Прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко

      Прошло приличное количество времени, прежде чем Друидка смогла наконец открыть глаза.       Ладья солнечного бога по-прежнему плыла по белоснежным облакам. Но, приглядевшись, Саша уже могла различить впереди нечто новое и незнакомое пока ей. Что это? На пирамиду не похоже...       — Дитя, — вновь зазвучал голос Ра. Химера невольно вздрогнула. Всё-таки сложно оказалось привыкнуть к мысли об обществе самого настоящего египетского бога. Причём ещё и так называемого начальника над остальными божествами пантеона!       — Вот он, конец твоего пути, дитя, — провозгласил птицеликий, поднявшись во весь рост. Ладья опасливо покачнулась. Однако Ра успел взять за руку охнувшую от неожиданности химеру весьма галантным жестом.       Здание, к которому они причалили, очень мало общего имело с древнеегипетской культурой. Ближе всего в нём ощущался дух Эллады. Белоснежные колонны такой вышины, аж коленки дрожат. Мраморных ступеней всего пять, но зато каких! Целый корабль поместится, не то что солнечная ладья. Стыдно признаваться, но малость боязно было сходить с судна на них, зная, что под бортами лишь бездна.       Но владыка солнца, конечно, всё видел и понимал, так что аккуратно придерживал гостью за бледную ручку, пока они вместе не достигли самой верхней ступени.       Белый, словно слоновая кость, мрамор так блестел, аж глазам больно становилось. Сам же он имел форму ровного полукруга. Потолка и стен не было, так что над головой свивались в разнообразные формы облачка, а вместо последних были колонны в количестве шести штук, совершенно такие же, как те, что поддерживали кровлю снаружи. И у подножия каждой восседали ровно пять тёмных, неподвижных фигур. Когда Ра подвёл химеру поближе, она увидала, что то были каменные статуи. С человечьими телами и звериными головами. Первая, что слева от них — женщина с львиной мордой, следующий от неё — человек с головой крокодила. Третий по счёту — бараноголовый бог. А рядом с ним пустой каменный трон, без каких-то особых изысков, просто серый гранит. Так что пятой восседала кошкоголовая богиня (её мордочка слегка напоминала сфинкса, но не нечисть египетскую, а того, кем лысых кошек кличут). А вот у последней статуи в данном ансамбле, напротив, Сашенька только сейчас заметила обычное женское лицо. Только корона была малость диковинная у неё. В виде изящных рогов, с гладкой сферой между ними.       КРАК! ХРУСТЬ! ХРРРРЯСТЬ!...       Химера аж подпрыгнула на месте от неожиданности, не успев ещё толком рассмотреть изваяния. Причём на миг ей показалось, что одна из них... шевельнулась?       Ан, нет, не показалось!       Со громким стуком посыпались обломки гранита прямо на мраморный пол. Один за другим вставали со своих тронов египетские боги, на глазах обретавшие плоть вместо мёртвого камня.       —Ух ты! Ну как гаргульи, честное слово!, — едва не произнесла вслух Друидка.

***

      Сехмет, яростная повелительница войн.       Себек, в чьей власти воды великого Нила.       Хнум, что жизненную силу дарует всему, что родит земля.       Бастет, царственное воплощение кошачьей грации.       И волоокая Хатхор, что опьяняет смертных любовью.

***

      — То ли это дитя, о котором поведали нам Существа со Звёзд?       — Именно так! Пришёл её час!       Так, переговариваясь между собой, боги плотным кольцом обступили мелко дрожащую химеру.       — Что ж. Мы приветствуем тебя, смертное дитя. Существа со Звёзд предсказали нам о твоём прибытии.