Сожжённые сигареты

Глухие шаги отражаются от парадных стен. Игорь медленно поднимается по ступенькам, пытаясь держаться ровно. Голова болит с самого утра, обезбол не помогает, хотя, на секундочку, он закинул сразу три таблетки. Ничего. Игорь тихо вздыхает и жмёт на кнопку звонка. За дверью слышится копошение, а потом как будто что-то падает. Даже сквозь толстую дверь он может слышать громкие маты. Вад пошёл открывать дверь. Когда ключ наконец проворачивается в скважине, а дверь отворяется, Игорь может лицезреть слишком запыханного Дракона, на котором из одежды — штаны, которые держатся на добром слове. — Не помешал? — Гром ухмыляется, чувствуя, как головная боль уходит на второй план. Запах новых обоев и краски бьёт в нос, вызывая лишь прилив воспоминаний. Давно, действительно давно он здесь не был. — Помешал, — Вадим держит резинку штанов, чтоб те, не дай бог, не свалились, хотя, Игорь уверен, что стесняться в таком случае он не будет. — Я старался, — вспоминается старый мем, который ему Дима показал, поэтому Игорь не упускает возможности воспользоваться им. Вад фыркает, но уходит вглубь квартиры, позволяя Игорю зайти и разуться. — Ты б хоть предупреждал о приходе, а, — Вад натягивает валяющуюся на полу футболку и оборачивается к Грому. — Сам сказал, приходить. Кто ж знал, что вы решите потрахаться, — Игорь закатывает глаза, вешает плащ на крючок. — А где Волче? — В комнате. От самого важного отвлек, пёс, — Вад пихает его в плечо, улыбаясь. — В следующий раз отправляй точку смской, я под дверью подожду, — Игорь заглядывает в комнату, махая рукой. — Здорова. — Привет, Игорь, — Олег, по сравнению с Вадимом, выглядит более презентабельно. Волосы взъерошены, в глазах дикий блеск, но, в целом, даже не похоже, что они только что занимались соитием. — Рад тебя видеть, — Игорь подходит ближе, обнимая мужчину. Действительно давно не виделись. У Игоря свои проблемы, у Олега свои. Связываются через Вада иногда, а так почти не видятся. — Рад, что ты жив, — Олег обнимает его в ответ и стучит по спине. — Слышал про пиздец, что у вас происходит. Игорь только тяжело вздыхает и пожимает плечами. Ему бы, по-хорошему, начать рыть носом землю, но он доверяет своей интуиции, поэтому наслаждается последними относительно спокойными деньками. — Надеюсь это скоро кончится, — Вад встревает в разговор, опираясь о дверной косяк плечом, и складывает руки на груди. — Волч, ты б его привязал к кровати или наручниками к батарее, а то появляется в зале чаще, чем я, — Игорь говорит так устало, что Олегу его почти жалко. — А че мне делать ещё? Дома сидеть что ли? — Да. — Пизда. А если с тобой что-то случится? Я пока из дома доберусь до центра, ты сдохнуть сто раз успеешь, — Вад отрывается от подпирания косяка и подходит слишком близко. Он кажется выше, хотя разница у них буквально пара сантиметров. В его словах звучит осуждение и даже какое-то обвинение. Игорь облизывает губы и тыкает пальцем ему в грудь. — А если ты сдохнешь? Как я потом буду, ты подумал, gilipollas? А Олег? Ты, блять, просто подумай об этом, а потом говори, понял? — Игорь старается не давать злости выход, но чувствует, что внутри уже закипает. Неужели только он волнуется об этом? — Если я умру, то вас, как наемников, оторвут с ногами и руками. Олег стоит в стороне, даже не думая, что нужно вмешаться. Это не его дело. Он уже говорил с Вадимом на эту тему, но тот, очевидно, его не послушал. Может, от Игоря лекцию выслушает и перестанет подставлять задницу просто так. — Думаешь, я трясусь над твоей жопой только потому, что если ты сдохнешь, то у нас бабла не будет? А не сходить ли вам нахуй, Игорь Константиныч, — Вад смахивает его руку в сторону