Останки

Пока Эдвард прикидывал, как бы аккуратно расспросить Боннета о возможностях корабля, оснастке, боевых запасах и картах ближайших вод в наличии, Стид благодушно выложил всё на чистом глазу, пока они перебирали немногое барахло Тича. ...Стид некогда был богатым наследником из семьи успешного купца и овдовевшей графини, имел жену с богатым приданным в виде земель, с которой они родили двоих чудесных здоровых детей... А потом его слегка переклинило и он решил рвануть в море, о чём мечтал с раннего детства. Вначале планировал путешествовать в качестве независимого исследователя, писать книги о различных местах и явлениях, и плавать вместе с семьёй - но его супруга упёрлась и напрочь отказалась, вот он и ушёл в море без оной, сбежав ночью тайком, и выбрав пиратство в качестве основной деятельности. Корабль спроектировал лучший мастер Барбадосса, с учётом, конечно, всех пожеланий заказчика, и построили в лучших доках Бриджтауна. Древесина - гондурасский махогани ("Вопиюще недооценённая порода!"), специально заказанные английский дуб и красное дерево; в хорошую погоду может спокойно брать свыше шестидесяти узлов благодаря обтекаемым обводам и неплохо справляется со штормами и бурями, хотя берёт крен вправо незнамо, почему ("Мистер Пуговка грешит на нижние реи главной мачты после первого шторма, ну, я не знаю"). Команду Стид набирал по принципу - "знакомый знакомого моего знакомого". Первым был знакомый мальчик-писарь - Люциус; на место старпома, по навету приятеля-торговца ушлого мальчишки, выбрал Пуговку - "старого морского волка, пусть и с причудами". Француза, бывшего на тот момент рабом у его приятеля по мужскому клубу, выкупил - конечно, предложил свободу, но парень сам вызвался выйти в море - большую часть жизни провёл на корабле, пока его не схватили пираты и не продали на человеческом рынке на Кубе ("Мальчик сказал, что было бы интересно для разнообразия поплавать пиратом, а не терпеть от них набеги"). Ушлый мальчонка привёл своего давнего знакомого - Чёрного Пита, а тот уже подтянул остальных засранцев, "бывалых морских разбойников". Олуванде и Джим ("Вообще, её зовут Бонифация, но она не любит это имя") напросились к ним при посещении Пиратской Республики, да так и остались членами экипажа. - Ох, простите, Эд, я заболтался... У меня что-то на лице? - чуть обеспокоенно спрашивает Стид, наконец прервав поток информации. - Что? Да нет, нормально всё с лицом, - да, Тич как-то совсем заслушался. - Просто вы так смотрите, будто я лицо сажей обмазал, как какой-нибудь папуас. - Нет-нет-нет, что вы... Простите, манеры дурные и привычки не лучше. Могу засматриваться, когда встречаю интересного человека. - "Интересного"? Боже правый, Эд, - Боннет аж расцвёл. - Вы же мне просто нагло льстите, сударь! Приятели, дети, супруга, знакомые, команда - все меня иначе как "тягомотным", "занудным" и "доставучим" не называли. А для вас, такого... величавого и статного моряка - "интересный". Вы просто хотите выведать мои секреты, верно, хитрый змей? - с восторгом догадывается блондин. "Так, блять," - да он же уже всё выложил... - Вообще, и не думал даже... Но у интересного джентльмена, наверное, и секреты интересные, - находится Эдвард. "Хитрый змей", ох, парень - зришь в корень. Стид подбирается, задумывается, чуть мня в руках цветистую рубашку Тича. Его любимую рубашку, вообще-то (да и единственную), Эд её надевает лишь по особым поводам - если в городе, где они остановились, праздник или фестиваль, или если намечается свидание с... интересным человеком. Так, надо бы ещё узнать про наличествующие карты. - А вы умеете хранить тайны, дорогой? - вдруг лукаво щурится Стид. - Да я надёжен, как рундук Дейви, приятель. - Тогда вставайте, покажу вам кое-то интересное...