Он ушел.
Его Дазай ушёл. В один день не вернулся домой. И все. Фёдор понимал, что не найдет его. Этот черт пропал, значит, Достоевкому нудно или ждать, или пропасть за ним. а ели сам Дазай не захочет он не найдет его. Никогда.
Его телефон Фёдор нашел на рабочем месте, в тумбе его стола.
Часть Фёдора канула с бездну. Ничего сделать с этим он не смог - старался, но не с мог: искал в агентстве, мафии улицах Йокогамы и Токио. Его нет. Нигде нет.
Только на могиле его друга были свежие цветы и промокшее от проливного дождя осамовское бежевое пальто. Его он забрал.
Это было только начало.
Думать, что Дазай рядом было легче. А найти сильные препараты было тоже не сложно.
Образ Осаму был неосязаем, но слушал. Фёдору хватало вида тех
несуществующих близких глаз. Он лежал рядом, сидел за столом, пил чай
но его чашка всегда оставалась полной, а десерт нетронутым. Если он что-то не съедал, Фёдор сам доедал, хотя раньше такая мысль ему была мерзка. Те кости, что раньше любил пересчитывать его парень, спрятались под тонкой прослойкой жира и кожи. За пол года он набрал килограмм так 8, не считал, все равно это не смущало стеклянные глаза Саму
а сказать ему и не чем.
Они гуляли. Парки, улицы, скверы и кафе: везде им никто не мешал.
Федь, может вернемся в Питер?
Иногда, Коля высказывался о том, что им
ему стоит съездить на родину. Но Фёдор сразу же шлет его, когда слышит что второй билет ему не нужен и Осаму стоит остаться здесь
потому что говорить что Дазая нет - очень тяжело. Федя только-только слез с таблеток и транквилизаторов. пускай поиграет немного в детство, у всех же были воображаемые друзья, хехе?
Осаму, это, что, ландыш?!
В один июньских день на вечерней прогулке около дома Осаму ждал его на улице, пока Фёдор забежал в магазин, нашел где-то ландыш. Удивление Фёдора было сложно передать. Но ладно, это же его Осаму вся его личность
ты уверен? когда ты видел его настоящего в последний раз? было одной огромной неожиданностью.
Потом вся его квартира оказалась в ландышах. И в волосах Осаму всегда были пару цветочков, это было мило. Осаму улыбался своей улыбкой и на все Фёдору было начхать. Он любил своего япошу
ты хоть уверен что он в этой стране?.
В палате было громко, его сосед, какой-то извращуга любящий потрындеть со всеми, все время лез и смеялся из-за того, что Федя долго смотрел на балкон за решеткой. Но это Фёдору нужно было смеяться, если он не видел его прекрасного Дазая в букетом ландышей в руках.
Он всегда гулял в ним на улице, во время редких прогулок, на кои его пускали неохотно, и на одной из них Осаму передал ему во время что-то, положив это в карман.
И что мне сказать его матери и сестрам?
Фёдора нашли мертвым на своей пастели в больнице в середине ноября. Ему исполнилось совсем недавно 34, а два года назад ушел его Осаму. Лезвие, что нашли в его мертвом теле в районе сердца и сосудов, было все в ржавчинах и изготовлено в Японии в начале десятых годов. На нем была найдена кровь четвертой отрицательной группы крови.
Через несколько месяцев Николай, что уехал из чёртовой Йокогамы, получил на адрес своей съёмной квартире, в том районе, где жила в печали и утрете семья Достоевских, письмо. На японском. Пару тысяч евро внутри. Открытку с соболезнованиями и подписью "
Д. О. & Ч. Н.". На лицевой стороне версальский дворец.
Через пару дней она, открытка, была закатана в пленку и лежала на могиле его лучшего друга рядом с потрепанным бежевым плащом.
Теперь таблетки нужны были и Николаю
