Жить

*** Марина Леонидовна приехала к Ольге и новорождённой внучке на следующее утро. – Пост сдал. – прошептал Паша. – Пост принял. – театрально отдавая честь, ответила Марина и присела на стул рядом с Олей. Акушерка пришла в палату с кювезом, в котором лежала маленькая девочка с глазами цвета лазури и курносым носиком. Девчонка для порядка похлопала ресничками и громко закричала, от чего Оля мгновенно подскочила. – Моя девочка, моя принцесса... – Куда ты разогналась? – ласково, взяв Ольгу за руку, помогая встать, сказала Марина. – Ой, простите, я Вас не заметила. Доброе утро! Персонал роддома передал малышку Ольге, и она, наконец, ощутила себя матерью. – Представляешь, я твоя мама... – прикладывая дочку к груди, проговорила Арефьева. Девочка сладко причмокивала, насыщаясь молоком, а Оля осторожно держала её на руках и поглаживала макушку. – Ой, какие мы нежные, моя самая большая любовь. Правда, она самая красивая? –Конечно, она самая замечательная девочка на свете. – ответила Марина. Как назвали? – Никак. – пожала Ольга плечами. – Её почти сразу забрали вчера, так что мы только знакомимся. – И кто ты у нас, м? – воркуя, обратилась Оля к дочке, чуть дотронувшись до маленького изящного носика. – Можно подержать? – спросила Аверина и, получив согласие, взглянула на внучку. – Ира? – Есть ещё варианты? – Чёрт, точно, у Пашки бывшую жену так звали. Ещё... я хотела Леной, но это тоже не подходит, потом расскажу, почему. – Тебе Алина нравится? – Нет, это всё не подходит. Дочь, Посмотри-ка, на маму. – Олеся. – Точно? – Абсолютно. Марина Леонидовна, можно Вас попросить кое о чём? – Можно, конечно, но только после завтрака. Я тебе сырники принесла со смородиной, будешь? – Да! – бодро ответила Ольга, перекладывая пищу из контейнера в тарелку. – Попросите, пожалуйста, чтобы Лесю никуда не уносили. Я хочу, чтобы она всегда была рядом. – Всегда не получится, особенно, если она в Пашу, но первый год — гарант. – Идёт. *** Арефьева лежала на больничной койке, ощущая каждой клеточкой тела ноющую боль. В кювезе хныкала Олеся. – Сейчас, моя сладкая, потерпи. – Ольга с пятого раза нашла удобную позу для того, чтобы встать и подошла к дочке. Около пятнадти секунд она неподвижно смотрела на крошку, любуясь ей, а после взяла на руки. – И что у нас за трагедия? – Арефьева осмотрела дочку и заключила – Всё с Вами, барышня, понятно. Айда мыться и переодеваться.