и хмурится. — У тебя знакомых пол-Петербурга, которым ты помог. Димка, Шура, да я с Олегом в конце концов. Твоя смерть — это огромная потеря блять для каждого из нас. Я живой бесполезнее тебя жмурика. — Не говори так, — Олег подаёт голос, понимая, что перепалка заходит за черту. — Вы оба важны, не смейте говорить о собственных жизнях так, как будто они просто мусор. — Но, — Игорь оборачивается на Волкова, пытаясь сказать что-то в свою защиту, но Олег его перебивает. — Вы задрали оба, честно. Хватит опускать себя на дно. Игорь, я пытался, но у этого барана шило в жопе, поэтому задержать его дома не вариант. Тут только терпеть и надеяться, что он не сдохнет, если у вас, не дай бог, начнутся открытые разборки. — Хочешь сказать, что я должен простить и отпустить? — Именно, — Олег жмёт плечами и подходит ближе, кладя руки им обоим на плечи. — Переубедить друг друга вы все равно не сможете. — Ты говорил, что у вас холодильник от еды ломится, — переводит тему, смотря на Вада. — Я как раз не завтракал. Вад ухмыляется и дергает его за плечо. — Сразу бы так. Олежек всю неделю задницу просиживал на кухне, хотя мог просиживать ее в другом месте. — Мне кажется, ты из-за недотраха на работу сваливаешь, — Игорь вздыхает и садится за стол, думая, что наконец-то поест что-то, что не шаверма. Когда-нибудь он сможет убедить Вада, что работа не его второй дом, но, видимо, не сегодня. Да и разговор на эту тему закрыт. — Тебе не кажется, — Вад заговорчески подмигивает и достает из холодильника противень. — Нет, не говори, что Олег приготовил лазанью, — Игорь чувствует, как по лицу расстягивается улыбка. — Ладно, мы не будем, — Олег заходит на кухню, улыбается, глядя на счастливого Игоря, и подходит к Вадиму. Игорь смотрит на них, подпирает щёку кулаком и думает, что вот он — пример идеальных отношений. Ну, если не совсем идеальных, то хотя бы здоровых. Улыбка не сходит с лица, кажется, доходит до самых ушей. Может быть, это прекрасное чувство внутри значит, что эта парочка стала ему настоящей семьей? Наемники, в целом, заменили ему семью, но эти двое… это что-то другое. Как будто знакомы целую вечность, как будто знают друг про друга всю подноготную, хотя, что скрывать, так и есть. — Игорь, — перед лицом появляется ладонь, Игорь вскидывает голову, выныривая из своих мыслей. — А? — Я уж подумал, что ты заснул, — Вад усмехается, хлопая по плечу. — Ты чё? — Да так, — машет рукой, мол ерунда. — Задумался. — Выкидывай все мысли из головы и давайте обедать, — Олег ставит перед ним тарелку с дымящейся лазаньей. — Да какие тут мысли, когда передо мной такая красота стоит, — Игорь чувствует, как во рту скапливается слюна. Он громко сглатывает, вызывая тихие смешки со стороны. — Что? Я со вчерашнего дня не ел. — Ешь, — со смехом говорит Волков, занимая место рядом с Вадимом. — Не хватало ещё, чтоб ты свалился где-нибудь посреди дороги от истощения. — Вот почему у тебя до сих пор девушки нет? — Вад затыкается на секунду, а потом продолжает. — Или парня? Тот парень вроде неплох. — Ты про Хазина что ли? — Игорь отправляет кусочек лазаньи в рот, сдерживая себя, чтобы не застонать от удовольствия. Боже, почему так вкусно? — Кто такой Хазин? — Олег разрезает свой кусок лазаньи, переводя взгляд с Игоря на Вадима и обратно. — Я рассказывал, — Вад говорит с полным ртом, но замечая взгляд Волкова, быстро жуёт и проглатывает. — Мелкий коротышка, мент. — Теперь мне интересно, что вы ещё обсуждаете. — Только то, что тебе точно кто-то нужен под боком, — Олег тыкает в его сторону вилкой. — И даже не заводи шарманку про опасность. — Ладно, — Игорь жмёт плечами. — Не буду. Но от этого опасность никуда не девается. И не