По кривой дороге: там, где я встречу тебя

      Автобус останавливается на «Пустыре». Остановка связана с недалеко находящейся свинофермой, куда люди держат путь после высадки из транспорта. Для Тэхёна же это идеальная станция, чтобы прикинуться одним из работников фабрики, а на самом деле свернуть в сторону трассы; чтобы тайно торговать телом: глядишь в одну сторону — не видно ни домов, ни конца ни края дороги, глядишь в другую — то же самое. Рядом нет совершенно никого из деревни, кто мог бы омегу увидеть за «таким» делом. А слухи в деревне расползаться со скоростью света будут, что до конца жизни слышать нелестные высказывания придётся.       Тэхёну достаточно, что на него косо поглядывают бабушки и дедульки-омеги из-за его вызывающего внешнего вида. Даже цокают вслед, приговаривая нелестные слова, но в основном списывают его постоянно короткие джинсовые шортики, ноги, покрытые колготками в крупную чёрную сетку, короткие майки на лямочках и яркий макияж на моду молодёжи. Она по правде меняется каждый раз кардинально, отчего уже не сильно удивляет старое поколение. На работу же Тэхён выехал в своём обычном образе, который отличается лишь тем, что на плечи накинут лёгкий бежевый кардиган.       Подойдя к месту, Тэхён обнимает себя за плечи. Вдалеке виднеется, как собираются тучи, а северный ветер усиливается — грядёт непогода. Пока она не настигла врасплох, омеге поскорее нужно отыскать себе клиента. Он топчется на месте, как бы пританцовывая, чтобы разогнать кровь по телу и согреться. Пару раз рядом с ним притормаживают парни — молодые и пьяные, — но лишь для того, чтобы поржать. Омега на это лишь закатывает глаза и идёт в противоположном направлении от движения машин, дабы избавить себя от диалога с малолетками. Они не заплатят и время потратят впустую.       Отказы — вообще частый случай. Тэхён оставляет за собой право отказать в оказании своих услуг, если «клиент» не вписывается в рамки приличия. Например, слишком пьян, груб или обкурен. Также Тэхён отказывает слишком бедным (судит по машине и одежде) и слишком старым, некрасивым. Хоть никто и не идеален (даже Тэхёна могут назвать уродом), но бывают такие, что от одного вида хочется взять и выколоть себе глаза, не то что вступать с ним в половую связь. Омега хоть и выбрал трассу своим местом работы, но себе цену знает, и ни за какие деньги этого мира не собирается трахаться совершенно с кем попало.       Тучи становятся всё темнее и страшнее с каждой минутой. Вдруг небо на секунду загорается — вспыхивает молния, а после, через секунд пять, Тэхён слышит раскаты грома. По телу пробегают мурашки. Омеге в самую последнюю очередь хотелось бы оказаться под влиянием стихии без крыши над головой, поэтому он, наверное, закончит «работу» раньше, если никто так и не подъедет. Видать, сама погода против того, чтобы Тэхён так унижал свой прекрасный омежий пол. Но, к сожалению, приходится.       Всматриваясь вдаль, Ким решает постоять ещё минут пять и идти обратно на остановку. Сегодня, видимо, не его день. Но стоило Тэхёну только подумать об этом, как одна из легковых машин снижает скорость. Вскоре загорается поворотник, и она съезжает на обочину, прокатившись метра три по серпантину правым боком. На морде у неё сверкает серебряный значок с английской буквой «Н» в квадратной рамке. Омега в машинах не особо разбирается, но по корпусу может сказать, что красивая и чистая, а это признаки альфы, который может много заплатить. Попросту потому что богатые люди никогда не скупятся на мойку даже в самую слякотную погоду. Им негоже разъезжать по дорогам в грязной машине, становясь наровне с обычными людьми среднего заработка.       На состоятельных Ким падок: достаточно одну ночь провести и заработаешь в два-три раза больше, нежели со среднестатистическими альфами. В основном именно они останавливаются рядом со шлюхами: хотят и рыбку съесть, и косточкой не подавиться.       