твой талант огромен, уверен, владыка сумеет оценить тебя по достоинству. Я... буду тревожиться о тебе.
Онемев, растроганный Юэ Цинъюань долго смотрел на печальное лицо младшего брата. Его гнетёт предстоящая разлука?
– Но ведь мы не расстанемся надолго, – улыбнулся глава Цанцюн, борясь с желанием заключить Шэнь Цинцю в объятия. – Вскоре шиди сможет последовать за мной!
Шэнь Цинцю неловко рассмеялся в ответ. Что за вздор? Даже если чудо возможно, если он и впрямь вернёт человеческое тело, ему никогда не достичь сотого ранга...
– Ци-гэ... Ты... Помнишь ли ты о моей просьбе? Мне так хотелось бы увидеть золотой дворец... – прошептал Шэнь Цинцю едва слышно. Он сгорал от стыда, коря себя за слабость. Зачем опять эти разговоры? Бессмысленные, пробуждающие чувство вины... Юэ Цинъюань достоин лучшего брата. Стиснув веер в тонких изящных руках, Шэнь Цинцю вскинул голову и мягко улыбнулся старшему брату.
– Прости. Предстоящая разлука лишает меня покоя. Ты вовсе не должен заботиться обо мне. Шэнь верит, что ты достигнешь небывалого могущества. Если Цзинь Цзюэ не солгал и Шэнь вернёт человеческое тело... Переродиться – то, чего я желаю. И тогда однажды мы обязательно встретимся.
Юэ Цинъюань сглотнул. Видеть младшего брата таким было немалым испытанием. Ведь Шэнь Цинцю так очевидно ранен своим положением, так жаждет вознестись! Это причиняло немалую боль.
Но глава Цанцюн знал, что сможет всё изменить! А иначе...
Обняв лорда Цинцзин, Юэ Цинъюань прижал его к себе. Он не хотел произносить пустых слов. Да и прощанию ещё не время... Усадив младшего брата в экипаж, глава Цанцюн покачал головой, глядя, как Лю Цингэ в который раз спорит с Ло Бинхэ, желая присоединиться к возлюбленному.
– Да эти двое и владыку небес сведут с ума! – прошептал он, усаживаясь на крылатого скакуна.
Возвращение лордов в Цанцюн ознаменовалось ярким празднеством. Захмелевший Шэнь Цинцю уснул на руках ученика, чем тот тут же воспользовался, выкрав лорда Цинцзин из Главного Зала. И как бы Лю Цингэ не лютовал, не посмел мешать. Всё же их главной задачей являлся червь гу, что жил в сердце Шэнь Цинцю.
Минул сезон хризантем. Золотистое вино и горький запах осени сопровождали главу Цанцюн и близнецов Сюань в пути к небесным пределам. Крепко обняв младшего брата, Юэ Цинъюань обещал ему скорую встречу.
Тоскливым взором Шэнь Цинцю окинул небеса, всё ещё ослеплённый вспышкой, в которой потонули ступившие в золотые чертоги заклинатели. Солнце щедро разливало лучи и тепло, ложась золотой пылью на нефритовое лицо Шэнь Цинцю. Словно владыка небес был безмерно счастлив, заполучив в свои владения столь драгоценных гостей.
Среди золотых листьев гинкго и ярких алых пятен клёнов силуэт Шэнь Цинцю, облачённый в светлую лазурь шёлковых одежд и сам казался осколком сияющего небосвода. Притихшие избранники не смели мешать грусти лорда Цинцзин, хотя и не сводили с него глаз.
Но взгляд Шэнь Цинцю был прикован к небесам. Сжав у груди шёлковый веер, он застыл в неподвижности, словно хотел бы отрастить крылья и отправиться вслед за Юэ Цинъюанем.
– Учитель так привязан к главе Юэ, – прошептал Ло Бинхэ. – Ему будет нелегко расстаться.
– Вскоре ему придётся расстаться и с любимым учеником, – холодно ответил Лю Цингэ, скрестив на груди руки. – Ты ведь обещал ему вознестись.
