Я боюсь обжечься вновь!

      — Завяжи глаза вот этим, — протянув черную шелковую ленту, попросил Марк.       — И куда же ты меня везешь? — усмехнулся я, взяв ленту и выполнив просьбу альфы. — Надеюсь, не в клуб БДСМщиков.       — Это сюрприз, — хохотнул он и поправил повязку. — И я очень надеюсь, что тебе понравится.       Ехать в машине с завязанными глазами было то еще удовольствие. Но, слава богу, прибыли мы на место гораздо быстрее, чем я ожидал. Все еще не позволив снять повязку, Марк аккуратно помог мне выйти из автомобиля и, сделав пару шагов, встал позади меня.       — Ты готов? — у самого уха спросил он, обдавая кожу горячим дыханием.       От этого я невольно вздрогнул, ощущая толпу мурашек, разбежавшихся по всему телу.       — Да, — еле слышно ответил я в ожидании сюрприза.       Марк тут же развязал узел и медленно стянул повязку. Открыв глаза, я понял, что мы стоим перед входом в театр. Тусклый свет фонарей в вечернем сумраке города завораживал и влек за собой. В театре я не был лет пять-шесть, если не больше. В первые годы после свадьбы, зная мое увлечение, Макс часто водил меня на спектакли и балеты. Но со временем они ему наскучили, и он, несмотря на мои просьбы и уговоры, предпочитал сходить в клуб или бар, а не на очередную постановку.       — Ну что, идем? — спросил Марк, протянув программку «Женитьбы Фигаро», и взял меня за руку.       — Что? — уставился я на программку, не веря своим глазам. — Где ты достал билеты, они же разлетаются только так?!       — Ну, можно сказать, что мне повезло, — загадочно улыбнулся Марк.       — А если честно?       — Сначала я собирался сводить тебя на «Ромео и Джульетт», но передо мной какой-то альфа сдал два билета, и я, подумав, что драмы в жизни и так достаточно, немного доплатил, так как желающих много, и взял эти билеты.       — Постой, ты заплатил больше, чем стоят билеты? — строго посмотрел я на довольного альфу.       — Совсем немного, — оправдался Марк, — не переживай так, я просто хотел порадовать тебя.       — Спасибо, Марк, я, конечно, очень счастлив после многих лет вновь посетить театр, — слегка сжал я его ладонь, — но давай договоримся, что ты больше не будешь сильно тратиться на меня. Поверь, завоевать сердце омеги можно и без выбрасывания денег на ветер.       — Хорошо, — немного виновато согласился Марк, — но, Слав, не переживай так, деньги у меня есть, и я могу иногда побаловать того, кого люблю.       — Тебе не кажется, что еще рано говорить о любви? — усмехнулся я, проходя в галантно открытые передо мной двери театра.       — Ты не веришь в любовь с первого взгляда? — удивился альфа.       — Извини, но нет, — прямо ответил я. — Это может быть симпатия, мимолетная страсть, после которой приходит или не приходит любовь. Но просто увидеть человека и, не зная каков он, влюбиться… Нет, я не верю в это.       — Очень жаль, — вздохнув, сказал Марк, смотря мне в глаза. — Потому что там, в клубе, когда я увидел тебя впервые, я сразу понял, что ты — мой. И я до сих пор уверен в этом и сделаю все…       — Марк, — остановил я его, положив руку на грудь, — давай пока не будем об этом. Я согласился попробовать, но мне все еще не по себе. Мне немного сложно… сложно перебороть свой страх. Поэтому давай пока притворимся, что между нами ничего не было, и мы только недавно познакомились?       — Хорошо, если тебе так легче будет, — кивнул он.       — Спасибо, — улыбнулся я. — Ты мне правда нравишься, очень нравишься, и я очень хочу впустить тебя в свое сердце. Но для этого мне нужно лучше узнать тебя, убедиться, что я действительно дорог тебе, что ты сможешь принять моего сына и полюбить его. И только тогда я смогу довериться тебе и открыть свое сердце.       — Звучит так, как будто мне несколько лет придется ждать тебя, — с отчаянием проговорил альфа.       — Что? — усмехнулся я. — Нет, конечно, тебе не придется ждать несколько лет. Это может произойти и через неделю, и через несколько месяцев, но никак не лет.       — Ну, это уже обнадеживает, — обворожительно улыбнулся Марк, пропуская меня к нашим местам. — Тогда я сделаю все, чтобы это произошло как можно скорее.