Стекло на двери опускается, и Тэхён подходит ближе, обнимает себя руками, скрестив их на груди. Морозит и становится не по себе: тотчас мелькает желание бросить всё — сесть на автобус да уехать домой. Взглянув внутрь салона, Тэхён отмечает, что мужчина выглядит очень солидно. Чёрный костюм, галстук, на правом запястье дорогие, поблескивающие золотом часы, уложенные лаком волосы — всё буквально кричит о его большом заработке, отчего губы Кима тянутся в улыбке.       — Здравствуйте, — говорит он и сразу же прочищает горло. Рукой прикрывает рот, чтобы скрыть дрожащие губы, и опускает взгляд на сидушку пассажирского сиденья.       Тэхён нисколько не рад, что ему придётся заниматься сексом с неизвестным. Он улыбается, потому что чем больше ему заплатят, тем скорее он накопит нужную сумму и покончит с этой мерзопакостной работой. Вмиг от самого себя становится противно, и лицо мрачнеет.       «— Фу… Вот как тебя изменили деньги. Готов на каждого кидаться? — вторит внутри омеги что-то тёмное, страшное и бесформенное. Словно съедает изнутри».       Киму больно от того, что в его голове порой всплывают такие мысли. Снова хочется уйти куда-нибудь далеко-далеко, кинуться под грузовик и иссохнуть, как обычный кот, коих на дорогах постоянно сбивают. В такие моменты на его защиту становится Голос. А если его нет, то Тэхён причиняет себе боль: щиплет кожу на запястье, кусает до крови губы, рвёт заусенцы на ногтях. Физическая боль перекрывает моральную, и омега снова может вдохнуть полной грудью, не думая о самоубийстве и всём нехорошем.       — По чём? — из раздумий вырывает басистый голос мужчины. Он осматривает омегу — бродит глазами по его миловидному, можно сказать, обыкновенно-омежьему лицу. От одного его взгляда Кима брезгливо передёргивает. Незнакомец, как и все другие, приценивает его, раздевает взглядом, представляет, как насаживает на клык и втрахивает в кровать. Одним словом, мерзость, которая накрывает Тэхёна с головы до пят.       — Десять тысяч вон в час, — монотонно отвечает Ким, встряхнув головой.       Прохладный ветер ласкает светлую макушку парня, ероша волосы в разные стороны. Ким старается их поправить, но получается очень небрежно, и те ещё больше путаются. Почти совсем рядом снова раздаётся гром и сверкает молния. Тэхён на мгновение поднимает голову, чтобы посмотреть на тучу, а после — на мужчину уставшими и отрешёнными глазами цвета гречишного мёда. Ему абсолютно всё равно, что тот выберет: омега сделает это ради денег — ради своего светлого будущего.       Незнакомец задумчиво хмыкает и оглядывает внимательно Тэхёна. Вид у него типично шлюший, из-за чего отталкивает мужчину, что видно по его недовольной гримасе. Но, подумав пару секунд, тот всё же согласно кивает.       — Садись, — распоряжается мужчина да кликает по кнопке у себя на двери. Всё замки открываются — омега может дёрнуть ручку и сесть в машину.       Вдруг дождь хлынул как из ведра. Буквально за секунду моросящие капли стали настолько огромны, что отбивают по стёклам и корпусу машины чечётку. Чтобы не промокнуть до нитки, Ким мигом садится в салон автомобиля. Ненастная погода буквально вынудила его сегодня предаться сексу с очередным незнакомцем. То ли судьба, то ли стечение обстоятельств ведёт Тэхёна по кривой дороге. Тэхён же склонен верить во второе: нет никакой предначертанности, а есть причина и её следствие.       В салоне ощутимо пахнет хвоей. С изумлением Тэхён смотрит на водителя, выезжающего на проезжую часть, но веет приятно, свежо и успокаивающе не от него. Коротко осмотрев салон, он замечает в зеркале заднего вида ароматизатор. Усевшись поудобнее, омега расслабленно выдыхает затхлый уличный воздух и набирает в лёгкие побольше елового, ощущая, как каждая клеточка тела на миг впадает в нирвану. Хвоя — это любимый запах Тэхёна. Запах, который может вызвать шторм и штиль одновременно. Такое чувство, когда тело и душа устремляются на седьмое небо, называется истинностью. Тэхён читал об этом в подростковых романах, пока ещё не попал в колонию. Мечтал, что встретит своего человека, истинного, и будет счастлив. Теперь же омега смотрит на истинность более сурово, отдавая всё своё предпочтение тому, чтобы слиться в унисон с ароматизатором, чем с водителем по левую руку.       