– А шишу Лю остёр на язык, – парировал Ло Бинхэ с кривой ухмылкой. – Ты ведь тоже ему это обещал.
– Мне некуда спешить, – возразил бог войны. – Кто-то должен остаться и унять его тоску.
Шэнь Цинцю молчал. Среди золотого листопада, пронизанного ароматом хризантем, он казался тающим в дымке гор духом. Чёрные шелковистые пряди длинных волос развевались на ветру, что играл с нефритовыми подвесками серебряной шпильки. Лазурные полы халатов, сверкая вкраплениями духовных камней, переливались, словно утренняя роса, а тонкая вуаль рукавов придавала лорду Цинцзин сходство с редкими цветами, что под дождём становятся прозрачными, как лёд. Холодный, свежий, полный жизни и ожидания чуда, он будил нежность в душах мужчин.
– Нас связывает так много, – прошептал Ло Бинхэ. – Рядом с учителем стоит остаться мне.
Сгорела палочка благовоний. Шэнь Цинцю испил пиалу чая, что предложил ему ученик, хотя и не почувствовал вкуса. Чжуаньлунь-ван говорил, что его земная скорбь завершится, стоит этим двоим коснуться небес. Значит ли это, что он будет прощён? Прежде, чем вернуться сюда, Шэнь Цинцю вёл беззаботную жизнь молодого человека в ином мире. Возможно, в перерождении он будет удачлив... Всё, что нужно, поторопить свою судьбу.
Обернувшись, Шэнь Цинцю вернул пиалу Ло Бинхэ и сурово произнёс:
– У вас есть ровно год на то, чтобы присоединиться к Юэ Цинъюаню.
– Но учитель! – тут же возмутился Ло Бинхэ, стискивая его пальцы. – Учитель ещё нездоров!
– Я не могу оставить тебя в одиночестве, видя, как горько ты тоскуешь в разлуке, – твёрдо произнёс Лю Цингэ, сжимая тонкую талию Шэнь Цинцю.
Тот покраснел, разгневанный подобным упрямством. Юэ Цинъюань так и не снял с него проклятой оковы и сейчас лорд Цинцзин нацелился на Цао Цингуана. Ведь не может быть такого, чтобы лорд Динцзю не совладал с подобной задачей!
– Как только я избавлюсь от оков, вы оба отведаете моего гнева!
Вырвавшись, Шэнь Цинцю в гордом одиночестве покинул пик Цюндин. Сегодня он желал тишины. В конце концов, разлука с Ци-гэ и впрямь ранила его.
***
Небесные пределы, озарившись радужным сиянием, возвестившем о возвращении владыки небес, взорвались ликущим колокольным звоном и радостным возбуждением. Столпившись у Дворца Золотого Дракона, небожители приветствовали своего государя. Шагнув из солнечной вспышки, величественный бог войны, сильнейший из небожителей, достигший высшего ранга Сферы Девятых Небес, вздохнул. – Это было утомительное путешествие, – произнёс он, оглядывая лица подданных. – Я счастлив вернуться. Поспешившая вслед за ним девушка прижалась к сильному плечу, озарив ослепительной улыбкой присутствующих. Её лёгкие одежды лунного шёлка, пронизанные серебряной нитью, реяли на ветру. – Дева Цинцзань! Наконец-то мы можем вновь наслаждаться вашей красотой! – Дева Цинцзань, Мэн написал для вас десять тысяч стихов! – Мой гуцинь погрузился в скорбное молчание с тех пор, как дева Цинцзань оставила золотой дворец! Владыка небес усмехнулся, глядя на зарумянившееся лицо своей драгоценной супруги. – Неужели ты желала вернуться ради этого? – спросил он мягко. Вспыхнув, та не посмела ответить. Её дерзость осталась в прошлом. – Советник Сюань! – со слезами на глазах поспешили юные небожители с охапками свитков в руках к молодому человеку за спиной владыки. Затянутый в строгие одежды чиновника, он был прекрасен, словно молодой бамбук. – С чего это