Пропавшие без вести

— Это было просто… ахуенно! — возвестил Азазель, когда они все прыгнули в авто и Кроули нажал на педаль газа. Кастиэль сидел молча, стискивая в неразгибающихся пальцах свой рюкзак, набитый «майкой». Шок все еще не опустил, осознание, что он сделал нечто ужасное, затопляло, и Кастиэль пропускал мимо ушей восхищенные возгласы Азазеля.  — Ребят, давайте на Сайтхилл, у меня там конура, — возвестил Азазель, продолжая улюлюкать в открытое окно машины. Кроули согласно закивал, выворачивая руль, чтобы свернуть на пустующую улицу. Гадриил и Кастиэль сидели молча, глядя перед собой, точнее, это Кас глядел перед собой, Гейд же наблюдал, как за окном сменяются дом за домом. Он повернул голову от окна, смотря на четкий профиль своего подельника, а затем поднял руку и положил ему на колено.  — Ты как, дружище? — тихо поинтересовался он дружелюбным тоном. От его жеста Кастиэль вздрогнул, вырываясь из своих глубоких раздумий, в которых он без конца корил себя, намереваясь пойти в ближайший участок полиции и возвестить о том, что совершил ограбление.  — Н-нормально, — голос хрипел, но Кас, прокашлявшись, постарался выровнять его. Гейд понимающе поджал губы и убрал руку.  — Я в первый раз тоже нервничал, — поделился он тихо, так, чтобы никто не услышал. — Совесть грызла и все такое… Я даже чуть копам не сдался. — Он говорил с очаровательным южным акцентом, такой, какой обычно был в Техасе или Нью-Мексико. Кастиэль криво усмехнулся, скосив на него взгляд.  — А потом что? — поинтересовался он. Гадриил сверкнул своими светло-голубыми глазами в свете ночных фонарей.  — А потом как-то забылось.  — И давно ты так? Ну, промышляешь этим? — спросил Кас. Он все еще глядел в миловидное лицо своего компаньона.  — Это уже четвертый раз. Я пару раз ходил на один супермаркет и один раз на аптеку, — откровенно поделился Гадриил. Каса поразила его честность. На его месте он бы ни за что не рассказал, что когда-то грабил. — Просто не зацикливайся на этом, приятель. Поверь, тебе же будет лучше. Это сейчас ты тут куксишься, жалеешь, хочешь все рассказать копам и очистить свою совесть, да? Но, парень, когда тебя нахрен посадят в какую-нибудь тюрягу к потным озабоченным неграм с ВОТ ТАКИМИ херами, тогда ты поймешь, что бля, лучше бы ты молчал. Потому что когда они будут ебать тебя во все дыры, ты сто раз пожалеешь о своей чистой совести. Кастиэль кивнул его словам и действительно прекратил думать о том, чтобы сдаться полиции. Они свернули на Сайтхилл, остановив машину неподалеку от крохотного дешевого магазина бытовой химии, которым заправляли иммигранты из Китая. Кроули тормознул неподалеку от переулка, а Азазель громко возвестил о том, что они приехали. Кас оторвал взгляд от своих рук, в которых мял лямки рюкзака, и вышел из машины. Их поприветствовал ветер и неприятный запах от ближайших контейнеров с отходами. Кроули потащил его в переулок, за контейнеры, и там оказалась небольшая дверца. Было темно, ужасно пахло, но Кас послушно шел за их командиром. Кроули привел их в тесную квартирку на первом этаже, за стенкой была какая-то прачечная, где все еще шумела стиральная машина. В квартирке была одна незаправленная койка, стол, заваленный каким-то хламом, старинный телевизор и дряхлый убогий диван. Азазель тут же плюхнулся на него, крякнув от твердости сиденья, и откинулся на грязную диванную спинку.  — Заводи шарманку, Кроу, — распорядился он, закидывая ноги прямо в грязных берцах на противоположный подлокотник дивана. — Кто-нибудь желает выпить? Гейд, ты вроде как любишь это дело? Гадриил ничего не ответил, лишь глянув в светло-карие, почти что желтые глаза парня. Но даже от этого немого посыла, ухмылка Азазеля никуда не делать, а лишь разрослась еще шире.  — А ты, Кас? — он кинул свой прожигающий взгляд в сторону молчавшего Кастиэля. Гадриил тоже посмотрел на него, проверяя, пришел ли он в себя и не нужно ли врезать Азазелю за его приставания. Кастиэль только покачал головой, возвещая, что в алкоголе не нуждается — ему нужно было нечто другое. Правда, Кас уже сомневался, что ему вообще это нужно. Рюкзак висел на его плече мертвым грузом, таща вниз, как камень на шее утопленника. В его руках было процентов сорок от всего количества украденного, не меньше, и эти цифры кружили голову. Гейд кивнул на кровать с грязным бельем, предлагая присесть. Кас кивнул и пристроился на самом краешке, опуская глаза в пыльный пол.  — Ну что, начнем наш банкет? — прогоготал Азазель, Кроули вторил ему, откупоривая бутылку с каким-то дешевым виски.  — Разделим клад или как? — предложил он, отпивая прямо из горлышка несколько больших глотков. Капельки виски побежали по его подбородку, смачивая однодневную щетину, и скрылись за воротом футболки.  — Давайте быстрей, — раздраженно поторопил Уриэль, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу около самого входа. Кроули посмотрел на него странным взглядом и хитро улыбнулся.  — А ты что, уже уходишь? Что же ты так, братец-медвежонок? — Кроули подошел к поддельнику и, надавив на его широкие плечи, усадил на хлипкий стул. Азазель тут же подскочил со своего насиженного места и подлетел к чернокожему соратнику, чтобы, пока Кроули хлопал того по плечу, налить ему стакан виски.  — Даже чаю не попьешь? — подхватил он, блестя своими невероятными желтыми глазами. Азазель выглядел лет на двадцать пять, может, даже моложе, со светлыми волосами соломенного оттенка, бледной, почти что мертвенно белой, чистой кожей, кругами под глазами, тонкими губами и ровным рядом зубов, которые он то и дело скалил в подобии улыбки. — Разве так поступают друзья, ну? — пропел Азазель, усаживаясь рядом. Кроули кивнул ему.  — Э-э-э… — Уриэль, кажется, совсем растерялся, глядя своими темными глазами на стакан с плещущимся на дне алкоголем. — Ладно, я… Но только ненадолго. Меня ждут, — проговорил он, напрягшись. Кастиэль нахмурился и переглянулся с Гадриилом. Тот пожал плечами — мол, да, а ты что хотел?  — У нас сегодня оживленная программа! — Кроули присел рядом с Азазелем, вальяжно раскинувшемся на стуле. — Правда, Ази?  — Разумеется, — он потянулся к внутреннему карману своей коричневой кожаной куртки и, порывшись там, выудил револьвер 44-го калибра. Он улыбнулся, крутя его в длинных бледных пальцах, чуть кривоватых, показывая, как корпус оружия блестит на свету. — Представь, из такого же крошки стрелял «Сын Сэма»*, — проговорил Азазель, приторно улыбаясь Уриэлю. Тот сглотнул, смотря на ствол.  — Невероятно, — процедил чернокожий сквозь зубы. — Но я все же пойду. Отдайте мою долю. Кастиэль инстинктивно сжал свой рюкзак. Уриэль приподнялся на стуле, собираясь уйти, но Азазель направил на него пушку, спустив предохранитель.  — Закрыл рот, грязный ниггер, и сел на место. Иначе твои мозги вытекут на пол. ПРЯМО СЕЙЧАС. Уриэль, побледнев, послушно сел. Кастиэль уставился во все глаза на усмехающегося Азазеля.  — Вот так-то! — обрадовался тот, но предохранитель не поставил. — Давайте веселиться! Они пили виски и коньяк, но Кас предпочитал совсем не напиваться, чтобы, в случае чего, можно было свалить отсюда куда подальше. Гейд успокоил его, предлагая просто не обращать внимания, однако Кастиэль то и дело поглядывал на пушку в руках Азазеля. Кроули подмигнул ему и подозвал к себе в уголок, держа в руках наполовину пустую бутылку виски. Кастиэль стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу, и смотрел в сторону побелевшего от страха Уриэля. Тот часто сглатывал, сжимая в руках края своей темной рубашки.  — В чем дело, Кроули? Он в доле, — Кас ткнул пальцем в ерзавшего чернокожего парня. — Скажи Азазелю, чтоб прекратил. Кроули легкомысленно усмехнулся.  — Брось, Касси, — уверяет он, отпивая еще глоток обжигающих виски, и голос его легок, беззаботен, чуть-чуть пьян. — Он нам ни к чему. Грохнем его и разделим выручку. Что скажешь? Не бойся, мы оставим его тут; уверяю, малыш, ближайшие несколько месяцев его не найдут. Ну, до того момента, как Азазелю не взбредет в голову притащить сюда кого-нибудь.  — Что?! — Кастиэль распахнул глаза, пораженно глядя на Кроули. — Мы так не договаривались! Речи об убийстве не шло!  — Хватит строить из себя монашку, ты УЖЕ нарушил закон, ты УЖЕ преступник, и, эй, это только начало! — раздраженно фыркнул парень. — Иди и потрахайся лучше, вон, смотри как Гейд на тебя смотрит. Ури, эту черную ниггерскую задницу, оставь мне.  — Гейд смотрит на меня как на друга. И не смей трогать Уриэля, он такого не заслуживает!  — ПФ! — высокомерно задрал нос Кроули. — Откуда ты знаешь, что он заслуживает? — Затем он вскинул руку и схватил ею Кастиэля, притягивая к себе. Он шепнул пропахшим алкоголем голосом: — А вздумаешь вякать — и тебя тут положим, рядом с ним. Можешь не сомневаться. Но перед этим я наконец-то трахну тебя в рот, крошка. Кас выпутался из его захвата, блестя ненавистью в глазах, и ушел обратно к кровати, чувствуя себя еще более неуютно. Когда они все уже опьянели, Азазель предложил пострелять по пустым бутылкам, расставленным в ряд перед стеной. Он пожал плечам на вопросительные взгляды Каса и Гейда, провел по тонким губам дулом револьвера, усмехаясь и обнажая ровные зубы.  — Никто ничего не скажет, не парьтесь, — пьяно заверил он, залпом осушая остатки своего коньяка. — Гейд, детка, хочешь первым? — он повертел на пальце револьвер. Гадриил поставил свой стакан и поднялся с места.  — Почему бы и нет? — холодно отозвался он. Подойдя к Азазелю, смотрящему на него снизу вверх, Гадриил взял в руки револьвер и прицелился на выставленные бутылки. Он попал в каждую, промахнувшись лишь раз, потому как прицел сбился из-за алкоголя. Кроули заулюлюкал и начал аплодировать вместе с Азазелем, а потом пнул Уриэля со всей дури в бедро, призывая присоединиться. Тот послушно захлопал в ладоши.  — Браво! Бис! — издевался Азазель. Они все уже выстрелили, кроме Уриэля — Кроули отказался давать ему оружие — поэтому оставалась очередь Кастиэля. Но тот лишь смочил губы языком, выпивая очередную порцию коньяка. Он сказал, что попробует попозже. А потом наступил момент, когда Кроули предложил вмазаться. Честно говоря, Кас и ждал и не ждал этого момента. Он и адски хотел его, но в то же время так старался оттянуть. Кроули достал морфин из рюкзака Гадриила, вынул из джинс свой ремень и выудил из небольшой тумбочки пару шприцов. Кастиэль сглотнул, смотря, как Кроули заправляет первый шприц, зрачки автоматически расширились. Кроули заметил это, усмехаясь, и передал шприц Азазелю. Тот взял его, затянул крепко свой ремень на предплечье, зажав кожаную полоску меж зубов, и ввел наркотик в вену. То же самое проделал Гадриил, но вот Уриэлю никак не давали подойти к рюкзаку и взять свою долю. Кроули навел на него револьвер, приказывая сидеть на месте, пока он не выпустил его кишки наружу.  — Тебе помочь, Кас, малыш? — усмехнулся Кроули, смотря на эмоции, мелькающие на лице Кастиэля. Тот сглотнул, во рту пересохло.  — Я… — постарался отказаться он, но руки уже начали мелко подрагивать от предвкушения. — Я…  — Не беспокойся об этом, — Кроули подошел, затянув ремень Кастиэлю на предплечье левой руки. — Давай, мы же друзья. И Кас, смотря на шприц в руке Кроули, позволил ему ввести в себя дозу. Потом он взял в руки пистолет, ощущая приятную сонливость, эйфорию и счастье, тепло. Он улыбался, смеялся, слабо стукаясь головой о противоположную стенку. Он выпустил пару пуль в бутылки, не сбив ни одной. А затем мозг окончательно перестал думать. * * * Кастиэль понял, что выбрался на улицу, буквально выполз, чувствуя под ладонями ледяной асфальт, покрытый тонким слоем снега; было холодно, его тошнило, усталость в мышцах валила на землю — он не мог подняться даже на ноги; сердце билось как сумасшедшее. Перед глазами темнело, в теле чувствовалась слабость, хотелось спать и пить. Кас выполз к бакам с мусором, упал на спину, глядя в звездное небо, чувствуя под щекой ледяной снег; он слабо хрипло дышал, стараясь приподняться, но все равно валился на спину, распластавшись по земле. Все ныло, болело, но Кастиэль этого не понимал. Он смотрел в небо расфокусированным взглядом сузившихся зрачков. Он чувствовал, что растворяется, медленно и верно, превращается в жижу, вот-вот растечется по переулку бесформенной массой. Хотелось блевать, но желудок был пуст. Кастиэль попытался встать на корточки и с помощью контейнеров зеленого цвета подняться на негнущиеся ноги, однако смог лишь приподняться на локте, а затем рухнуть вниз. Он ощущал, что вот-вот потеряет связь с реальным миром, все вокруг постепенно расплывалось перед глазами, Кас не мог сказать ни слова, не мог закричать, позвать на помощь. Он думал, что умрет. Где-то на подсознательном уровне он вдруг осознал, что все, это конец, он умирает, жизнь постепенно оставляет тело, улетая куда-то далеко-далеко, в рай морфина. Кастиэль боялся смерти, хоть и не до конца осознавал, что происходит; он пытался трепыхаться, но выходило вяло, неубедительно, руки и ноги сводили судороги.  — Дин… — просипел он посиневшими губами, изо рта повалил пар, растворяясь в ледяном ночном воздухе. — Дин… — Единственное, что вертелось на языке. Кожа побелела, из глаз брызнули слезы. Он умрет. Сейчас он умрет. Кастиэль еще ощущал эйфорию, тяжелую сонливость, усталость во всем теле, боль в мышцах. Он уже прекратил трепыхаться, будто бы смирившись со своей участью. Тело била крупная дрожь: от холода, от действия наркотиков. Вдруг до него, как сквозь толстый слой ваты, донесся скрип снега. Послышались шаги, а потом он почувствовал, как над ним кто-то склоняется. Он видел тень, закрывшую бледный свет фонаря.  — Эй? Эй? — его похлопали по щекам. Кастиэль не мог сфокусировать на человеке взгляд, качая головой из стороны в сторону по грязному асфальту, видя перед собой большие зеленые глаза некто, склонившегося над ним.  — Дин? — хрипло проговорил он. — Дин?  — Да, конечно, это я, — ответил поспешно человек. — Ты можешь встать? Слышишь меня?  — Дин, это я, Кастиэль… Я… — постарался сказать он, но не смог, начав задыхаться.  — Вот дерьмо, — проговорил Дин над его головой, после чего Кастиэль вконец провалился куда-то в пропасть. _____ * (1) — «Сын Сэма» — американский серийный убийца Дэвид Берковиц, также известный как «убийца 44-го калибра».