What would you do?

— Ты проиграл. – Эхом в голове звучат слова главного врага. Нет, проигрывать нельзя. Сконцентрируйся! Голова трещит, будто сейчас и впрямь с треском расколется, обращаясь в пыль. Хотя, в его случае – скорее в лужу из горючих, как его кровь, чернил. Дрожащие руки из последних сил сжимают оружие. Перед глазами – застывший образ многолетней давности: — Ты проиграл. – Живо звучат слова. Не врага, нет, кого-то до боли знакомого. Жаль, неизвестный повернут к нему спиной. Очень жаль, что он не помнит его. Уже не впервой его посещают воспоминания и видения связанные с этим малым. И пока в них он играет отнюдь не самую приятную личность. Конкретно в этом воспоминании незнакомец не слышит его просьб. Поза, интонация, наклон головы, всё до чёртиков похоже на сказанное ему несколькими секундами ранее. Но в отличие от недавнего соперника, кости незнакомца имеют молочный белый цвет. Кто-то уже говорил ему эту фразу, несущую такой же смысл, и это воспоминание отчего-то придавало смысл фразе врага. Раздражало до чёртиков. Давало мотивацию двигаться дальше. — Хах. – Усилием подняв голову, он направляет взгляд в спину врага. Утирая остаток чернил с лица, он встаёт на ноги, опираясь на инструмент: — ОШИБАЕШЬСЯ. – Чётко проговаривает, выхватывая из дозатора таблетку красного цвета. Мысли окрашиваются в мстительный, разгневанный цвет. Такой же, как его футболка. Такой же, как его зрачки-прицелы. Выпад вперёд был слишком резким и слегка непродуманным. Стоило носителю серого плаща вскинуть руку вверх – как фиолетовые струны крепко скрутили белого скелета. Попытки вырваться приводили к ещё большей боли и слабости, к ещё большему раздражению и ненависти. К ещё большему сожалению. — Прекрати. Просто признай, что не справился с поставленной задачей. – Спокойный, вкрадчивый голос не скакал по тональности, лишь звучал неправильными, механическими нотками. Скелет стремился если не успокоить – то хотя бы привести в себя разбушевавшегося хранителя. Гетерохромные зрачки контрастируют на фоне кроваво-красных глазниц и тёмных костей, скрытых под тканью плаща и футболки. — Признай поражение и иди дальше. – А у него перед глазами все тот же светлый паренёк. Только теперь он стоит к нему лицом. Стоит близко, так, что можно разглядеть: камуфляжная кофта, длинные тёмные штаны, сапоги, коричневая водолазка и бирюзовый плащ за спиной. Белый череп покрыт множеством шрамов – глубоких и не очень. В правой глазнице – черная пустота, прикрытая знакомыми лагами. Горящий синим левый зрачок смотрит холодно, с безразличием. Осуждающе : — Признай поражение и иди дальше. – Нет… подождите, что он делает здесь? Что он делает в его воспоминаниях? В его битве прямо здесь и сейчас? Неразборчивый шёпот с разных сторон заставляет в недоумении оглядеться. Тьма сгущается вокруг него, образуя тени. Шёпот усиливается, пока не становится оглушительным.       ТЫ ПОТЕРЯЛ НАС.. — Нет…

      МЫ ПОГИБЛИ ИЗ-ЗА ТЕБЯ!

— Заткнитесь!       ЛЖЕЦ.

      …ВСПОМНИ!