заводите шарманку про вашу пару. Вы, скорее, исключение из правил, которое его подтверждает. — То есть ты не отрицаешь, что, если бы не «опасность», — Вад показывает в воздухи кавычки и скалится. — То Хазин бы мог стать твоим парнем? — Мне не нравится этот разговор, — Игорь показательно засовывает кусок лазаньи в рот. — Ты не понимаешь, они ещё не осознали свои чувства, — Олег улыбается, кладя вилку на тарелку с тихим стуком. Игорь чувствует себя на десять лет, когда сидишь перед родителями, а они обсуждают, как было бы классно, если бы в будущем он поженился на девочке Маше из соседнего подъезда. — Ну да, конечно, нужно ж попиздострадаться тыщу лет, — говорит Вад с видом знатока. — Как будто у вас так не было, а, — отвечает Гром, наконец прожевав. Также, ведь, носились друг за другом лет десять назад, только не в холодном Питере, а жаркой и военной Сирии. — Не, у нас с Поварёшкиным любовь с первого взгляда, — Вадим обнимает Олега за плечи и целует его в висок. — Судьба. — Серьёзно? — Игорь почти даже верит, пока не видит взгляд Волкова. Смотрит как на идиота, зато на своего идиота. Такое нужно видеть. — Ага, конечно. После Сирии разошлись кто куда, я Серёже в телохранители, этот, — он тыкает Дракона в ребра. — К Дагбаевым. Не пересекались, пока не встретились на открытии казино. — Нет, зачем ты ему рассказываешь, — Вад с возмущением косится на мужчину, хмурясь. Не похоже, что Олег рассказывает что-то секретное, но теперь Игорю в сто раз интереснее. Хотя, вряд ли есть история, которая может по-настоящему смутить Вадима. — Продолжай, Волче, продолжай. — Этот напился тогда и заорал на всё казино: «Поварёшкин». А мы с Серёжей стояли на втором этаже, ну, ты знаешь Серого, — Олег вспоминает те времена с улыбкой. Игорь сам не замечает, как начинает копировать улыбку, слушая рассказ. — Он как заорёт, что у Серого чуть бокал не выпал. А я этого дурака сразу узнал. Короче, закончилось всё тем, что в подсобке поцеловались. — Почему он вообще пьяный был? Он же на работе был, не? — Ну, это был последний день, как я у Дагбаевых работал. Знаешь, отпраздновать хотел, тем более они больше не мои работодатели. Игорь понятливо хмыкает, кивая. Ну, раз последний день, то, действительно, почему бы не напиться. В конце концов, раз такое решение привело к началу их отношений, то всё сложилось, как нельзя лучше. Но потом приходит другая мысль. И лучше бы Игорь её не думал. — Пожалуйста, не говорите мне, что вы там потрахались. — Как ты догадался? — Вад давит лыбу, даже не стесняясь таких подробностей своей — их — личной жизни. Игорь закрывает глаза ладонью и тихо вздыхает. Он точно не хотел этого знать. Теперь он точно чувствует себя мальчиком, который сидит за столом с родителями, которые шутят пошлые шутки, думая, что их ребёнок не понимает, а он очень даже понимает. Испанский стыд. Как сказал бы Шура — полный кринж. — Вернёмся к вашему Хазину, — Олег переводит с неловкой темы на более неловкую тему. — К его Хазину. Мне тебя хватает, — Вадим сжимает чужое плечо, а затем поднимается из-за стола. — Да вы чё. Не мой он, — Игорь поднимает свою тарелку, отдавая её мужчине. — Он даже не по парням, скорее всего. — Не попробуешь — не попробуешь, — очередная фраза от Вадима Дракона, которую можно заносить в его сборник великих цитат. — И вообще, мы ж о тебе волнуемся, как бы ты в одиночестве не скопытился. — Так, нет, всё, — Игорь слабо бьёт ладонями по столу, прекращая странную, по его мнению, тему. — Давайте о другом. Олег, нужно твоё стратегическое мышление. Вад ничего не говорит, потому что спорить незачем. Олег действительно лучший стратег из всех возможных, да ещё и знает всё без утайки. — Я слушаю, — он