Гостеприимность

      «Десять лет спустя пророчество будет исполнено. Из холодных тёмных вод высвободится Запретная крепость больше королевского замка, мрачнее ночи, опаснее дремучего леса. Хозяин её — сумасшедший, но щедрый герцог. Тот, кто уважит его, получит ценный подарок. Что это за подарок, никто не знает. Ходят легенды, что вовсе нет никакого герцога, а его крепость — лишь выдумка впечатлительных детишек. Связаны ли пропажи людей в Отари с этой крепостью или кто-то этой выдумкой пытается скрыть злостные преступления?»       Над записями нависла тень, и Люмин удивлённо подняла голову. В обители «Кружащие острова» всегда была пасмурная погода, если, конечно, под водой вообще могла быть какая-то погода. Подняв взгляд, Люмин увидела, как Навия неловко пытается сделать вид, что не подглядывала, и лицо тут же сдало её с потрохами. Путешественница попыталась изобразить сердитость, но никто из гостей как будто не верил, что она в принципе могла испытывать злость или негодование, поэтому дружно хихикнули, обменявшись короткими взглядами. — Хватит подглядывать, — проворчала Люмин и сложила записи в папку с названием «Сценарий». — Ты же сама говорила, что не любишь спойлеры. — Да, но… — Навия почесала затылок, взглянула на равнодушную к перепалке гостью, пытаясь воззвать её к помощи. Фурина поддержала главу Спина-ди-Росула. — Нельзя заставлять гостей так долго ожидать игры! Признаю, это была уникальная возможность, которую никто из нас не мог упустить, вот мы и бросили все дела, чтобы прийти сюда и оценить новый сценарий. Поэтому я ожидаю не меньшего, чем в прошлый раз, — договорив, Фурина аристократично сделала глоток свежесваренного чая. — М-м-м, вкуснотища. — Я понимаю, что вы все ждёте, но… — Люмин, ты чего? — заметив, как путешественница поникла, глава Спина-ди-Росула со спины обняла хозяйку Божественной обители и прижала к своей груди, гладя, как ребёнка. — Фурина просто вживается в роль. В конце концов, ты же не виновата, что другие игроки задерживаются. Ты со всем справишься! Быть ведущей — очень ответственно, но все знают, что у тебя талант ко всему, за что не возьмёшься. — Вот именно! Не воспринимай мои слова всерьёз, я просто настраиваюсь на игру, — не успела Фурина откусить кусочек макаруны, как сверху послышался шум, напоминающий скрежет лифта. — О, кажется, вот они!       Люмин поправила подол сарафана, вскочила из-за стола, обогнула тележку с приготовленными угощениями и остановилась у лестниц Фонтейнской усадьбы. Посреди этого «Иллюзорного дворца» хозяйка выглядела вовсе крошечной и очень взволнованной. Она ещё никогда не приглашала сюда такое большое количество людей и стыдилась многих недоработок. Но больше всего путешественница переживала из-за игры… Ах, пора выкинуть эти мысли из головы, ведь нужно встречать гостей с улыбкой!       Силуэт Паймон узнать было легче всего, и когда летающая спутница вышла из ослепляющего белого света, то тепло поприветствовала подругу, как будто они расставались не на несколько часов, а на несколько лет. После нежных объятий Паймон заняла места у плеча путешественница и стала наблюдать, как из воздуха появляется фигура капитана особого патруля Шеврёз и управляющего Крепостью Меропид Ризли. Они были слегка дезориентированы, но когда с глаз слезла пелена, первым делом увидели Люмин и Паймон на фоне роскошного дворца. Ризли улыбнулся, думая протянуть девушкам руку для рукопожатия, но отступил назад, когда через него пулей пронеслись две девушки, Навия и Фурина. И конечно же, звезда Фонтейна не могла не указать опоздавшим на их оплошность: — Ну наконец-то, все в сборе! В следующий раз предлагаю переносить игру на полчаса позже, чтобы у всех была возможность прийти вовремя. — Госпожа Фурина, у вас крошки от макаруны остались на губах, вот здесь, — холодно подметила Шеврёз, чем полностью обезоружила Фурину. Благодаря этому, вопрос опоздания был снят.       Все участники «Настольной труппы» проследовали к месту сбора. Люмин любезно рассказала всем, где находится посуда, чай, закуски, а также кратко обрисовала в какой стороне уборная, если кому-то вдруг понадобится. Все уселись за длинный стол, во главе которой оказалась, естественно, хозяйка обители и Паймон. Они караулили с двух сторон, чтобы никто не остался без внимания. И благодаря такой рассадке напарницы могли помогать друг другу в процессе игры.       Волнению Люмин не было предела. Усаживаясь за своё место, она физически ощутила, как дрожит и краснеет, хотя они ещё даже не начали. Наблюдая, как все рассаживаются и берут блюдца для сладкого, путешественница проводила взглядом широкоплечую фигуру Ризли. Мужчина, не притронувшись к сервизу, сразу занял место справа от путешественницы и отвлечённо начал оглядывать своих товарищей по сегодняшней игре. И пока Фурина давала рецензию всем вкусностям, приготовленным хозяевами, Люмин достала из папки массивную стопку бумаг, исписанных сценарием, который ей требовалось отыграть.       В прошлый раз путешественница и сама была обычным игроком, погружающимся в историю, придуманную Флорианом, ведущей в которой была постоянная участница труппы — Клоринда. Люмин прекрасно понимала, что с её мастерством тягаться бесполезно, но Паймон любезно вызвалась помочь с повествованием сюжета. Вдвоём не так сложно удерживать интерес игроков. Хотя, судя по взгляду Ризли, интерес в нём удерживала вовсе не игра. — Паймон вам завидует, вам можно есть, сколько живот позволит, а Паймон должна рассказывать историю! — крайне обижено топнула спутница и уселась на своё место напротив Люмин. — Сама сказала, что хочешь быть ведущей, вот и не ной, — ехидно напомнила девушка, радостно понимая, что дать заднюю Паймон уже не сможет. — Вообще, когда нам сказали, что закончена работа над сценарием, мы думали, что ведущей опять будет Клоринда. — Да, я тоже так думала! — подхватила Навия, усаживаясь слева от путешественницы. Взор девушки вдруг устремился на Ризли. — Но в последний момент она отказалась. Я так и не поняла, почему. — Обязанности судебного дуэлянта могут настигнуть в любой момент, — озвучил мужчина печальную истину и добавил: — Хорошо, что Люмин согласилась заменить Клоринду, иначе игра бы не состоялась. — Не хвалите меня раньше времени, — обречённо улыбнулась девушка, понимая, что вот-вот настанет её время позора. — Ваша светлость, Шеврёз, — Ризли распахнул глаза, не ожидая, что за пределами крепости услышит к себе такое обращение. Или всё дело в том, что к нему обратилась так именно путешественница? — Спасибо вам, что проявили интерес к игре. Для нас троих это будет первый раз, так что не стесняйтесь спрашивать, если возникнут вопросы. — Конечно, — кивнула Шеврёз, сидящая на одной стороне с Навией и Фуриной. — Я чувствую, новый сценарий будет на уровне криминальных романов. В своём письме ты кратко обрисовала весь сюжет компании. Мне показалось… — Без спойлеров! — предупредила Навия и, кажется, даже схватилась за зонт. Опомнившись, глава Спина-ди-Росула покраснела до кончиков ушей, благо за светлыми прядями этого было почти не видно. — Так-так! Раз уж мы начали обсуждать сюжет, давайте будем потихоньку начинать, — Паймон театрально понизила голос и потёрла в предвкушении ладошки. — Паймон подготовила раздаточный материал. Не без помощи Люмин конечно, кхм-кхм! Так о чём я? Ах, да! — спутница шустро пролетела между игроками и шлёпнула перед ними папки с их именами. — Внутри находятся карточки вашего персонажа, со всеми способностями, навыками, атрибутами, которые вы согласовали с Люмин в личных письмах. А пока вы читаете… — секундная пауза, и Паймон вытащила из-за стола небольшую лиру.       Взгляды тут же устремляются на маленькую рассказчицу, и она, не теряя времени, запела: «Морские глубины тайну хранят, Там Крепость, что скрыта от глаз. Раз в десять лет, словно чудо, мираж, Выставляют его напоказ! Герцог владыка, что в сумраке ждёт, Неприступен, как его дом. Душа его жаждет мясо и кровь, Но он обеспечен баблом! Пусть бешен герцог и разъярён Из тени воскреснет он вновь. Получишь ты славу или же смерть, Свой меч ты лучше готовь! Пока что крепость лишь мерцает вдали, И герцог гостей своих ждёт. Ты лишь приглашение на бал получи, А дальше уж как пойдёт!»       