Определение неопределенного

      В полицейском управлении было шумно и суетно, по коридорам в разные стороны сновали спешащие офицеры. В начале десятого утра мы с Гилбертом сидели в крошечной переговорной и дожидались, когда придут Малдер и Майкл Филлипс. Мужчины опаздывали уже на 15 минут и лейтенант нетерпеливо постукивал ручкой по столу, нервно поглядывая на часы.       — Агент Скалли, ваш напарник случайно не обмолвился, куда он мог запропаститься? Да и Филлипсу такое поведение не свойственно. — раздражённо произнёс Гилберт.       В ответ я только отрицательно покачала головой. Малдер тихо ушёл из моей квартиры рано утром, пока я еще спала, оставив на столе записку, что собирается навестить Стрелков перед встречей рабочей группы.       Проснувшись одна я ощутила легкое разочарование и смятение. Хотя нам и раньше доводилось спать в одной кровати (а однажды мы даже были вынуждены делить один номер на двоих), меня никогда не смущало то, что он просыпался на рассвете и куда-то уходил. Вот только тогда мы были в командировке на задании, а гостиничный номер был просто местом, где можно переждать ночь и переодеться. Сон рядом с Малдером в собственной постели ощущался совершенно иначе: жар его тела, тихое сопение над ухом стало намного интимнее, почти сюрреалистично. Все утро я пыталась избавиться от ощущения покинутой любовницы, злясь на себя за это чувство.       Громкие голоса, доносившиеся из коридора вырвали меня из тягостных раздумий. Подняв взгляд на входную дверь я увидела застрявших в проходе Малдера и Майкла. Каждый мужчина держал в руках по картонной подставке для двух стаканов кофе навынос. Одновременно подойдя ко входу переговорной они несколько мгновений метались влево-вправо, пропуская друг друга. В итоге Малдер все-таки сделал шаг вперед и зашел первым, а за ним проследовал Майкл.       — Доброе утро, всем, — поздоровался Малдер, ставя один стаканчик с кофе передо мной и усаживаясь рядом.       — Извините за опоздание, пробки, — проговорил Майкл чуть растерянно. Его лицо на долю секунды омрачилось выражением досады, но затем мужчина натянуто улыбнулся и занял стул рядом с Гилбертом, предлагая ему второй стакан с напитком.       — Спасибо, дружище, — искренне обрадовался лейтенант, но затем перевёл взгляд на слишком уж довольного Малдера и нахмурившись произнёс, — Хмм… наконец все в сборе, давайте разберём, что мы имеем. Основной подозреваемый на сегодняшний день Чарльз Каллен, родился в Чикаго в 1971 году, получил степень бакалавра по психологии, успешно сдал экзамены Pre-med, но дальше учиться не продолжил и поступил в школу медсестёр. В Вашингтон переехал 2 года назад и почти сразу устроился в госпиталь Св. Елизаветы, живет недалеко от работы, близких контактов среди персонала не заводит.       — Что-нибудь известно про его личную жизнь? Жена, девушка, друзья, соседи? — уточнил Малдер, пододвигая ближе к себе фотографию Чарльза Каллена, взятую из личного дела.       Первое, что приходило на ум, глядя на молодого человека, — обычная, ничем не примечательная внешность. Темные волосы и кожа, карие глаза, даже губы, казалось, сливались с цветом лица. Внешность мужчины не выдавала никаких характерных особенностей. По фото невозможно было судить о телосложении и росте, пройдёшь мимо и не вспомнишь, что встречался с ним.       — Мистер Каллен не женат, про друзей ничего не известно, домовладелец тоже не смог вспомнить ничего плохого про него. Нигде не привлекался, даже штраф за неправильную парковку ему ни разу не выписывали. — Ответил лейтенант. — Если интересно мое мнение, не похож этот одинокий неудачник на хладнокровного убийцу.       — Пока все, что вы говорите как по учебнику Роберта Ресслера соответствует описанию серийного маньяка. — Возразил ему Малдер. — Ставлю двадцатку на то, что этот парень избегает психологические осмотры на медкомиссиях.       — Последний визит к штатному психологу был на предыдущем месте работы более трех лет назад, — подтвердила я слова напарника, перелистывая медицинскую карту Каллена.       — Ордер на обыск квартиры мистера Каллена я подготовил еще вчера, — подал голос Майкл.       — Тогда вы мистер Филлипс и лейтенант езжайте домой к подозреваемому, — подхватил Малдер, — а мы с агентом Скалли попытаем счастье в больнице и с главврачом еще раз побеседуем.       — Уверены, агент Малдер? — Спросил Майкл, разглядывая синяк на скуле напарника, — выглядите слегка помятым.       — Все в порядке, Филлипс, — заверил Малдер, криво ухмыльнувшись, — просто вечеринка-сюрприз вчера пошла не по плану.       Дверь в переговорную внезапно распахнулась и в комнату заглянул молодой офицер.       — Лейтенант Гилберт, только что поступило обращение из госпиталя Св. Елизаветы от Марты Харринсон. Вы велели срочно докладывать, если из больницы будут звонки.

