Смерть - единственный исход злодейки

Пронзенная, Ивонн пошатнулась. Ее глаза, обращенные к Деррику, были широко распахнуты, как будто она не верила в происходящее. – Бр… Брат, почему? Ивонн прикусила губу. Это был тихий, слабый голос, который мог вот-вот исчезнуть, словно дуновение ветра. Она почувствовала острую боль от удара мечом. Деррик дрожащими глазами посмотрел на этот меч, который он вонзил в её тело своими собственными руками. Он собственноручно зарезал свою младшую сестру. Внезапно тошнота подступила к его горлу. – Ты, ты не моя сестра. Он стиснул зубы и отбросил лишние мысли. – Кто ты, черт возьми, такая? – Я Ивонн, брат. Сестра, которую ты потерял в день фестиваля. Ивонн снова пробудила чувство вины Деррика загадочным взглядом, то ли улыбающимся, то ли плачущим. – Если я не Ивонн, то кто, черт возьми, может быть Ивонн? – Заткнись! Но Деррик больше не поддавался обману. – Ивонн, Ивонн не может быть такой злой! Ивонн, этот ребенок! Просто увидев увядший цветок в саду, она весь день не вылезала из комнаты. Он озадаченно посмотрел на разрушенный сад. Цветник Эккартов, созданный покойной герцогиней, был сокровищем Ивонн. Когда его младшая сестра обнаружила, что один цветок засох, она так горько заплакала, словно её мир рухнул. И она не могла быть такой радостной, устраивая беспорядок в саду. Его разум, который до этого был окутан туманом, теперь прояснился. – Кстати, кто ты, черт возьми, такая? Деррик посмотрел на девушку, которую ударил мечом, словно увидел её впервые. Взгляд Ивонн говорил о том, что он был прав. – Ха-ха-ха, ты наконец заметил? Лицо, выглядевшее так, словно принадлежит демону, теперь казалось совершенно незнакомым. – Это правда. Я уже давно захватила тело твоей сестры. – Что? – Бедная, бедная Ивонн Эккарт. Девушка разливалась соловьем, словно ничего с ней и не случилось, словно не её ранили мечом только что. – Ее забрало нечто злое, и все из-за брата, который отпустил ее, а теперь и ее тело умрет от его меча. – Что, что… – Ты думаешь, что я лгу? Она приближалась к Деррику шаг за шагом, насмехаясь над ним. Поскольку расстояние между ними было маленьким, наполовину вонзенный меч постепенно исчез в теле Ивонн. Наконец, женщина, приблизившись к рукояти меча Деррика, внезапно повернулась к нему лицом, словно хотела подразнить ребенка. – Ты все еще не веришь мне? Если бы она была человеком, она бы не смогла протянуть так долго. Никто не может так легко ходить с мечом в груди. Глаза Деррика вспыхнули красным. – Сумасшедшая! Ивонн! Он выкрикнул имя своей сестры, вонзив меч в тело незнакомки. И в тот момент, когда он собирался обрушить его на шею женщине, послышался звук ломающихся и впивающихся в плоть костей. Это было похоже на недавний звук вонзающегося меча. Деррик медленно опустил взгляд. В левой части его груди застряла чья-то рука. Когда он снова поднял глаза, то увидел счастье на лице женщины. Как и ожидалось, трудно использовать контроль разума на взрослом человеке, имея неполный артефакт. Рука, находившаяся в его груди, начала двигаться вглубь. Изо рта Деррика потекла алая кровь. Его рука беспомощно упала, не достав меча. Он посмотрел на свою сестру глазами, полными боли. – Ты... сумасшедшая. – Интересно, как Пенелопа отреагирует, если я вырву твое сердце? - ядовито прошептала Ивонн. Ее слова потрясли Деррика, его глаза задрожали. Каждый раз, когда она видела влюбленного мужчину, такого неприступного, помешанного на чести семьи, ее бесила эта женщина. Было приятно наблюдать, как он обманывается сокровенными мыслями по своей глупости, но иногда было неприятно понимать, что причина была не в ней, как раньше.* – И все же она станет притворяться, что хочет спасти тебя? Или посочувствует твоей смерти? А если это и не Пенелопа вовсе... Ивонн посмотрела на шатающегося глупого мужчину и выплюнула свой яд: – ... ты так же будешь испытывать отвращение? – Прекрати. – Деррик инстинктивно попытался заткнуть Ивонн рот. Но со своим сердцем, пронзенным ее рукой, он ничего поделать не мог. – Деррик Эккарт, который привел свою младшую сестру на церемонию совершеннолетия сводной сестры и в конце концов довел ту до самоубийства. – Прекрати это, прекрати! – Как ужасно было бы узнать, что на самом деле ты любишь ее и предал ее из-за промывания мозгов, правда? Ивонн выплюнула эти жестокие слова ему в лицо, и отвращение, которое он скрывал, вырвалось наружу. Дрожащие лаза Деррика внезапно замерли. – Ты, ты, это… Его лицо побледнело, словно он задыхался. – Мой бедный брат. – Остановись! – Каждый раз когда дело касалось Пенелопы, ты злился, как ревнивец, и даже не подозревал, что любишь. Ивонн погладила его бледное лицо своей изящной рукой. – А теперь покойся с миром. – она опустила голову, нашептывая эти слова словно колыбельную. Деррик, выглядевший обезумевшим, даже не пытался сбежать от приближающейся женщины. Вскоре ее мягкие губы почти коснулись его губ. – Вайнд Писсон Прассон! Внезапно ее обожгло. Ивонн сумела избежать атаки, толкнув Деррика. Ее защитой также являлись