Приходи посмотреть на звезды

— Арс, ты че такой хмурый сегодня? — спросил мужчина, перелистнув страницу тетради одного из учеников. — Антон уже третий день не отвечает ни на звонки, ни на сообщения, — встревоженно ответил Арсений. С каждым днем он начинал накручивать себя всё больше и больше. — А, тот самый, — Паша нахмурился, вспоминая парня, о котором его друг уже успел рассказать. И ему, если честно, не особо нравилось это всё. Он знал, что у Попова уже был неудачный опыт с парнями-подростками. После того случая он долго вытаскивал его из бедственного положения, следя за тем, чтобы он не спился и не наложил на себя руки. — Ты, главное, успокойся. Не нужно так изводить себя. — Да не могу я успокоиться! — раздражённо крикнул Арсений и сразу же пожалел об этом. Ведь Паша не знал всех подробностей того вечера. А у Попова до сих пор стоит перед глазами изрезанная рука Антона и его глаза. Там был такой мрак, что самому хотелось на стену лезть. — Извини, Паш. Я просто… переживаю за него. — Я понимаю, конечно, — он подошёл к другу и некрепко сжал его плечо. — Ты же знаешь его адрес? — Да, знаю, — Арсений недоуменно посмотрел на мужчину. — А что? — Ну так съезди к нему, — после этих слов Арсений сразу же вскочил с кровати, но друг остановил его, усаживая обратно, нажав на плечи. — Ну не прямо сейчас же! Арс, не тупи, уже одиннадцатый час, и твой пацан уже спит наверняка. Тебе, кстати, тоже не помешало бы. — Блин, вот я дурак. Как я сразу не догадался, — хлопнув себя по лбу, сказал мужчина. — А вообще, да, ты прав. Поеду завтра.

***

Антон просыпается от того, что… да просто просыпается. Никаких кошмаров и громких звуков не было, а значит, организму просто хватило сна, и мозг автоматически включился в рабочий режим. На четвёртый день ему стало лучше, но, к сожалению, только физически. Всё это время ему совершенно не хотелось разбираться в своих чувствах и ощущениях. Он устал от огромного потока мыслей в своей голове, которые не получается разложить по полочкам, и от попыток понять свои же чувства, эмоции и ощущения. «Мне кажется, или у меня в душе кто-то сходил в туалет, забыв после этого убрать за собой то говно, что сейчас до сих пор там?» — мрачно подумал Антон, взяв пачку сигарет со стола и пошёл на балкон. Захлопнув дверь, он сел прямо на пол, облокотившись на стену, и глубоко затянулся. Последние несколько дней он пытался убить раковыми палочками не только себя и тоску в душе, но и чувство голода. Всё это время родительница дома не появлялась, а у Антона просто не было сил сходить в магазин, и поэтому в холодильнике было пусто. Просить друзей тоже не хотелось. Они и так сделали для него уже слишком много. «А ты им чем оплатил? Тем, что не выходишь на связь уже четвёртый день и заставляешь всех волноваться?» — испытывая злость и неприязнь к самому себе, Антон со всей силы прошёлся кулаком по шершавой балконной стене, отчего кожа на руке стерлась. Одной сигареты не хватило, чтобы насытиться никотином, поэтому он достал из пачки ещё одну — последнюю. «А если курить… курить… курить… курить… то можно прожечь душу?» — размышлял Антон, выдыхая сладковатый дым через нос. Поднявшись с пола, он кинул бычок в пепельницу и пошёл собираться в магазин. Ну как собираться… Просто накинуть на себя какую-нибудь толстовку поверх футболки. Надевать кольца и браслеты желания не было. Сейчас Антону было совершенно плевать на то, как он выглядит. Первой попавшийся на глаза была розовая толстовка больших размеров. Она была немного утеплённой и мягкой на ощупь. В ней парень чувствовал себя так, словно он находился в теплом и уютном облачке. А ещё у неё был объёмный капюшон, в котором можно было спрятаться от ветра, снега и внешнего мира. Взяв с собой телефон, чтобы по дороге слушать музыку в наушниках, Антон решил не выводить его из самолетного режима. Взглянув на время, он недовольно поморщился, ведь идти в магазин в восемь утра совсем не хотелось. И даже неудивительно, что утро началось так рано, ведь эти несколько дней он спал почти сутками, лишь изредка просыпаясь, чтобы сходить в туалет и выпить таблетки. Ему даже приходилось ставить будильник, чтобы не проспать приём лекарств. Медленно шагая по улице, Антон шёпотом подпевал песне, не обращая внимания на недоуменные взгляды прохожих. С недавних пор эта песня стала одной из его любимых.

Love, I have wounds,

Only you can mend,

You can mend, oh, oh, oh.

