Non essere triste

       Виктория красивым почерком старательно подписывала каждое пригласительное для гостей на их с Дамиано свадьбу:

«Дорогие мама и папа! 17 ноября в нашей жизни состоится торжественное и знаменательное событие – день нашей свадьбы. Мы от всего сердца желаем и просим Вас провести этот незабываемый день вместе с нами. Венчание состоится в 14:30 в Миланском соборе. Дамиано и Виктория»

Её сердце трепетало и ликовало каждый раз, когда она писала пригласительные и запечатывала в небольшие белые конверты с позолоченной каёмочкой. Уже через неделю их венчание, а она по-прежнему к нему не готова. Или ей так казалось. Последние несколько недель они с Дамиано словно отделились от всего мира, закрывшись в его квартире. Подготовка к венчанию занимала огромную часть времени и сил, но вся эта странная и неожиданная совершенно суета только радовала их, объединяла и дополняла. Собрав стопку конвертов, связала их атласной лентой и отнесла в прихожую, где положила на комод, чтобы завтра при выходе из квартиры не забыть забрать. Дамиано на кухне готовил ужин и параллельно смотрел сериал, активно комментируя некоторые моменты. Виктория умилялась им, а в некоторые моменты даже смеялась с того, насколько эмоционально он погружался в мир героев. Берет пачку сигарет с барной стойки и сев на стул, достает одну и поджигает зажигалкой. Выдыхает дым, провожая глазами розовый закат в окне. Для ноября стояла просто восхитительная погода: было в меру прохладно, дожди почти не посещали Милан и можно было со спокойной душой выйти на прогулку поздним вечером или даже ночью. — Вик, я хотел с тобой серьёзно поговорить. — Поставив сериал на паузу, закрывает ноутбук и подходит к барной стойке, за которой расположилась Виктория. — Ну давай поговорим. — Стряхивает пепел в белую, мраморную пепельницу, разглядывая уставшее и потное лицо Дамиано. Оно было строгим, значит разговор действительно будет очень серьёзным. — Я бы хотел, чтобы ты бросила курить. И чем раньше, тем лучше. Поэтому давай начнем прямо сейчас? — Отбирает у неё из пальчиков наполовину скуренную сигарету и делает затяжку, ощущая на фильтре сладкий вкус её губ. — Если ты хотел сигарету взять, то так бы и сказал. Я бы прикурила для тебя новую. — Достает из пачки ещё одну, но Дамиано выхватывает её вместе с пачкой. — Эй, отдай. Я не собираюсь бросать курить. — А я тебя не спрашивал собираешься ты или нет. Я сказал, что ты бросаешь курить. — Дамиано, не зли меня. Ты прекрасно знаешь как я ненавижу, когда меня контролируют или что-то запрещают. Я начну делать это назло. — Я хочу, чтобы у нас родились здоровые дети. А твоё курение пагубно влияет на это. Поэтому хватит. — Какие дети?! — Прыснула она от смеха, вскакивая со стула. Тянется через барную стойку за пачкой, которую Дамиано прячет в кухонном шкафу. — Я не собираюсь сейчас рожать детей. Нужно время, нужно пожить для себя. — Я не спорю. Как раз к тому времени ты окончательно бросишь курить. — Ты идиот, Дамиано. Во-первых, ничего я бросать не буду. Во-вторых, и курящие могут родить здоровых детей. В-третьих, твоё курение тоже негативно сказывается на