Отражение забытой надежды

***

      Чонгук с улыбкой на лице заходит к себе домой и тихо проходит в кухню, чтобы попить воды. Однако это фатальная ошибка. Его резко хватают за шею и бьют кулаком в живот. Чонгук резко давится болью по всему телу и сгибается пополам, чувствуя, как со рта стекает кровь. Он падает на колени, начиная кашлять этой кровью, его ещё раз ударяют, из-за чего парень просто падает без сознания на пол…       Глаза Чонгук открывает с трудом, чувствует, что двинуться почти не может, на пробу вытягивает свою руку вперёд и пытается приподняться, но терпит неудачу, падая на пол вновь, расшибая до конца губу. Считает в голове до десяти, чтобы успокоиться и не начать истерить, после чего всё же двигается, поворачивая голову по сторонам в поисках хотя бы кого-то… Но кого тут можно встретить, кроме родителей? А они в свою очередь избили его вчера, так какой толк ждать от них помощь? Никакого.       Слёзы вновь стекают по лицу, он прислоняется спиной к стене, уже немного присаживаясь из положения лежа. Прикрывает ладошками лицо и всхлипывает, пытаясь успокоиться. Голова ужасно болит, как и всё тело в целом. А к левой руке почти невозможно прикоснуться без дискомфорта.       Он на шатающихся ногах поднимается, облокачиваясь также о стену, после чего плетётся в свою комнату больше по памяти, потому что перед глазами всё расплывается, а боль в теле напоминает о себе на каждом шагу, будто он не просто идёт, а наступает на кинжалы по очереди. Во рту он чувствует металлический привкус своей крови, а в ушах звенит, когда он падает замертво на свой маленький диванчик, затем сворачивается калачиком, насколько это возможно в его состоянии, и закрывает глаза, тут же попадая в чёрное пространство, называемое сном…       Утро наступает у Чонгука ближе к обеду, он до сих пор двигаться боится, поэтому лежит и думает, что так наберётся сил. Рука неприятно ноет, а шея горит от сжатия, рёбра болят так, будто их передавливают каждую секунду, не давая нормально работать лёгким. Про обычные синяки он и не вспоминает, потому что на фоне других повреждений обычные царапины и ранки вообще никакой роли не играют. Он вспоминает, что ему нужно идти на работу. Сегодня воскресенье, и он просил полную рабочую смену, чтобы денег было больше.       Он вновь плачет, приглушая всхлипы и полукрики ладошкой, прикусывает её зубами, чтобы не так сильно было слышно. Смотрит на разбросанные вещи в комнате и ещё сильнее плачет. Денег нет. Все нашли. Он не сможет переехать на квартиру от родителей. Он будет продолжать жить в этом аду.       Даже признаки боли в теле сейчас не так сильно расстраивают парня, как осознание того, что последняя надежда угасла. Всё было зря: работал сверхурочно; пытался как-то веселиться, когда плакать нужно было; пошёл в этот бордель, пожертвовав своим телом и душой; вылезал из кожи вон, чтобы хоть как-то сэкономить на еде и одежде.       Всё.       Было.       Зря.       Он устал. И больше не хочет надеяться, что этот кошмар когда-то закончится. Ему так хочется сейчас выйти на дорогу и броситься под первый попавшийся автомобиль. Но он не может, потому что двигаться больно. Да, только из-за этого он не идёт на дорогу. Только из-за физического состояния.       Он прикрывает обратно глаза и продолжает плакать, пока все слезы не покидают его. К ночи вновь просыпается из неспокойного сна. Чувствует лёгкий голод, но встать сил нет, поэтому вновь попадает в дрему, надеясь, что скоро боль угаснет и станет хоть немного легче…       Парень приходит в себя лишь через день, то есть во вторник. Двигаться уже не так сильно больно, терпимо. Поэтому он накидывает на тело свою толстовку, берёт с пола портфель, в который даже не заглядывает и книги не перекладывает. Ему уже всё равно. Выходит из комнаты, бросает презрительный взгляд на отца, который сидит в зале с бутылкой пива, и выходит на улицу, щурясь от яркого солнца. Он надевает на лицо маску, на голову чёрную — кепку и капюшон, посильнее натягивает на запястья рукава толстовки, а на шею — воротник.       Не спеша идёт в сторону школы, прикусывая губу из-за боли в ноге, на которую старается наступать нормально. На остановке он видит машину Тэхёна, поэтому прикрывает с досадой глаза, пытаясь сообразить, как ему поступить. Вероятно, тот искал его эти два дня, поэтому стоит хотя бы сказать, что всё хорошо. Чонгук подходит ближе к машине и приоткрывает тяжёлую дверь двумя руками, потому что обе всё ещё болят для такой нагрузки.       — Чонгук?! — Тэхён оборачивается и взволнованно вскрикивает. — Господи, я думал, что ты навсегда пропал, ты где был? Я половину Сеула обыскал!       Чонгук опускает вниз глаза с сожалением.       — Извини, я приболел… Пришлось отлежаться дома. Сейчас уже нормально всё, — он пытается следить за своим голосом, чтобы тот не дрожал. Тэхён тут же берёт за руку парня и заставляет сесть в машину. Чонгук немного шипит, потому что цепляется ногой за дверь, но вовремя осекается, поворачиваясь всем корпусом к альфе. Тот подозрительно осматривает омегу, будто находит что-то новое и странное в нём.       — Я сейчас в школу опоздаю, — проговаривает Чонгук, чтобы как-то разбавить это неловкое молчание. А ещё просто хочет побыстрее сбежать от пристального взгляда альфы. Тэхён будто бы сканирует его, а Чон из-за этого немного паникует. Мало ли что тот может заметить. Он не успел даже в зеркало посмотреться на признак того, что где-то ещё есть синяки или царапины.       Но Тэхён поворачивается уже к рулю и заводит машину, двигаясь в сторону школы. Чонгук смотрит в боковое окно машины и старается сдержать все рвущиеся наружу эмоции. Хочется обнять Тэхёна, рассказать всё, попросить того о помощи и попробовать жить по-другому. Однако он упрямо молчит и сглатывает ком обиды на родителей, пытаясь не так сильно в этом дерьме копаться. Если судьба решила попросту его добить, то она справляется на отлично.       — Зря мы поехали в горы, — подаёт голос старший, поэтому омега смотрит на него с любопытством, — там холодно, вот ты и заболел.       — А нет… Не переживай… Просто я потом ещё раздетый в магазин прогулялся ночью, вот и прихватил наверное… — оправдывается Чонгук, вжимая в свои кулачки ногти, чтобы больше ничего не ляпнуть.       — Будь осторожнее, сейчас всё ещё холодно, — проговаривает Тэхён, внимательно смотря на дорогу. — Сколько у тебя сегодня уроков?       — М?.. Уроков… — он и сам не помнит. — Наверное семь… Да, семь. — он кивает головой в знак согласия, будто себя уверяя в этом. Он не помнит.       — Тогда я заеду после седьмого за тобой, — отвечает альфа, останавливая машину возле школы. Чонгук сумбурно благодарит и в этот раз ждёт, когда ремень безопасности с него снимут. Вылезать из-под него сегодня он не в состоянии. Тэхён наклоняется ближе, чмокая того в лобик, когда отстёгивает ремень. Чонгук машет на прощание рукой и как можно ровно идёт в школу.       Он садится за последнюю парту и прикусывает губу, когда к нему подходит один из одноклассников. Альфа. Хелин.       — А чего это нашего отличника вчера в школе не было? — ехидно бросает тот, а Чонгук не в силах даже ответить словами, не то, чтобы махать сейчас кулаками.       — Отстань, Хелин, сейчас урок начнётся, — отвечает тихо парень, превозмогая боль в голове. Альфа подходит ближе, хватая омегу за толстовку и приподнимая его чуть выше. Парень повисает в воздухе и жмурится.       — Отошёл от него, блять! — рычит со стороны Чимин, Хелин тут же отпускает Чона обратно на стул, фыркает и уходит к своей парте. Гук прикрывает глаза и пытается сдержать слёзы. Пак тут же подлетает к нему, обнимая.       — Гук, ты где был? Я тебя обыскался, даже в кафе заходил, где ты работаешь. Никто ничего не знает, — тихо и взволновано шепчет альфа, поворачивая лицо в маске к себе.       Чонгук шипит, убирая от себя руки друга, потому что больно. Везде. Он наклоняется ближе к уху Чимина и шепчет почти неслышное: «Всё кончено», после чего укладывает свою голову на парту и смотрит в одну точку. Чимин пытается все уроки и перемены выпросить у друга правду, однако тот отказывается вообще что-либо говорить.       На большой перемене Чимин приносит поднос с едой и заставляет друга немного поесть, пока других учеников в классе нет. Пак начинает есть, а Гук просто копается в супе ложкой. Аппетита вообще нет. Он почти не ел эти два дня, однако до сих пор ничего в желудок не лезет. Чимин начинает вновь расспрашивать его об этом, поэтому Гук просто начинает есть, медленно и через силу. Правда его хватает лишь на половину тарелки. А после он встаёт со своего места и бежит по коридору в туалет, падает на колени перед унитазом и вырывает только что съеденное туда. Пак прибегает в туалет для омег с ошалелым взглядом. А Чонгук склоняется над унитазом с горьким выражением лица и вновь мокрыми глазами. Чимин садится рядом, обнимая его и прижимая к себе, на что тот тихо шипит от боли, но не отстраняется.       — Чимин, всё кончено, я не могу так больше, — плачет Чонгук, пока друг по голове поглаживает, утешая.       — Ты сильный, ты сможешь всё преодолеть, — шепчет в ответ альфа, хотя самому хочется сейчас пойти и набить морду этим недородителям. Но и у самого состояние семьи не лучшее. Родители слишком опекают его, не давая даже лишнего шага ступить.       — Я уст-ал, — с заиканием выдыхает парнишка, обнимая старшего сильнее и утыкаясь ему в плечо. Он плачет, сейчас уже не прикрывая свой рот, а Чимин сидит, понимает, не спрашивает, не злится на него за это и просто молчаливо поглаживает его по спине и голове.       Чонгук отстраняется спустя некоторое время с опухшими глазами и растрёпанными волосами, потом встаёт и умывает лицо, пытаясь привести себя в порядок.       — Чонгук, давай ты переедешь ко мне? — спрашивает Чимин уже серьёзно, когда подходит к нему.       — Не думаю, что твои род-ители будут этому рады, — всё ещё заикаясь, отвечает омега, — правда не нуж-но, я что-то придумаю.       Они оба выходят из туалета и спешат на урок. Математика. Господин Кан смотрит на него с презрением и тут же вызывает с книгой к доске. Чонгук открывает свой рюкзак и не находит нужного учебника.       — Ты ещё и учебник не носишь в школу! — кричит на него учитель. — Марш к директору! И родителей завтра в школу! — Чонгук на это разворачивается и бежит по коридору на улицу, даже не замечая боли в теле. Он останавливается лишь на ступенях здания, потому что его будет ждать тут Тэхён. Если он сейчас уйдёт, то, получается, лишний раз прибавит альфе своих проблем для поисков. Поэтому он просто садится на одну из ступенек, кладёт своё лицо в колени и окольцовывает их руками.       Через пару часов начинается дождь, но Чонгуку всё равно, он почти уже спит в таком состоянии. Лишь то, что его накрывают чем-то, пробуждает парнишку, и он поднимает голову. Тэхён взволнованно смотрит на него и получше накидывает свою куртку на плечи младшему.       — Ты только что болел, а теперь вновь сидишь под дождём, — расстроенно фыркает альфа и поднимает его на руки, тут же спеша в автомобиль. Чонгук ничего на это не говорит, лишь прижимаясь руками к чужим плечам и согреваясь. Тэхён усаживает его на переднее сиденье и включает обогреватель.       Чонгука вырубает так моментально, что он даже не осознаёт, где он, когда открывает глаза.       Красивая комната, он лежит в мягкой кровати с белым комплектом белья с цветочным узором. Всё выглядит довольно шикарно. А на тумбочке рядом стоит стакан с водой, которую парень тут же выпивает. Открывается дверь в комнату, поэтому Гук чуть ли не давится, обратно пряча лицо под маску. Поворачивает резко голову, из-за чего чувствуется боль в глазах и шее.       — Как себя чувствуешь? — интересуется Тэхён и проходит дальше, усаживаясь рядом на кровать. Чонгук смотрит на него секунду, прежде чем резко открыть одеяло и посмотреть, не раздетый ли он.       — Я не стал тебя переодевать или снимать маску, честное слово, — тут же проговаривает старший, поэтому Чонгук с облегчением выдыхает.       — Извини, я наверное много проблем тебе доставил, — тихо шепчет омега, пытаясь выпутаться из одеяла. Тэхён помогает ему встать, а тот немного отшатывается от него. От него исходит нервный смешок, а когда он наступает на левую ногу, то чуть ли не шипит, вовремя прикусывая губу во избежание крика.       Они оба идут по красивому большому, ярко освещённому коридору, а после заходят в кухню. Чонгук впервые в таких хоромах, тут вкусно пахнет и всё идеально блестит, будто это не дом, а просто съемочная площадка для романтической дорамы. Тэхён приглашает его сесть за стол, предлагая поужинать, потому что уже вечер. Чонгук с осторожностью присаживается, осматривая помещение вдоль и поперёк.       В кухню заходит мужчина. Блять, это отец Тэхёна. Ким Хэиль подходит ближе с улыбкой на лице. Чонгук паникует, потому что…       — О, так это и есть ты? — спрашивает старший, пока Гук отчаянно пытается придумать, как свалить домой.       — Вы типа уже знакомы? — усмехаясь, бросает Тэхён, расставляя на столе тарелки. Чонгук бегает взглядом от одного альфы к другому и собирается уже сбежать через окно в случае чего.       — А, он вроде тебе посылку приносил, — отзывается Хэиль, получая недоумённый взгляд Тэхёна, который тут же оборачивается к Гуку. А омега язык проглатывает и хлопает глазками.       — Ты мне не говорил, что ещё курьером работаешь, — недовольно говорит Ким младший и уже садится за стол напротив Чона. Хэиль садится рядом со своим сыном и начинает есть. А омега сидит и просто не знает куда деть руки.       — Ну… Было немного свободного времени, — нервно оправдывается Чонгук. — Может сделать вам чай? — он тут же подскакивает со стула и спешит обойти стол, чтобы подойти к чайнику, но его резко за запястье хватает Хэиль, останавливая. Он бросает взгляд вниз на руку омеги, после чего на Тэхёна.       — Я сам сделаю, садись за стол, ты же гость, — говорит альфа, вставая со своего места. Чонгук поджимает губы и садится обратно на стул, думая, как бы уйти отсюда, потому что неловко.       — Тэхён, а где тут уборная? — спрашивает Гук, чтобы немного развеять свои страхи и эту панику.       — Вон та дверь, — он показывает прямо, поэтому Чонгук быстренько покидает кухню. Снимает маску возле раковины и умывается, потому что жарко в такой атмосфере и ужасно неловко.       Он надевает маску на лицо как раз в тот момент, когда дверь ванной резко открывается. Тэхён подходит к нему с хмурым выражением лица.       — Что-то не так? — спрашивает Чон, отходя чуть дальше к стене.       — Да, всё не так, дай руку, — старший протягивает свою ладонь, поэтому омега недоверчиво вкладывает свои пальцы в неё, не особо понимая, что от него сейчас хотят.       Тэхён слегка прижимает парня к стене, фиксируя своим коленом между его ног и наклоняется ближе к уху. Чонгук замирает, ему эта ситуация не нравится вообще. И пока он думает над тем, что как-то это неправильно, Ким поднимает руку младшего выше, задирая рукав толстовки.       Чонгук возмущённо отдергивает свою руку, пытаясь спрятать синяки на запястье. Тэхён же бросает на него злой взгляд, прежде чем насильно стащить с парня толстовку.       — Отдай, пожалуйста, — просит Чонгук, протягивая свою руку вперёд за своей вещью. Тэхён, кажется, выпадает из мира сего. У него такой ошарашенный вид, будто он видит, как кто-то умирает. Он с ужасом в глазах отшатывается назад и хлопает ртом, как рыба на суше.       Чонгук с отчаяньем вздыхает, прекрасно понимая, что всё раскрылось. У него полно на теле синяков, царапин и повреждений, которые при обычном падении не получишь. Поэтому он молчит и опускает голову вниз. Тэхён вновь подходит, уже сдергивая чужую маску. Чонгук пытается забрать одежду, но терпит неудачу, когда старший откидывает её к другой стене. Он ставит свои руки по обе стороны от омеги и смотрит в глаза.       — Кто это сделал? — не спрашивает, а требует дать ответ парень, из-за чего Чонгук прикусывает нижнюю губу и упирается в чужую грудь своими ладошками. Ему как минимум страшно, что будет дальше.       — Никто, Тэхён… Можешь отпустить меня? Мне домой нужно… Пожалуйста, — он говорит шёпотом, будто в помещении находится ещё десяток людей. Тэхён с нечитаемым лицом отходит от него и подаёт обратно одежду, поэтому Гук быстро накидывает на тело толстовку и на лицо маску.       Они молча выходят из дома Тэхёна, тот открывает машину и ждёт, пока младший сядет в неё. Чонгук слушается и занимает пассажирское место, Тэхён быстро заводит машину. Через пару минут они уже едут по почти пустой дороге.       — Я расскажу чуть позже, Тэхён, не злись, пожалуйста… — тихо проговаривает Чонгук, пытаясь не заплакать в этот момент.       Он отворачивается от альфы и смотрит в окно, пока они не подъезжают к знакомой остановке. Чон коротко прощается с Тэхёном и ждёт, когда тот уедет, чтобы пойти к себе домой. Потом идёт по пустынной улице, снимая свою маску с лица, тут уже его никто не увидит, устало потирает свою голову и зевает, потому что хочется спать.       Дома света нет, однако его вновь встречает отец с криками. Чонгук прикрывает глаза, прислоняясь спиной к стене на рефлексе.       — Где ты был?! Неблагодарный! — кричит старший, ударяя кулаком по лицу. Чонгук терпит и стойко не двигается, возможно, сегодня его всё же отец убьёт, тогда станет намного проще. Он устал от всего, да и всё объяснять Тэхену совершенно не хочется. Проще попросту закончить жить и прекратить мучаться на этом белом свете.       Он прикрывает глаза и принимает ещё один удар, третьего он не чувствует, поэтому в удивлении открывает глаза. Тэхён стоит рядом, задерживая руку отца своей. Чонгук замирает, ощущая себя так паршиво, как никогда ещё не ощущал. Ким попросту замахивается на отца кулаком и ударяет его, и тот падает на пол. Он поворачивается к Чонгуку и проверяет в порядке ли он. Омега сейчас как в прострации, не понимает, что происходит и что нужно делать.       