— ВАС НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ЗДЕСЬ! Он кричит, хватаясь за голову руками. Он не хочет слышать их оглушительный гул, не может ничего сделать оглушенный этим гулом. Нет, ему нельзя вспоминать, нужно продолжать бой! Но как, если он не видит перед собой ничего – лишь чувствует неимоверную боль… Кажется он упал, или падает до сих пор, а происходящее не больше чем сон? Сны хранителю снились редко, настолько, что все их он помнил наизусть и по датам. Запоминать такой сон отчаянно не хотелось… — Ф͟р…ӥ́…К͡?ͅ – Свозь пелену голосов доносится раздражающий монотонностью голос Миррора… Его извечного и главного врага – разрушителя. Этот темнокостный всегда норовил испортить жизнь ему и окружающим. — …Инк! – Звучит другой голос. В голове звонко щёлкает, пока названный подрывается с постели. От падения его останавливает мощная рука, с нажимом удерживая в сидячем положении. Головокружение постепенно сходит на нет, как и сбившееся дыхание. Под тиканье настенных часов Фринк приходит в себя, несколько оторопело косясь на застывшего в беспокойстве крылатого друга. Он лежит в комнате, в одной из множества в замке RJ. Комната простенькая, даже очень – голые стены, окно с резной решёткой, раковиной и зеркалом в другом углу комнаты, пара дверей и тумбочка у кровати, на которой стоит стакан воды. Прохладное содержимое Фринк осушает сразу же, не задумываясь о безопасности такого поступка. Что я тут делаю? Дурная забывчивость спокойствия не добавляет. Он бы ещё понял, если очнулся на земле или в воде, в мусорном баке, баре альтернативного Гриллби, в обсосанном сугробе или, на крайний случай – в компании обитателей Андерласта. Но что он забыл здесь, рядом с предполагаемым союзником, а союзником ли? он решительно не понимал. — Очнулся? Что с тебе снилось, чёрт побери? – Фыркнул Дрим, привлекая внимание к своей рассерженной персоне. По всей видимости именно Дрим был ответственным за недавнее явление сна хранителю. Грубо говоря – только к нему он мог прийти просто для того, чтобы поспать. Но делал это исключительно в крайних случаях и по мере надобности. — Я… Не помню. – Дрим на такой ответ лишь закатил глаза, в недовольстве дёрнув крыльями за спиной. Стоило бы виновато улыбнулся, да вот тянутся до фиг пойми где потерявшегося дозатора было несподручно, а остаточных эмоций на стыд не хватало. Пернатый вздохнул, переводя взгляд на распахнутое окно: судя по ярким солнечным лучам на улице день, значит, Дрим пришёл проведать его не просто так: — У меня есть к тебе дело. Через тридцать минут жду у себя в кабинете. Не опаздывай. – Очередной внимательный взгляд по заспанной тушке хранителя и пернатый поспешил удалиться из душной комнаты. Только после его ухода Фринк понял насколько неуютно ему находится в ужасно пустой комнате с белыми стенами… Проверив под подушкой хранитель облегчённо выдохнул: дневник он взять с собой удосужился, весьма кстати, потому что его нынешний хозяин нихуяшеньки о последних часах существования жизни не помнит. Кроме дурного сна, разумеется. Мысль об этом заставила ненадолго подвиснуть. У Дрима настройки сбились, что вместо обычного сна мне приснился самый настоящий кошмар? Решительно непонятна в нём была роль Миррора, хотя, чего греха таить – судя по записям в дневнике в последнее время он только с ним и дрался. Скучно и малоинформативно. Интересовал другой паренёк, похожий на свапа, но вместе с тем значительно с ним разнящийся. Причина появления его персоны в замке гиперпозитивного нашлась не сразу: лишь с пятой попытки Фринку удалось прочитать предположение написанное абы каким подчерком. Вроде не пил, а ощущение как будто при письме руку вело во все стороны и направления. Судя по записям, он пришёл к крылатому за помощью – сил после боя оставалось мало, вымотали до критического минимума. Мир он отвоевал, а вот на самовосстановление сил не хватило. И вместо того, чтобы просто вылечить, этот идиот его усыпил. Фринк громко клацнул зубами, раздумывая, с какого бы пера начать общипывание любопытной куриной задницы. Как будто хранитель не знает о том, чем грешит пернатый приятель пока он спит! Иногда у него пропадала краска, а иногда листки с ценными пометками, хотя Фринк на 100% был уверен – добровольно их ни за что в жизни не отдал. Взгляд зацепился за корявую, но разборчивую запись на виндингсе: — И что это значит? И действительно, запись была читаема, а к радости хранителя на виндингсе он говорил весьма неплохо. Но это не отменяло того досадного факта, что смысл написанного оставался в тени этих могучих закорючек: 👎⚐ ☠⚐❄ 💧☹☜☜🏱 Непоняток добавил листочек, выпавший из под страницы. Текст на нём был написан на том же виндингсе, тем же корявым почерком: — 👎⚐☠’❄ 👌☜☹✋☜✞☜ ✌ 👌✋☼👎 ✋☠ ✌ ☝⚐☹👎☜☠ 👍✌☝☜ – Прочитал вслух, словно это могло быть волшебным заклинанием, призванным избавить его от проблем. От такой мысли стало капельку смешно, как же! — ⚐😐✌✡📪 ✋ 👎⚐☠’❄ ☞🕆👍😐✋☠☝ 🕆☠👎☜☼💧❄✌☠👎 Но и это было не всё! Чёрт его дёрнул перевернуть листочек – от новой корявой записи нервно задёргалась глазница, а на лице отразилась самая мрачная тень недоумения: 💣✋☼☼⚐☼ 😐☠⚐🕈 ✌☹☹ — Спасибо шеф, стало в разы понятнее! И причём тут его имя? Уже в которой записи подряд Фринк стоически игнорирует намёки предыдущих своих пометок, что «стоило бы поговорить» с обладателем смертельно опасных фиолетовых струн. Как-нибудь обойдётся без этой глючной занозы. Полный уныния от бытовой неразберихи, хранитель вселенных умылся холодной водой, с подозрением замечая искомый дозатор на раковине. Создатели упаси Дрима подмешать что-то в таблетки. Клянусь Брут – я надеру ему задницу. К слову о Брут – нигде в комнате её не наблюдалось. Вызвать её прямо сейчас не было проблемой – Фринк достаточно восстановился, но боялся сорваться и всё же общипать пернатого на пару перьев. А это, не много ни мало, черевато громким скандалом с выяснением отношений, на которые у хранителя нет ни времени, ни сил. Таблеток в дозаторе было мало. Слишком мало для того, чтобы быть в привычном взбешённом состоянии, и слишком много, чтобы разгромить окружение своей энергичной тушей. Был вариант затопить страдания в голубой, но эту мысль Фринк обрубил ещё в начале, остановившись на нескольких цветах и сочетаниях. Оранжевая и голубые таблетки в количестве двух штук были закинуты в рот одновременно, а вот таблетка зелёного, как он потом осознал, была лишней. Хотя, отвращение – единственное, что он хотел чувствовать от этой весьма липкой ситуации. Переведя взгляд на себя в зеркало, хранитель поправил съехавшую на бок чёрную бандану и оголившую кости с пламенным узором футболку, буквально молившую о стирке. Если Фринку не изменяют биологические часы, приходил в себя он около десяти минут, а до кабинета пернатого ещё идти минут пять. Будь по вашему, создатели. Смиренно вздохнул и направился прочь из комнаты. В коридорах всяко вещей побольше, может и паранойя отойдёт на задний план. Не пройдя и пары метров, Фринк ударил себя по лбу, с щекочущим ощущением стыда возвращаясь назад в комнату за забытым на раковине дозатором. Чудом, не иначе, не забыл в комнате дневник. Хорошо хоть в коридорах никого нет – наверняка бросали бы косые, недоуменные взгляды. О птичках говоря…. А в какой стороне находиться кабинет крылатого?... — ДА 💧⚐☠ ⚐☞ ✌…!