И пока никто не успел отойти от услышанного, Люмин в похожей мелодичной манере влилась в повествование. — Ваше путешествие начинается с таверны «Вороний глаз», в которой в любое время суток можно было увидеть множество авантюристов и искателей приключений. Ветрами сюда занесло и вас. Послушав балладу от очередного барда, вы заканчиваете ужинать и отправляетесь на боковую. А поутру вы обнаруживаете у своей двери небольшой конверт с красным шёлковым бантом и печатью. Прошу пройти проверку расследования. Для этого бросьте игральную кость в центр поля. — Эту? — спросил Ризли и указал на один из кубиков.       Люмин улыбнулась, и мужчина выполнил указанное действие со всеми. Девушка поглядела на каждый результат и резюмировала: — Шеврёз, ты просыпаешься ещё до восхода солнца и, конечно же, сразу замечаешь, как незнакомец просовывает тонкий конверт под твою дверь. Приглядевшись, ты замечаешь, что на письме нет отправного адреса. Но не это смутило тебя больше всего, а то, что письмо доставлено очень рано. Никакие городские почтальоны не работают в такую рань. — Вот как… Интересно. — Навия, ты не сразу замечаешь это письмо. Видимо, так сильно устала после работы, что свалилась без задних ног, а письмо тебе принесла твоя соседка по комнате. Никаких странностей ты не замечаешь. — Эх, досада, — протянула девушка и отпила немного чая. — Фурина, тебя сразу настораживает эта печать. По твоей шее стекает пот, ты не можешь сдержать дрожь, но всё-таки пересиливаешь себя и вспоминаешь. И нет, это не королевская печать… — Фух, ну хоть что-то. — Ваша светлость, — стоило ведущей позвать игрока, как он уже с готовностью слушал её. Люмин поняла, что краснеет, и даже не сразу смогла сориентироваться, что сказать. Благо затёкшие пальцы Паймон, что устали играть и уже путали струны, подтолкнули девушку заговорить. — Вы никогда не получали писем, поэтому конверт сам по себе выглядит для вас необычно. Никаких зацепок вы не замечаете. — Совсем-совсем никаких? — голос Ризли звучит немного кокетливо и вопрошающе, но ведущую не пронять, тем более, что она идёт по сценарию. — Совсем-совсем, — отвечает Люмин в похожей манере и продолжает: — Содержание письма для всех одно: это просто-напросто приглашение на бал, и отправитель просит вас подойти к назначенному месту в восемь часов вечера. Думаю, не стоит упоминать, что вы все соглашаетесь. Вашу мотивацию мы рассмотрели в переписке. А теперь… — Люмин жестом пригласила всех пройти за ней. — Пройдёмся в дом, подберём для вас подходящие костюмы. — Костюмы? — оживилась Навия. — Люмин, ты так заморочилась и подготовила для всех бальные костюмы?! — Нужно же было как-то приблизить этот сценарий к тому, который отыгрывала Клоринда, — путешественница прокашлялась и посмотрела на Шеврёз, которая явно не разделяла оптимизма Навии. — Ох, переодеваться вовсе необязательно. Мы подготовили базовый реквизит, но Тиори всё равно одолжила для всех наряды. — А ты сама будешь переодеваться? — вопрос Ризли показался Люмин немного неуместным. Зачем ей менять образ, если она просто зачитывает историю? Тем более, отыгрывая других персонажей, она явно разрушит атмосферу своим нарядом. — Не делай такое напряжённое лицо, я просто поинтересовался, — и потянул светловолосую за нос. — Надеюсь, Тиори правильно подобрала мне размер. — Ризли, вы и правда шкаф, уж простите за прямоту! — Навия встала вместе с напарницами по игре и, обогнув стол, пошла дружной компанией к усадьбе. — В магазинах на вас размеров, наверное, совсем нет! Вам на заказ делают одежду? — Главе Спина-ди-Росула понадобилось знать, где можно заказать хорошую одежду? Понимаю. Глядя на ваш вкус, можно сказать, что Фонтейн для вас слишком пресный, поэтому вам только и остаётся, что делать заказы у талантливых и дорогих портных, дабы привнести в серые дни немного ярких красок. А я вот не раскидываюсь средствами на заказные костюмы, покупаю в магазинах, как самый обычный человек.       Обсуждая, кому где делают костюмы, все, наконец, дошли до просторной гардеробной с зеркалом, пятью кабинками с ширмами и круглым пьедесталом посередине, который Навия и Фурина тут же заняли, чтобы покривляться и примерить бальные маски. Не удержавшись, к ним присоединилась и Паймон, которая старательно до этого сохраняла лицо профессионального рассказчика. Люмин рассмеялась, глядя, как Навия пытается применить на Фурину забавную, почти плоскую шляпу, и в этот момент почувствовала на себе чей-то взгляд. Ризли наблюдал за ведущей, но когда она обернулась, сделал вид, будто ничего не было, и, взяв три попавшихся под руку костюма, скрылся за ширмой в самом дальнем конце комнаты. Шеврёз в это время обречённо теребила на вешалках предложенные наряды и мрачнела с каждой минутой. — Эй, ты как? — А, это ты. Не услышала, как ты подошла. Кхм, слушай, ты говорила, что можно не переодеваться, но даже Ризли решил попробовать. Будет как-то неловко остаться в стороне. — Ты так переживаешь из-за этого? В таком случае, могу предложить тебе просто надеть маску и мантию. Если рассуждать логически, твой персонаж тоже вряд ли бы облачился в неудобный костюм. В нём ведь не совершишь возмездие, — Шеврёз отнеслась к поддержке Люмин скептически, и это мгновенно лишило ведущую всяких сил. — Прости, тебе, наверное… Скучно с нами. — Ох, нет, нет, не в этом дело! — голос девушки виновато дрогнул. — Теперь придётся объяснять… Дело в том, что Клоринда вдохновила меня попробовать. Когда она рассказывала о «Настольной труппе» её глаза так горели, и я сама не заметила, как начала думать о том, что приносит мне такое же удовольствие. Тренировка? Стрельба по мишеням? Это всё, конечно, полезно, поддерживает меня в форме, но это не то. — А как же чтение криминальных романов? Ты же так их обожаешь! — Тсс, не так громко, — пригрозила Шеврёз и огляделась. Все уже разошлись по кабинкам и примеряли наряды. — Да, ты права. Я люблю криминальные романы. Но новых сейчас почти не выпускают, а что выходит — слишком предсказуемое или перенасыщено постельными сценами. Я лишь хотела… Найти что-то новое, что увлечёт меня. И эта игра, сценарий, всё такое интригующее, но, боюсь, проблема тут только во мне. Это я не слишком интересный персонаж. — Знаешь, мне тоже кажется, что я не слишком интересный рассказчик. Да если бы не Паймон, я бы многие элементы сценария так и не смогла бы раскрыть. Клоринда справилась бы намного лучше меня. Но знаешь, когда я была в роли игрока, мне тоже хотелось попробовать направлять игроков по истории, чтобы все слушали меня, интересовались. И когда, наконец, подвернулась такая возможность, я струсила. Всё оказалось сложнее, чем я думала. Подготовка была утомительной, текст — заумным, но я ведь согласилась подменить Клоринду. Конечно, мне не понять тебя на все сто процентов, однако мы обе оказались здесь, потому что хотели «попробовать». Наш дискомфорт — не что иное, как попытка выйти из зоны комфорта, в которую мы себя загнали. Неловкость — это не всегда провал, — Люмин хотела сказать ещё очень и очень многое, но остальные уже начали выходить из-за ширм. — Я согласна, твоему персонажу не подойдут эти рюшечки, юбочки. В конце концов, твоя мотивация — совсем иная! Предлагаю взять эту мантию и половинчатую маску. Заодно спрячем повязку, — ведущая пригляделась. — Ну вот! И совсем не выбиваешься из образа. — Шеврёз, тебе очень идёт! — Паймон подлетела, демонстрируя свой стильный веер и пышную юбку, больше напоминающую балетную пачку. Выглядела вторая рассказчица немного комично, но по цвету очень гармонировала с подоспевшей Фуриной. Вот она-то постаралась…       На ней было белое платье с голубым отливом, пышными рукавами, лоснящимися до локтей. Руки покрывали сетчатые перчатки, в прорезях которых виднелась бледная кожа артистки. Спинка платья декольтирована и украшена кружевом, добавляющим изысканности и без того очаровательной девушке. Материал мерцал и создавал ощущение, что тело Фурины находится в небе.       