А Тэхён берёт парнишку за руку и тащит за собой к машине, усаживает вновь на сиденье и выезжает на дорогу. Чонгук молчит и бегает взглядом по машине, пытаясь сконцентрироваться чтобы не плакать.       — Почему ты мне не рассказал сразу? — слышится недовольный голос Тэхёна, который всё ещё смотрит вперёд, на дорогу. Чонгук весь сжимается, накидывая на себя капюшон. Он чувствует себя сейчас запуганным ребёнком, которого ругает его родитель.       — Разве это бы что-то изменило? А, ну да, твоё отношение ко мне? — спрашивает Гук тихо. Дотрагивается рукавом до разбитой губы, убирая оттуда кровь, которая никак не останавливается.       — Причём тут моё отношение к тебе?! — он повышает голос и останавливает машину на обочине, разворачиваясь к омеге уже лицом.       — А разве не при чём? — его глаза блестят из-за слёз, которые скапливаются, однако не выходят наружу. Он сдерживается как может, лишь бы сейчас не зареветь при Тэхёне, который смотрит как-то с осуждением и беспокойством.       — Чонгук, почему ты думаешь, что мне похер на тебя? Почему ты думаешь, что рассказать мне правду о своём положении — это унизительно?! Да почему ты попросту не обратился, блять, в полицию?! — старший также чуть ли не кричит на омегу, который не смотрит на него, лишь вниз, прикрывая лицо капюшоном. Ему сейчас не до выяснения отношений. Да и объяснять всё слишком сложно для парня, который в этой жизни ничего хорошего почти не видел. Он молчит и не отвечает по причине того, что не знает, что сказать. Тэхён зло открывает дверь и выходит на пару минут, чтобы успокоиться. Возвращается он уже более сдержанным, заводит машину и вновь выезжает на дорогу.       Чонгук чувствует, как глаза закрываются и он засыпает. Может из-за переживаний и стресса, а может просто уже поздновато.

***

      Тэхён очень зол, но старается успокоиться всю дорогу до своего дома. Он столько времени не знал, что Чонгука избивают дома. Он же мог уже давно решить эту проблему и сделать так, чтобы младший больше не страдал. Но всё получилось так, как получилось. В частности из-за того, что Чонгук не рассказал ему об этой тайне.       Тэхён останавливает машину возле дома и бросает взгляд на затихшего парнишку, уже собираясь оповестить, что пора выходить. Однако передумывает, замечая, что тот спит.       И сердце у Кима сжимается и болит от уставшего вида парня: на лице полно ссадин и синяков, губы кровоточат, а сам он спит как-то тревожно.       Теперь он понимает, почему тот наотрез отказывался снимать с себя маску.       Понимает, почему тот всегда завязывал ему глаза, прежде чем открыть лицо.       Понимает, почему довериться тот не мог, вечно искал подвох в его словах.       Понимает, почему пошёл в тот бордель и переспал с ним.       Тэхён лишь не понимает одно: почему Чонгук столько времени терпел все издевательства? Ведь есть полиция, есть друзья или знакомые. Да просто даже к соседям можно обратиться за помощью. Но Чонгук почему-то просто терпел всё и продолжал делать вид, что всё нормально. Тэхёну от этого понимания плохо.       Когда Чонгук пропал на два дня, то Ким вовсе потерял счёт времени, пока искал его по всем ближайшим улицам. Заходил множество раз в кафе, чтобы спросить, не пришёл ли тот. В один момент он встретил парня, на вид — школьника. Он странно на него покосился, потом попросил отойти чуть дальше для важного разговора.       Тэхён не стал противиться, поэтому они отошли за здание кафе. Тот парень представился другом Чонгука по имени Чимин. А потом сказал, чтобы Тэхён срочно забрал Чона к себе жить. Тот не объяснил причину и не стал отвечать на вопросы старшего, после чего свалил оттуда. Ким остался с каким-то осадком и тревогой на душе, предчувствуя, что что-то здесь не так.       Последней каплей терпения стали слова отца, когда омега пошёл в уборную: «Тэхён, я, возможно, ошибаюсь, но на руках твоего омеги синяки, надеюсь, это не ты перестарался со своими играми».       И после этого Тэхён сложил два плюс два, получив три, потому что до четырёх не всё складывалось. Он не хотел быть грубым с Чоном, но пришлось, чтобы узнать правду.       Еще пришлось проследить за ним до его дома, пока тот не видел. И пришлось ударить отца омеги. Хотя нет, Тэхёну не пришлось, он просто захотел это сделать, увидев такую невесёлую картину перед глазами.       И сейчас он откидывает голову на сиденье и смотрит изучающим взглядом на своего омегу. Да, теперь это его омега, он больше не позволит тому страдать и мучаться. И пусть тот будет против — Тэхён сделает всё равно по-своему.       