Джо и Лори: Новая история

      Проснувшись на следующее утро, Джо почувствовала себя неловко. Несмотря на то, что она была рада, что наконец ответила Найлзу (пусть даже ей пока нечего было ему показать), что-то все-таки смущало ее. Без Лори все было по-другому, даже когда Мег потеряла ребенка, Джо хотелось поговорить с ним. Не так много было на свете вещей, которые нельзя было бы исправить, просто поговорив с ее Тедди. В дверь ее спальни постучала Маменька:       — Можно войти?       — Конечно, — зевнув, ответила Джо.       Маменька тихо вошла в комнату:       — Как твои дела, дорогая?       — Маменька, ты же знаешь, что я не жаворонок.       — Знаю, Джо. Я имела в виду письмо, которое ты получила от Найлза.       Джо смутилась:       — Как ты узнала?       — Джозефина, на конвертах есть обратный адрес.       — О, — Джо замолчала. — Ты бы все равно это узнала.       — Звучит не слишком воодушевленно…       Джо вздохнула:       — Маменька, он спрашивал о моей книге.       — И? Ты уже что-нибудь придумала? — спросила Маменька, с волнением ожидая ответа.       Глаза Джо наполнились слезами:       — Ничего, Маменька. У меня ничего нет, — девушка бросилась на кровать и уткнулась лицом в подушку.       Маменька подошла к дочери и погладила ее по голове:       — Дорогая моя, все в порядке.       Джо резко села:       — Нет, Маменька. Я никогда бы не смогла написать ничего столь же захватывающего!       Маменька постаралась вести себя так же, как Бет, это всегда успокаивало Джо:       — Для кого ты пишешь?       — Ни для кого. Ни для чего. У меня больше нет вдохновения, — зарыдала Джо, встав с кровати и начав мерить шагами комнату.       Маменька села на кровать и, скрестив руки на груди, посмотрела на взволнованную дочь:       — Джозефина Марч. Может, я и воспитала тебя упрямой девчонкой, которая ведет себя, как мальчишка, но я никогда не воспитывала тебя человеком, у которого нет вдохновения!       — Я не могу писать, Маменька! Совершенно не могу. Я написала «Маленьких женщин» для Бет, но что мне писать теперь? Для кого мне писать? Тедди уехал, Эми выходит замуж, Мег живет с Джоном, а я здесь. Одна. Никто меня не поддержит, не вдохновит, я просто ненавижу это. Я ненавижу это, Маменька! — она продолжала ходить по комнате, накручивая на палец прядь волос.       Маменька не могла не жалеть Джо, ей очень не нравилось, что ее дочь одинока. И все же она знала, что Джо сама во всем виновата, она отвергла предложение Лори:       — О, Джо…       Маменька поднялась с кровати и обняла Джо.       Джо всхлипнула, прильнув к Маменьке:       — Маменька, я не могу думать. Как я могу не писать? Это все равно что человеку жить без дыхания, птице — без песен. Писательство для меня — все.       Маменька не знала, что делать, и просто замерла в объятиях дочери. Казалось, это не помогло Джо успокоиться, она продолжала сбивчиво говорить:       — Ты сказала, что идеи придут, но этого не произошло, Маменька. Это просто- это несправедливо. Моя жизнь такая странная. В ней все не так. Как мне хотелось бы, чтобы все, что было написано в моей книге, сбылось.       — Джо, не думаю, что ты действительно этого желаешь, — Маменька погладила дочь по спине.       — Но тогда все были бы счастливее, я точно знаю. У Мег были бы дети, Эми была бы богата, а Тедди…       — Был бы женат на ком-то другом, но не на тебе. Неужели это правда сделало бы тебя счастливой?       Джо молчала:       — Это неважно.       — Гм. Не очень-то мне верится, что ты говоришь это искренне, — с сомнением в голосе произнесла Маменька. Джо высвободилась из объятий и продолжила мерить шагами комнату:       — Если я одинока, это не значит, что я не могу быть счастлива сама по себе. Думаю, что могу.       — Джозефина, — Маменька внимательно посмотрела на нее, — доченька, дело не в том, что ты не можешь быть счастлива сама по себе. Я знаю, ты могла бы быть счастливой, но еще я знаю, что ты не хочешь жить без Лори.       — Маменька…       — Что ж, ты смогла бы жить без него?       — Нет… нет— не смогла бы.       — Как ты думаешь, а я смогла бы жить без твоего отца? А Мег без Джона? Или Эми без Дарио?       — Наверное, вы могли бы, но ваша жизнь была бы—       — Абсолютно несчастной. Как и твоя жизнь без Лори.       Джо не сказала ни слова, она знала, что ее мама была права. Ночами напролет она думала о его глазах, так часто желала, чтобы он был рядом:       — А что, если ты права? Ты правда думаешь, что он все еще мог бы хотя бы допустить мысль о том, чтобы любить меня? Он сбежал в Нью-Йорк, только чтобы избавиться от меня, я отказала ему в поцелуе, отвергла его предложение… Меня бы не удивило, если бы он уже позабыл меня, тем более, что вскоре он будет окружен самыми красивыми европейскими дамами.       — Если он действительно любит тебя, ничто и никто не позволит ему забыть тебя, — наконец Маменька заставила Джо рассказать ей все и теперь была в восторге!       — Но я ничего не могу поделать, Маменька. Я все испортила, — Джо опустилась на пол и погрузилась в печаль.       Маменька понимала, что все еще можно было изменить, что Лори по-прежнему любит Джо, несмотря на все произошедшее:       — Джозефина, если будет на то Божья воля, то все случится.       Джо посмотрела вверх на свою добрую матушку:       — Маменька, я люблю его.       Маменька ответила:       — Я знаю.