Любовная болезнь

9:45 pm. 26 февраля. —Он абсолютный мудак! —выйдя из театра прокричал мужчина. В след за ним шли две девушки и заливисто смеялись, чувствуя, как от смеха подгибаются ноги, они остановились. —Ты действительно так считаешь? —остановившись прямо на ступенях и заглядывая в голубые глаза мужчины, спросила София, держащая под руку с трудом ковыляющую по скользкому пути Катю. —Однозначно! —резко заявил Фред и, вскинув руки, резко их опустил, стукнув себя по бёдрам. Концовка пьесы была для него неожиданной и непонятной. Конечно, София разъяснила все мотивы и предпосылки, но почему Борис такой мягкотелый, он понять так и не смог. —Вместо того, чтобы забрать любимую женщину с собой и позаботиться, наплевав на завещание, которое он и так не получит. Он просто уезжает, а Катерине желает скорейшей смерти! Я в шоке! —продолжал возмущаться мужчина, с трудом выговаривая имя главной героини и привлекая громким обсуждением косые взгляды прохожих. Обе девушки смеялись, Катя потому что сейчас, после шампанского, ей было смешно со всего, а тем более с такой эмоциональной реакции на концовку драмы. София смеялась, потому что это единственное, как она могла отреагировать. Она видела чёткую параллель между любовью Катерины к Борису и её к Фредерику. Ведь София так боится, что он может просто уехать, позабыв о ней, даже если сейчас будет признаваться в вечной любви. Но если он осуждает слабохарактерность и трусливый поступок Бориса, то значит ли это, что сам он так не поступит? И быть уверенной, что действительно что-то для него значит и он может назвать её “любимой женщиной”, София тоже не могла. Новая порция терзаний и причин ночной рефлексии появились, когда уже и не ждали. Сердце сжималось, когда она смотрела на справедливые возмущения Фредерика, потому что не могла понять, такой ли он благочестивый и порядочный или это всего лишь образ, который он успешно поддерживает? О нём совсем не найти сомнительных статей, в скандалах не замечен, всегда со всеми добр и мил, джентльмен с женщинами, весёлый и всегда свой с детьми. Такой идеальный. София понимала, идеальных не существует и тот факт, что она не могла найти недостатки во Фредерике, её смущал, если не сказать пугал. Что если за таким идеальным образом скрывается что-то по-настоящему пугающее? Как всё неоднозначно… 10:15 pm. 27 февраля. Мэри стояла посередине теннисного корта и разминала мышцы ног. Это воскресное утро ничем не отличалось от любых других дней, как и всегда начиналось с пробежки по дорожкам в аллеи, лёгкой растяжки и игры в теннис по выходным. Даже зимой. Иногда ей компанию составлял Иван, но сегодня он восстанавливал силы после бурной ночной жизни, оставившей следы на его лице и, вероятно, всём теле. Работящий человек, что тут скажешь. Так усердно трудится, что привёз некоторую часть “работы” домой и очень громко доказывал свою работоспособность до середины третьего ночи. После все шумы утихли и настала блаженная тишина. Но радоваться было рано, Мэри встретилась с “работой” в коридоре, когда та спешила в одной рубашке незаметно прокрасться на кухню и что-нибудь утащить, дабы не пасть голодной смертью. Родителей в доме не было, Иван спал, прислуга не болтливая и не заинтересованная, поэтому по сути, “ночная работа” могла не скрываться и спокойно прогуливаться по дому. Мэри стало её жалко, когда увидела, как та набросилась на виноград и другие фрукты, всегда прибывающие на длинном дубовом столе в гостиной. Как душа очень добрая, Мария младшая попросила подать завтрак на двоих и убедила воровку, что нет ничего ужасного, если та присоединится. Гостья оказалась достаточно стеснительной, чего нельзя было сказать по ночным крикам из спальни и буйствам в холле, где кто-то из них свалил стул и с большим трудом поднимался по ступеням лестницы. То ли нарочитая скромность (возможно думала о хорошем первом впечатление на возможную будущую семью?), то ли действительная заставила девушку некоторое время отпираться от завтрака, постоянно повторяя, что это неудобно. «Неудобно было вчера, когда вы валяли мебель в холле и не давали спать мне то смехом, то стонами, а не сейчас», —высокомерно думала Мэри, но не позволила себе озвучить это вслух. Всё же гостья согласилась составить компанию Мэри за завтраком и не удивительно, то