***

      Состояние Марты сильно изменилось с момента нашей прошлой встречи. Она выглядела явно напуганной, кутаясь в цветастый плед, переводила взгляд с Малдера на своего лечащего врача и обратно.       — Доктор Груббер, вы могли бы выйти, пожалуйста? — Умоляюще проговорила женщина.       — Не думаю, что это необходимо, Марта. Вы можете мне доверять, — он выглядел растерянным и обеспокоенным одновременно.       — Всё в порядке, мы позовём вас, если что-то пойдёт не так, — заверила я врача. Он неохотно послушался и вышел за дверь.       — Теперь вы можете говорить, Марта? — спросил ее Малдер. — Вам снова приснился сон?       — Это был не сон, мистер Малдер. Он приходил!       — К вам приходил мужчина, называющий себя Хаба, Марта? — уточнила я.       — Это был призрак, мисс Скалли, — начала раздражаться Марта, — он говорил со мной, сказал, что даст мне то, что я хочу…. Но я не хочу, понимаете? Я НЕ ХОЧУ!!!       Марта закричала и забилась в истерике, хаотично размахивая руками, ужасающе напоминая Хелен Дилл и Кэтрин Каттинг днем ранее. Дверь палаты отворилась, пропуская санитаров с успокоительным.       — Скажите, доктор Груббер, смена Чарльза Каллена уже закончилась? — спросил Малдер.       — Не знаю, агент Малдер, — ответил мужчина, — вам лучше уточнить на посту. Я не слежу за персоналом.       — Доктор Груббер, я хочу попросить вас провести полный комплекс анализов крови и мочи, — обратилась я к врачу Марты, — у нас есть все основания полагать, что пациентам вводят препараты вне назначений.       — И кто, позвольте спросить, этим промышляет? — раздался за моей спиной возмущённый голос Томаса Райтона. — Вы понимаете, что все лекарственные препараты в больнице строго учтены, агент Скалли? И последняя инвентаризация недостач не выявила.       — А вот тут мы у вас хотим уточнить, кто и каким образом мог залезть на склад, утащить ампулы и замешать убийственный коктейль, — спросил у него напарник. — Пригласите Чарльза Каллена в свой кабинет, чтобы мы могли все обсудить.       Однако медбрата нигде не было. Рабочая смена Каллена закончилась сегодня в восемь утра и к настоящему моменту он явно покинул больницу. В шкафчике в раздевалке для персонала я нашла несколько ампул без этикетки и пузырёк с рецептурным анальгетиком.       Несколько позже к нам присоединились лейтенант Гилберт и помощник прокурора Филлипс. В квартире Чарльза Каллена они обнаружили несколько тайников с нейролептиками, миорелаксантами и наркотическими обезболивающими, а также коробку с различными мелочами, принадлежавшими убитым жертвам. Улик набралось столько, что арест Каллена был вопросом времени.       Доктор Райтон, принимая нас в своем кабинете во второй раз, вел себя гораздо сговорчивее. Анализы Марты Харринсон показали такую же мешанину препаратов, что и у Хелен Дилл и Кэтрин Каттинг. Лечащий врач Марты связался с доктором Эванс из клиники Лечворда и ушел готовить документы на перевод своей пациентки.       — В чем причина расстройства личности мисс Харринсон? — Спросил Малдер доктора Райтона — Что могло так сильно ее напугать?       — Болезнь Марты проявила себя еще в подростковом возрасте, она стала жертвой домашнего насилия, регулярно избиваемая отцом. Его смерть до сих пор является триггерным фактором. — Ответил доктор Райтон. — Однако я настоятельно не рекомендую вам сейчас пытаться обсуждать этот вопрос с мисс Харринсон.       — Конечно, ей нужно отдохнуть — заверил его напарник. — Думаю, нам пора. Скалли, ты идёшь?       — Что тебя настораживает, Малдер? — спросила я, когда мы отошли на приличное расстояние от двери кабинета Района. — Все улики четко указывают на Каллена. Марту перевезут в другой госпиталь под полицейской охраной, ей ничего не угрожает.       — Меня смущает, что все жертвы повторяют одну и туже фразу. И почему Каллен называет себя Хаба? А что если…       — Нет, Малдер, это не то, что ты думаешь. Он психолог – недоучка и не способен заставить человека видеть то, чего нет. А псевдоним взял, чтобы потешить свое эго.       — Но откуда он узнал, чего хотят и чего боятся жертвы?       — Эта информация может содержаться в истории болезни пациентов или записях лечащего врача. Добавь сюда коктейль из психотропных препаратов с наркотиком и получишь самого циничного маньяка, которого можно представить, — я попыталась убедить напарника и, коснувшись его локтя, добавила, — пойдем, Малдер, нам тут делать больше нечего.       — Он все еще опасен, Скалли, — ответил он следуя за мной по коридору в сторону выхода из здания.       — Значит старая добрая слежка? — Чуть улыбнулась ему я, — надеюсь, лейтенант сможет выделить нам людей на подмогу.