Люмин не успела ничего сказать, как из-за ширмы, смущаясь, показалась Навия. На чёрно-золотом платье, где декольте удачно подчёркивало грудь, мерцали бусинки и расплывались на шелке вокруг талии и на рукавах, полностью покрывающих руки. Платье оказалось обтягивающим, и каждое чёрное перо пыталось добавить ему немного объёма, но не могло скрыть точёной фигуры. Божественное сочетание ночного мрака и звёздного света. — Я поняла, что очень уж долго выбираю и решила остановиться на нём, — голос Навии был робким и тихим, что совсем не похоже на нее. — А Ризли ещё не вышел? — Нет, — Люмин взглянула на закрытую ширму в самом далёком уголке комнаты. — Я схожу за ним.       Уходя, путешественница слышала, как Паймон расхваливает девушек. Даже Шеврёз не осталась без комплимента. Однако ведущая больше всего беспокоилась за управляющего крепостью Меропид, всё ли в порядке? А вдруг действительно не нашлось костюма по размеру? Кусая губы, светловолосая подошла к ширме и, собравшись с мыслями, шёпотом позвала: — Ваша светлость… Всё хорошо? — А, путешественница, это ты, — мужчина за ширмой, казалось, ещё одевается. Люмин думала извиниться и оставить его, но он вдруг добавил: — У меня тут… — Мне зайти? — Люмин испуганно прикрыла рот. Он ведь не услышал? Не услышал же?! Девушка ругала себя, как можно было сморозить такую чушь, но в этот же момент мужская рука появилась из-за щели и утянула внутрь небольшой кабинки.       Путешественница уловила запах сладкого мужского парфюма. Аромат так расслабил, как будто мечница на мгновение перенеслась на поляну, где на импровизированном пикнике раскинула всевозможные сладости. И как человек, не увлекающийся подобными снастями, мог так пахнуть? Люмин быстро пришла в себя и сердито взглянула на Ризли, который остался глядеть в зеркало, как ни в чём не бывало. Только тогда девушка заметила, что свой повседневный костюм он сменил на чёрный, не обделённый украшениями в виде всевозможных золотых цепочек, красных ремешков с золотым обрамлением. В комплекте ещё должна была идти мантия чуть выше колена, но Ризли решил просто повесить её на одно плечо. Так она и болталась, выбиваясь из образа не меньше, чем взъерошенная причёска мужчины, которую так и хотелось прилизать, уложить. В какой-то момент Люмин поймала себя на мысли, что никак не может оторвать взгляда от Ризли, натягивающего перчатки. — Так… С чем вам нужна помощь? — Я разве говорил, что мне нужна помощь? — Вы затащили меня сюда просто так? — Каков подлец, хочешь сказать? Обманом уволок ведущую и теперь не выпускаю дальше вести игру. Я всегда в твоих глазах такой злодей? Хватит меня во всём подозревать, я просто пришёл хорошо провести время в приятной компании, попробовать что-то новое для себя. Ты ведь сама сказала: «Для нас это будет первый раз».       То, с каким лицом он смаковал последние слова, не оставили Люмин равнодушной. Она опустила глаза в пол, надеясь не встретиться взглядом с Ризли, который безуспешно пытался поправить свой галстук. Исподлобья путешественница наблюдала и улыбалась тщетным попыткам, и в один момент мужчина заметил эту наглую ухмылочку. Глаза его блеснули азартом, он нетерпеливо сорвал с шеи элемент одежды, чтобы передать хозяйке усадьбы. Она выжидающе посмотрела на мужчину, ожидая, что тот скажет, и, наконец, услышала: — Правда в том, что я не очень управляюсь с галстуками, особенно такими вычурными. — Вычурными? Обычный галстук, у вас таких много, я знаю, — она отлипла от стены, уставилась на шею, изуродованную шрамом, и потянула к ней руки.       Начало тянуть в мышцах — разница в росте дала о себе знать, и Люмин встала на носочки. Иногда она теряла равновесия и свешивалась на мужчину, либо же выгибалась в спине, но всегда возвращалась в исходное положение. Девушка заботливо поправляла воротник, регулировала натяжение, но мысли её были далеко не об этом злополучном галстуке. Взгляд приковала шея, обвязанная чёрной тугой повязкой. Всего на секунду, но очень отчётливо она почувствовала, как Ризли вздрогнул, стоило девушке неосторожно коснуться этого места. Люмин больше не повторила этой ошибки, но продолжила фантазировать, как проведёт ногтями по оливковой коже, попробует её на язык. А ведь, оказавшись так близко, путешественница могла вкушать запах герцога так бесстыдно, что самой от себя становилось совестно. Понимая, что мужчине может быть неприятно, она слегка повернула голову, чтобы носом не упираться ему в плечо, а сама на ощупь продолжила поправлять галстук.       Когда путешественница спустилась ниже, под костяшками вздрогнула крепкая грудь. Она была такой широкой, что за ней вполне могла бы спрятаться ещё одна Люмин. Разница в размерах снова вызвала у девушки странные мысли.       Вот пора бы уже отстраниться, галстук завязан, но путешественница не могла. Пальцы на загривке сжались в замке — так сильно Люмин не хотела отпускать от себя герцога, тем более, когда у них выдалась такая возможность побыть вместе. — Наслаждаешься? — отрывисто спросил Ризли и сжал девичью талию.       Будучи на носочках, путешественница прижалась к мужчине вплотную и ухватилась за шею уже рефлекторно, чтобы не упасть. То, как сжал её Ризли, показалось девушке очень заботливым. Словно объятия после долгой разлуки или же прощальное прикосновение. Люмин оторопело взглянула на Ризли, в его холодные глаза, уставившиеся куда-то сквозь девушку. «О, Архонты, только не здесь, что же мы творим», — пронеслось в голове путешественницы, и она разжала пальцы, но из хватки Ризли уйти не смогла. — Я хочу знать, это была простая случайность или шалость? — спросил мужчина, наклонившись к покрасневшему ушку хозяйки поместья. В таком положении он лучше всего мог слушать её сбившееся от волнения дыхание, ощущать жар молодого тела и дрожь в любимом голосе. — О чём вы говорите, я не понимаю! Я просто завязывала галстук, — путешественница сама бы не поверила в эту ложь, проницательный герцог — тем более, поэтому мужчина разочарованно надул губы. — Оу, правда? Что ж, значит, показалось, — он разжал пальцы на девичьей талии, а после раскрыл ширму, приглашая ведущую пройти первой. — Нас заждались. Я ведь тоже с нетерпением жду продолжения.       О каком «продолжении» говорил Ризли, Люмин даже не хотела думать, ведь ей нужно было продолжать вести игру. Весь путь к ребятам, не смолкающим до сих пор, удалось занять мыслями о сценарии. Очень некстати всё вылетело из головы, перед глазами осталась лишь мужская шея и крохотный отрезок губ. В любом случае, очень непрофессионально было бы забивать этим голову, когда игроки давно были готовы встретиться с опасностями и тайнами на балу. — Итак, до назначенного места остаётся совсем немного. По дороге вы замечаете вереницу смутно знакомых лиц. Ах да, вы ведь все сидели в таверне, когда бард распевал легенду о загадочном герцоге. Думаю, самое время представиться, раз уж вам по пути. Кто начнёт? — Можно я? — на удивление, скромно попросила Навия, и все внимательно прислушались. — Я — Навия, работница местного трактира. Мне нужно говорить, почему я согласилась пойти? — В своём приветствии ты можешь говорить что угодно, даже лгать, — подсказала Паймон. — Ты немного стесняешься? Всё хорошо? — Да-да, всё отлично, просто это платье… — блондинка попыталась прикрыть декольте, но напрасно. — Вам очень идёт, Навия, — комплимент Ризли обратил на него всеобщее внимание, и он был вынужден добавить: — У вас и правда изысканный вкус. — Ох, спасибо, — девушка сразу воодушевилась, а Люмин наоборот расстроилась, что не захотела примерить какое-нибудь платье. — Так рада видеть знакомые лица! Надеюсь, легенда не окажется очередным детским лепетом. Всегда мечтала побывать на балу у настоящего герцога! И если вдруг что-то случится, давайте держаться вместе. — Согласна, это место опасно, — неожиданно подхватила Шеврёз, и сама удивилась своей смелости. — Я имею ввиду… Что знаю о некоторых злодеяниях герцога, и что нужно держать ухо востро. Ах, да, я не представилась. Я Шеврёз, капитан королевской стражи. — Не может быть! — Фурина изобразила удивление и спряталась за Навией. — Так отец всё-таки добрался до меня. Я никуда с тобой не пойду, капитан!       