I guess that's love,

Мелкие снежинки кружились в воздухе, собирались в хлопья и оседали на дороге, машинах и деревьях. Обычно Антон всегда этому восхищался и завороженно смотрел на небо, наблюдая за незамысловатым танцем снежинок. Но сейчас же он продолжал идти вперёд с пустым выражением лица, чувствуя себя словно не живым. Наверное, за эти несколько дней он ощутил слишком много эмоций и теперь просто перегорел как лампочка.

But l guess that's love.

I can't pretend,

I can't pretend, oh, oh, oh.

I guess that's love.

Антон продолжал тихо нашептывать слова песни, подходя к магазину. Кивнув продавщице в знак приветствия, он снял один наушник и пошёл выбирать продукты. Бюджет был ограничен, поэтому пришлось взять лишь колбасу, хлеб и помидоры. Ну и, конечно же, сигареты. Сегодня выбор пал на старые добрые Мальборо красные. Как раз под стать скверному настроению. Расплатившись, Антон уже развернулся, чтобы уходить, но внезапно вспомнил, что коту тоже нужно купить еды. Несколько упаковок влажного корма отправились в пакет к остальным продуктам. И он, наконец, вышел из магазина. Путь домой был таким же неспешным и с наушниками в ушах. Обычно дорога туда и обратно занимала не больше пятнадцати минут, но сейчас это время растянулось вдвое, потому что идти домой совершенно не хотелось. Там было слишком одиноко и из-за этого слишком неуютно. Радовало лишь то, что у него есть Тейт. Его маленький пушистый котик, который почти всегда приходил к нему перед сном и ложился рядом, довольно мурлыкая. Хотя котик был уже далеко не маленьким, и в следующем месяце ему будет предположительно год. Антон нашёл его на улице ещё совсем крохой. Он просто не мог пройти мимо, увидев этот маленький комочек, который лежал, свернувшись калачиком под лавкой и мелко дрожал от дождя и ветра. Лифт наконец-то починили, и поэтому Антон решил поехать на нем. Было страшно застрять где-нибудь на середине пути, но подниматься на шестой этаж со слабостью во всём теле тоже не хотелось. Благополучно доехав, Антон вышел из лифта и встал в ступор. Не веря своим глазам, он стал часто-часто моргать. Около двери в квартиру на полу сидел Арсений, запустив пальцы в волосы. — А…Арс? — тихо, почти шёпотом позвал парень. Встрепенувшись, Арсений вскочил на ноги и несколько секунд просто смотрел на Антона, кажется, тоже не веря своим глазам, а затем бросился к нему, крепко сжимая в объятиях. Он обнимал его так, словно это был их последний раз, и он больше никогда не увидит этого мальчишку с грустными глазами, но с солнечной душой. На глазах непроизвольно выступили слезы. Он до смерти напугался, ведь стучал в дверь уже двадцать минут, но ему никто не открывал. — Господи, ты хоть представляешь, как я испугался за тебя! Я думал, что… ты что-то сделал с собой, — мужчина отпрянул от подростка и начал трясти его за плечи, пытаясь докричаться. — Антон, нельзя просто так взять и пропасть со всех радаров! Особенно после того, что я увидел. — Извини, прости меня. Я действительно глупо поступил, — он стыдливо опустил глаза в пол и начал глубоко дышать, чтобы не расплакаться как девчонка. — Что происходило все эти дни? Почему ты мне не отвечал? — немного успокоившись, Арсений выдохнул и отошёл на шаг