Прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко

      — Иди. Иди прочь, — едва слышно прошелестел невесть откуда взявшийся дедок, — такому юному дитя ещё не место в Дуате. Ступай.       — Хсссссс..., — сфинксу данное предложение было явно не по душе. И скалилась киса, и шипела. Старик на это лишь опять палкой замахнулся.       На сей раз до кисы дошло, хоть, судя по выражению личика, жалко ей было отнятой добычи. Да ещё кем! Каким-то старикашкой... Обиженно рыкнув, она демонстративно повернулась к почтенной публике мохнатым задом и гордо подефелировала прочь. Видимо, обратно к пьедесталу.       Могла ли мисс Джиген в одиночку справиться с хищницей? Ну в принципе, да. Как-никак, в её арсенале имелись молнии, выпускаемые из рук, аки Император Палпатин. Энергетический сгусток, что мог хорошенько так обжечь. И зелёная дымовая завеса, дабы дезориентировать врага и самому втихаря смыться.       Всё оно так, только вот нюанс... Могла ли молния убить зверя? Скорей всего, да. Только вот истинный Друид дарует только исцеление и жизнь. А не боль и смерть. А туман был бы эффективен против зверя с тонким чутьём? Так что...       Саша толком опомниться ещё не успела. Едва удалось кое-как восстановить сбившееся дыхание, как спасший её старик уже протянул ей сухую ручонку.       — А?...       — Отринь свои страхи, дитя. Мы знали, что ты посетишь нашу обитель. Мы ждали тебя, — улыбка чуть тронула морщинистые губы.       Кто же он, в конце концов? Не ловушка ли это всё? Ох, как же порой досадно, что не дано ей предвидеть события наперёд, как миссис Холмс! Тяжело осознавать, насколько ты слаба...       А старичок тем временем проделал весьма неожиданный фокус. Пока у химеры был внутренний раздрай, он — рраз! — одним движением поставил её на дрожащие ноги. Как пушинку. В его-то возрасте... Причём руку так не отпустил.       Ничего не оставалось, как последовать за ним. Причём и юркая походка, и силища, с которой он сжимал бледное запястье химеры также совсем мало соответствовали его возрасту. Тут явно что-то нечисто...       — Извините... Сэр! — наконец выдавила из себя вконец спутавшаяся мисс Джиген, нервно подёргивая взлохмаченным хвостом, — но куда мы... Подождите, пожалуйста!       Ответом на этот раз было молчание.       Душу вновь окатил страх, словно кипятком. Саша попыталась было выдернуть руку — и в этот момент старик наконец соизволил обратить на неё взор. Но не был в нём гнева или злобной радости.       — Смертное дитя, — терпению дедули можно было лишь позавидовать, — я разделяю твои опасения. После всей боли и лжи, что выпали на долю твою. Пусть же покой наполнит твоё Ка, ибо сейчас ничто не угрожает тебе. И посмотри, мы с тобой уже на месте.       Друидка, всё ещё мелко дрожащая, наконец-таки обратила внимание на окружающую её местность.       Над головами у них хмурое небо, сплошь укрытое тяжёлыми, почти чёрными тучами.       По обеим сторонам тропы — высокие гранитные скалы. До такой степени гладкие и ровные, словно их обрабатывали чуть ли не каждый день. А сама тропа обрывалась в никуда. В пропасть, в бездну. А у самого её края, на пушистых перистых облачках покачивался корабль! Точнее, узенькая деревянная ладья с длинными бортами. На одном из них (очевидно, носовой части) чернел знак Ока Уаджет.       Сашин проводник, по прежнему не выпуская её руки, приблизился к невесть как держащемуся в воздухе судну (серьёзно, под ним не было никакого намёка на хоть что-то, потвёрже облаков) и нежно погладил деревянный бок свободной сухонькой ручкой.       — Пора нам в путь, старушка Атет. Заходи же, дитя. Время пришло.       Ох... Похоже, у неё просто нет выбора. Позади — кровожадная кошкоженщина, впереди — неизвестность. Хотелось бы верить, что всё же не ловушка это...       Не без помощи старичка Друида опасливо ступила на закачавшийся под ногами борт древнего судна.       Ладья, словно повинуясь немому приказу, медленно поплыла по пушистым облачкам.       У мисс Джиген, признаться, был лёгкий мандраж. Но провожатый пока ещё не торопился прикладывать к её горлу нож, с коварным смешком. И творить ещё какие-то другие непотребства...       — Береги глаза, дитя! — неожиданно густым баритоном произнёс дедок, заставив химеру вздрогнуть от неожиданности.       Увиденное поразило ещё больше. Рядом с химерой восседал отнюдь не хилый старичок в потрёпанном рубище. Суровые ястребиные глаза, казалось, не просто смотрели в душу, а пронзали её насквозь. Вместо лохмотьев птицеголовый человек был облачён в белоснежную тунику, богато расшитую золотом.       — Береги глаза! — повторил он обомлевшей Друидке, которая только пыталась принять и переварить мысль, что находится в компании ни абы кого, а самого Ра! Так и сидела бы она с раскрытым ртом, если б не столб яркого света, заставивший её инстинктивно зажмуриться.       Атет, ладья солнечного бога, плыла по воздуху навстречу ясным лучам дневного светила. Увозя Звёздную Друидку под ясны очи звероголовых богов.