вы так обрадовались? – спросил он с тревогой, делая шаг назад. – Ещё и работу притащили?! – Советник Сюань отсутствовал так долго! Мы не могли ни спать, ни есть без вас! – рыдали юнцы, пытаясь вручить чиновнику свитки. – Так вы решили, что все эти годы я развлекался? – зло спросил молодой человек, взмахом руки активируя голубоватую молнию. – А вас давно не пороли! Юнцы, побросав свитки, бросились врассыпную. Владыка, сжав переносицу, мягко рассмеялся. – Цинхэ скучал по своим нерадивым ученикам. Кажется и для него это было утомительно. – Владыка Юэ, поколение Цзюнь приветствует верховное божество! – склонился перед прибывшими изящный небожитель. Драгоценные пряди светлых волос, скользнув по плечам, рассыпались по синим плиткам Главной Площадки. – Юн-дада так вежлив, – кивнул тот. – Ты ведь гораздо старше лордов Цзюнь. – А ты всё тот же грубиян, – с укоризной произнёс высокий небожитель, едва появившись из вспышки молнии. – Он ведь мой супруг и... – Сяо Даочэн, лучше тебе закрыть рот! – рыкнул встречающий. – Фэй-Фэй, ты не желаешь... – Замолчи! – сверкая золотыми глазами, прошипел тот. – Лорд Юн... всё никак не изменит свой дурной нрав, – нахмурилась прекрасная дева за спиной владыки, но тут же замолчала, осознав свою грубость. Они больше не в Цанцюн! Здесь прекрасный супруг не станет сдерживаться! Склонившись, Сюань Цинцзань поспешила извиниться: – Прошу простить, Цинцзань была непочтительна! – Тебе ведь тоже было нелегко, – с надменной улыбкой ответил Юн Фэйюй. – Деве Цинцзань пришлось принять пилюлю небесного преобразования, дабы стать мужчиной. И впрямь, было бы обидно зачать дитя. Пришлось бы оставить его в мире людей. Небожителями не рождаются. Чтобы достичь золотых чертогов, человек должен пройти тяжёлый путь. – Достаточно, – прервал владыка. – Юн-дада... Цинцзань не дитя. Она, конечно же, знает об этом и не держит на меня обид. Однако изумление на лице Цинцзань, что говорило об обратном, немало позабавило Юн Фэйюя. Сяо Даочэн легкомысленно пожал плечами и, шагнув навстречу, сжал сына в объятиях. – С возвращением, А-Ци. Твой отец едва не лишился рассудка за эти долгие годы. Юэ Цинъюань закрыл глаза, на мгновение замерев в руках отца. Он был жесток к близким. Но не видел другой возможности исцелить их боль. – Я не виню тебя, дитя, – вздохнул Сяо Даочэн. – Твой отец заблудился в собственных чувствах. Ты ни в чём не ошибся. Юэ Цинъюань почувствовал облегчение. Ему так не хватало этих слов! Поддержки, тёплых сильных рук. Совсем нелегко держать на своих плечах судьбы трёх миров! Теперь ему оставалось дождаться. Всё получится, Шэнь Цинцю обязательно вернётся! Сюань Цинцзань, юркнув за спину супруга, покраснела под взглядом Юн Фэйюя. Как же так вышло, что этот небожитель оказался сильнее и могущественней любимой наложницы владыки? Такой... пугающий... Раньше она не встречала лорда Динцзю, укрытая на пике Байсянь, но много слышала о нём. Юн Фэйюй... Разве не любовник Шэнь Цинцю? Было бы любопытно, явись сюда та свирепая парочка с самим Шэнь Цинцю во главе! Впрочем, узнают ли адепты Цанцюн в этом могущественном божестве главу Юэ? Ведь там он выглядел совсем иначе... После окончания пышной церемонии приветствия, Сяо Даочэн сопроводил сына во Дворец Золотого Дракона. Им столько стоило обсудить. За годы, что владыка отсутствовал многое изменилось. Вздохнув, Юэ Цинъюань вернулся к