Он выходит тихо из машины, открывает дверцу со стороны младшего и берёт аккуратно того на руки. Чонгук хмурится во сне и чуть ли не просыпается, однако укладывает свою голову на плечо старшего, обратно засыпая. Тэхён держит одну руку под его коленями, а другую на спине, чтобы было удобнее. Он осторожно открывает дверь в доме, поднимаясь с Чонгуком на второй этаж, где укладывает омегу на свою кровать. Потом укрывает одеялом и выключает свет, прежде чем выйти из комнаты.       Он набирает номер Юнги, который почти сразу отвечает. А Тэхён наливает себе немного виски в стакан и отпивает.       — Юнги, у меня есть одно дело к тебе, — проговаривает альфа, облизывая губы, — Твои люди смогут навести справки об одной семье? Я напишу тебе смс с адресом дома и их фамилией.       — Да, а кто это? — удивлённо тянет друг.       — Я потом всё объясню, просто помоги сейчас, — просит Ким со вздохом.       — Ладно, пришлю к утру результат, — обещает Мин, завершая вызов. Тэхён пишет смс ему с фамилией Чон и адресом, который успел запомнить.       Он хотя бы так немного сможет понять этих людей, раз Чонгук рассказывать что-то отказывается. Хэиль подходит к нему сзади, хлопая того по голове своей ладошкой.       — Ну отец, — хнычет негромко Тэхён, боясь разбудить Гука, хотя они и на первом этаже.       — Ты привёз сюда вновь того парня, — замечает старший, отпивая из чужого стакана виски и улыбаясь с обиженного взгляда сына.       — Да, пап, — он вздыхает, — я собираюсь его тут оставить… Ну типа. Блять…       — Хочешь с ним здесь жить? — помогает со словами отец. — А ты его спросил?       — Не буду я его спрашивать, сам виноват, — хмурится Тэхён и слышит смех Хэиля.       — Нет, сын мой, так отношения не строятся, — по-деловому тянет отец, — нужно как минимум спрашивать его о своих решениях и принимать их вместе, чтобы отношения сохранились надолго. Поэтому завтра спроси его, а если откажется, то можешь уговорить. Но не ставь условие перед ним, он тоже человек с чувствами и гордостью, понимаешь?       Тэхён понимающе кивает головой и благодарит родного человека за совет. Потом они ещё немного сидят, и отец заявляет, что сегодня ночью уже улетает в другую страну на несколько месяцев заключать очередную сделку. Тэхён просит быть аккуратным, после чего провожает его до такси.       Ложится рядом с Чонгуком и закрывает глаза, потому что ладно, завтра всё изменится. Он уверен.       Утром он просыпается и видит огромные глаза Чонгука, который кажется зависает в одном положении. Тэхён хихикает и садится.       — Доброе утро, как спалось? — спрашивает альфа, пока Чонгук всё так же лежит и не двигается.       — Почему мы спали вместе? — спрашивает вместо ответа младший.       — Потому что ты уснул в машине, — пожимает Ким плечами. — Вставай и пойдём завтракать.       — Подожди, Тэхён… — он заторможено хлопает глазами и подвисает на месте, пока старший смотрит на него с интересом, — я… — его голос хрипит, поэтому он пытается прокашляться.       — Я тебе дам одежду, поэтому сходи в ванную, дверь прямо по коридору. Нам нужно заехать в одно место, — перебивает его Тэхён и кладёт на кровать свои вещи, после чего выходит из комнаты и плетётся в кухню. Готовить он не шибко умеет, максимум яичница или омлет. Поэтому его выбор падает как раз на второе.       Он аккуратно выкладывает готовую еду на тарелки в тот момент, когда Чонгук заходит в кухню. Блять. Он в одежде Тэхёна почти что утопает, а с тёмных волос стекает кое-где вода по шее. Футболка, в два раза больше его самого, сидит на нём в данный момент так идеально в глазах Тэхёна, что он почти что готов молиться на его образ.       Однако портит всё — сам вид парнишки, который как-то измученно прикусывает разбитую нижнюю губу и топчется на месте, пытаясь прикрыть шортами ноги ниже. И Тэхён так понимает, что тот не стесняется своего внешнего вида, он стесняется сейчас предстать на глазах Кима с синяками по всему телу. А может он и ошибается.       — Тэхён, я… — вновь начинает омега.       — Садись завтракать, — вновь прерывает Тэхён, бросая на него взгляд. Потом наливает чай и садится за стол.       Чонгук так и стоит на месте с опущенной головой. Он сейчас похож на нашкодившего ребёнка, который боится попросить прощение у своих родных. Однако Тэхён мысленно даёт себе подзатыльник: у Чонгука нет таких родных. Он успел за это время прочитать уже сообщение Юнги с информацией, которую вчера просил, и уже успел проанализировать её. Правда, это провал, потому что настоящую причину всего этого Ким так и не может найти.       