Лиса в курятнике

[Город N, тот же день] Сердце бешено стучало, Караи до конца не верила, что кража удалась. Поначалу она беспокоилась из-за маски — было совершенно непонятным, куда направлен взгляд шиноби, но видеть его глаза даже не понадобилось. Она еле удержалась, чтобы нервно не рассмеяться ему прямо в лицо, когда вытащить свиток вышло так неожиданно легко. «Тоже мне элитные части. Провела как ребенка» — хмыкнула она про себя, вытаскивая свиток из рукава и пряча за пояс. Сейчас не было времени его рассматривать, но Караи уже заметила, что он очень старый. Уперевшись подносом под ручку, Караи толкнула тяжелую дверь и оказалась в узком коридоре. От пола до потолка он был заставлен ящиками с бутылками, коробками с картами, фишками и игральными костями, а также перевернутыми столами, туго обтянутыми зеленым сукном. Их вид невольно развеселил девушку. «Интересно, догадывается ли этот тошнотворно правильный шиноби, куда вообще пришел и чем становится это место по ночам? Ох, вряд ли…» Идя по коридору, Караи в мельчайших подробностях начала прокручивать в голове все свои действия, проверяя, не допустила ли она где-то ошибку. Ее походка из робкой и неуклюжей в мгновение ока стала по-кошачьему мягкой и текучей. В голову упорно лезло ощущение сильных рук на талии, но Караи поспешно выбросила эти мысли из головы. Все прошло не идеально. Кокатцу чуть было не испортил игру своими вопросами, но под конец все же влился в импровизированный спектакль и помог ей. То, что старик сразу ее раскусил, Караи даже не удивило. Она криво ухмыльнулась, с мрачным удовлетворением отметив, что отомстила ему за слова о криворукости, так и не донеся до него миску с лапшой. Именно его комментарий навел Караи на мысль, как отвлечь шиноби. Она вдруг подумала, что старый лис и правда мог так намеренно дать ей подсказку. — Да нет, что за чушь, — сама себе возразила она, но до конца не была уверена. Такие вещи были вполне в его духе. Старик обладал знаниями, во много раз превосходящими умения настоятельницы — ее первой наставницы, и никогда не рассказывал о своем прошлом. По обрывкам слухов вокруг него Караи понимала, что он многое повидал и многое хотел бы забыть. Как и она сама. Старик нравился ей и многому ее научил, но большую часть времени был совершенно невыносим из-за язвительных комментариев и любви шумно высасывать мозг из куриных костей. Караи никогда не знала, что у него на уме, хотя давно заметила, что он гораздо проницательней, чем хотел казаться. Не теряя времени, Караи стремительно вошла в кухню, на ходу выбросила осколки посуды и ловко закинула поднос на стопку других. Затем скинула фартук, скрывающий темные штаны, и сняла с крючка длинный платок. Намотав его на голову и шею, привычно спрятала под него волосы и натянула на нижнюю половину лица. Неизвестно, когда шиноби обнаружит пропажу, но, если он не совсем дурак, то сразу поймет, кто это сделал, и попытается ее найти. Это значит, что убираться отсюда надо было как можно быстрее. А Караи умела это делать лучше всех. В дальнем конце кухни она скользнула через полог из отрезов ткани, расписанных большими красными кандзи. Караи привычно перескочила через ступеньку, когда ее вдруг обожгло мыслью, что она подставила Кокатцу своим очередным необдуманным поступком. Сейчас она оставила хозяина один на один с этим шиноби и неизвестно, как он себя поведет, когда обнаружит, что его обокрали. Караи выругалась. У нее, как и всегда, не было четкого плана. Она увидела шиноби, сложила два и два, а дальше ее повело то темное вдохновение, частенько толкавшее ее на действия, о последствиях которых она не задумывалась, и из-за чего то и дело попадала в неприятности. А в данном случае неприятности грозили еще и Кокатцу, о котором Караи думала если не как об отце, то как минимум как о заботливом дядюшке. «Вот дура, почему я не подстерегла его где-нибудь в другом месте подальше отсюда…» Караи, стиснув зубы, мысленно ругала себя последними словами, что в очередной раз не смогла удержать внутри этот темный импульс. На мгновение она даже подумала вернуться и как-нибудь подбросить свиток, но тут же осеклась. Ее жгла изнутри лишь одна мысль о том, что придется признать поспешность своих действий, перечеркнуть идеальную актерскую игру, а позже еще выслушать длинную нотацию под этот невыносимый высасывающий звук в то время пока она будет склеивать десяток разбитых тарелок. Старик вообще был не в восторге, что она ввязалась в это дело и, кажется, даже выглядел разочарованным. Она и раньше бралась за сомнительные дела, но только в этот раз он сказал, что от этой работы дурно пахнет и ей лучше отказаться. Наставник не объяснил причин, но Караи предполагала, что это из-за того, что в деле участвовал шиноби из Скрытой деревни. Если старик думает, что она не справится, то он ошибается. — Как бы не так, — Караи упрямо тряхнула головой и уверенно направилась в сторону леса. На самой окраине девушка обернулась и, убедившись, что ее никто не видит, начала быстро складывать ручные печати. Она еще покажет, чего стоит криворукая девчонка. Они справятся и без нее. Все будет хорошо.