заботам. Он сделал всё, чтобы изменить судьбы миров и сейчас им не грозила гибель. План владыки удался, восстановив мир и гармонию, а также сохранив жизни двух сильнейших героев. Призвав Сюань Цинхэ, Юэ Цинъюань вручил ему пару свитков. – Мне жаль, что шиди Шан выбрал земли тьмы. Его талант невозможно переоценить. Но ты всегда справлялся с этой задачей не хуже. Потому, Цинхэ предстоит построить два новых дворца для Лю Цингэ и Ло Бинхэ. Шиди Шэнь не станет терпеть их рядом. Он не выносит шума и суеты. Вскоре в небесные чертоги явятся новые боги войны. Сюань Цинхэ нервно дёрнулся. Это Шэнь Цинцю не терпит шума и суеты?! Да разве не он всегда был причиной несчастий? Ходячее бедствие! Небеса рухнут, если этот нетленный демон явится сюда! Сюань Цинхэ раздирала тоска и гнев. Его драгоценная сестра нежилась во Дворце Золотого Дракона, наслаждаясь любовью и вниманием Юэ Цинъюаня! А он сам... Ведь этот Сюань даже не бог войны! Его силы невелики... Он всего лишь небесный чиновник, призванный исполнять капризы сильнейших. А в его памяти всё ещё жили воспоминания о случайном безумии Юэ Цинъюаня, о величайшем наслаждении, что владыка подарил этому несчастному... – Цинхэ? Сюань Цинхэ, вздрогнув, отпрянул – владыка Юэ стоял в шаге от своего советника, склонившись так, словно... Ах, между ними не осталось и цуня! Но заниматься непристойностями с главой секты – одно. Сейчас же перед ним был сам владыка небес! Сюань Цинхэ никогда и помыслить не мог о подобном! – Владыка Юэ, – откликнулся он шёпотом. – Прошу простить... – Ты утомлён, Цинхэ, – добавил Юэ Цинъюань с тревогой. – Раньше я не смел заботиться о тебе, подвергая немалым испытаниям. Но сейчас подобного не случится. Во Дворце Золотого Дракона тебя ожидают собственные палаты. Останься. Хризантемовое вино поможет тебе отринуть горькие мысли. Ты чем-то огорчён? Неужели скучаешь по Цанцюн? Сюань Цинхэ вспыхнул в ответ. В попытке скрыть смущение, он пытался заправить за ухо прядь волос, обнажая соблазнительную линию стройной шеи. На мгновение Юэ Цинъюань потерял самообладание. Притянув помощника к себе, он жадно прильнул к его губам... Сюань Цинцзань, сбежав из дворца, поспешила в дом цветов. Здесь можно было отведать редчайших лакомств и остановиться на ночлег. Ведь Царство Небес делилось на девять сфер. Оно огромно! Даже столица, где находился Дворец Золотого Дракона, и где могли проживать лишь самые сильные боги, простиралась на целый континент. В доме цветов собиралась знать и молодые люди, готовые наслаждаться дивной красотой, танцами и музыкой... Женщина здесь имела особую власть. И Цинцзань была полновластной хозяйкой чужих сердец! В прошлом лишь один человек мог затмить её. Любимец владыки небес, бог искусств Шэнь Цзю. Но сейчас он не может вернуться. У неё есть время стать легендой столицы! Здесь всё так изменилось... По рукам то и дело ходили книжонки фривольного содержания, рассказывающие историю Хушэня и Мо Яна. А о дурном нраве Юн Фэйюя слагали целые сказания. За те годы, пока владыка небес оставался на земле, в золотые чертоги ступило немало новых божеств. Замерев у одной из лавок книжных торговцев, Цинцзань взяла в руки одну из книг. На обложке красовался едва ступивший на престол Цзинь Цзюэ и человек, чьё лицо скрывалось в сумраке ночи, хотя узнать его не составляло труда. Это же... Юэ Цинъюань! Эти горе-писаки из Дворца Искусств не пощадили и владыку?! Они сведут её с ума! С раздражением открыв книгу, она принялась читать, с головой провалившись в сюжет. Всё же божества искусств своё дело знали... Ах, появись здесь Шэнь Цинцю, сколько же вот таких книжонок эти писаки будут кропать ежедневно? Стиснув тонкие пальцы в кулак, Цинцзань уставилась на золотые крыши башен Дворца Исскуств. Стоило бы навести там порядок!***