***

      Погода к вечеру неожиданно испортилась, начался дождь, не прекращающийся уже несколько часов. Цифровое табло на приборной панели показывало начало второго ночи, когда дверь со стороны пассажира открылась, запуская внутрь промокшего напарника.       — Встречай мужчину с добычей, Скалли, — пошутил Малдер, протягивая мне пластиковый контейнер с сэндвичем и стакан горячего чая.       — Если добытчик охотился в Walmart, то и овации будут со скидкой, — ответила я улыбаясь, — спасибо. Каллена нигде не видно, ты уверен, что он появится в больнице сегодня ночью?       — Должен, у него тут осталось незавершённое дело, — проговорил напарник, повернув ко мне голову. Я кивнула и, едва подавив зевок, поднесла стакан чая к губам, делая глоток. — Возьми мое пальто и отдохни на заднем сидении, Скалли, ты вторую ночь нормально не спишь.       Ответить мне не удалось, из полицейской рации донеслось шуршание и голос Гилберта сквозь помехи сообщил, что подозреваемый вошел в здание со стороны дальнего кампуса, закрытого на ремонт. Мы с Малдером не сговариваясь вышли из машины и побежали в указанном направлении.       Проходя по коридору перекрытого крыла, мы методично осматривали каждое помещение. Обойдя весь первый этаж, Малдер остановился у двери на лестницу.       — Я в подвал, а ты на второй этаж, — проговорил он шёпотом и дождавшись моего согласия, открыл дверь на лестничную площадку.       Что происходило дальше мне трудно вспомнить. Каллен выскочил из-за спины, набросив мне на голову какой-то дурно пахнущий мешок, затем толкнул Малдера под груду строительного мусора и захлопнул за ним дверь. Вскоре в нос ударил характерный сладковатый запах эфира, сознание медленно расплывалось, конечности потяжелели, отказываясь слушаться и сопротивляться. Темнота манила, обещая покой, и я сдалась.