***

День клонился к вечеру, но в небе еще не появились закатные краски, когда Караи наконец добралась до самого сердца леса. В этом месте огромные вековые деревья окружали круглое озеро, по пологим берегам густо заросшее камышом и колючим кустарником. Кроны пропускали свет направленными лучами, с которыми Караи нравилось играть рукой, и в любое время суток сохраняли прохладу от воды. Вокруг стояла тишина, лишь изредка можно было услышать лягушек да слабый шелест ветра, гулявший в высокой траве. Караи немного постояла, опершись спиной о дерево и пытаясь отдышаться. Переведя дыхание, больше по привычке воровато осмотрелась по сторонам и вытянула из листвы спрятанную веревку. Несколько раз подергала, проверяя, и забралась в укрытое от глаз убежище — огромное дупло в стволе дерева с узкой щелью-входом. Снизу его было не видно за ветками и обнаружить его можно было разве что случайно. Караи именно так и нашла его пару лет назад, когда пряталась в лесу после неудачной попытки обокрасть рассеянного торговца. При этом она совершенно не подумала об охранявших его шиноби. Очень упорных шиноби, которые прочесывали лес несколько суток. Тогда ее также накрыла темная волна, и она так никому и не рассказала об этой промашке, но запомнила страх и злость на саму себя за неудачу. Однако это место у нее ассоциировалось не с плохими переживаниями, а как с надежным убежищем. Иногда Караи думала о нем, как об утробе, где тепло, хорошо и нет никаких забот. Про себя она так и называла его — Утроба. Места здесь было совсем немного, но Караи умудрилась повесить гамак и устроить схрон с припасами еды, книгами и другими вещами, помня, как в первую ночь здесь тихо размазывала слезы, вжавшись спиной в грубую поверхность дерева, сохранившую дневное тепло, и с ужасом вслушивалась в угрозы расправы, то и дело доносившихся с разных сторон. Она просидела там почти три дня без еды и воды, прежде чем решилась высунуться и вернуться в город. Та кража в какой-то мере не была совсем уж провальной — перед тем, как ее схватили с поличным, и она бросилась наутек, Караи успела-таки стянуть мешочек с драгоценностями. Там было несколько колец с зелеными камнями, безвкусный браслет из переплетенных серебряных цветов и небольшая заколка с клановым гербом в виде клевера. В отличие от остальных вещей, Караи так и не избавилась от заколки, а даже стала постоянно ее носить, найдя ее удобной в качестве отмычки и считая ее своим талисманом. Заколка также служила напоминаем о собственной глупости и о том, что она всегда должна быть крайне осторожной. Старик как-то заметил ее в рыжих волосах и лишь спросил, вынесла ли она для себя какой-то урок, словно и так обо всем знал. В ответ Караи сделала вид, что не понимает, о чем идет речь, и упорно проигнорировала его долгий взгляд. Караи забралась в гамак, одновременно вытащив из-за пояса свиток. Высунула одну ногу и стала мерно двигать ей, раскачиваясь. Караи развернула свиток и надолго уставилась на символы. Она сразу поняла, что это карта. Задумчиво нахмурившись, села в гамаке и положила карту перед собой. Провела по старой бумаге рукой, пытаясь разобрать текст. Она узнала несколько меток и примерно сориентировалась по расположению. — И из-за этого куска бумаги столько шума? Древние артефакты… Кто в такое верит, — пробормотала она. Караи еще немного посидела над картой, а потом задумчиво перевела взгляд на схрон, а затем снова на карту. Ей в голову пришла идея. Уже начало темнеть, действовать надо было быстро, если она хочет успеть к встрече с главарем, которому успела отправить весточку по дороге к Утробе. Караи вылезла из гамака, села перед ящиком на колени и начала спешно доставать необходимое. Пару недель назад на заведение Кокатцу, где отдыхали в основном местные наемники, вышла банда, которая искала смельчака для какой-то секретной миссии. Платили хорошо, но старик убедил Кокатцу сразу отказать им в помощи, когда услышал, что дело связано с шиноби Скрытого листа. Караи вообще случайно узнала про эту работу. Ее глаза мгновенно загорелись и дальше