здоровье наших будущих детей. А в-четвертых… я вообще тогда сегодня переночую у себя дома. Не буду тебе мешать своими сигаретами. Блондинка выбегает из кухни в спальню, где берет с полки теплый кардиган. Дамиано остановил её у дверей, грубо перекинув через плечо. Пока она вырывалась и кричала ему разного рода оскорбления, маты и угрозы, он спокойно выслушивал. Кладёт её на кровать в спальне, закрывая девушку своим телом. Расстегивает большие пуговицы крупной вязки кардигана, запускает руки под майку и гладит её тело, соблазнительно глядя в глаза. Виктория все ещё возмущалась, но уже меньше, когда он уперся пахом у неё между ног и сжал ладонями грудь, припадая к губам. Страстно целует её, двигая тазом вперед, имитируя секс. Увлажняет поцелуй слюнями, все глубже и глубже вдавливая блондинку в матрас. Она обнимает его, блуждая руками по голой спине. Когда Дамиано понял, что девушка успокоилась, то убрал руки, закончил поцелуй, встал и пошел раскладывать горячий ужин по тарелкам. Ошарашенная и возбужденная Виктория лежала на кровати, не понимая как ему удалось её остановить и заткнуть. Поправляет прическу с одеждой и возвращается на кухню. На столе стояли большие тарелки с ужином и два бокала с белым вином. Глядя на него, ей стало нехорошо. К горлу подступила тошнота, но Виктория не подав виду, села за стол по приглашению Дамиано. Это все наверняка было слишком вкусно, но блондинка была совершенно не голодна, поэтому переборов ужасную тошноту, взяла в руку бокал с вином и чуть-чуть отпила. Дамиано уже начал быстро уплетать ужин, расхваливая себя за «божественную готовку». Как только алкоголь попадает в её желудок, смешиваясь с соком, блондинку перекореживает. Тошнота усилилась, и девушка схватилась за голову, которая начала безумно болеть и кружиться. Уши заложило, а во рту стояло отвратительное послевкусие. Тело вспотело, было тяжело дышать. Как только Дамиано протянул руку Виктории и спросил что случилось, она закрыла рот ладонью и убежала в ванную, едва сдерживая приступы тошноты. Её буквально выворачивало наизнанку. Она держалась за ободок унитаза, бессильно освобождая желудок. Выдыхает, когда все заканчивается. У неё даже не было сил, чтобы подняться и умыть лицо. Зашёл Дамиано, обнаруживая бледную Викторию, сидящую у ванной, поджав колени. На ней не было лица, а в комнате стоял отвратительный запах. Помогает ей подняться, открывает кран с холодной водой и умывает её своей рукой. Затем относит на диван в гостиной. — Что с тобой, Вик? — Дамиано сел на край рядом с девушкой, хватая её ладонь в свои руки и целуя. — Я не знаю. Мне что-то нехорошо стало. Я даже не ожидала, что… — Может, ты отравилась? — Не знаю, может быть. Или переволновалась, у меня иногда такое бывает. — Тебе принести ужин? Или может какие-нибудь таблетки найти? — Я не хочу есть. — Облизывает пересохшие губы с шоком вспоминая как её рвало. — Иди поужинай и пойдём спать. Я себя ужасно чувствую. Все тело покрыл озноб, тянуло в сон. Дамиано послушался Викторию и вернулся на кухню, чтобы доесть ужин. Однако когда он уже вернулся к девушке, она крепко спала, распластавшись по всему дивану.