Потянувшись, Шэнь Цинцю перевернулся и тут же угодил под ливень порхающих поцелуев Ло Бинхэ. Едва проснувшийся, горячий, расслабленный лорд Цинцзин был так соблазнителен, что удержаться не хватало сил. Обняв ученика, Шэнь Цинцю, отыскавший брешь в своей проклятой окове, пропустил ци сквозь тело Ло Бинхэ. Оказывается, лорд Цинцзин всё ещё мог использовать энергию ян, что копилась в его теле. Тем более, что её было более, чем достаточно. – Учитель, Ло поднимется и приготовит что-нибудь, – предчувствуя гневную отповедь, робко прошептал Ло Бинхэ. – Хорошо, – с лёгкостью согласился Шэнь Цинцю, целуя его в висок. – Но сначала нагрей большую лохань. Удивившись, ученик, накинув халат, поспешил в комнату омовений. Не злится? Минул почти год со времени вознесения Юэ Цинъюаня. Теперь Шэнь Цинцю проверял уровень развития своих возлюбленных каждый вечер. Те оказались весьма хитры. Хотя хребет Тяньгун всё ещё сотрясали их чудовищные ссоры, а площадка над пиком Цюндин, где могли биться заклинатели десятой ступени, больше не скрывалась за барьером, Лю Цингэ и Ло Бинхэ смогли сосуществовать в некой гармонии. Впрочем, именно она выводила Шэнь Цинцю из себя. Энергия жизни могла управлять Сюя. И этот меч удивительно часто разливал своё холодное сияние над Цинцзин. Шэнь Цинцю сгорал от смущения, когда его возлюбленные начинали спорить о том, кто должен остаться в Бамбуковой Хижине в ночной час и согреть постель Шэнь Цинцю. Порой, разозлившись, лорд Цинцзин угрожал дополнить этот гарем парочкой новых возлюбленных и евнухом. А пока свирепствовал, натыкаясь на свитки, написанные алой тушью,что так скрупулёзно вёл Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю устал от суеты. От бессмысленных долгих споров. От жизни в секте. Он не верил, что сумеет вернуться в свой золотой дворец, но всё ещё мог укрыться среди величественного безмолвия Северной Пустоши. И пусть тоска пронизывала каждый цунь его тела, лорд Цинцзин надеялся, что Лю Цингэ и Ло Бинхэ вознесутся на небеса. Близился фестиваль хризантем. Целый год Шэнь Цинцю не видел старшего брата. Порой тоска была так сильна, что лорд Цинцзин сбегал в отдалённые леса, мчась на спине Сяо Бая, где оставался в уединении по нескольку дней, ожидая, пока возлюбленные отыщут его. В этих поисках Ло Бинхэ и Лю Цингэ сумели научиться понимать друг друга без слов. Шэнь Цинцю и впрямь любил обоих и не мог выбрать лишь одного. Мучительное время состязаний, когда Шэнь Цинцю подвергался упрямым твёрдым доводам Лю Цингэ и полным слёз мольбам Ло Бинхэ осталось в прошлом. А ведь целый год они сводили с ума молодого главу секты, что заменил на посту Юэ Цинъюаня, несмотря на то, что у этого гения Цанцюн было множество забот. Лорда секты можно заменить, хотя к такому прибегали весьма редко. Но если секту оставлял глава, поколение лордов получало статус старейшин, выбрав себе замену. На это ушёл целый год. Шэнь Цинцю был первым, кто оставил Цинцзин Мин Фаню. В прошлом этот молодой человек был