от парня, не желая напугать его своими импульсивными действиями. — Я болел, правда. И мне просто хотелось побыть одному и отдохнуть от всего, — тихо произнёс Антон, всё ещё глядя в пол. — Солнце, ну ты же понимаешь, что так делать нельзя. Целых три дня ты не выходил на связь. Боже, я уже чего себе только не надумал, — уже более ласково произносит Арсений и протягивает парню большой бумажный пакет тёмного цвета. — Вот это подарок тебе, и отказы я не принимаю. — Что это? — Антон только сейчас заметил пакет, который стоял до этого рядом с дверью. — Теплая куртка и зимняя обувь. А то ты так и будешь болеть, пока ходишь в осенних вещах, — лёгкая улыбка тронула губы мужчины. Ему было приятно заботиться о парнишке. — Не стоило. Я бы и сам в скором времени накопил на них, — он неуверенно принял подарок, не зная, как реагировать, и поднял голову. — Спасибо. — Потом отблагодаришь, — пошутил он и тут же мысленно выругался на себя, увидев испуганный взгляд. «Дурак, зачем ты это сказал? Ты хочешь ещё больше его отпугнуть?» — промелькнула мысль у него в голове. — Я пошутил, не переживай, — выставив ладони вперёд, успокоил его мужчина. — Будешь чай? — Антон поспешил перевести эту неудобную для обоих тему. — Да, можно, — ответил мужчина, пытаясь улыбнуться. В прихожей их встретил кот. Он подбежал к Антону и начал теряться об его ноги, громко мурча, но, увидев незнакомца, тут же отпрыгнул на безопасное расстояние и начал тихо шипеть. — Успокойся, Тейт. Это Арсений. Я думаю, он не опасен. По крайней мере, надеюсь на это, — усмехнулся Антон, глядя на мужчину и ожидая его реакции. — Да, я и вправду не опасен, и не только для Тейта, — уверенно произнёс он, глядя на парня. Осторожно приблизившись к животному, он присел на корточки и протянул руку. — Будешь бутерброды? — Антон отвёл взгляд, понимая, что подкол мужчина не оценил. — Давай, — Арсений уже медленно поглаживал кота, который начал к нему привыкать. — Я его, кстати, в тот день не видел. — Наверное, он стеснялся показываться, — улыбнувшись, сказал Антон по пути на кухню. Поставив чайник закипать, он принялся нарезать колбасу, хлеб и помидоры тонкими ломтиками. Глядя на очень аппетитные бутерброды, его желудок громко заурчал, прося еды и сглотнув слюнки, которые накопились во рту, парень закончил делать бутерброды и положил их на тарелки. Арсений сделал чай, и они оба сели за стол. — Эх, сладенького не хватает, — расправившись с бутербродами за считанные минуты, сказал Антон. — Можем сходить в супермаркет, взять продукты и приготовить самостоятельно. Как тебе идея? — с энтузиазмом предложил он. — О, у меня тут как раз есть рецепт шоколадных кексов! — воодушевленно воскликнул юноша, едва не опрокинув рукой кружку с чаем. — Ну, тогда вообще отлично, — тепло улыбаясь, он глядел на Антона и не мог не радоваться. Он вдруг понял, насколько начало меняться отношение парня к нему от встречи к встрече, как он постепенно переставал быть колючим ёжиком и начинал искренне улыбаться. — Только вот я готовить не особо умею, — он пожал плечами и сделал глоток уже немного остывшего чая. — Я тебя научу, — махнул рукой Арсений, хоть и понимал, что научить готовить — это непросто. Особенно, когда ты никого раньше не учил.

