Доктор в Доме

      Шерлок со вздохом откидывается на спинку стула и с усталым удовлетворением разглядывает беспорядочно разбросанные карточки. Он не встал с дивана, но это всё равно было своего рода напряжение, а он не совсем в лучшей форме. Однако, в целом, его записка звучит скорее убедительно, чем нет, особенно учитывая тот факт, что это его первый взрослый опыт предельной честности и эмоциональной уязвимости. Он от души поздравляет себя с этим смелым очерком о неизведанной территории, когда приглушённый щелчок закрываемого ноутбука выводит его из задумчивости.       – Уже сделал? – глаза Джона с любопытством перебегают с карточек на Шерлока, откидывающегося на подушки.       Как только он автоматически начинает угукать в качестве согласия и утвердительно кивать, до него доходит, что после Первого шага: Записать на Карточках, следует Второй шаг: Читать Карточки вслух Джону. Он превращает «угум» в «не-а» на полпути и морщится, когда получается неразборчивый писк.       – Так... не закончил? – Джон исправляется, сбитый с толку искажённым словом. – Это совершенно нормально; мне потребовались недели, чтобы выложить мои…       – Не... готов, - выдыхает Шерлок, выбирая поспешную полуправду, поданную с оттенком ложного направления. Однако даже эта маленькая нечестность неприятно сидит у него в груди. Привычка к простой честности успела достаточно укорениться, и вдобавок ко всему удивительная, драгоценная, чудесная записка Джона, кажется, теперь тяжело лежит у него на коленях, сурово осуждая его за то, что он так трусливо отплатил за подарок.       «Теперь моя миссия будет заключаться в том, чтобы оправдать твою веру в меня.»       – Я не готов, – поясняет он тихим смущённым голосом. Где Джон набрался смелости прочитать вслух свою прекрасную записку? Шерлок даже не может заставить себя говорить об этом без того, чтобы не поёжиться. – ...Записка закончена, но я...       Быстрый прыжок Джона через диван застаёт его врасплох, и остальная часть его признания падает, рикошетит от подушки и откатывается в сторону. В поле его зрения попадают руки, но прежде чем он успевает испугаться, что Джон буквально вытянет из него решение, забрав карточки, его руки вместо этого обхватывают запястья Шерлока. Под их сцепленными руками карточки теперь прижаты и большая часть надписей скрыта. Эмоциональная бомба замедленного действия точно не обезврежена, но Шерлок обнаруживает, что теперь ему стало намного легче дышать, и набирается достаточно смелости, чтобы поднять глаза.       – Когда ты будешь готов, всё в порядке, – успокаивает его Джон, как только их глаза встречаются. – Сейчас, позже или даже никогда, если ты передумаешь. Мне нужно было сказать то, что я сказал, потому что...что ж, мне это было нужно, и я надеялся, что тебе больше поможет, чем повредит, если ты услышишь, как я их говорю. Мне не нужна ответная записка, если ты не хочешь её давать, хорошо?       Шерлок смотрит, почти ошеломлённый, на этого бесконечно терпеливого, понимающего и нежного Джона. Этот контактный Джон. Этот Джон, который так легко сжимает его предплечья, наклоняется и поддерживает зрительный контакт с расстояния всего в фут.       (И Шерлока не так уж и переполняет нежная ностальгия по: не–его–парень, я–не–гей, мы–не–вместе, Джон–три–континента–но–только–одного–пола–Уотсон, но...)       – Почему ты такой спокойный и собранный? – он жалуется, а затем позволяет своему лицу скривиться в гримасу, когда Джон только посмеивается над ним. Это был серьёзный вопрос; спокойствие этого человека поражает его почти сверхъестественно.       (Или это только в лечебных целях, но Джон этого Не Делает.)       – Нет, не дуйся, – журит Джон, сжимая его руки, а затем – к сожалению – отстраняясь. – Я не знаю, честно. Возможно, я всё ещё в восторге от осознания того, что ты жив, и снова вернулся домой, особенно сейчас, когда ты встал с постели и всё такое. Но не волнуйся; я уверен, что как только ты снова начнешь разбрасывать части тел по всей квартире, я сразу же начну ругаться на тебя за это.       Это почти сюрреалистический мысленный образ. Шерлок не может до конца соотнести тех Джона и Шерлока с двумя мужчинами, которые в настоящее время живут в 221B, но прежде чем это может его встревожить, он понимает, что сказал Джон.       – Ты переезжаешь обратно?       Это кажется важным вопросом, и Шерлок выпрямляется, широко раскрыв глаза и затаив дыхание, но Джон только поднимает на него одну бровь.       – Откуда ты знаешь, что я съехал?       – Очевидно, – отвечает Шерлок – некоторые привычки действительно умирают с трудом – и затем он уходит в себя, указывая на все детали, которые были собраны с тех пор, как он очнулся и обнаружил себя на Бейкер-стрит. Сначала он объясняет только то, что он вычислил из волос и носков Джона, а также из пыли и расположения некоторых книг и всякой всячины в его спальне, плюс несколько дополнительных заметок из сегодняшней утренней вылазки в ванную и гостиную. Вывод о посуде, однако, переходит к качеству куриной грудки – и одного яйца – которые ему подавали до сих пор во время выздоровления, и это, в свою очередь, приводит его к заключению, что Майкрофт отвечает за покупки.       – Ингредиенты, из которых ты готовил, гораздо более высокого качества, чем ты обычно покупаешь. Даже при том, что ты так сильно заботишься о моём здоровье, ты бы не стал тратиться на грудки Бресской курицы или яйца молодки. Я распознаю эту чайную смесь как ту, которую предпочитает Майкрофт. Он – или один из его сотрудников – выбирает и финансирует продукты. Но они прибывают не регулярными поставками.       Входная дверь открывается по фиксированному расписанию утром и вечером, а последовательность приходов и уходов в течение дня должна казаться случайной. Судя по звукам шагов, есть три, возможно, четыре сменяющиеся команды по четыре агента в каждой, занимающие 221А и С. Майкрофт, должно быть, отослал миссис Хадсон под каким-то предлогом; если бы она знала о моём возвращении, никакая сила на земле или боль в бедре не смогли бы удержать её от того, чтобы прийти сюда, отругать меня и навести суеты. На самом деле, кроме тебя и Майкрофта, единственные люди, которые знают о моём возвращении – это некоторые сотрудники «Landmark» и работники НСЗ, которые, без сомнения, были вынуждены подписать ужасающие соглашения о неразглашении. Ну, и агенты, установленные внизу.       Судя по шуму, который они производят, они маскируются под рабочих, которым нужно сделать какие-то масштабные обновления или ремонты. Возможно, проблема плесени в C была ложно преувеличена. В дополнение к обеспечению безопасности, они тайком проносят покупки и любые другие товары, которые ты запрашиваешь, замаскированные под оборудование и строительные материалы. Тяжёлыми шагами поднимаются по лестнице, затем спускаются быстрее и легче. Ах, и ещё они тайком выносят мусор для тебя. Их присутствие также объясняет продолжающееся использование электричества и воды – за исключением отсутствующей миссис Хадсон, вряд ли у кого-то здесь есть вдохновение пойти оплатить счета за коммунальные услуги.       Однако они не просто не пускают других внутрь; они также здесь для того, чтобы мы с тобой оставались внутри незамеченными. Ты выходишь на лестничную площадку, но не дальше, и занавески не просто задернуты, они сцеплены вместе и прикреплены. Я полагаю, Майкрофт попросил тебя небрежно сообщить своему ближайшему окружению, что ты уезжаешь в Шотландию на конференцию или что-то в этом роде и планируешь превратить это в продолжительный отпуск?       Шерлок замолкает отчасти потому, что он почти закончил, а отчасти потому, что он немного охрип.       (И, возможно, отчасти потому, что он не хочет натыкаться на то, что Джон не звонит и не принимает вызовов, а также пишет недостаточно часто или эмоционально. А его электронные письма многочисленны, но коротки. Достаточно влюблён, чтобы сделать предложение, но недостаточно, чтоб поддерживать связь? Или всё настолько хорошо, что в этом нет необходимости? Проверяет ли Майкрофт все его сообщения? Джон не захотел бы ухаживать за женщиной на глазах у старшего брата. Или ей доверили этот секрет и поручили помочь ему сохранить свою легенду? Она что, одна в Шотландии, фотографирует и отправляет открытки их общему знакомому? Неужели она мечтает вернуться в свой медовый месяц, чтобы прогуляться по побережью, держа Джона за руку?)       (Убеги со мной.)