отдаёт свою тарелку Вадиму, который принимается мыть посуду. Олег сразу понимает, что разговор переходит из обычных подколок во что-то серьёзное, поэтому внимательно слушает слова Грома. — Как ты уже знаешь, моих людей убивают. И, ладно, одно дело, когда просто убивают. Совсем другое, когда из меня пытаются сделать не пойми кого. А ещё наркоту мне в квартиру подкинули. Я утром заглядывал, штук десять пакетиков нашел, — Игорь переплетает пальцы и закусывает внутреннюю сторону щеки. — У меня есть догадка. Одна. — Ну-ка, — Олег ёрзает на стуле, садясь по-удобнее. — Надеюсь, ты никого не собрался убивать? Игорь нервно хмыкает и думает, как бы сказать помягче. — Как бы тебе сказать, — он многозначительно разводит руки, мол, ничего обещать не могу. — Дело не в этом. Помнишь Иру? — Шарлотту, что ли? — Волков хмурится, прекрасно помня о давнишней истории. — Именно. — Она поэтому приходила недавно? Типа, помогать вам буду, а сама парней наших по одному в подворотнях мочит? — Вад отвлекается от монотонного протирания тарелок и оборачивается к ним. Ну, что-то такое Игорь и думает. Хотя, для Шарлотты это слишком просто. Игорь так думает. Может, конечно, он слишком преувеличивает способности девушки, как стратега, она же больше по картам таро. В любом случае, Ира единственная, кто, в теории, мог бы провернуть сие действие. Даже мотив присутствует. — Ну типа. — А вам не кажется, что это слишком, не знаю, запарно для неё? — Олег поднимает взгляд на него. — То есть, почему пытки, почему наркотики? Она спокойно может подкинуть наркоту вам в зал, раз так просто может попасть туда. Это уже их проёб. Точнее, его личный. — И что ты думаешь? — Вад садится за стол, вытирая мокрые руки о футболку. Олег косо смотрит на него, но начинает: — Я просто предполагаю, но, может быть, у вас завелась крыса. В комнате зависает тишина, прерываемая только тиканьем настенных часов. Игорь пытается переварить, пытается собрано обдумать сказанное и не смолоть ереси или не начать творить хуйню на эмоциях. А он может. Плавали, знаем. В голове летит с огромной скоростью список из имён возможных подставных и чем дальше, тем хуже становится. Вада он отметает сразу. Этот сам застрелится, если пойдет на измену. С Игнатом они с самого детства прошли сквозь огонь и медные трубы. Да и он крышует его бизнес, Бустеру просто невыгодно сдавать его. Да и в остальных он не привык сомневаться. Они почти что одна семья. У каждого свои причины находиться поближе к Грому, но они есть, а это значит, пока причины не закончатся, то и предавать нет смысла. Нет Грома — нет бабла. — Да ну. Не может быть, — Игорь поднимает глаза. — Они ж, ну, как родные мне. — А ты им? Вопрос ставит в тупик, вызывая лишь нервные постукивания ноги. Во рту ощущается металлический привкус. Блять. Игорь отрывается от пережевывания собственной губы и поднимается. — Спасиб, Волче правда. Нагрузил меня, щас надо переварить. — Подумай ещё у кого есть доступ в квартиру, — Олег поднимается следом. — Да у всех есть. Они там ночуют, если менты начинают копать. Вад молча идёт следом за ними. Может быть для него это больший удар, чем для самого Игоря. — Ты куда? — Олег кладёт ладонь Вадиму на плечо в молчаливом жесте поддержки. — А? — он как будто просыпается, озирается по сторонам, а потом приходит в себя. — Покурить выйду. Волков кивает, обнимая себя руками. Кажется, этот разговор повлиял на них троих. — До встречи, — Игорь снимает свой плащ с крючка и выходит из квартиры. — Будь осторожен. — Обязательно, — он улыбается на прощание. Вад выходит на лестничную клетку вслед за ним, даже не парясь над своим внешним видом. На улице ветер залезает под полы плаща, заставляя