***

Пока Дамиано пропадал на работе, Виктория доделывала мелкие дела по поводу их венчания. На сегодня было запланировано много дел. Сначала нужно было разослать всем пригласительные, поэтому она ехала сейчас в такси на другой конец города, чтобы успеть до перерыва. Конечно, рассылать пригласительные по почте – явно прошлый век. Но им так нравилось следовать старым традициям, а идея с пригласительными в конвертах и вовсе казалась им безумно романтичным и красивым жестом, нежели бездушная смска по телефону. Виктория отдала таксисту несколько евро и вышла из машины. К сожалению, как бы она не торопилась, успеть до перерыва ей не удалось. Поэтому пришлось ждать на улице. Пока она думала как бы ей успеть в ателье, чтобы забрать запонки для Дамиано и нижнее белье на заказ для себя, вытащила из кармана пальто пачку сигарет, которую в тайне от него украла из ящика. Зажигает сигарету, расслабленно выдыхая белый дым. Курение действительно помогало ей успокаивать бушующие нервы. Рядом с Викторией останавливается старушка низкого роста. Долго и тщательно рассматривает табличку на двери, а потом обращается к блондинке с просьбой узнать время. — Восемь минут второго. — Вежливо отвечает она, рассматривая дисплей телефона. — Спасибо, милая. Это значит, нам тут ещё полчаса стоять. — Ага. — Ой, молодежь, все курите, курите, курите. Это же ведь какая нагрузка на организм. А вы ещё молодые, красивые… не бережете вы своё свое здоровье! Бросай, дочка, бросай, пока не поздно. — Виктория закатила глаза, выдыхая дым в другую сторону от старушки. — А тебе и подавно нельзя курить, ты беременная. — Что? Я не беременна. Вы ошиблись. — Ну что ж я не вижу что ли? Опыт имею. У меня восемь детей и тринадцать внуков, дочка. И всех сама воспитала. Они то вон, дети мои, все карьеру, да карьеру себе строят, а с детьми кто будет нянчиться? Вот и отдавали всех мне на воспитание. А я чего? Я люблю детей. С божьей помощью поднимаю их на ноги, ращу как собственных. Люблю до безумия. А они растут так быстро… вон младшенькому в следующую осень уже в школу идти. Совсем взрослые, детки мои. — Утирает платком слезы. Виктория выбрасывает сигарету и подходит к ней поближе с умилением разглядывая с какой любовью и тоской одновременно она говорила о детях. — Так что, бросай давай, бросай. Муж то есть у тебя? — Есть, есть. — Заулыбалась Виктория ещё сильнее, нащупывая живот и вспоминая Дамиано. — Ну вот, берегите друг друга, не ссорьтесь и беды все вместе преодолевайте. А детишек растите только в любви и никогда на них не ругайтесь. Они же ещё маленькие, только пробуют все в своей жизни. Мы же такими же росли, все на своих ошибках, все сами. Береги себя, дочурка. Ты вон какая красавица. И дочурка будет на тебя похожей. Вот увидишь и вспомнишь меня ещё. На глазах наворачивались слезы. Блондинка отвернулась в другую сторону, тихо хихикая. Старушка была такой милой и доброй. Действительно познала жизнь и воспитала много детей с искренней любовью, даже говорила о них с особой ноткой в голосе. Пока они ждали окончания обеда, Виктория все это время думала о том, что ей сказали. Пыталась представить внутри себя новую жизнь. Рисовала в своем воображении круглый живот и счастливого рядом Дамиано с толстым, золотым кольцом на безымянном пальце. Успела представить как гуляет во дворе с коляской, в которой спит её маленькая копия с папиным характером. Может быть, старушка действительно права? У блондинки сложилось впечатление будто она на самом деле уже беременна, просто не знала об этом. Отдав конверты, выходит на улицу и бежит в аптеку через дорогу. Ей срочно надо было купить тест на беременность, а иначе она просто сойдет с ума от собственных мыслей. Благодарит фармацевта, попутно набирая для швеи сообщение о том, что Виктория опоздает к ней «из-за пробок» (хотя интернет показывал крайне низкий уровень пробок в городе). Возвращается домой, с порога раздеваясь и читая инструкцию к тесту. Все выполняет, оставляет его в ванной и идёт на кухню, чтобы выпить стакан воды. В кармане зазвонил телефон. Это был Дамиано. — Привет. Ты где? — Привет. Домой забежала, скоро в ателье поеду. А ты где? Все хорошо? Во сколько будешь? — Да я в офисе у отца сижу, обсуждаем тут с ним одно дело. Они с мамой хотят пригласить нас на ужин сегодня в ресторан. Ты как на это смотришь? — Давайте поужинаем, почему бы и нет. — Ты до семи часов успеешь освободиться? — Да, должна. — Отлично, я тогда за тобой заеду. Будь готова. Все, мне надо работать. Занимайся своими делами, только будь осторожна. Люблю тебя. — И я тебя.