как она поглощала еду, казалось, что даже не пережёвывая, а просто глотая, выглядело пугающе. На прощание девушка черкнула своё имя и номер телефона на блокноте лежащем в холле на высокой тумбочке, просила это передать Ивану и ушла, сев в такси, которое Мэри заказала для неё. «Очень милая, жалко её», —обдумывала всё время девушка, с момента отъезда гостьи. Она знала, её брат не перезвонит ни этой, ни любой другой. А если она появится вновь и будет напоминать о себе, Иван грубо ей откажет. «Надеюсь, она не влюбится в него», —растягивая мышцы спины, продолжала размышления Мэри. Она искренне сочувствовала всем тем девушкам, которые хоть на секунду попадали в поле зрения её брата и оказывались в его вкусе. Абсолютно никогда это не заканчивалось ничем хорошим. Он её завлекает и чем труднее это ему даётся, тем интереснее, тем усерднее он будет стараться заполучить её и её внимание. А добившись всегда бросает. И тут не совсем понятно, то ли правда теряет заинтересованность, получив взаимность красавицы, то ли это “чисто спортивный интерес”, как он сам и отзывался. В любом случае мы получаем дюжины брошенных девушек. А ведь некоторые из них всерьёз уверены, что если Иван за ними ухаживает и старается расположить к себе, то это серьёзно. Влюбляются несчастные. Сегодня Мэри изменила своему расписанию, дабы не изменить принципам. Она позавтракала до занятий, зато не выгнала девушку голодной. Из-за недавнего приёма пищи она ощущала тошнотворную слабость и даже сонливость, поэтому посильнее налегала на растяжку, чтобы вызвать чуть более сильную боль и как-то взбодриться. —Мария Ивановна! Вам звонят! —кричал Дмитрий, подходя к ней и протягивая телефон. Всё это время лакей стоял поодаль, вдоль края корта и лениво переминался с ноги на ногу. Чтобы не замёрзнуть и разогнать кровь, он временами делал какие-то движения, крутил руками, туловищем или просто ходил от края к краю. А Мэри давно предлагала ему бегать с ней и разминаться, но он, ссылаясь на свой немолодой возраст, всегда шутливо отказывался. —Романова Мария Ивановна, слушаю. —на автомате проговорила девушка и издала на выдохе характерный звук от напряжения в мышцах. —Неужели я отвлекаю? Ты в компрометирующей позе? —ехидно начала девушка, по ту сторону разговора. Ответив на звонок, Мэри не посмотрела от кого он исходил и теперь, скривив лицо от недовольства, она быстро глянула на экран, где было написано “Журналистка с вечера”. —Анжелика Дмитриевна, у Вас что-то важное или я могу отключаться? —нарочито спокойно и вежливо протянула она, забирая у Дмитрия бутылку воды и отходя от него на несколько метров. —Важное. Спешу сообщить, я опубликовала статью вчера вечером. Всё как мы договаривались, можете проверить. —Не сомневайтесь, проверю. Это всё? Трудностей не возникло? —С Вашим подробным пересказом, нет. —Я про другое. —зажимая ухом телефон, она открутила крышку бутылки и сделала несколько жадных глотков ледяной воды. —Нет, всё идёт хорошо. Он меня не узнал. Может стоит приблизиться? —Если считаете это необходимым, пожалуйста. Вам нужен его адрес? —Да. —Тогда отправлю. До свидания. —Пока, пока. Мэри отключила разговор и подняла лицо к небу, рассматривая тёмные и тяжёлые тучи, которые постепенно затягивали всё небо. Казалось, что уже вечер, потому что с каждой минутой становилось только темнее. Поёжившись от сильного и холодного ветра, девушка решила, что на сегодня можно и закончить, раз уж с самого утра всё пошло не по планам. Она развернулась и, кивнув Дмитрию, пошла к выходу с корта, чему последний очень обрадовался и засеменил на ней. 10:45 pm. На своей кровати валялась София, вот уже пятнадцать минут пытаясь заставить себя встать и пойти в душ. Она лениво переваливалась с бока на бок, улыбаясь от наслаждения мягкой и слегка прохладной постелью. На ночь она забыла закрыть окно и теперь она ощущала морозный ветерок, который колебал распахнутые шторы и дрожью пробегал по телу, заставляя спрятаться полностью под одеяло. Ей казалось, что она проваливается сквозь перину и вот-вот сольётся с ней воедино, но зазвонил телефон и это волшебное, с трудом уловимое состояние улетучилось, будто и не было вовсе. Не разлепляя сомкнутых глаз, София дотянулась до телефона лежащего на тумбочке, стоявшей рядом, и промямлила на автомате: —Да, слушаю. —Софа, привет. Ты же знаешь, я подписана на кучу новостных сайтов, каналов, чтобы быть в курсе всего… —как-то печально протягивала Влада. —Ты позвонила мне, чтобы напомнить об этом? —не теряя надежды вернуться к своему сну, который вечно прерывался из-за посторонних звуков: будильника, стука соседей, телефонного звонка, девушка старалась лежать неподвижно и с трудом ворочала языком. —Нет. В общем, помнишь мы вчера обсуждали того иностранца и Даша ещё рассказывала, как помогала вытащить его из под ареста? Она потом его фотки показала и я вспомнила, что видела раньше его в одном фильме и… —Я не очень хочу говорить о том, где ты его видела. —перебила Софа. —Да не в этом суть. Я ещё в телеге по-моему видела видос с ним. Но не уверена, там плохо лицо видно. Я сейчас наткнулась на одну статью. Она о Фредерике, там описывается, как он приехал в Россию и попал в ментовку. И всё в таких подробностях. Даша, вроде, говорила, что вы не хотели об этом распространяться и… —Что? —взвизгнула девушка и резко вскочила с кровати. Сон, как рукой сняло. Суть слов подруги доходила до неё с запозданием, но врезалась в мозг, как лезвием. —Погоди, я упустила. Можешь поподробнее? —А что тут подробнее? Слили всю инфу о нём, вот и всё. Опубликовали не так давно, вчера, но она уже разлетается по интернету. Так что, если решите блокировать или ещё что, то лучше поспешить. —А что за сайт или канал? Где мне найти? —тревожно ходя кругами по комнате и потирая лицо свободной рукой, пыталась уловить информацию София. —Давай я просто скину тебе ссылку и ты сама посмотришь. Мне показалось, что он для тебя что-то значит, поэтому позвонила. И судя по твоей реакции, я не ошиблась? —Влада, давай потом это обсудим, ты обязательно придумаешь тысячу шуток. А сейчас мне не до этого, прости. Я жду от тебя ссылку. —Хорошо. Пока. Софа завершила разговор и сразу зашла в диалог с Владой, ожидая поскорее сообщение. Но пока было пусто. Вздрогнув от холода, девушка вспомнила об открытом окне и решила это исправить. Подойдя, она с досадой взглянула во двор и вспомнила летние и из ранней осени деньки, когда солнышко нежно светило ей в лицо и вызывало на нём улыбку. Теперь солнца не видно, всё небо затянулось свинцовыми тучами и казалось, что из них вот-вот пойдёт снег. Морщась от холода, девушка резко захлопнула окно. Услышала звук уведомления и, судорожно схватив телефон, перешла по ссылке. «Американская звезда Фредерик Уайт прилетел в Россию и в первый же день был задержан в аэропорту «…» При нём была большая сумма в долларах «…» С первых минут своего нахождения в стране, мужчина окружил себя девушками «…» Ходят слухи, что актёр остановился не в отеле, как это делает большинство звёзд, а решил арендовать квартиру. Пока срок его нахождения в России неизвестен, вероятно надолго. Причина такого скорого и секретного прилёта, также не распространяется. Вероятно, что-то личное «..» Через несколько дней мистер Уайт был замечен в уличной драке с патриотично настроенной молодёжью», —Софа читала, перепрыгивая через строки. Её сердце бешено колотилось, в глазах двоилось от волнения, руки дрожали и похолодели. Она не смогла прочитать статью до самого конца, там оставался ещё один небольшой абзац, который девушка намеренно пропустила, также как и комментарии к статье, которых было не мало, и задержала внимание лишь на названии журнала, на сайте которого была опубликована эта статья вчера, буквально, когда они выходили из театра. «Кто автор? Под чьей редакцией это выпустили? Почему не указано имени журналиста?», —в голове запорхали, заметались, забились мысли, посекундно сменяя друг друга и не позволяя уцепиться и удержать внимание хотя бы на одной из них. Сознание плыло от волнения и страха. Софии было безумно страшно, а вот почему и из-за чего, она понять не могла. Лютая паника поглощала её, не оставляя шанса на рациональную оценку ситуации. Девушка откинула телефон на кровать, прижавшись спиной к стене, она скатилась и села на пол, обхватывая колени руками и прижимая к ним подбородок. К горлу подступил ком, тяжело дышать, тошнотворная, противная теплота комнаты, от которой буквально выворачивало. —Ненавижу! Сука! Сука! Сука! —кричала София и била себя со всей, накопившейся, яростью и злостью кулаками по бёдрам.