***

      — Ну как, тебе понравилось? — спросил меня Марк, стоило нам выйти из театра.       — Боже, это было великолепно! — не успев еще как следует отойти от спектакля, восторженно проговорил я. — Спасибо, что смог купить эти билеты, — неожиданно для самого себя обнял я Марка и прижался губами к щеке. — Я уже и забыл, как завораживает происходящее на сцене. Иногда мне казалось, что я даже забывал дышать. А тебе понравилось?       — Да, было прикольно, — ответил Марк, и по его светящимся глазам было понятно, что он не врет. — Я ведь впервые попал в театр и не знал, чего ожидать. Но мне правда понравилось, и я с удовольствием еще не раз свожу тебя сюда.       — Спасибо, — прошептал я, — но только не слишком часто, хорошие постановки недешево обходятся. А ты мне пообещал не тратиться почем зря.       — Да, я помню, — усмехнулся альфа, открывая дверцу ромкиного автомобиля. — Тогда подожду, когда ты сам попросишь.       — Хорошо, — кивнул я, усаживаясь на пассажирское сидение. — Тогда, если у нас с тобой все получится, то через полгода можно будет снова сходить.       — Полгода? — удивился Марк. — Я думал, через пару месяцев.       — Я же сказал, что это удовольствие не из дешевых, особенно на всем известные постановки.       — Слав, как же ты жил до этого, что так привык экономить? — с болью в глазах проговорил альфа и мимолетно провел кончиками пальцев по скуле. — Скажи, у вас все есть? Ну, там, одежда, игрушки и книжки у твоего сына?       — Марк, не переживай, у нас все есть, — хрипловато ответил я, пытаясь сглотнуть противный ком.       — А продукты? Надеюсь, вы нормально питаетесь? — с тревогой в голосе спросил он.       — Да, все хорошо, сейчас, когда я переехал к брату, стало намного легче. Теперь нам вполне хватает моей зарплаты. Все нормально, не переживай.       — Можно я что-нибудь куплю твоему сыну? — спросил Марк, с надеждой посмотрев на меня. — Сколько ему сейчас?       — Недавно исполнилось три, — улыбнувшись, ответил я. — Покупай только не слишком дорогое, ладно?       — Хорошо, — кивнул альфа, соглашаясь. — А как его зовут?       — Дмитрий. Но мы все зовем его Митей, — с нежностью проговорил я. — И мне кажется, что он полного имени и не знает.       — Я думал, он старше, — удивленно сказал Марк. — Ты вроде рассказывал, что больше десяти лет был замужем.       — Да, был, но бывший муж не хотел детей, — вздохнув, ответил я, — и Митя, можно сказать, случайно получился.       — А-а, вон оно что, тогда понятно, — сказал Марк, останавливая машину во дворе дома. — Вы из-за сына развелись?       — Не совсем, — помедлив, ответил я. — Просто после родов были кое-какие проблемы, и я никак не мог вернуть себе прежнюю фигуру. И… в общем, он притащил домой шлюху, а я застал их в самый «интересный» момент.       — Что? Разве из-за этого бросают своих любимых? — удивился альфа. — Разве только за фигуру любят кого-то? А как же притяжение душ, одинаковые интересы? Как же то, что, когда смотришь на человека, сразу понимаешь, что он и есть твоя вторая половинка, которую ты, что бы ни случилось, никогда не отпустишь?       — Ну, все люди разные, — пожал я плечами. — Кто-то любит за красивое лицо или фигуру, а кто-то за душу.       — Но это ведь не любовь тогда, получается, а… даже не знаю как это назвать. Невозможно любить в человеке что-то одно, а все остальное ненавидеть и при этом клясться, что без ума от него, — с негодованием сказал Марк, проводив меня до двери. — И твой бывший явно тебя не любил, раз из-за такой ерунды так легко нашел тебе замену.       — Возможно, — вздохнув, согласился я.       — Слав, — позвал Марк, когда я, опустив взгляд, слегка нервничая, теребил край блузы, — ты мне очень-очень нравишься. И нравишься весь, такой, какой ты есть, понимаешь? Не какая-то отдельная твоя часть, а весь.       — Марк, не надо…       — Солнышко, поверь, я без ума от тебя, — прервал меня альфа, приложив пальцы к моим губам. — Можешь называть это как хочешь — симпатия, страсть, мне все равно. Я же буду и дальше звать это любовью. Я чувствую то самое притяжение душ между нами и можешь переубеждать меня в обратном сколько угодно, я не изменю своего мнения. Я люблю тебя, Слав, поверь мне.       — Я верю… — прошептал я, как завороженный смотря в золотисто-карие глаза, и прикрыл свои, так как Марк, говоря это, склонялся все ниже, явно намереваясь поцеловать меня.       