Шеврёз растерянно заморгала, не понимая, что ей нужно говорить. Паймон вылетела вперёд, спасая положение: — Для наших героев объясняю! Фурина — сбежавшая принцесса королевства Ла-Маш. Город Отари как раз является его частью. А Шеврёз никогда раньше лично не виделась с принцессой, соответственно, не знала, как та выглядит. — Ложь! Она не могла не знать! — вжилась в роль Фурина, обвинительно указав пальцем на растерянную «слугу». — Она оказалась здесь не просто так, мы не можем ей доверять. Не удивлюсь, если это она разослала письма, чтобы выудить меня из убежища и схватить. — Как страсти-то накаляются, — засмеялся в кулак Ризли и наклонился к Люмин. — И как ты выкрутишься? — Шеврёз! — ведущая решила подсказать: — Сейчас твоя задача — заслужить доверие Фурины. Ты можешь пройти проверку убеждения или обмануть её, придумав правдоподобную историю. — А если не пройду? — Я озвучу последствия. Ну что, кидай кубик.       О пол шлёпнулась игральная кость. Люмин наклонилась, всматриваясь в значение и на секунду застыла в этом положении. Не хватило всего одного очка для прохождения проверки… Но ведь игроки об этом не знали. Люмин теснее прижала листки к груди и радостно взглянула на Шеврёз. Такова ложь во благо. — Капитану удаётся убедить сбежавшую принцессу, что она на балу по другой причине. Однако произошедшее омрачает атмосферу в отряде. Кажется, кто-то ещё не представился, — Люмин выжидающе взглянула на Ризли, который так увлёкся просмотром этого «спектакля», что даже не сразу понял, что ему нужно говорить. — Прошу прощения. Я Ризли, обычный кузнец. Собственно, ничего необычного во мне нет. Сделаю всё возможное, чтобы помочь нашему общему делу, но никаких гарантий не даю. — Какой серьёзный кузнец, — надула губки Фурина, явно ожидавшая услышать от управляющего другие слова. — Раз все представились, полный вперёд в Запретную крепость! — Паймон засуетилась, подлетая к двери и, распахнув её, уточнила: — Люмин! На втором этаже нам в дверь с золотой перчаткой? — Да! Смотри не перепутай и не приведи их к «фуражке».       Паймон выполнила жест, который обычно делали жандармы после принятия приказа. Шеврёз это даже насмешило, и она вышла из комнаты в первых рядах. Далее на гладкий пол ступили Фурина и Навия, такие разные и одновременно прекрасные. Последние вышли Люмин и Ризли. Путешественница была бы рада присоединиться к Паймон, тоже рассказывать о том, что герои видят, какие роскошные коридоры сопровождают их на пути, но перед выходом из гардеробной герцог вдруг несильно потянул девушку за запястье, приглашая остаться с ним. Люмин была так взволнована, что её замешательство дало остальным фору, и по итогу они шли вдвоём. Смех и веселье сопровождали участников. Они вслух обсуждали свои догадки по поводу дальнейшей истории, и это грело Люмин душу. «Им не скучно», — улыбнулась путешественница и незаметно подглядела за Ризли, чей взгляд вновь был прикован к ведущей. Люмин не выдержала такого напора и, прокашлявшись, начала отвлекать себя разглядыванием коридоров собственного дома, параллельно рассуждая: — «Может у меня что-то на лице?»       Путешественница начала проводить руками по лицу, проверять, не выпала ли какая-нибудь ресничка, нет ли крошек, не потрескались ли губы. На губах её палец задержался. Такие горячие, почему? От самого тела исходил какой-то неестественный жар, неужто заболела и так не вовремя? Но Люмин чувствовала себя прекрасно, если не считать волнений перед следующей локацией, ведь ей придётся много отыгрывать. А удержаться в образе рядом с Ризли может оказаться весьма сложной задачей, учитывая, что мужчина не очень-то был увлечён игрой. Он словно попал в компанию к детишкам, радующимся присутствию взрослого рядом, пока они баловались. «Это совершенно не его стиль», — вдруг поняла путешественница, когда они уже подходили к лестнице на второй этаж. — «В толк не возьму, зачем он пришёл. Может, спросить? А не будет это слишком грубо?» — Ваша светлость, — позвала Люмин, на что Ризли сразу наклонился, чтобы их лица были примерно на одном уровне.       Путешественница стушевалась от того, как пристально герцог наблюдал за её реакцией, что совсем забыла, о чём хотела поговорить. Словно встретившись перед надзирателем, Люмин попыталась сохранить достоинство. Получилось весьма забавное выражение лица, на что Ризли по-доброму усмехнулся и выпрямился, дабы не смущать ведущую ещё больше. — Твои реакции — это просто нечто, — признался мужчина, отчего-то беспокойно поправляющий галстук. — Но перестань, пожалуйста, обращаться ко мне официально. Мы ведь не в таких отношениях, — в качестве доказательства Ризли скрестил их пальцы, и Люмин, хоть и расплылась в улыбке, в следующее мгновение боязливо переглянулась. И нет, никто на них не смотрел, словно вовсе перестали замечать воркующую в стороне парочку. — Изначально мы договорились, что я буду вас так называть, чтобы исключить… Ненужные слухи. А еще так я буду в большей безопасности, ведь недругов у вас в Фонтейне предостаточно. — Да, я так сказал, но прошло уже достаточное количество времени, чтобы наши отношения перешли, так сказать, на новый уровень. Называй впредь просто «Ризли», хорошо? — и, не дождавшись ответа, мужчина мягко подтолкнул девушку в спину. — А теперь иди. Мы уже подошли к двери, тебе пора развлекать гостей.       Люмин и не заметила за разговором с управляющим, что они на месте. Путешественница кивнула мужчине и, словно озорной ребёнок, заняла своё место впереди, готовясь поведать игрокам продолжение истории. Но сколько бы в ней не было энтузиазма, разговор с Ризли воодушевил её куда сильнее. «Новый уровень», «отношения» — все эти слова вызывали в ней любовный трепет, и светловолосая, витая в облаках, заговорила. — Вот вы и достигли бального зала. Как вы уже поняли, крепость — не выдумка, и он встретил вас своей роскошью очень приветливо. Но не пытаются ли вам замылить глаза? Если существует крепость, существует и герцог, и бесценные богатства, которыми он может вас одарить. Перед тем, как зайти, вас встречают двое стражников в бальных масках. Пройдите, пожалуйста, проверку расследования. — Да что ж такое, оно же у меня не прокачено нормально, — простонала Фурина и кинула кость. — Ну что, прошла? — Хм, удивительно, но вы все ничего не замечаете. — Как так?! — опешила «сбежавшая принцесса». — Кто прокачивал расследование? — Я, у меня выпало пятнадцать, — ответила Шеврёз, задумчиво вглядываясь в карточку своего персонажа. — Должно быть, чтобы пройти проверку расследования, требуется более высокое значение. Я могу потратить свои «очки героизма?» — Это твоя способность? — уточнил Ризли, подглядев в карточку напарницы. — Три раза за миссию игрок может потратить «очко героизма», чтобы перебросить кубик, — зачитал мужчина. — А если тебе вновь не повезёт? Резонно ли тратить эти очки на какого-то стражника? — Интуиция подсказывает, что если сценарием задано высокое значение проверки, мы легко можем упустить нечто важное. Трачу «очко героизма» и перебрасываю.       Кость брякнулась об пол, и все с интересом опустили взгляд. — Шеврёз замечает, что стражник выглядит очень болезненно, а от тела исходит трупный запах. Он молча оглядел вас своими белыми зрачками и отворил дверь в зал. — Молодец! — ярко отреагировала Навия и даже приобняла напарницу. — Теперь мы знаем немного больше, однако, после такой информации не хочется заходить внутрь. — Пропустите самое интересное, — Ризли изменился в лице и вышел вперёд, ведя леди за собой, будто был их телохранителем.       Без особых опасений, мужчина зашёл в зал, и его совсем не насторожило, что у входа их команда увидела живой труп. Стоило мужчине переступить порог, как свет в зале погас, а зловещий голос Паймон объявил: — Когда ты входишь внутрь, то чувствуешь, что трупный запах заполнил всё пространство, словно истерзанные туши находились прямо перед тобой. Из-за мрака ты смог разглядеть, как слева от тебя блеснула волшебная нить. Она обвила твои руки, ноги и утащила в темноту! Игрок Ризли ненадолго выбывает и отправляется в секретную локацию, а все остальные проходят проверку инициативы… Кидайте кубик.       