Он начинает молча есть, пытаясь не давить на младшего, тот ведь не обязан ему рассказывать всю свою подноготную… Хотя очень хочется, до скрежета зубов хочется.       Хочется прижать его к кровати и долго целовать каждую рану, каждый синяк и каждый шрам.       Хочется забрать всю его боль себе и ходить полностью побитым около года, лишь бы сейчас не видеть этого парня в таком состоянии.       Хочется прижать его к себе и долго валяться в кровати, спрашивая всякую чушь, лишь бы тот не замолкал и продолжал говорить своим бархатным голосом.       Хочется укрыть его от всего жестокого мира и защищать всю оставшуюся жизнь, не отходя от этого чуда ни на шаг.       Хочется прямо сейчас не быть таким холодным придурком и не строить из себя крепость, просто подойти и утонуть в его необычайных чёрных глазах.       В глазах, которые напоминают ему все планеты, звёзды, да и галактику в целом.       В глазах, в которых сейчас не плещется счастье, а разлито глубокое море, изо дня в день набирающее влагу и проливающее драгоценные слёзы по красивому лицу.       Тэхёну от этого противоречия выть хочется. Он прикрывает глаза и вздыхает, позволяя безумному чувству руководить им.       Поэтому в этот момент он уже обнимает Чонгука, окольцовывая его талию руками и вдыхая его запах возле шеи. Он сходит с ума из-за этого парня. Ему безумно не хватает его участия в своей жизни. Он мечтает закрыть этого омегу у себя в комнате и днями и ночами напролёт сидеть с ним, читая сказки. И пусть он не любит читать, и пусть он никогда не украдёт Чонгука, и пусть он не скажет сейчас главные слова, главное, что омега сам обнимает его в ответ, укладывая своё личико на плечо альфы.       Они молчат и просто стоят в таком положении продолжительное время, пока не раздаётся мелодия звонка телефона Тэхёна, он нехотя отстраняется от тепла и с недовольством отвечает на звонок.       — Тэхён, тебя тут отчислять с универа собираются, если ты сейчас не придёшь сюда. — слышится голос одногруппника, на что Ким тяжко вздыхает. У него на сегодня были другие планы…       Он обращает внимание вновь на Чонгука, потом отвечает короткое: «Я скоро буду», после чего сбрасывает вызов.       — Завтрак, — тут же хмыкает альфа, кивая на стол требовательным взглядом. Чонгук мнётся, но слушается, правда голову так и не поднимает, аккуратно начиная есть.       — Чонгук, — зовёт старший, но тот молчит и не отзывается, — посмотри на меня, — требует Ким, на что ему просто кивают, но голову не поднимают. — Разговор оставим тогда на вечер, раз ты не хочешь подавать свой голос, — заключает Тэхён, отпивая из кружки залпом чай, а хотелось бы что-то покрепче, потому что с Чонгуком сложно.       — Мне нужно на работу, поэтому я… — начинает омега всё же хриплым голосом, но его останавливает пронзительный взгляд старшего.       — Сегодня у нас другие планы, и ты не пойдёшь на работу в таком состоянии, ясно? — выгибает бровь Тэхён, на что ему еле видно машут головой. Они завтракают в тишине, правда свою порцию Чонгук так и не доедает. На это Ким поджимает губы и надеется, что тот начнёт нормально питаться.       Потом он даёт ему свою теплую одежду и требует переодеться. Чонгук молча повинуется и вскоре стоит на крыльце дома в тёплой толстовке сиреневого цвета, в черных брюках и кроссовках. Всё портит вновь надетая маска, скрывающая его лицо. Но Тэхён на это ничего не говорит и просит сесть в машину.       До университета они доезжают быстро и без разговоров, а Чонгук и вовсе не задаёт никаких вопросов, будто боится за них получить от Тэхёна. Ким выходит из машины, обходит её и открывает дверь младшему, на что тот быстро выскакивает всё ещё молча и беспрекословно.       Тэхён такому поведению парня немного пугается, тот хоть и был раньше тихим, однако хотя бы спорил и что-то говорил, пытаясь настоять на своём. А сейчас Чонгук вовсе будто в своём мире…       Они заходят оба в университет, где один из преподавателей начинает ругать Тэхёна, а ещё начинает говорить, чтобы тот остался на все последующие лекции. Тэхён смотрит на Чонгука, переводит взгляд на учителя и делает вывод. В данный момент у него другие планы, и он отменять их точно не будет, даже не просите.       Он берёт за руку младшего и ведёт его к машине. Тот молча слушается, правда с беспокойством потом оглядывает здание перед собой. Больница.       