***

— Хочешь ещё чего-нибудь? — уточняет мужчина перед тем как пойти на кассу. — Апельсинов, — тихо произносит Антон, чувствуя себя неудобно из-за того, что Арсений покупает это все за свои деньги. — А потом вслух рассказов длинных? — рассмеявшись, вопросил он. — Почему бы и нет, — улыбнувшись, Антон начал вспоминать припев из песни Земфиры. Бродя по супермаркету уже минут пять, они никак не могли найти отдел с апельсинами и оба даже немного расстроились, думая, что их и вовсе нет зимой. Но тут им на глаза попался работник супермаркета, который помог найти нужный товар. Оказалось, что в этом супермаркете апельсины продаются только в упаковках. Антон долго возражал, но в итоге позволил взять мужчине аж три упаковки, в которых было по четыре штуки. По дороге домой Арсений настоял на том, чтобы зайти в кофейню. — Но мне ничего не надо. Ты уже и так много потратился, — недовольно буркнул Шастун. Конечно же, Попов выбрал весьма недешёвую кофейню, и парня успокаивало лишь то, что себе он брать в ней ничего не будет. Внутри был небольшой отдельный уголок для посетителей, отгороженный стеновыми деревянными панелями. По обе стороны там стояли несколько столиков из темного дерева, и над каждым из них были подвесные светильники. А вот зона заказа была весьма выделяющейся. Она была глянцевой и ярко-красного цвета. — Ты пока посиди, а я пойду сделаю нам заказ, — Антон хотел возразить, что не «нам», а себе, но мужчина успел быстро ретироваться. Напротив него сидели два весьма странных молодых человека, и это начинало немного напрягать. Ну как молодых. Одному из них на вид было за сорок, а второму как будто только недавно исполнилось восемнадцать. Эти двое сначала о чем-то переговаривались, смотря на него, а потом тот, что был действительно молодым человеком, вышел из-за стола и подошёл к Антону. — Ты здесь тоже со своим папочкой? — слащаво произнёс парень, растянув губы в ухмылке. — Папочкой? — нахмурившись и сощурив глаза, Антон даже слегка приоткрыл рот, искренне не понимая, что сейчас происходит. — Ну или как ты там своего называешь, — продолжая гаденько улыбаться, ответил незнакомец, издав смешок. — Своего?.. О чём вообще речь? — до Антона постепенно начало доходить, о чём подумал этот парень, и от осознания этого хотелось плюнуть ему в лицо. — Ладно, не важно. В общем, я хотел предложить тебе… — он не успел договорить, потому что Антон вскочил из-за стола и выплюнув ему в лицо «пошёл на хуй» поспешно удалился. — Я тебя на улице подожду! — крикнул он Арсению, попутно доставая из кармана толстовки пачку сигарет с зажигалкой внутри. Было мерзко. Как о нём вообще могли подумать такое? Что за хуйня вообще произошла И что этот человек хотел ему предложить? Куча вопросов была у Антона в голове, но ни на один из них он не мог дать ответа. Тут он вспомнил о вещах, которые купил ему Арсений, и стало ещё хуже. А эта шутка про: «потом отблагодаришь». Неужели… Голос Арсения за спиной вывел из раздумий. — Что-то случилось? — спрашивает он, подойдя ближе. — Да я и сам не понимаю, — задумчиво отвечает Антон, делая очередную затяжку и позволяя дыму заполнить его лёгкие. — Так давай разберёмся с этим вместе, — поставив стаканчики с кофе прямо на асфальт, он подходит к Антону почти вплотную и кладёт руки ему на плечи, тем самым заставляя посмотреть на себя. Антон поднимает взгляд и натыкается на внимательный прищур голубых глаз. Он ещё никогда не видел их настолько близко. Ясный, прямой и пронзительный взгляд голубых омутов поистине затягивал. — Ладно, постараюсь собрать мысли в кучу и объяснить всё, — сделав глубокий вздох, произнёс парень. — В кофейне ко мне подошёл человек, и он подумал, что мы с тобой… Я даже не понимаю, что именно. В общем, он назвал тебя моим папочкой или папиком. Не суть, короче. Сначала я вообще ничего не понял, а потом сложил вместе твой подарок, эту фразу про то, что я отблагодарю тебя потом, и эту ситуацию и… — Ну что за глупости ты говоришь! — не выдержал Арсений. — То, что я тогда сказал, было лишь неудачной шуткой, и тебе не стоит воспринимать её всерьёз. И запомни. Ты абсолютно ничего мне не должен. Ни за подарок, ни за всё остальное. Я делаю это только потому, хочу сделать тебе приятно и увидеть твою улыбку. И без всяких там дурных мыслей. — Прости, это я, как обычно, надумал себе всякого, — Антон надеется, что все слова мужчины — правда. По крайней мере, ему очень хочется в это верить. Конечно, на все сто процентов он довериться не может, ведь у него с этим большие проблемы. но терзать себя сомнениями и догадками — тоже не дело. Поэтому он решает просто отпустить ситуацию. — Тебе не нужно извиняться за это, — Арсений некрепко сжимает плечо юноши и отстраняется, снова возвращая ему личное пространство. — Я не знал, какой кофе ты пьёшь, и поэтому взял на свой вкус, — подняв стаканчики с пола, он вручил один из них Антону. — Спасибо, но всё же не стоило, — наткнувшись на суровый взгляд, он мгновенно спрятал лицо за стаканчиком, делая глоток. Латте. Карамельный. Оказалось, что он гораздо вкуснее, чем тот, пакетированный из супермаркета.

***

Готовка кексов вышла весьма увлекательной. Особенно для Антона, ведь его кулинарных способностей хватало лишь для готовки яичницы или жареной картошки. Хотя, по сути, он просто стоял рядом с Арсением и внимательно наблюдал за процессом, параллельно слушая о том, в каких пропорциях, что и куда нужно добавлять. Оказывается, что мужчине даже рецепт был не нужен, и он хорошо справлялся без него. И у Антона снова возникли вопросы. Почему женатый мужчина умеет так хорошо готовить? Или он делает это вместо жены? А может он вообще не женат, Но почему тогда носит кольцо? Чтобы снова не забивать себе голову и не накручивать себя, парень решил все-таки задать этот вопрос, который уже очень долго не даёт ему покоя. — Арс, а ты женат? — быстро произнёс он, чтобы не передумать в моменте. — А почему ты спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил мужчина, слегка улыбнувшись. — Ну, не знаю. Интересно. «Действительно, Антон, а зачем тебе эта информация?» — вдруг задумался юноша. — Нет, это не обручальное кольцо, — ответил Арсений, поняв в чём дело. — А, ну понятно, — ровным тоном произнёс Антон, понимая, что на самом деле ему был важен ответ на этот вопрос. Только вот почему, пока не ясно. Тесто для кексов было готово, и оставалось только разложить его по формочкам и поставить в духовку. Но внезапно раздался неожиданный стук в дверь.