Тень Сталецвета

      Время перевалило за полночь. Уставший за день Дейс уже давно ушёл спать. Дом наполнился тишиной разбавляемой приглушённым шумом изредка проезжающих по улице автомобилей.       Сегодня я не смогла заставить себя выйти хотя бы на порог, стоило приблизиться к входной двери, как тело затряслось, в глазах потемнело от роя чёрных точек. Казалось стоит коснуться дверной ручки, и сладкое наваждение растает. Память услужливо подкинула старое воспоминание.       Я стояла перед бронированной входной дверью. Наконец-то! Они ослабили бдительность! Мне наконец удалось увидеть последние цифры и составить комбинацию для открытия кодового замка!       Крупная нервная дрожь безжалостно сотрясала тело, усложняя и без того опасный процесс ввода. Судя по недавнему поведению Нейтана и Пьера, случилось что-то экстренное, а значит вероятность того, что сейчас на жилом этаже никого не будет очень велика. Если я доберусь до лестницы, а после выйду через чёрный ход в хозяйственную зону…       Замок тихо пискнул, подтверждая открытие. Я сделала глубокий вдох, стараясь максимально успокоиться. Сейчас не время переживать! Посильнее натянув капюшон, чудом не выброшенной, толстовки, открыла дверь, осматриваясь. Никого. Коридор абсолютно пуст.       До выхода на пожарную лестницу шла быстрым шагом, изо всех сил стараясь не перейти на бег, чтобы не привлекать гипотетического внимания. Редко используемая дверь плохо поддавалась, пришлось приложить много сил для её открытия.       Но стоило ступить на лестничную площадку и сделать первый шаг в сторону ступеней, как тело застыло, будто парализованное магией. На пролёт ниже, небрежно облокотившись на стену, стоял мужчина. Задорный мальчишеский вид, весёлая улыбка и полные льда голубые глаза.       — Оказывается ты был прав, — хмыкнул Пьер, переводя взгляд куда-то за мою спину. — Похоже я недостаточно хорошо обучил нашу милую куколку.       Я хотела отступить назад, но испуганно замерла. В следующий момент сильная рука обхватила меня, болезненно сжимая руки и талию, плотно притягивая к чужой груди.       — Ты правда надеялась сбежать от меня? — тихий шепот был полон одновременно злости и насмешки. — Сладкая, ты слишком наивна.       Пьер неторопливо приблизился. Холодные пальцы грубо схватили мой подбородок, приподнимая голову.       — Что ж, нам предстоит очень долгий и обстоятельный урок, — мягко промурлыкал Веллан. Искры в его глазах не предвещали мне ничего хорошего.       Это была последняя попытка побега.       Сейчас я сидела на полу перед столом, роясь в забитых всякой всячиной ящиках, занимая себя хоть чем-то, лишь бы не заснуть. Даже мысль о сне приводила в ужас. Казалось, стоит только закрыть глаза и поддаться дрёме, как всё вернётся обратно.       Я перебирала учебные принадлежности, пытаясь воскресить воспоминания о короткой студенческой жизни. Сейчас выходные, но послезавтра начинается новая учебная неделя и будет необходимо влиться в учебный процесс, если хочу продолжать участие в Программе.       Нужно постараться как можно быстрее подвести профессора Лиорта, курирующего Программу, к идее о существовании аномальных статеров. Занятно, сейчас никто не догадывается о подобном, но уже через несколько лет после открытия этого феномена, многие будут называть факт того, что статеры тоже могут быть аномальными очевидным.       За тринадцать лет с момента Прорыва Пространства научное понимание этого феномена и его последствий сильно продвинулось, претерпевая множество изменений в процессе, порой напрочь ломающих сложившиеся концепции. Но даже девять лет спустя, до самой моей смерти, никто так и не смог выяснить как, почему и зачем всё это произошло.       Просто так сложилось, что в первый день нового тысячелетия наш мир столкнулся с катастрофой, раз и навсегда изменившей сложившийся уклад жизни и представления о реальности.       