его старшим учеником. И в этой жизни остался таким же старательным и умным. Тем более, что причина вражды между Ло Бинхэ и Мин Фанем, что привела его к гибели в прошлом, была в Нин Инъин. И пусть девчонка всё ещё смотрела на главного героя, словно на божество, они так и не стали близки. Последним пост покинул лорд Динцзю, но и после этого никто, кроме него и Шэнь Цинцю не мог остановить сражающихся Ло Бинхэ и Лю Цингэ. Впрочем, пристрастный Цао Цингуан всегда принимал сторону первого, что не раз превращало поединок в сущий хаос. Сложнее всего дела обстояли на Байчжань, ведь Лю Цингэ почти достиг сотого ранга. Кто бы смог его превзойти? Бог войны не собирался уступать, чтя традиции. Даже угрозы молодого главы сместить его за неподобающее лорду, недостойное, варварское поведение никак не тревожили заклинателя. До тех пор, пока молодой глава не пал ниц перед Шэнь Цинцю. Одного мановения руки прекрасного демона хватило, чтобы Лю Цингэ передал пост сильнейшему ученику, а сам поселился на Цинцзин. Бамбуковая Хижина подверглась немалым изменениям. Небольшой уютный дом обрёл величие поместья. Пока сам Шэнь Цинцю в сопровождении возлюбленных нежился на горячих источниках Цаньцао, пик Аньдин пристроил второй этаж с галереей и две башни по бокам. Это было удобно – развести двух враждующих мужчин по разным углам. Теперь Шэнь Цинцю не мог противиться навязчивому присутствию избранников. Всё, что ему оставалось – сбегать в леса. И лишь недавно он принялся проверять уровень мужчин каждый день, сетуя на то, что те никак не желают вознестись. Ведь червь гу больше не доставлял беспокойства. Ло Бинхэ и Лю Цингэ не желали оставить Шэнь Цинцю в мире людей и ждать в золотых чертогах. Ведь даже если он и впрямь вновь станет человеком... ранг будет невелик. Разозлённый, уставший от этой парочки Шэнь Цинцю жаждал одиночества. За длительный срок он сумел позабыть о том, что по-настоящему любит их. Ошибочно считал, что разлука принесёт ему облегчение. На самом деле, Шэнь Цинцю и не надеялся достигнуть небес в этой жизни. Если Диюй дарует ему возможность переродиться, он сочтёт это за благословение. Вина за измены мучила Шэнь Цинцю, разрушала его рассудок. Он утонул в глубокой, сжигающей душу ненависти к себе. Несчастный Шэнь Цинцю не понимал собственных чувств. Вина за прошлое этих людей; страх, что в настоящем возникнет непреодолимое препятствие; ненависть к себе, которая мешала Шэнь Цинцю увидеть собственную важность, заставляли спешить. Он ведь считал себя лишь ступенькой к небесам для будущих богов войны, средством достижения величия, о котором позабудут, едва ступив в небесные чертоги. Мучимый червём гу, Шэнь Цинцю так и не сумел поверить в то, что достоин настоящей, преданной любви. Не желал изводить себя ещё больше... Раздражённый нежеланием Ло Бинхэ и Лю Цингэ покинуть его, Шэнь Цинцю решил действовать. Нетленный демон капризничал без повода, словно зачавшая дитя супруга. – Бинхэ, мне хочется белых персиков бессмертия из Персикового Источника, – тихо произнёс Шэнь Цинцю, поднимаясь с постели. Тот побледнел, поняв, отчего учитель выпустил его из своих объятий так легко. В конце концов, проникнуть в преднебесные земли, что охраняют мощные защитные чары, духовные звери и высокоуровневые заклинатели почти невозможно... Сглотнув, Ло Бинхэ с улыбкой кивнул: – Я достану всё, чего бы ни пожелал учитель.