От мужчины же никак не пахнет. Тэхён ощущает его мощную энергетику и не более. Так уж они устроены: омеги могут чувствовать альф, а альфы — омег на подсознательном уровне. Если же омега не может учуять запах альфы, то это может значить одно: что альфа обладает настолько мощной силой воли, что может попросту скрывать свои феромоны. Омеги так тоже могут, но это требует особых умений и усилий. Впрочем, очень даже хорошо, что Тэхён не чувствует запаха альфы. Обычно его «клиенты» (омежий язык даже не поворачивается назвать их таковыми), наоборот, выпускают все свои феромоны, чтобы показать, кто здесь «папочка». Кима от подобного всегда тошнит, а сам процесс хочется побыстрее закончить. В такие моменты он отключает сознание, становясь почти ничем не отличимым от неживой секс-игрушки.       Стоило Тэхёну дать слабину, как его голову заполонили плохие мысли. Он только-только блаженно прикрыл глаза, откинулся всей спиной на спинку сиденья, как резкая внутренняя боль вырвала его из мира грёз в мир реальный и жестокий.       Правая рука нервно дёргается. Тэхён хватает её левой, пытаясь сосредоточиться. У него иногда так бывает. Судороги. Особенно перед сном: когда почти проваливаешься в сон, и вдруг перед глазами всплывает очередная картинка самоубийства. Тогда дёргаются не только конечности, но и всё тело. Тэхён не ходил по этому поводу к врачу, а списывал на банальный стресс организма. Ему совсем не важно, какие у него болячки, потому что есть проблемы посерьёзнее.       «— А что, если он любит грубо? — когда подворачивается случай, плохие мысли действуют на парня не косвенно, а напрямую, заставляя его накручивать себя. Этим самым он и занялся, смыкая пальцы в замок у себя на коленях.       — Не говори глупостей! — фыркает Голос. Если бы он имел физическую оболочку, то отмахнулся бы. — Посмотри на него! — Тэхён обращает свой взор на сосредоточенное лицо водителя. — Одетый, умытый — загляденье!       Тэхён скептически поджимает губы и отворачивается, уделяя внимание дороге. По лобовому стеклу бьют капли и рекой текут вниз, отчего картинка перед глазами слегка размывается. Омега прищуривается, чтобы видеть чётче.       — Но если ты так хочешь, — угрюмо вскоре добавляет Голос. Он фантомно складывает руки на груди да с возмущением отбивает носком ботинка по эфемерному полу, — то можем отправиться домой. У нас ещё есть шанс!       — Нет, — резко отвечает Тэхён и хмурится. Его щёки чуть надуваются, а брови сводятся к переносице.       — Скажи ему, что ты себя плохо чувствуешь — и дело в шляпе! Например, что у тебя живот болит, там, понос или рвота… — Голос задумчиво замолкает на пару мгновений, а после продолжает уже с энтузиазмом: — Тэхён, это не такая уж и плохая идея! Поехали домой.       — Нет.       — Ну, пожа-а-алуйста…       Ким отчасти согласен с Голосом, но попросту не может всё бросить на данном пути. Он снова оборачивается к мужчине за рулём, осматривает его в третий, а то и в четвёртый раз, чтобы убедиться, что большие деньги при нём имеются. Такого с крючка нельзя упускать ни в коем случае. Ужасная работа должна рано или поздно закончиться и лучше, конечно, раньше, чтобы наконец-то начать жить как нормальный человек.       — Мне совсем немного осталось накопить и в сентябре я уже пойду учиться».       Тэхён ставит точку в этом диалоге у себя в голове. Ещё пять минут Ким с мужчиной едут в полной тишине, слышится только, как льёт дождь и гремит гром.       — Как тебя зовут? — первым молчание прерывает водитель. Он мельком поглядывает на пассажира, концентрируя основное внимание на дороге. Тэхён не ожидал, что мужчина начнёт диалог.       — А… э, Ви… сэр. — Чтобы взять себя в руки, Ким прочищает горло, а следом обоюдно интересуется: — А вас?       Незнакомец прыскает смешком. Это напрягает Тэхёна ещё больше и он с опаской смотрит на мужчину, готовясь ко всему, что только может произойти. Например, тот потребует назвать настоящее имя или высмеет псевдоним, обзывая шлюхой. По сути, Тэхён и есть такой, но всё равно обидно. Всё же он не выбирал быть ночной бабочкой. Это за него сделала жизнь. Псевдоним же помогает сохранить себя настоящего в тайне от всех (и от самого себя), отчего ночи с незнакомцами не особо запоминаются. Словно в это время не Тэхён трахается с ними, а Ви — совершенно другой человек, который, как плотный кокон, защищает омегу от всех напастей.       — Псевдонимы будем использовать, значит? — усмехается водитель и снова прерывает раздумья Тэхёна. — Зови меня Джей-Кей.       К счастью, опасения не подтвердились: Тэхен попросту накручивает себя. На самом деле его очень радует, что мужчина оказался лояльным.       — Хорошо, — согласно кивает Тэхён, и губы расплываются в мягкой улыбке, — А что вы конкретно хотите? — спрашивает он чуть погодя.       Джей-Кей задумчиво хмыкает.       — Просто выпить пива и потрахаться.       Это самый безобидный вариант событий, который может только произойти в работе шлюхи с трассы. Тэхён рад до безумия. Он даже машинально улыбается до самых мочек ушей, но сразу же прикрывает губы рукой да взять себя в руки старается. Отворачивается к окну и приглядывается в сменяющийся пейзаж за окном: деревья, кусты, трава, мрачное небо, в котором сверкает молния.       Всё же Тэхён не ошибся, когда выбрал сегодняшний день для работы. Ему знатно повезло на красивого, богатого и адекватного человека, которого даже клиентом назвать можно. Был бы каждый, кто останавливается рядом, таким же идеальным…

* * *

(Чонгук)

Час спустя.

Мотель.

      — А знаешь, что самое хреновое? — Чонгук выпил так много пива, что его язык начинает заплетаться и, конечно, рассказывать абсолютно всё, что есть на уме. Он концентрирует тёмные глаза-бусинки на сидящем перед ним омегой в махровом белом халатике: по прибытию в мотель Гук распорядился помыться и «подготовиться», но пока не дошло до самого «процесса», он вливает в себя алкоголь да жалуется на проблемы, которых за год на новом месте работы накопилось немало. — Все эти людишки, думающие, что лучше всех остальных, на самом деле хуже говна в унитазе, — альфа злобно скалится, вспоминая, как на недавней дискуссии самолично в этом убедился. В его глазах философ, которым он восхищался в студенческие годы, пал буквально за одно мгновение. Чонгук стал задаваться вопросами: а этого ли он хочет на самом деле? правильный ли он сделал выбор? Казалось бы, что смысл жизни утерян, потому что именно из-за того профессора альфа начал интересоваться философией с начальных классов, но теперь же, когда он получил нужное образование и место работы, у него больше нет той уверенности в своём будущем. Поэтому-то он и изливает душу омеге.       В этом непростом деле пиво помогает раскрепоститься. В любое другое время, день, случай Чонгук бы даже не подумал о том, чтобы рассказать, что он чувствует и переживает, но пред омегой не может перестать говорить. То ли из-за алкоголя, то ли из-за того, что он видится с этим парнем всего раз в жизни, Чонгуку становится намного легче на душе после одностороннего разговора. Выговорился, напился, а теперь можно и заняться сексом, за который омеге и будет заплачено по идее.       И вообще, вся ситуация для него безумно странная: ему всегда говорили, что подобные услуги незаконны и отвратительны, но в глубине души альфа всегда хотел убедиться в этом самостоятельно. Наконец-то такой шанс подвернулся, и в своём оппоненте он не видит чего-то плохого. Он всего лишь выполняет свою работу и не более. А особенно Чонгук благодарен, что парень на него не вешается, не строит глазки или пытается соблазнять: он ведёт себя довольно спокойно и сдержанно, можно даже сказать, настороженно.       