Все опешили от такой новости и поблагодарили всех возможных Архонтов, что они не вошли первыми. А управляющий как будто совсем не расстроился. То, с каким напором он зашёл в комнату, хотя до этого держался в стороне, насторожило Люмин. Управляющий побеждёно выставил руки перед ведущей в то время как девушки лихорадочно пытались сообразить, что делать дальше. — Да начнётся ваш первый бой! Ура-ура! Я так ждала его, — повеселела Паймон и закружилась по кругу. — Люмин, отведёшь Ризли? Я тут сама справлюсь.       Девушка, конечно же, не отказалась, но спокойствие и послушание управляющего крепостью показалось ей крайне подозрительным. Люмин достала подготовленные игрушечные наручники и потянула за них. Ризли как-то странно хохотнул — не ожидал оказаться в наручниках — но без возражений последовал за ведущей. В коридоре всё ещё горел тёплый свет, поэтому девушка без проблем нашла нужную комнату, на которой в качестве обозначения был нарисован крест. Заведя выбывшего игрока внутрь, Люмин ещё слышала, как паникует Фурина и смеётся Навия. Без Ризли их бой может затянуться надолго, ведь главный, кто вносил бы урон, сейчас радостно шагал в наручниках и готов был принять любую участь. Включив свет, путешественница дала герцогу рассмотреть его личную локацию, из которой у него есть возможность выбраться. Но что-то девушке подсказывало, Ризли никак не заинтересован продолжать игру по стандартным правилам.       Мужчина позволил закрыть себя в импровизированной камере, которую сломать не составило бы особого труда. Тем временем в голове путешественницы разбушевался настоящий ураган вопросов. Почему он так послушно поплёлся за ней, почему позволил отыграть заточение? Разве Ризли вообще заинтересован во всём происходящем? Девушка не понимала, поэтому на её лице застыла мрачная задумчивость, которую ведущая тут же попыталась скрыть занудным текстом: — Блестящие нити притащили тебя в темницу. Вокруг себя ты увидел орудия пыток, заржавевшие от крови, а также несколько приметных деталей. Кинь проверку внимания, и я расскажу, что это за детали. — Меня возбуждает твоя погружённость в сюжет, но можешь уже не стараться быть примерной ведущей, когда мы наедине, — управляющий осмотрел камеру, в которой его заперли. — Ты даже койку мне предусмотрела, как мило, — не снимая наручники, Ризли уселся на чистые простыни и как ни в чём не бывало, предложил: — Может, чай? Или ты кофе больше любишь? — Ты это специально, — до Люмин потихоньку начало доходить. — Ты ведь никогда так не рвался вперёд, а тут вдруг вошёл в незнакомую локацию и совершенно не удивился, что тебя схватили. — Схватили, конечно, грубо сказано. — Ты, наверное, подсмотрел сценарий, когда мы шли по лестнице, — всё встало на свои места: Ризли так пристально смотрел не на Люмин, он пытался подглядеть, что будет дальше. — Но зачем? Тебе стало неинтересно, захотелось выбыть из игры? Мог бы сразу сказать…       С самого начала Люмин понимала, что герцог просто подыгрывал этим «детским играм». Не мог ведь серьёзный человек с таким титулом прийти в обитель к путешественнице, чтобы сыграть в интерактивную ролевую, отыграть кузнеца, разгадать тайны, пройти по наскоро придуманным локациям, наслаждаясь компании таких же увлечённых, как и он. И хоть Ризли сказал, что пришёл хорошо провести время, удовольствие ему приносило больше, разве что дразнить хозяйку усадьбы, как сейчас. Несмотря на услышанное, управляющий продолжал измерять камеру шагами, оценивать реквизит, его материал, всё ещё находясь в наручниках. И хоть в клетку был загнан герцог, в ловушке ощущала себя сама Люмин. Прийти, чтобы якобы «сыграть в игру», подглядеть сценарий, вывести себя из игры и всё для того, чтобы оказаться здесь, в эту самую минуту, вдали от остальных? А может, всё началось гораздо раньше? «— Вообще, мы думали, что ведущей опять будет Клоринда. — Да, я тоже так думала! — подхватила Навия, усаживаясь слева от путешественницы. Взор девушки вдруг устремился на Ризли. — Но в последний момент она отказалась. Я так и не поняла, почему. — Обязанности судебного дуэлянта могут настигнуть в любой момент, — предположил управляющий крепостью и добавил: — Хорошо, что Люмин согласилась заменить Клоринду, иначе игра бы не состоялась.» — Где Клоринда? — вдруг спросила Люмин и попятилась назад, увидев, как Ризли нагло улыбается. — Она ведь не просто так отказалась в последний момент? — Путешественница… не нужно искать во всём злой умысел. Или тебе так нравится выставлять меня злодеем в собственных глазах? — мужчина упёрся грудью о решётки камеры. Это единственное, что разделяло их в достаточно тесной комнате. — Поверь, злодея отыгрывать я умею лучше всего, — прошептал он, и в этот момент на пол лязгнули игрушечные наручники. Герцог начал растирать запястья. — Ты дрожишь. Боишься, что я изначально планировал какую-то подлость? Отнюдь. Клоринда и правда не смогла присутствовать на игре, и она первая поделилась со мной об этом. Мне стало интересно, чем она так рьяно увлекается, и решил присоединиться. Особенно тогда, когда узнал, что ты будешь ведущей. Можно сказать, я просто желал увидеть тебя в деле, и я получил, что хотел. — Допустим, я тебе верю, — задумчиво произнесла Люмин. — Но зачем нужно было выводить себя из игры? Чтобы объяснить мне всё это? — Ты была слишком увлечена игрой и озадачена моим присутствием. Нам так и не удалось нормально поговорить. И если честно, тот вид в кабинке навёл меня на несколько… интересных мыслей. Моя старательная девочка, такая наивная… — Для чего ты это говоришь? — Люмин прикрылась сценарием, однако Ризли всё равно видел её насквозь. — Если ты не собираешься дальше играть, мне, наверное, стоит идти. Ребята справятся и без тебя. — М-да, будет совсем не весело, если ты по итогу уйдёшь. Наверное, я слишком забегаю вперёд. Позволь исправиться, — безмятежно протянул Ризли и поманил девушку к себе. — Ну же, я же не зверь какой-то, не покусаю. Подойди, пожалуйста. «Всё всегда так начинается… Он просит что-то сделать, а я не могу отказать. Ты подлец, герцог! Ещё хуже, чем герцог из сюжета. Что теперь ему нужно?» — разрывалась Люмин в вопросах, пока ноги сами шли вперёд, прямо в пасть волку в овечьей шкуре.       Вблизи глаза герцога показались не такими холодными, наоборот, его взгляд выражал искреннюю заботу и беспокойство, а шершавые пальцы аккуратно прошлись сначала по щеке, потом за ушком. Ризли рассматривал её, словно врач, а Люмин лишь молча ждала вердикта, хотя сердце готово было вот-вот вырваться из груди. — Сколько ты спала в последнее время? — мужчина заметил, что его вопрос привёл мечницу в ступор. — Ты вообще в курсе, что нормальному человеку нужно спать хотя бы шесть часов в сутки? Судя по тому, что ты второпях хотела создать локации, приготовить угощения и отрепетировать сценарий, спала ты часа три за последние сутки. В гардеробной был тусклый свет, но сейчас я ясно увидел синяки под глазами. Нравится насиловать себя? — Я не насилую себя, — отмахнулась Люмин и попыталась отойти, но руки Ризли, протянутые через решётки, удержали её на месте. — И спала я больше трёх часов, к твоему сведению. — О да, мне сразу стало легче, спасибо, — ни откуда взявшийся сарказм сработал, как обвинение в преступлении. Люмин ни с того ни с сего ощутила себя преступницей, хотя в камере была не она. — Такова уж твоя природа: помощи никогда не попросишь, никому не скажешь, что плохо. Ну и что мне с тобой делать, а, принцесса?       Словно тряпичная кукла, Люмин прильнула к решётке, уткнувшись в неё грудью, стоило Ризли потянуть путешественницу на себя. Глаза испуганно распахнулись, стоило их лицам приблизиться друг к другу. Даже через это незначительное препятствие они смогли бы соприкоснуться губами, если бы захотели, и это взбудоражило путешественницу ни на шутку. Как запретный плод, мужчина манил своим ароматом, блеском, мыслью о том, что стоит сделать лишь глоток, как сладкий сок разольётся по телу грешницы. — Твои очаровательные глазки раскрывают все твои намерения. Скажи же, соблазнительная мысль завладеть преступником, ведь так? — взгляд девушки невольно зацепился за крепкую шею, сжимающуюся от возбуждённого шёпота, что исходил из уст герцога. — Вот и меня посещала эта мысль, стоило тебе с товарищами попасть в Крепость Меропид. Можно сказать, я с самой первой встречи держался. Но я ведь хотел быть хорошим, сделать всё правильно хоть раз в жизни, — шершавые пальцы пощекотали атласную кожу, вызвав у путешественницы мелкие мурашки. — И сейчас я тоже буду хорошим. До поры до времени.       