Его мягкие губы осторожно обхватили мои, словно он не верил, что я позволил ему это или боялся, что оттолкну. Но поняв, что сопротивляться я не намерен, Марк тут же прижал меня к себе плотнее и нырнул языком в приглашающе приоткрытый рот. Боже, как же давно я не целовался, раз успел позабыть, как же это приятно и сладко. От его настойчивых губ и нежного языка, толкающегося навстречу моему, у меня подкашивались ноги, и я бы непременно упал, если бы Марк не придерживал меня за талию. Зарывшись пальцами в густые волосы, я льнул к молодому сильному телу, с той же страстью отвечая на его поцелуи. Мне казалось, что в эти минуты я позабыл обо всем, готовый улететь в мир наслаждения. И только когда губы Марка, отпустив мои, перешли на скулы и шею, я резко опомнился и попытался высвободиться из его объятий.       — Я что-то не так сделал? — растерянно спросил Марк, когда я шагнул назад.       — Нет, нет-нет, все в порядке, — тяжело дыша, ответил я. — Просто уже поздно, а мне нужно еще быстро переодеться и забрать сына. Он наверняка уже уснул.       — Хорошо, тогда я позвоню тебе завтра, — сказал Марк и оставил короткий поцелуй на моих губах. — Спокойной ночи!       — Спокойной ночи! — улыбнувшись, ответил я. — И спасибо за чудесный вечер!       Прошмыгнув в дом и прижавшись к двери спиной, я прислушался к удаляющимся в ночной тишине шагам, к тому, как Марк завел мотор и выехал со двора. Прислушивался и улыбался как дурак, приложив пальцы к губам. Этот юный парнишка будил во мне давно позабытые чувства, будоражил мою кровь, превращая меня снова в молоденького страстного омегу. Это и пугало, и одновременно радовало меня. Значит, не все еще было потеряно, и я, поборов страх и отдавшись во власть желаниям, вновь смогу влюбиться и стать опять счастливым.       Достав телефон, взглянул на часы, которые показывали почти двенадцать, и поспешил в комнату переодеться.       — Ну что, нагулялся? — с лукавой улыбкой, тихо спросил Степка.       — Ага, — кивнул я, — в театре был.       — В театре? — удивился брат. — Вот это да! Я думал, он тебя в какой-то ресторан поведет, ну или в кино.       — Я тоже до конца гадал, куда Марк меня везет, — проходя в гостиную, сказал я. — Он даже повязку на глаза мне надел, чтобы сюрприз сделать. Думаю, в этот раз без Ромкиного совета точно не обошлось.       — Повязку, говоришь, надел? — хохотнул Степка. — Ох, чувствую она еще всплывёт, и не раз, только уже во время другого развлечения, — поиграл бровями брат.       — Прекрати! — смущенно проговорил я, почувствовав, как мои уши запылали. — Может, я и не захочу дальше с ним встречаться.       — Ага, не захочет он, — усмехнулся Степа. — У тебя сегодня вроде как первое свидание было, не считая недавней встречи, а ты уже позволил ему целовать себя.       — С чего ты взял? — возмутился я.       — А с того, что зацелованные губы тебя выдают и пока еле заметный засос на шее, — тихо захихикал Степка.       — Что? — не поверил я и кинулся к зеркалу в коридоре. — Твоего же папу! — выругался, рассматривая красноватое пятно.       — Это же в каком состоянии ты пребывал, что не заметил этого? — продолжал потешаться над моим растерянным видом брат.       — В каком надо, в таком и был! — недовольно буркнул я. — Но блин, он так классно целуется, что меня покинул разум и… на мгновение мне показалось, что я готов ему снова отдаться, только уже на трезвую голову, — признался я Степке.       — Ну, это же хорошо, значит, он тебе и впрямь нравится, и я могу больше не переживать о том, что ты до конца дней своих останешься одиноким, — сказал брат, приобняв меня. — И не переживай о том, что тебя так влечет к нему. Просто ты изголодался по ласке и заботе, по любви. А он ведь такой молоденький, пышущий тестостероном альфа, вот тебя и тянет к нему.       — Да, наверное, ты прав, — согласился я. — А где Митя?       — Спит в гостевой комнате, — ответил Степа. — Можешь к нему присоединиться, чего его будить и домой тащить.       — Хорошо, останусь у вас, только будильник чуть раньше поставлю, чтобы и домой успеть, и завтрак приготовить, и Митеньку собрать.       — Да у нас позавтракаете, время сэкономишь, — предложил Степка. — Ян знаешь какие гренки обалденные делает, пальчики оближешь.       — Ладно, и позавтракать останемся, только замолчи, а то я слюной истеку.       — Так может ты перекусить хочешь? — заботливо спросил брат.       — Не, все нормально, я не голодный, — усмехнувшись, поспешил отказаться я. — Просто ты так вкусно рассказываешь, что и сытый тут же снова проголодается. А на ночь все равно наедаться вредно, особенно мне.       — О нет, только не начинай заново мусолить эту тему.       — Да я и не собирался, — тихо хохотнул. — Ладно, спокойной ночи!       — Доброй ночи! — пожелал Степа и направился в сторону своей спальни.