девушку было не остановить. Спрятав лицо, она сама встретилась с главарем и обо всем договорилась. Узнав об этом, старик лишь покачал головой и в числе прочего сказал, что она опрометчиво усложняет себе жизнь. Караи тогда не поняла, что он имел в виду, и быстро об этом забыла, с азартом думая о новом деле. Как оказалось, миссия заключалась в том, что необходимо было всего лишь выкрасть свиток у одного из шиноби, который скоро прибудет в этот город, а потом помочь с какими-то поисками в лесу. Тогда все это выглядело просто и казалось совсем неважным, но сейчас Караи начала сомневаться. Она выполнила самую интересную для себя часть, но теперь, увидев своими глазами карту, поймала себя на мысли, что ей совсем не хочется, чтобы какие-то чужие люди грабили древние руины вокруг их города и обнаружили силу, которая все это время была у нее под носом. — А теперь еще этот шиноби… — Караи раздраженно выдохнула. Она положила перед собой старую карту и развернула чистый свиток, не переставая ворчать, что старик опять оказался прав. Поморщившись, Караи порезала ладонь и кровью нарисовала на чистом свитке печать. Сосредоточилась, сложила несколько ручных печатей и одновременно коснулась обоих свитков, направляя в них поток чакры. Оба свитка окружило голубоватое свечение. Очень медленно чистый свиток стал ветшать прямо на глазах. Через некоторое время на нем проявился текст и обозначения деревьев и меток. Руки Караи подрагивали — это дзюцу требовало гораздо больше чакры, чем она предполагала. Наконец работа была закончена. Ей показалось, что с момента как она начала, прошла целая вечность. — Чудесно, — сказала Караи, оставшись довольной результатом и вытирая со лба пот. Карты выглядели практически идентично за исключением тех меток, которых Караи не узнала — на новой карте она все их передвинула и переставила местами. Она часто пользовалась этим ниндзюцу, когда необходимо было сделать копии ключей. Оно действовало около суток, создавая физическую иллюзию вокруг похожего предмета. Этого вполне должно было хватить, чтобы отделаться от бандитов и разочаровать их в поисках чего бы то ни было. Караи перевязала ладонь, не тратя время и силы на лечение. Уложила обе карты в сумку, надеясь успеть еще заглянуть в тайник неподалеку и оставить там настоящую карту. Возможно, позже она сумеет ее разгадать. Караи стало спокойней от того, что у нее появился какой-никакой план, и улыбнулась самой себе — работу она выполнит, но настоящая карта останется при ней, а с тем шиноби она как-нибудь да разберется. Девушка осторожно выглянула — снаружи было уже совсем темно. Лишь луна тускло пробивалась через облака, а вокруг озера бледно мерцали желто-зеленые светлячки. Она прислушалась, но вокруг только привычно шелестели деревья и раздавалось приглушенное кваканье. Она и не заметила, как быстро пролетело время. Караи как кошка спрыгнула с дерева. Трава бесшумно спружинила под ногами, но едва Караи опомнилась и подняла голову, как на нее со всех сторон налетели собаки. Целая свора собак, кажется, не меньше десятка. Она даже не успела пискнуть, как они вцепились в одежду и едва не сбили ее с ног. Караи чудом удалось выдернуть штанину из пасти и, балансируя на одной ноге, она попыталась стряхнуть другую собаку с руки, но в тот же миг появившийся из ниоткуда шиноби сгреб ее за грудки и толкнул к дереву. Собаки тут же отпустили ее, но остались сидеть вокруг, готовые сорваться в любой момент. У горла на уровне сонной артерии Караи почувствовала ледяное лезвие, заставившее ее задрать голову и встать чуть ли не на цыпочки. Это был тот самый шиноби из закусочной. Караи узнала его по серебристым волосам и маске. Маске собаки — иронично заметила она. Шиноби был крепко сложен и выше ее почти на голову, поэтому ей ничего не оставалось кроме как смотреть на него снизу вверх. Караи инстинктивно вцепилась одной рукой ему в запястье с зажатым кунаем, а другой уперлась в грудь, но ему было достаточно одного рывка, чтобы перерезать ей горло. — Какого… — с трудом выдохнула она. — Это нинкены, псы-шиноби, — холодно