Замо́к камеры звякнул, и Люмин зажмурилась, стоило железу громко удариться об пол. Ризли вальяжно вышел на свободу, взглянув на ведущую с высоты своего роста. Губы девушки сжались от волнения, она не могла перестать комкать в руках папку со сценарием, в котором, казалось, уже нет никакого смысла. Герцог сказал ей слишком много, это требовалось переварить, но мужчина не дал ей опомниться: отворил дверь узкой комнаты и силой повёл обратно в бальный зал. — Э-эй, что ты?.. — путешественницу остановили у дверей, за которыми слышались голоса участников «Настольной труппы». — Они, кажется, ещё не закончили. Придётся выдумывать, как ты выбрался… — Я просто сломал игрушечные наручники и вскрыл хлипкий замок, проще простого. Или мне нужно было разгадывать какие-то загадки? Брось, есть более лёгкий путь. — Вот именно из-за твоего отношения я и бешусь… Ты же понимаешь, что это такой жанр? Если изначально ты здесь по другой причине, то какого чёрта ты….       Ризли вырвал из невинных уст стон неожиданности, когда потрескавшиеся губы коснулись её без какого-либо намёка, разрешения. Хотя то, что Люмин тут же схватилась за мужскую шею уже можно было считать мнимым согласием, от которого герцог внутренне ликовал. Как истинный злодей, он терзал мягкие губы, оставлял на них жгучие ощущения от покусывания и посасываний, а руки исследовали тело под сарафаном, сжимая и оставляя отметины от длинных пальцев. Путешественница бесстыдно стонала в коридоре, будучи прижатой к стене крепкой фигурой герцога и не в силах вырваться, даже если пожелает. Он мог взять её прямо здесь и сейчас, когда все мысли сварились в кашу, а лёгкие способны только хватать ртом воздух, подобно рыбке, выброшенной на берег. Но Ризли же сказал, что будет хорошим и в этот раз. — А теперь послушай меня, пока я ещё в состоянии остановиться… — сколько прошло времени с их поцелуя, Люмин не могла узнать. Всё, что она чувствовала и о чём мечтала — вновь оказаться во власти своего мужчины. — Ты будешь дальше вести игру, показывать себя с лучшей стороны и каждый раз, смотря на меня, вспоминать всё, что сейчас произошло. А потом, когда ты закончишь развлекать гостей, я заберу тебя, как самый настоящий подлец, и мы продолжим эту беседу. А до тех пор я придумаю ещё немало способов вызвать у тебя столь занятную реакцию. Как видишь, меня интересует несколько другой сценарий, — большой палец оттянул нижнюю губу, открывая вид на беленькие клычки. — Что, не можешь взять себя в руки? Ты ведь умудрилась за несколько дней всё это организовать, поэтому подавить возбуждение будет для тебя легче лёгкого. Или от поцелуя со своим мужчиной ты уже теряешь голову? — Тебе придётся… взять за это ответственность! — выпалила Люмин и, злясь на всё и всех, толкнула дверь в бальный зал. Игроки не сразу заметили, что ведущая вошла внутрь, так как между ними разразился нешуточный спор. Глаза Навии и вовсе казались испуганными, потерянными, что для девушки вовсе не свойственно. Забыв, что сзади плёлся якобы освобождённый Ризли, путешественница подбежала к «Настольной труппе» и обратила свой взор на Паймон. Немигающие глаза, уставившиеся на кричащую Фурину, ни о чём не сказали, и Люмин была вынуждена вмешаться. — Так-так, стоп! Что случилось? Фурина, для того, чтобы тебя услышали, необязательно так кричать. — Тебя здесь не было, чтобы сейчас осуждать меня! — увидев, что крик не работает на Люмин, звезда Фонтейна слегка подавила ярость и продолжила немного спокойнее. — В процессе боя я и Навия потеряли все очки здоровья. — Что? Паймон! Ты что, не объяснила, как использовать способности? — Паймон объяснила! Чуть что, сразу Паймон! Ещё перед боем я сказала, что драться по-настоящему здесь не надо, исход битвы будет также решать значение на кубике. Всё, что игроки могут выбирать — какую способность использовать и как походить. Мы вели пошаговый бой, и Навия с Фуриной решили идти напролом. Враг парировал атаки, а потом убил их через две атаки! — Л-люмин, мы впервые так сражались… Обычно мы применяли реальную силу и не думали, что так стратегически важно оценивать свои силы, балансировать способности отряда, — Навия выглядела очень виноватой, на что Шеврёз похлопала напарницу по плечу. — Не утешай меня, я чувствую себя ещё большим ничтожеством… Я ведь сама говорила тебе делать как я, а по итогу умерли все, кроме тебя. — Ну, просто новичкам везёт, — попыталась оправдаться капитан особого патруля, но доля гордости за себя всё-таки промелькнула на её лице. — Что теперь делать? Да, конечно, очень хорошо, что Ризли освободился, но нас осталось только двое, а впереди ещё как минимум битва с боссом. Неужели придётся на этом закончить? — Нет, нет, ни за что! Это плохая концовка. — Таковы были последствия ваших выборов, с этим ничего не поделаешь, — сухо констатировал управляющий, но в последний момент многозначительно глянул на Люмин. — Если, конечно, у ведущей нечего добавить. Неужто ему хочется узнать, предусмотрен ли сценарием подобный исход? Конечно, Люмин уже не раз прошлась глазами по тексту и не нашла ничего, кроме печальных надписей «Если в отряде осталось половина или меньше игроков, пройти дальше не получится. Плохая концовка», однако путешественница ни за что не допустит, чтобы Навия, Шеврёз и Фурина сдались так легко. О Ризли говорить не стоило, его только забавляли общие потуги как-то вырулить из этого очевидного тупика. И тут девушку осенило: — Шеврёз, пройди проверку на внимание, срочно! — Хорошо, — дёрнула плечами девушка и бросила кубик.       Люмин было неважно, что она выкинет, ведь дальше ей предстояло полностью импровизировать. Не увидев критический провал, девушка выдохнула и, аккуратно подбирая слова, прервала напряжённое молчание. — Во мраке, поглотившим твоих товарищей, ты услышала знакомый голос. В последнее время он приходил к тебе лишь во снах. Приглядевшись, ты увидела полупрозрачный силуэт своей сестры.       Игроки переглянулись, а Ризли заинтересованно хмыкнул, скрестив руки на груди, будто критик, оценивающий спектакль. — Навия и Фурина не слышали, как по полу разносится шарканье босых ног, идущих прямо по направлению к Шеврёз. Чем ближе силуэт настигал её, тем яснее она разделяла черты пропавшей десять лет назад сестры, — Люмин ненадолго закончила повествование и обратилась к Шеврёз. — Молодец, что прошла проверку. Теперь у тебя есть возможность поговорить с ней и попросить помощи. — Но я даже не знаю, что говорить. Это, должно быть, наш единственный шанс спастись, а у меня не прокачена ни дипломатия, ни убеждение. — У меня прокачено убеждение, — вмешался Ризли и приобнял ведущую за плечо, подбадривая её. — Хочу пройти проверку и убедить сестру Шеврёз, что нам нужна её помощь, какой бы она ни была. — Она ещё ничего не сказала, не торопи события, кхм-кхм, — Люмин откашлялась, пытаясь сделать свой голос глубже и загадочнее. — Сестра, вот мы и встретились. Я так ждала тебя здесь, ты наконец пришла за мной. Как бы я хотела сейчас обнять тебя, — Люмин притворно всхлипнула, но на глазах действительно навернулись слёзы. Тема братьев и сестёр очень остро отзывалась в её собственной душе. — Я думала, ты бросила меня… Оставила здесь умирать… — Нет, я не бросила, — голос Шеврёз казался по обыкновению суровым, но она попыталась смягчить его, вживаясь в роль. — Сестра, я правда скучала по тебе. Не было ни дня, в котором я не думала о тебе. Гадать, что же с тобой произошло, было мучительнее смерти. Я пришла сюда, чтобы разгадать тайну твоего исчезновения, и теперь я понимаю, что во всём виноват этот сумасшедший герцог. — Тебе стоит поторопиться, он идёт по вашим следам, — зловеще известила Люмин, прилежно исполняющая роль, и подошла к молчащим игрокам. — Я помогу твоим друзьям, отдав на излечения последние силы, после чего наконец покину этот бренный мир. Знаешь, сестра… — девушка вдруг ощутила небывалую нежность к Шеврёз, что искренне внимала её словам, не отыгрывала. Это искоренило всё волнение и позволило закончить эту импровизацию. — Моим желанием перед смертью было увидеть твою улыбку. Наконец-то… Я могу уйти спокойно.       