***

      Ян и вправду приготовил обалденные гренки, и мне пришлось чуть ли не по рукам себя бить, чтобы не наесть заново весь тот жир, от которого я вроде как избавился. Накормив сына кашей, поблагодарил семейство Витязевых за завтрак и гостеприимство и поспешил домой. Через полчаса нам уже следовало выходить, чтобы не опоздать на автобус, а мы еще были в домашней одежде.       — Ну, как вчера в театр сходил? — хихикнув, первым делом спросил Ромка.       — Так и знал, что без тебя не обошлось, — забившись в дальний и свободный угол автобуса, ответил я. — И на повязку, небось, тоже ты Марка надоумил.       — Какую повязку? — непонимающе спросил друг. — Я только про театр намекнул, когда Марк спросил, куда в городе можно сводить на свидание.       — У Морозовых что, все семейство такое? — больше сам себе, чем Ромке, сказал я.       — Какое? — все еще не понимая о чем я, спросил близкий друг.       — Да неважно, — отмахнулся я. — Ты вообще как?       — Ну, сейчас более-менее нормально, — с грустью ответил Рома. — Вчера пришлось отгул взять, так как почти всю ночь проплакал и с утра не в состоянии был с кровати встать, не то, что на работу идти. Но сегодня уже полегче стало. Да ты не переживай, мы с Эди вдвоем со всем справимся. Он вчера на перерыве документы в детский дом отвез, теперь будем ждать, что нам ответят.       — Я уверен, что у вас все получится, — приободрил я друга. — У вас большая квартира, вы оба хорошо зарабатываете, да даже если Эдик один работать будет, вам троим денег хватит. Так что, я уверен, вам не откажут.       — Спасибо, — прошептал Ромка, явно держась изо всех сил, чтобы не расплакаться. — Спасибо за поддержку, она тоже помогает оставаться сильным и пережить эту темную полосу жизни.       — Ром, Ромочка, все будет хорошо.       — Я знаю, — еле слышно проговорил он, — но давай не будем о грустном. Лучше расскажи, как прошло свидание?       — Замечательно, — улыбнувшись ответил я. — Марк прям джентльмен, которых в нынешнее время по пальцам пересчитать можно. И это немного удивляет, учитывая то, как он повел себя, когда мы снова встретились у Эди на день рождения. А сейчас словно другой человек.       — Ну а что после театра-то было? — с любопытством спросил Ромка.       — А что там должно было быть? — словно не понимая, спросил я.       — Ой, а то ты не понимаешь о чем я, — усмехнулся друг. — Он тебя поцеловал?       — Поцеловал, — тихо ответил я, озираясь по сторонам.       — И-и-и?       — Боже, Ром, в его объятиях, от его поцелуев я как будто помолодел лет на десять. Да я уже забыл, когда у меня от поцелуев ноги последний раз подкашивались, — признался я.       — О-о-о, да ты по уши влюбился, Славка! — хихикнул Ромка.       — Нет, о любви еще рано говорить, — возразил я, — но он мне нравится, очень нравится. С ним я и правда стал ощущать себя моложе и… снова привлекательным. Он притягивает меня, а его запах мяты… ммм, словно обволакивает меня, заставляя сердце биться сильнее. Мне хочется прижаться к нему посильнее, потереться, чтобы аромат пропитал не только одежду, но и проник под кожу. Блин, я как влюбленный дурак сижу и рассказываю тебе все это. Но с Максом никогда такого не было.       — Да Макс и пах так себе, морской пеной какой-то, — фыркнул Ромка, — а от Эдькиного запаха пихты я, как и ты от мяты, тоже схожу с ума. И это значит, что Марк именно тот, кто тебе нужен. Тот, кто действительно предназначен тебе. Просто из-за разницы в возрасте вы встретились только сейчас.       — Наверное, Марк прав и между нами действительно есть какое-то притяжение, и я его ощущаю так — через его запах, — вспомнив слова альфы, задумчиво проговорил я.       — Конечно прав, — согласился Ромка. — И теперь ты в заботливых и надежных руках и мне больше не придется переживать, что ты одинок. Ты главное не трусь, ладно? О, кстати, Эди нашел тебе отличную работу, — вспомнив, добавил друг. — Он сегодня вечером собирался позвонить и объяснить все.       — О, здорово! — радостно и кажется слишком громко воскликнул я, так как некоторые пассажиры удивленно взглянули в мою сторону. — Ладно, моя остановка, созвонимся вечером или завтра.       — Хорошо, тогда хорошего рабочего дня!       — И тебе тоже!       Попрощавшись с другом и подхватив коляску, кое-как выбрался из автобуса. Как и всегда, сначала отвел Митю в сад, а затем отправился на ненавистную работу, надеясь, что в последний раз.