перебил он, сердито цедя каждое слово. — К твоему сведению, у них отличный нюх и они могут выследить кого угодно. Особенно глупых и наглых девчонок. Если не будешь дурить и отдашь мне свиток, они тебя не тронут. Караи с трудом подавила желание высказать все, что она думает о нем и его псах-шиноби. Ей не было страшно, потому что он явно пришел не убить ее, а, как минимум, сначала допросить. А это давало ей время подумать, как от него отделаться. Караи скользнула взглядом по ближайшей собаке и едва осознала, как ее мысли снова накрыло то, что она называла темным вдохновением. — Какое неприятное ниндзюцу, — хрипло выговорила она и, игнорируя сталь у горла, вдруг легкомысленно погладила одного из псов, на что тот зарычал и клацнул зубами в опасной близости от ее пальцев. — Ой! — она испуганно дернулась всем телом, пес залился лаем, а вместе с ним повскакивали и звонко залаяли другие. Караи почувствовала, как лезвие плашмя скользнуло по коже, и мысленно принесла благодарность всем богам, что ей не отрезало голову из-за этой выходки. Шиноби не дал ей сдвинуться с места, легко встряхнул и крепче прижал к дереву. Шикнул на собак, заставив их мгновенно умолкнуть. Он не заметил, как одной рукой она погладила пса, а другой залезла в его сумку на поясе. — Что ты творишь! — шиноби заставил ее снова посмотреть на себя и сильнее задрать голову. При этом Караи чуть не фыркнула ему в лицо. «Попасться на один и тот же прием. Дважды! Да что в голове у этого тупицы…» — Никогда не доверяла шиноби с их штучками, — серьезно сказала она. — Но теперь я не доверяю еще и псам-шиноби. Добился своего, да? — обратилась она к одной из собак, которая удивленно и почти виновато на нее уставилась. Шиноби долго посмотрел на нее, потом на собаку и покачал головой. Караи почувствовала, что он немного ослабил хватку и теперь кунай едва касался ее шеи. «Боится, что я сама еще раз прыгну на нож что ли? Второй раз я обычно на нож не прыгаю…» — Вы свободны. Хорошая работа, —сказал он, и псы исчезли в облаке дыма. — А ты стала неожиданно проворной для того, кто сегодня перебил половину посуды. Обычно Уруши не упускает ничьи пальцы. — А ты довольно умен для того, кто так глупо проворонил свой свиток, — в тон ему ответила Караи. Она решила не разыгрывать комедию и говорить начистоту. Насколько это было возможно. По тому, как шиноби крепче сжал рукоять куная, Караи поняла, что попала в точку — он и сам себя ругал за оплошность. Она стиснула в кулаке добычу. Это была какая-то бумажная печать, но Караи не успела посмотреть какая именно. «Скоро все закончится. Осталось дождаться нужного момента… Может, сейчас?» — Так ты и есть Ширей? — вдруг перевел он тему. — Не думал, что ты… — Девушка? — вкрадчиво подсказала она. — Вор, — невозмутимо продолжил шиноби. — На кого ты работаешь? — Ни на кого я не работаю. На себя. — Тогда откуда ты узнала, что у меня карта? — Ниоткуда. Ты сам пришел и начал чуть ли не размахивать своей дурацкой картой, словно умоляя: «Пожалуйста, украдите ее у меня кто-нибудь», — проговорила Караи, смешно изображая его. — И я не смогла тебе отказать, — с придыханием добавила она и посмотрела прямо в прорези маски, но увидела в них лишь равнодушную темноту. Шиноби снова покачал головой и без лишних слов вдруг начал бесцеремонно обыскивать ее. — Знаешь, я такое не позволяю даже на втором свидании, но ты себе конечно же ни в чем не отказывай, — ядовито проговорила она. Как она и ожидала, шиноби проигнорировал ее, тщательно охлопывая одежду и в конце концов заглянув в сумку. Караи дернулась, когда он нашел две карты и начал сравнивать их. С огромным удовольствием она заметила его замешательство. — Вторая карта? — удивился он. — Когда ты вообще успела сделать подделку? Я добирался сюда полдня без остановок… — Оу, может ты не только глупый, но еще и медленный? — насмешливо вырвалось у нее. Она видела, что шиноби начинает терять терпение и не удержалась от самодовольной улыбки. — Хозяин закусочной вообще знает, чем ты промышляешь? Хотя думаю, знает и покрывает тебя, — холодно