Люмин воспользовалась Дендро стихией, чтобы высвободить из своих рук тёпло-зелёное свечение. Фурина и Навия заворожено наблюдали, как аура элементов щекочет их кожу, подобно траве, и исчезает в воздухе, как и «сестра» Шеврёз, исполнившая свою последнюю роль. Паймон захлопала в ладоши, и в зале вновь стало светло. До этого у игроков не было возможности рассмотреть расставленные по бокам столы с фуршетом, манекены, разодетые для формальности, и граммофон, отмалчивающийся в центре зала. Ведущие переглянулись и выдохнули; сценарий спасён, можно продолжать. Навия вдруг взглянула на свои ручные часы и испуганно ахнула: — Сколько?! Уже девять часов, совсем заигрались. По сюжету мы на каком месте, близко к концу? — Вообще-то вы даже середину не прошли, — хитро подметила Паймон и рассмеялась удивлению игроков. — А вы что думали?! Новый сценарий разрабатывался с огромным трудом, да и мы постарались над локациями, чтобы вам всё понравилось. Предлагаю играть всю ночь! «Всю ночь», — обречённо повторила в голове Люмин, не представляя, откуда брать силы для ещё одних суток без сна. Где столько кофе взять-то? Ризли тоже не одобрил эту идею, возможно, даже больше, чем Люмин, поэтому не отмолчался: — Каким бы интересным не был сюжет, он не стоит того, чтобы сбивать свой режим. Вы с путешественницей и Шеврёз, возможно, привыкли пересиливать себя, но пока я с вами, я буду против. — Я согласна, хотя мне очень не хочется уходить и снимать этот наряд, — Навия кокетливо махнула волосами, на что Фурина скептично закатила глаза. — Разделяю ваше недовольство, но не стоит перенасыщаться искусством, иначе оно перестанет быть таковым и станет просто обыденностью. Ну, что ж, — внеся свою философскую лепту, Фурина сделала реверанс. — В следующую нашу встречу я воистину наслажусь балом. Путешественница, я могу забрать это платье? — Да, конечно. Эти костюмы остаются у вас до окончания сюжета. Я запишу ваши текущие очки здоровья и подкорректирую некоторые моменты. В таком случае, — ведущая взглянула на друзей и робко спросила: — До завтра?       Навия улыбнулась и притянула путешественницу для крепких объятий. Шеврёз и Фурина, хоть и не были такими открытыми, прощались с Люмин очень даже тепло, а вторая даже, слегка краснея, попросила разрешения забрать немного угощений с фуршета, который они этим вечером так и не успели оценить. Всех это рассмешило, и звезда Фонтейна уже думала гордо отказаться от «каких-то там угощений», однако Навия тоже выказала желание забрать с собой чуть-чуть и поделиться с ребятами. В конце концов, она ещё никогда не приходила из гостей с полными руками еды. Это признак хорошей хозяйки и гостеприимности, подметила Паймон и начала советовать девушкам, что бы такого взять, параллельно пробуя весь фуршет, который до прихода гостей был для спутницы под строжайшим запретом. «В этом вся Паймон. Бездонный желудок».       Путешественница тихо охнула, почувствовав на своём плече чей-то острый подбородок. Девушка совсем забыла, что всё это время за ней со стороны наблюдал Ризли и выжидал, когда же его любимая ведущая вновь останется без покровительства других гостей. Люмин это даже умилило. Мужчина и правда вёл себя достаточно послушно, если не считать его недавних выкрутасов. Не выдержав, девушка почесала его по голове, а следом услышала неожиданное предложение. — Хочешь выпьем чай у меня? — Почему у тебя? Чем мой чай отличается от твоего? — Ты же знаешь, оставлять Крепость Меропид надолго я не могу, а здесь у тебя есть Пухляш. — Мне его жалко, он так много работал в последнее время, а сейчас ему нужно прибрать за нами и подготовить всё на завтра. — Он Адепт, совершенное существо, а ты — моя милая, трудолюбивая, упёртая до невозможности девушка, которая устала не меньше, — в объятиях Ризли на блондинку вдруг обрушилась вся усталость, скопившаяся за последнее время, и Люмин слегка поманило вбок, благо мужчина стоял намного устойчивее. — Видишь? В толк не возьму, откуда у тебя остаются силы спорить со мной. — На это у меня силы всегда найдутся, — плутовка высвободилась из объятий и подошла к гостям, что уже набрали себе всевозможных угощений. Со стороны могло показаться, что они обворовывали гостеприимную хозяйку, но путешественница и Паймон быстро развеяли их беспокойство. В конце концов, так и должны поступать хозяева.       Когда Люмин призвала Пухляша, он выглядел свежо и немного «не от мира сего». По правде сказать, он так сильно желал быть частью сюжета, но Паймон вряд ли бы выдержала конкуренции от ещё одного летающего существа, поэтому адепта пришлось разочаровать. Для всех стало большой неожиданностью, что хозяйка поместья покидает его вместе со всеми, оставляя Пухляша одного убирать весь беспорядок, но слуга обители ни капельки не расстроился. Наоборот, он был рад внести свой вклад в это мероприятие, как бы Навия не жалела его.       Все оказались в ограждённой зоне посреди заброшенной деревушки, в которой Люмин спрятала свой Чайник Безмятежности. На улице уже было совсем темно, и героев спасал лишь тусклый свет фонарей, что ещё горели в этом безлюдном месте. Отсюда можно было легко телепортироваться в Кур-де-Фонтейн, поэтому участники труппы, за исключением Люмин и Ризли, двинулись в общем направлении. Паймон обернулась, чтобы поравняться плечами с путешественницей, но увидела, как герцог потянул девушку назад и сказал: — Принцесса, нам в другую сторону.       Звёздная путница кивнула и помахала заставшей их личный разговор спутнице. Паймон широко улыбнулась во все тридцать два и улетела следом за остальными. Она же всё-таки не слепая, видела, как подруга относится к герцогу, поэтому не стала ничего говорить. — Навия! Могу остаться у тебя сегодня? — Конечно! Ты мне по секрету расскажешь, что нас дальше ждёт.

***

      Никакой чай они пить, конечно, не собирались… — Принцесса… Можешь не сдерживаться, никто не войдёт, это же мой кабинет. — Д-да знаю я, ах! — Люмин откинула голову на спинку красного дивана и развязно простонала, слыша как стены разносят её голос по всему кабинету герцога.       Ризли игрался в неё пальчиками, подогревая сладостную агонию хаотичными движениями языка. Управляющий словно испытывал свою гостью, которая, по его словам, так устала, что не должна была ничего сегодня делать. Он возьмёт ответственность, как и обещал, и это жутко раздражало Люмин. Ёрзать на диване, содрогаясь от жестоких ласк, не имея возможности взять инициативу в свои руки, так мучительно приятно. Путешественница испытала достаточно стресса и волнений, чтобы, наконец, получить заслуженную разрядку, и Ризли давал её, любезно опустошая мысли, что жужжали в голове Люмин неспокойным роем. — Я близко, ах… Быстрее, пожалуйста, я хочу кончить, — Люмин вцепилась в кожу дивана, боясь, что вот-вот проделает в нём дыру. Но Ризли замедлился, серьёзно взглянул на девушку и вытер влажные губы.       Когда они так блестели, путешественница не могла отвести глаз, ведь герцогу очень шёл этот «беспорядок» на лице. А ведь Ризли так спешил, что влюблённые даже не успели раздеться, лишь скинули обувь, стянули с Люмин бельё и, страстно целуясь, плюхнулись на диван. Путешественница расположилась на краю, а герцог — между её ног, такой покорный, нетерпеливый и жадный до женского тела, которым бесспорно обладал. — Я была близко, — обиженно подметила Люмин и сомкнула колени. — Хочешь сменить позу? — У меня другая идея, — отдышавшись, ответил Ризли и резким движением стянул галстук, что Люмин так старательно завязывала. — Я собираюсь трахнуть тебя так сильно, чтобы в твоей очаровательной светлой головке не осталось ни одной ненужной мысли, — следующим движением он снял пиджак и жилет, кинув их на кофейный столик неподалёку. — Пока у тебя не останется ничего, кроме дырки, принимающей мой член, — пуговицы с лёгкостью поддались его умелым пальцам, и Ризли оказался обнажён до пояса, в то время как Люмин ещё сидела в сарафане, немного помятом и мокром от смазки. — Какие жаждущие, испуганные глазки… Я же предупреждал, что тот ещё подлец, хотя ты, похоже, получаешь от этого особое удовольствие.       