Тэхён не мог не отвезти парня провериться на повреждения. Мало ли как сильно того избили, раз его не было целых два дня видно. Поэтому он приводит его в кабинет врача, требуя проверить омегу на раны и синяки.       — Тэхён, не нужно, я… — начинает младший.       — Чонгук, ты не в порядке, перестань себя обманывать этим и просто проверься у врачей, — ласково проговаривает Ким, кивая в сторону медсестры. Чонгук вздыхает и слушается.       Вскоре в коридор выходит сам врач, что осматривал Гука, пока омега сидит также в кабинете.       — Ваш омега почти в полном порядке, за исключением некоторых моментов, — негромко говорит мужчина, — раны на теле заживут со временем, растяжение руки можно вылечить спустя неделю, лицо тоже будет, как и прежде, таким же красивым… Правда, у него так и никогда не было течки, в его возрасте это довольно плохое следствие…       — Почему её не было? — спрашивает Тэхён. — У омег же первая должна быть вроде в лет 14-15…       — Да, в этом и проблема, ему уже 18, но этого процесса пока ещё не было… Есть пару причин, по которым её может не быть… Возможно, он долго формируется, как омега из-за своего запаха. Возможно, это следствие по генам, наследственное… Ну и… стресс… Если парня долгое время, например, запугивали или же ругали, били… То это отражается на его психике…       Тэхён поджимает губы и понимает, почему течки у Гука так и не было, но говорить что-то врачу не собирается. Дожидается, пока Чонгук выйдет из кабинета, после чего уводит его на улицу мимо машины в парк. Они идут в тишине, но держатся за руки.       Тэхёну так сильно давит что-то в груди, что он попросту чуть ли не задыхается, бросая на младшего быстрые взгляды. Ему хочется подарить омеге весь мир, положить к его ногам всю вселенную и заставить улыбаться точно так же, как тогда в горах. И если нужно, пройти этап под названием «недоверие», то он беспрекословно согласен с этим, ведь…       Тэхён любит Чонгука.       Тэхён готов на всё ради Чонгука.       Тэхёну хватило всего одного взгляда на Чонгука, чтобы понять, что этот омега — его судьба, его жизнь.       Из размышлений альфу выбивает сам Чонгук, останавливаясь возле лавочки. Ким молча понимает его просьбу и садится рядом с ним. Оба молчат, и эта тишина немного раздражает, потому что нереально хочется что-то сказать, правда Тэ не знает что.       — Я боялся, что ты будешь меня презирать из-за моей семьи, — вдруг заговаривает негромко Чонгук, — и нет, я не дурак… Просто. Вся моя жизнь такая: ты начинаешь с кем-то общаться, а после того, как они узнают, что ты бедный, то прекращают даже разговаривать, после ещё и ненавидят, — парень протирает уставшие глаза и вздыхает. — Я пытался рассказать тебе, правда… Точнее откладывал это в долгий ящик, хотел всё объяснить, когда накоплю на комнату… Но… потом деньги отобрали и… В общем, ничего не получилось, — на этих словах голос парня дрожит. — Извини, что так вышло и… спасибо за то, что был это время рядом, мне правда никогда не было так радостно… Ты заменил мне за эти недолгие дни целую семью и комфортный дом.       — Говоришь так, будто прощаешься со мной, — фыркает Тэхён. Ещё чуть-чуть и он заноет, даже не думая, что он альфа, который вообще-то плакать не должен.       — Возможно, я устал, Тэхён, я пытался экономить, работал на износ, врал всем вокруг, чтобы накопить на своё будущее, но не получилось… Возможно, это знак, что я никогда не смогу жить, как все обычные люди, — на этих словах он всхлипывает, поэтому Ким не выдерживает и притягивает парня к себе, обнимая. Чонгук утыкается ему в шею и мелко дрожит, пока старший аккуратно проводит по его волосам…       — Чонгук, знаешь, мой отец сказал, что я ни в коем случае не должен тебя принуждать к чему-то, — проговаривает Тэхён, прикрывая свои глаза, — но если ты не согласишься, то я попросту не смогу выполнить его просьбу.       — К чему принуждать? — слышится тихое у его плеча.       — Хочу предложить переехать ко мне, — на этих словах Чонгук резко отстраняется, вытирая слёзы с красных глаз.       — Нет, Тэхён, это неправильно… Тем более.       — Тем более что? — перебивает Ким. — Чонгук, мы с тобой вроде как встречаемся…       — Встречаемся? — перебивает младший с изумлением в глазах.       — А… Так я тебе не предложил? — удивляется Тэхён и задумывается. — Будешь моим омегой? — и улыбается.       — Разве так делают такие важные заявления? — недовольно фыркает парень. — Я не согласен.       — Но жить ты всё равно будешь у меня, я не отпущу тебя обратно, даже не проси, — наказывает Тэхён…