На самом деле он думал, что будет всё совершенно по-другому. Что уже в машине омега начнёт лезть к нему в штаны, говорить пошлости, переходить быстрее к делу, а в мотеле со всей страстью кинется на него, попутно снимая одежду с себя — всё же это его работа, которую он сам выбрал и которую, наверное, обожает. Чонгук правда думал, что шлюхам очень интересен сам секс (неважно с кем и когда), поэтому отрешённое поведение Ви его несколько ставит в неловкое положение.       Несмотря на то, что альфьи ожидания были благополучно разбиты о реальность, он продолжает глотать пиво из жестяной банки и рассказывать о своих проблемах. Сам же омега пьёт не так много, как Чонгук. Он потихоньку цедит уже целый час одну банку, сосредоточенно слушая рассказ мужчины. Кажется, что Гук подобрал с трассы не секс-партнёра, а самого настоящего сотрудника службы поддержки, которому можно абсолютно всё высказать. А ему действительно нужно было наконец-то выплеснуть все свои накопившиеся эмоции.       Чонгук допивает последнюю банку пива и ставит на столик. Пришло время сделать то, для чего он подобрал омегу с трассы.       — Раздевайся, — спокойно приказывает Чонгук, поднимая пьяные глаза на своего партнёра. Ви несколько в удивлении распахивает глаза, но спустя буквально секунду все мышцы его лица расслабляются, и он равнодушно начинает снимать с себя халат. Чонгук делает то же самое в ответ, но с большим энтузиазмом, чтобы скорее слиться в похоти и разврате.       Омега встаёт с кресла, и с его плеч спадает белый бархатный халатик, оставляя его совершенно голым пред мужчиной. Он не может похвастаться идеальной фигурой или особенностями тела — оно у Ви совершенно обычное: в форме прямоугольника, нет выделяющихся пышных бёдер, выпуклой груди, узкой талии. Единственное, что вписывает омегу в общественные рамки красоты, — худоба.        Ви стеснительно водит руками по своим плечам, будто пытается прикрыться, чем вызывает у альфы недоумение, а после оборачивается к кровати. Предполагает, что мужчина хочет перейти на неё, но Чонгук успевает схватить его за запястье и притянуть к себе.       — Сначала минет, — объясняет альфа.       Чонгук ведёт подушечками пальцев от кисти руки омеги до его плеча и давит слегка, чтобы тот послушно опустился на колени перед креслом. Ви без лишних слов сразу же приступает к делу: он укладывает ладони на колени мужчины и тянется головой к уже вставшему члену. Сначала губами будто здоровается с органом, мягко и с тихими причмокиваниями целуя головку, а после лижет горячим языком крайнюю плоть. На это Чонгук не может не ответить сладкими вздохами и выдохами, а градус его тела моментально поднимается, выделяется пот.       Когда же омега охватывает ладонью орган у основания и всю головку вбирает в рот, альфа блаженно, но тихо стонет. Его живот быстро вздымается и опускается из-за сбившегося дыхания и удовлетворения, что вдарило в голову сразу же, стоило только омеге коснуться члена. Кто бы узнал, что это первый секс Гука после трёх лет неудачных попыток вступить в отношения с омегами, то не поверил бы. А в это время альфа, поддавшись ощущениям, аж бёдрами толкается навстречу голове парня, чтобы почувствовать ещё больше, ещё лучше, ещё.       Уже совершенно всё равно, кто и как удовлетворяет его — Чонгук просто счастлив наконец-то расслабиться.       — Ох, возьми глубже, — сладко стонет альфа.       Охваченный эмоциями Чонгук не контролирует, что делает, а потому укладывает руку на макушку омеги и давит вниз. Чтобы тот взял глубже, работал быстрее, сосал тщательнее и интенсивнее — так, чтобы у альфы пред глазами летали звезды. Лишний напор, конечно, неудобен Ви, но он не сопротивляется. Лишь кашляет, показывая, что и сам может справиться с запросом клиента.