Тон мужчины смягчился, стоило ему прикоснуться к застёжкам женского сарафана. Нежными поцелуями он осыпал горячую шею и коснулся напряжённых сосков через одежду. Между ног снова начало тянуть, и девушка прижалась к мужчине внутренней стороной бедра, пытаясь нащупать его собственное возбуждение, до которого Ризли запретил прикасаться. Губы герцога исследовали излюбленные точки на женском теле, обводили язычком, доводя до дрожи, пока сильные руки стягивали сарафан и бережно укладывали на столик. — Ничего себе, как ты отчаянно трёшься, — заметил Ризли, избавив возлюбленную от одежды. — Негодница, пометила меня своими соками. И как я завтра буду отыгрывать кузнеца с такими пятнами? — в шутку отругал мужчина, на что получил очаровательный, немного ленивый смешок. — Ты же не будешь возражать, если я немножечко ограничу твои движения?       Глаза Люмин блеснули от предвкушения, и в следующую секунду Ризли так же заботливо сцепил девушке руки. Мужчина уже давно приобрёл именные наручники для возлюбленной. Они были лучше обычных, что носили жандармы, но всё ещё уступали тем, что постоянно носил герцог. Получив подарок, Люмин испытала разные чувства. Обычно мужчины дарили своим женщинам украшения, но чем наручники — не аксессуар? В отличие от них, различные цепочки, кольца во время секса постоянно снимали, а вот наручники были как нигде к месту.       Девушка позволила вновь уложить себя на диван уже голой, ограниченной в движениях и разогретой. Настолько, что смазка уже начала капать на диван, но Ризли, заметив это, вылизал всё до последней капли, а дальше проник двумя пальцами в горячее нутро. Колени Люмин специально расставил слишком широко, чтобы он мог полноценно насладиться видом. Его причмокивания, взгляды, дыхание около клитора так будоражили и смущали, отчего девушка невольно хотела прикрыться, спрятаться, однако в противном случае столь искусные ласки прекратятся. — Не лги себе, тебе нравятся эти пальцы, — убеждал возлюбленную герцог, водя большим пальцем вокруг клитора. — И эти сильные руки, что играются с тобой, как захотят. Ты сама по себе слишком сильна, и ты давно желала ощутить себя слабой. Так вот, меня тебе не победить. Можешь наслаждаться своей беззащитностью, — язык плотно прижался к клитору, начал двигаться и набирать темп, пока пальцы дразнили девушку внизу, не давая и секунды отдышаться. — Своей покорностью… — Люмин съехала вниз, но только теснее прижалась к мужскому лицу, отчаянно насаживаясь на его пальцы, но мысленно желая большего. — Своей развязностью, м-м-м. Ты стала ещё больше влажной от моих слов. Ты скоро кончишь, я прав? — Люмин промычала что-то невнятное, и Ризли торжествующе усмехнулся, затеребив языком усерднее. — Да… да… — мычал он между ног возлюбленной, прогибающейся в спине и теряющей последнюю каплю рассудка!       Измученное ласками тело задёргалось в наслаждении и не могло успокоиться ещё какое-то время, ведь Ризли продолжал двигать пальцами, продлевая оргазм так долго, как мог. Люмин потеряла счёт времени, сколько прошло? Десять секунд, двадцать? Минута? Сколько её трясло от оргазма, уже было ровным счётом неважно. Герцог был полон сил и легко перевернул путешественницу лицом к спинке дивана, заставив взмокшую девушку прогнуться и открыть непристойный вид, от которого герцог лишь в предвкушении облизнулся.       Наручники немного натирали, а колени дрожали в этом положении, но пока Ризли снимал брюки, у светловолосой было время прийти в себя. Хоть она и была удовлетворена, внутри будто поселилась пустота, и мечница прекрасно понимала, чего ей не хватало. Взглянув из-за плеча на партнёра, Люмин увидела, что член управляющего уже очень твёрд, и это словно причиняет ему боль, ужасную, тянущую, ту, от которой хочется поскорее избавиться, растворившись внутри тёплого естества. Ризли подошёл сзади, не стал спешить, заботливо исцеловав чистую спинку и размяв красивую ложбинку на пояснице, делая массаж. Люмин промычала в кожаную подушку, нащупывая задницей мужской стояк, что вызвало у герцога издевательский смешок, после которого последовал хлёсткий шлепок. — Уже готова быть моей хорошей девочкой и принять этот член? — протяжно простонал управляющий и добавил ещё один шлепок. — Твоё тело так ярко реагирует на меня. Вот уже след от ладони остался, а на шее красуются засосы. Это даже льстит, — Ризли склонился над безвольным телом, упираясь своим членом между девичьих ног и дразня её чувствительное место. — Сегодня тебе не нужно ничего мне отдавать… Только принимать. Я буду нежен, но недолго, дам тебе привыкнуть, — и в качестве доказательства вставил сначала только головку, на что Люмин тягуче выдохнула. — Вот так, хорошая девочка, какие очаровательные звуки ты издаёшь… не могу удержаться.       Ризли обхватил девичьи бёдра, подталкивая себя вперёд. На каждый толчок Люмин отзывалась прерывистым стоном, но этого явно было недостаточно. Как бы герцог не угрожал «использовать» путешественницу, будто она просто дырка для члена, управляющий осторожничал, растягивая стенки влагалища, дабы избежать ненужной сейчас боли и спазмов. Как Ризли и обещал, джентльменом он долго не пробыл, не удержался: сначала несколько раз глубоко толкнулся в аппетитные бёдра, блестящие от смазки, а после ускорился.       Люмин слышала, как возлюбленный стонет ей в унисон и использует тело девушки, как только вздумается. Натянув наручники, он заставил девушку выпрямить спину, и член начал вбиваться в то самое местечко. Ризли понял, что на верном пути, когда путешественница от удовольствия выставила язык, будто шлюшка, которая не в силах удержать себя. Но мужчине даже нравилось. Он несколько раз шлёпнул партнёршу, приводя её в чувство, а после вдавил лицо прямо в подушку, вдалбливаясь так быстро, как физически позволяло тело. — Ну как, достаточно жёстко для тебя? — по-садистки ухмыльнулся Ризли и намотал волосы партнёрши на кулак. Лицо Люмин отлипло от обивки, и герцог наконец услышал, как девушка стонет, мычит, воет, не может совладать с собой, и всё из-за его члена. — М-м-м, ах, Ри-из, ах! — невнятно промычала Люмин, роняя слюни с языка на свой подбородок. — Так ты ещё можешь говорить. Значит, я недостаточно стараюсь, — досадно, но мужчина никак не мог сдержать ликование на своём лице. — Боже, как я люблю тебя… Моя принцесса, моя маленькая, ах, — Ризли зажмурился, ощущая, как стенки сильнее сжали его член. — Ты близко, да? Да, моя девочка, кончи для меня ещё раз, ты можешь. Да. Да. Ты хочешь этого, я знаю, м-м-м.       Люмин пискнула, ощущая, как волна жара парализовала сначала её живот, а потом и всё тело. Она упала лицом на подушку, в которой заглушила свои неконтролируемые завывания. Ризли сделал ещё несколько толчков и зарычал, изливаясь на красную от шлепков задницу. Руки в наручниках сокрушённо задрожали, а после высвобождения смогли лишь безвольно упасть на красную обивку вслед за измождённой хозяйкой. — Смотрю на тебя… И чувствую себя настоящим злодеем, — мужчина вытер капли пота с девичьего лица и положил руку ей на грудь, отсчитывая пульс. — Я перестарался? — Нет, — по лицу Люмин можно было сказать обратное, но вместо того, чтобы отдышаться, она пересилила себя и чмокнула герцога в гладкую щёку. — Проказница, — на лице Ризли вспыхнул лёгкий румянец, и он принялся вытирать последствия своих стараний. — Тебе ведь ясно, что сегодня ты остаёшься здесь? — Мне нужно проверить реквизит и локации перед игрой. — Без проблем, я поеду с тобой пораньше, но ночуешь ты здесь. Уяснила?       Люмин уже ничего не стала отвечать. Она удобно уложила голову на подушку, размеренно задышав под заботливыми прикосновениями герцога, который не мог отвести глаз от возлюбленной и перестать думать о том, как путешественница сегодня мило выглядела в роли ведущей. Такая вся деловая, лучезарная и талантливая. — Я и правда тот ещё злодей.