Первого января две тысячи первого года, спустя две тысячи лет после исчезновения материка Астиф, положившего начало новому летоисчислению, в мир символично пришла новая беда. Единовременно на всех обитаемых землях небо пронзили сотни тысяч столбов света разной мощности. Очень скоро на их месте появились необъяснимые тёмные завихрения, постепенно наливающиеся тревожным алым светом.       Стоило вихрю полностью окраситься в ярко красный, как из него начинали выходить странные агрессивные создания, нападающие на всех не относящихся к их виду. В течение первой недели погибло множество мирных жителей, улицы практически всех населённых пунктов приобрели опустошённый и частично разгромленный вид. Но усилиями вооруженных сил и ополченцев большинство монстров было истреблено.       Только когда суматоха хоть немного улеглась стало очевидно, что это только начало. Прорвавшиеся вихри посветлели, приобретая серый цвет, но не исчезли полностью, а по кромкам некоторых вновь расползался жуткий алый цвет. Но более тревожным фактом стало то, что не все вихри, прозванные Вратами, открылись одновременно. Несмотря на внешнюю схожесть, скорость изменения цвета у всех Врат была разной и многие из них ещё не открылись.       Врата открывались всё медленнее и реже, и это могло обнадёжить, вот только монстры, выходящие из них, становились всё сильнее и неуязвимее. В конце января, когда силы человечества оказались на грани истощения, появились они.       Первые Пробуждённые. Люди что, попав в экстремальную ситуацию, открыли в себе сверхъестественные способности. Так в нашем мире, не знавшем подобного, появились сначала маги и мастера, способные усиливать тело и оружие при помощи ауры, а после и целители с производителями.       Вот только чем дольше и больше Пробуждённые использовали свои способности, тем нестабильнее и опаснее становилось их состояние. Количество Пробуждённых постоянно росло, соразмерно количеству новых прорванных Врат, люди, как и монстры становились сильнее. Но в какой-то момент те, кто раньше делал всё для защиты людей один за другим окончательно впадали в бешенство, громя всё вокруг. Тогда и пробудился первый человек, способный успокаивать буйство Пробуждённых и восстанавливать баланс энергии в их телах.       Со временем Пробуждённых условно разделили на тех, что способны использовать различные навыки, высвобождая собственную энергию — артеров, и тех, кто восстанавливает энергетический баланс первых — статеров.       Время шло, человечество адаптировалось к новым меняющимся условиям жизни. Несмотря на непрерывное изучение феномена Врат и всего связанного с ними, всё чаще стали возникать так называемые «аномалии». Но почему-то, несмотря на то, что аномальные артеры, обладающие более чем одним типом энергии, впервые появились более десяти лет назад, идея о возможности появления аномальных статеров успела быстро забыться.       Пролистывая очередную тетрадь, я замерла. Между страниц, исписанных лекциями по «Типологии внутренней энергии», лежала старенькая карта памяти. В углу листа красовался стикер с заметкой «основой для проекта можно сделать старые наработки папы». Папа…       Тринадцать лет назад, когда появились Врата, наша семья ещё жила в небольшой северной стране — Итере. Ещё до катастрофы отец был выдающимся учёным, он был одним из первых, кто сменил сферу, полностью погрузившись в изучение Врат и Пробуждённых. Он внёс огромный вклад в становление существующих концепций, но большое количество его теорий со временем было раскритиковано и отвергнуто.       Отец как потомственный итериец до последнего не желал покидать страну, даже лучше всех зная, что открытия высокоранговых Врат, подошедших к первому прорывы лишь спустя полтора года после появления, не переживёт не только находящаяся в эпицентре столица, но и большая часть Итера в целом. Но всё же незадолго до прогнозируемого прорыва наша семья перебралась в соседнюю Алкию, где отец смог продолжить исследования.       И сейчас у меня в руках покоились незаконченные им исследования. И если мои обрывочные воспоминания верны, то именно они могут стать спасительным канатом, нужно только вложить их в правильные руки.