запахнуться посильней. Игорь закуривает, облокачиваясь спиной о кирпичную стену позади. Вадим встаёт рядом и достаёт свои сигареты. — Думаешь, это кто-то из наших? — Не знаю. Вадим выдыхает сигаретный дым, поднимая голову. — Не хочу думать, что у нас завелась крыса. — А я как не хочу, — Игорь стряхивает пепел в мусорку, а через секунду туда летит и бычок. — Но пока всё сходится. Даже если Ира замешана, то кто-то из наших ей подсасывает. Вад молча докуривает свою сигарету. Все равно сказать нечего. Всё действительно сходится, но говорить раньше времени тоже не хочется. — Подозреваешь кого-то конкретного? Игорь машет головой. Ему тоже не хочется наговаривать на людей, да и догадок, подкреплённых чем-то, кроме его личных страхов, нет. — Не хочу никого подозревать. Время покажет. Молчание затягивается, они просто стоят рядом, разглядывая серые здания вокруг. Тишина прерывается громким выстрелом. Игорь дёргает Вада за плечо, заслоняя его своим телом. Он даже не успевает осознать свои действия. Мышцы двигаются на автомате и плевать на боль, которая разливается со скоростью света по клеткам. — Игорь! Он ничего не видит перед собой, хватается за чужие плечи, как за спасательный круг, пытаясь не упасть. Вад даже не пытается высмотреть номера на уезжающем байке. Надо будет — из-под земли достанет. Достаёт телефон из заднего кармана и набирает скорую, которая находится на быстром наборе. — Смотри на меня и не смей отключаться. Девушка на том конце провода слишком спокойна и это начинает раздражать в первые же секунды. Игорь не слышит, как Вадим разговаривает по телефону, он, честно, старается дышать и смотреть на него. Перед глазами плывёт, а дыхание приносит боль с каждым, даже самым маленьким вдохом. Кажется, пуля задела лёгкие, если не пролетела насквозь. Тогда, он может умереть от внутреннего кровотечения. Это не должно быть какой-то радостной новостью, но Игорь нервно смеётся. — Они скоро приедут, Игорь. Смотри на меня, — Вад сжимает его лицо в ладонях, заставляя поднять мыльный взгляд. Смех отдаёт болью во всем теле, поэтому он старательно давит его в себе. Глаза блуждают по яркой татуировке, по крайней мере по той части, которую видно, переходя на знакомое лицо и обратно. Нет паники, нет страха, что он умрёт. Он ждёт эту пулю каждый день. Может быть, если он умрёт, что-нибудь изменится. Хотя, обидно оставлять парней просто так. Он даже не успел попрощаться. — Знаешь, — Игорь ободряюще улыбается насколько это вообще возможно в данной ситуации. — Ты был бы хорошей заменой для меня. — Воу, воу, чувак, ты не умрёшь, какая замена, — Вад косится на въезд во двор, волнуется, это видно. Игорь не знает, приятно ему такое волнение или нет. — Самая обычная, — слова идут через силу, но он упорно продолжает говорить. — Если, точнее, когда я умру. Или захочу уйти. — Ты хочешь уйти? — шок в чужих глазах читается слишком легко. Да, нашёл Игорь момент, конечно, поговорить об этом. — Не вырывай слова из контекста. — Давай из тебя достанут пулю, мы найдём этого урода, а потом поговорим, лады? — Лады, — он предпочтёт не спорить с Вадом сейчас. Потом, если выживет. Моргать становится тяжелее, но Игорь пытается не отключиться. Боится, что у Дракона вообще разрыв сердца случится и помрет бедолага. Как он потом Олегу в глаза смотреть будет? Почему-то вспоминается Петя. «Может быть он доведёт дело до конца», — мелькает шальная мысль в голове. Игорь хочет думать, что тот делает всё это не ради пары страниц его личного дела. «Надо всё-таки прочитать лекцию о вреде наркотиков», — Игорь предпочитает не думать, что, скорее всего, это бесполезно. — Прости, — перед глазами темнеет, когда до ушей доносится вой сирены.