монстры, окружавшие их. Но два монстра-паразита подверглись атаке и тут же исчезли, несмотря на то, что в прошлый раз магия не сработала. После того, как ураган унесся прочь, останки монстра, настолько крохотные, что не смогли бы регенерировать, посыпались как дождь. Кто-то с трудом выбрался оттуда. – Магия улучшилась. – Тебе конец, гребаная Пенелопа Эккарт – добавила Ивонн. * * * Потребуется слишком много времени, чтобы раскромсать Ивонн так, чтобы она не смогла выжить. «Если бы я могла сосредоточиться на чем-то одном, я бы справилась». Я посмотрела на наследного принца и герцога, которых отбросило назад и которые без остановки размахивали мечами. Внезапно заклинания на зеркальной палочке сменились на более безумные. «Сумасшедшие, комбинированные заклинания делают меня сильнее!» Это было слишком одномерное заклинание, на мгновение я растерялась. – Вайнд Писсон Прассон! Измененное заклинание имело интересный эффект. Несколько вихрей в одно мгновение бешено пронеслись по саду, уничтожив монстров одним ударом. Я не знала, что это произойдет. Лицо Ивонн попалось мне на глаза. Деррик беспомощно лежал рядом с ней, но это было не мое дело. «Теперь ты мертв». Все, что мне оставалось сделать, это победить последнего босса. – Вайнд...! Как только я шагнула к ней, произнося заклинание, резко раздался крик нового монстра, прорезавшего небо. Он казался знакомым. Земля задрожала. Это произошло так внезапно, что я на какое-то время выпала из реальности. Все вокруг кричали. Что-то появилось из-под земли и схватило герцога. – Отец! – крикнул Рейнольд. Это оказался огромный червь. Я собиралась выкрикнуть заклинание, но дождевой червь, схвативший герцога, тут же исчез, не дав мне и шанса. – Ивонн! Я быстро повернулась к Ивонн. Тем временем она смотрела на меня сверху вниз, сидя на новом монстре. – С этим не удалось, поэтому на этот раз я захватила кое-кого более значимого для тебя, Пенелопа. Указывая пальцем на лежащего Деррика, Ивонн злобно рассмеялась. – Если ты хочешь спасти своего любимого отца, найди меня и принеси осколок. На мгновение мое сердце упало. Но я ответила спокойно, стараясь не показывать всех бушующих внутри меня чувств. – Просто убей его. Все, что мне нужно – это избавиться от тебя. – Пенелопа, ты! После моих слов Рейнольд потрясенно посмотрел на меня. Я отвернулась от него и уставилась на Ивонн. – Неужели? Ивонн наклонила голову в ответ на мои слова и сказала: – Кстати, в герцогстве действительно больше нет никого значимого для тебя? – Что? – Что насчет горничной, которая сбежала с помощью Винтера Верданди и которая сейчас должна быть с другими спрятанными детьми? «Эмили!» В этот момент перед моим взором пронеслось лицо Эмили, о которой я забыла. Наступила короткая пауза. – Чем скорее ты примешь решение, тем лучше. В день полнолуния я собираюсь использовать их всех в качестве пищи! Ивонн на летающем монстре полетела отсюда. «Нет». Я открыла рот, чтобы закончить заклинание, но не произнесла ни звука. Образы герцога, Эмили и древних реликвий проносились у меня в голове один за другим. Пока Ивонн не скрылась из виду, я вообще не могла издать ни звука. «Ты дура». Я упустила шанс покончить с этой сумасшедшей игрой. Чувства беспомощности и стыда охватили меня. «А что это за персонажи в игре? Пока что заложники!» ** Внезапно я ощутила гнев, но кто-то положил руку мне на плечо. – Не склоняй голову, дурочка. Разве ты не знаешь, что Эккарты никогда не становятся на колени? Когда я подняла глаза, то увидела розовые волосы. Это был Рейнольд. – В этом нет твоей вины. Его слова отрезвили меня. Я поняла, что чувствовала сейчас. Это была вина, а не гнев из-за того, что не получилось убить Ивонн. Это было чувство вины. Пусть и будучи шокированным ранее из-за моих жестоких слов, Рейнольд сказал мне это сейчас, как будто знал обо всех моих чувствах. – Никто еще не умер. Ты можешь спасти их. Поэтому не делай такое мрачное лицо, хорошо? Услышав этот наставительный тон старшего брата, я не могла ничего сказать, только прикусила губу. Шторм в моей душе прошел, оставив после себя странное чувство усталости. В этой неразберихе Рейнольд успешно справлялся со всем вместо герцога и старшего брата. Под руководством наследного принца и по его приказу раненых перевезли и полуразрушенный особняк начали постепенно приводить в порядок. Я увидела, как уносят окровавленного Деррика. Полагаю, он еще не умер. Я так думала, но когда увидела его бледное лицо, ощутила смешанные чувства. Деррик, который пронзил Ивонн мечом и потом чуть не погиб от ее руки. О чем он думал, когда так ужасно зарезал свою сестру? Когда мимо меня проезжали носилки, мужчина, который, как я думала, потерял сознание, внезапно схватил меня за запястье. – Что… Я посмотрела на свое запястье и на Деррика, застигнутая врасплох. С трудом мужчина протянул мне то, что было у него в другой руке. – Возьми это. Предмет показался знакомым. Он выглядел точно так же как тот, из-за которого Пенелопу в детстве обвинили в воровстве. Это было ожерелье.