проговорил он. Улыбка мгновенно пропала с лица Караи. Его слова означали, что Кокатцу все еще в порядке. Однако ей не стало легче, она лишь снова остро почувствовала вину за то, что втянула в эту авантюру других. — Кокатцу хороший человек, не смей его тронуть, — угрожающе проговорила она. — Иначе ты пожалеешь. — Все зависит от тебя, — невозмутимо ответил шиноби. — Я пока не получил ни одного ответа на свои вопросы. Караи ответила злобным взглядом. — Ладно, — раздраженно бросила она. — Меня наняла одна банда и указала на тебя. Но если вся эта чушь правда, то такой артефакт не должен попасть в их руки, — добавила она неохотно. — Звучит вполне благородно. Даже не ожидал от тебя такого. Караи послышались веселые нотки. Этот дурак что, потешается над ней? — Не говори чушь, я просто решила забрать все себе. Знаешь ли, меня никто не учил в Академиях, а добывать знания самостоятельно достаточно сложно. Подумала, в этой карте что-то будет, но похоже, это пустышка, которая никуда не ведет. И, судя по всему, ты того же мнения, раз от безысходности обратился за помощью к местным. — И твой план был отдать им поддельную карту? — Да. Потом погулять с ними немного по лесу и забрать вторую часть оплаты. Я. подумала, вдруг бы этим бездарям все-таки повезло, а так я наверняка исключила бы эту возможность. И тут явился ты и теперь ласково щекочешь мне шейку. Шиноби не ответил, обдумывая ее слова. — Знаешь, — вдруг продолжила Караи гораздо мягче. — Мне почти приятно второй раз за день находиться в твоих сильных заботливых руках, но предлагаю разойтись и не играть в детские игры. Я честно победила. Признай поражение и просто отдай мне копию. Мы разойдемся словно никогда не встречались. — Хочешь сказать, ты честно украла свиток? — скептически уточнил он. — О, это тонкости. Не придирайся к словам. Ну так как? — Я не могу этого сделать. И отпустить тебя тоже. Я решу, что с тобой делать позже. Где и когда ты встречаешься с бандой? Отвечай, — в его голосе послышалась сталь, от которой Караи потеряла всякую надежду договориться с этим упрямцем. Это означало только одно — пора было избавиться от него. — Кажется, атмосфера накалилась, но на мой вкус недостаточно, — вкрадчиво произнесла Караи и нехорошо улыбнулась. Она посмотрела в сторону, переводя его внимание. Между пальцев девушка зажала смятую, но вполне дееспособную взрывную печать, которая уже начала тлеть. — О, взрывная, не повезло. Маниакально глядя, как дернулся шиноби, Караи с чувством поцеловала его в маску на уровне губ и в этот же момент приклеила печать прямо между темных миндалевидных прорезей. — Прощай, — прошептала она и отпрянула в сторону. По шее неуклюже царапнул кунай, но через мгновение Караи была уже вне досягаемости. Грянул оглушительный взрыв, эхом разнесшийся по глади озера и ударивший в стену деревьев. Все заволокло серым дымом. Караи оглушило и отбросило в сторону. Она закрыла лицо от летящих щепок и врезалась плечом в дерево с такой силой, что удар выбил из легких воздух. Она, судорожно вдохнув, усилием воли сосредоточила чакру в ступнях, чтобы ее окончательно не сбило с ног. Девушку закружило, но она с трудом устояла. Караи обдало горячей взрывной волной, взметнув вверх волосы и полы одежды. Она закашлялась и судорожно терла глаза. Опустила голову и под ногами вдруг увидела выпавший из сумки свиток. Не раздумывая, Караи наклонилась, гадая настоящий это или нет. Ее пальцы почти коснулись желтоватой бумаги, когда в миллиметре от карты в землю с силой вонзился кунай. Караи отдернула руку и подняла глаза. Дым еще полностью не рассеялся, но Караи четко видела темную фигуру на середине озера. На белой маске зияла трещина. Прямо на ее глазах маска раскололась и, соскользнув с лица, с тихим плеском утонула в озере. На Караи напряженно уставился парень немногим старше нее самой. Один глаз он держал закрытым, нижняя половина лица была скрыта темной тканью. Караи с усилием выдернула кунай из земли, крутанула в ладони и приняла боевое положение. Она нервно сглотнула и широко улыбнулась. — Значит, поиграем.