Доктор в Доме

      Джон широко раскрывает глаза и уже тянется за карточками, но в последний момент его руки просто слегка перекрывают пальцы Шерлока, не убирая и не взяв их.       – Я думал, ты не готов?       Шерлок колеблется, потому что он действительно не готов, и, возможно, никогда не будет. Как можно абсолютно обнажить себя, оставаясь беззащитным и уязвимым? Но Джон ждал достаточно долго, не так ли?       (Два года и столько изменилось.)       Пауза затягивается настолько, что её можно принять за ответ, и крепкие руки начинают опускать заметки обратно и убирать их, побуждая тело к действию, даже если разуму совсем не хватает ни решимости, ни готовности.       – Нет, возьми их, – Шерлок вкладывает Джону в руки небольшую стопку карточек, упорно и настойчиво. – Они готовы, даже если я не готов, и я уже делаю трусливый выбор, заставляя тебя читать их вместо того, чтобы...       – Спасибо, – перебивает Джон тоном, который выражает: «Помолчи, Шерлок» гораздо больше, чем настоящую благодарность. (Он опустил даже эту фразу.) – И нет, это не так. Всё в порядке, Шерлок. Более чем.       Разделённый на двоих взгляд, улыбка, и лёгкий вздох облегчения от Шерлока превращаются в немного смущённое ёрзание по обе стороны дивана. Джон поглаживает карточки большими пальцами и переводит взгляд с них на их автора, в то время как упомянутый автор пытается дышать ровно и занят тем, что треплет угол энциклопедии, которая с лёгкой руки превратилась в подобие письменного стола.       Он больше среднего боится, что вскоре они начнут неуклюже танцевать между фраз «ты уверен» и «если хочешь» и подобные мучительные колебания, маскирующиеся под вежливость, но вместо этого Джон прерывает молчание тем, чего от него не ожидают.       – Голоден?       Шерлок моргает, смотрит на свои заметки, всё ещё лежащие в ладонях другого мужчины, как будто хочет убедиться, что он действительно дал их ему, и только потом задумался. Голоден ли он?       – Немного? На самом деле, да, – отвечает он с некоторым удивлением, затем хмурит брови, глядя на Джона. И? Что из этого? Ты не собираешься читать мои карточки?       Он почти был готов испытать некоторое раздражение из-за этой мысли. Он только что сделал себе торакотомию , протянул руку, вытащил своё сердце и отдал его самому важному человеку в своей жизни, а Джон думает о еде? Сосредоточься же!       – Ты слегка бледный, – замечает Джон, демонстрируя, к сожалению, не вовремя проявленный талант к наблюдательности. – Не знаю, усталость это или нервы, но как насчёт того, чтобы мы поужинали и посмотрели фильм, пока ты не будешь готов вернуться в постель, а потом я почитаю их, пока ты спишь.       Карточки для заметок медленно, осторожно кладут на стол, даже слегка поглаживают, когда Джон упоминает, что собирается прочитать их позже. Шерлок делает вид, что обдумывает это на мгновение, чтобы скрыть своё удивление, затем кивает.       – Это было бы приемлемо, – он аккуратно кладёт руки на уголок книги, который он испортил из-за своей нервозности. Пряча улики.       – Какой энтузиазм, – фыркает Джон, поднимаясь с дивана. – Как насчёт нарезанной курицы с лапшой?       Шерлок рассеянно мычит в знак согласия, больше занятый шеф-поваром, чем меню. Два года, проведённые в скорби, и недели, проведённые целиком только в уходе за одним пациентом, и это отразилось как-то (ужасно? замечательно?) на Джоне, и от этого у Шерлока продолжает захватывать дух. Вместо мгновенных реакций и решений, основанных на эмоциях, ему дают тщательно продуманные, взвешенные ответы, которых Шерлок, по его мнению, никоим образом не заслуживает.       Но заслуживает он того или нет, он должен стараться соответствовать вере, любви и доброте Джона.       – Джон? – зовет он, останавливая его, прежде чем тот исчезает на кухне.       – Хм? Слишком рискованно? Там ещё осталось немного супа.       – Спасибо.       Джон оглядывается через плечо, качнувшись, как будто он вот-вот снова сделает шаг вперёд и продолжит свои поиски быстрого ужина. Но при этом простом выражении благодарности он оборачивается и улыбается, затем делает прерывистые маленькие движения, как будто хочет одновременно и пойти приготовить ужин, и вернуться на диван, продолжая принимать разные решения каждые полсекунды.       Британские манеры побеждают в конце концов, Джон просто кивает и оставляет Шерлока с тихим: – В любое время.       Шерлок выдыхает, одновременно обнаруживая, что он задерживал дыхание, а также был готов к... чему-то. Но Джон сейчас счастливо возится на кухне, напевая и гремя, и, что самое главное, не пронизывает Шерлока нежным, пристальным, ищущим взглядом. Освобождённый и расслабленный, Шерлок вздыхает и откидывается на подушки, и точно так же его разум погружается в уровни только что созданных воспоминаний.       Некоторые из них искрящиеся, похожие на погружение в тёплую ванну с пеной и наблюдение за тем, как пена поднимается вокруг тела. Улыбки, ухмылки и откровенный смех.       Другие привычны и успокаивают, если снова вспомнить их, например, приятный хруст осенних листьев после дождливой весны и долгого лета. Шутки, похвалы и идеально поджаренное яйцо.       Другие... Ох. Они похожи на прикосновения, которыми они делились весь день.       Тепло рук Джона на его запястьях. «Спрашиваю, как твой друг.»       Успокаивающее давление рук, когда ладонь обхватывала предплечье Джона. «Просто абсолютно великолепно.»       Как чудесное затаённое дыхание, когда его надёжно держали в этих крепких руках. «Я люблю тебя.»       Это приходит к нему, как осознание на месте преступления или во время изучения материалов дела; кусочки головоломки внезапно складываются, и он может увидеть картину, которую они составляют. Джон, колеблющийся в дверном проеме, и Шерлок, собранный и готовый на диване, наблюдающий, предвкушающий, тоскующий.       Такое чувство, что они тянутся друг к другу.       На самом деле, так было весь день. Был ли Шерлок, вставший с постели, катализатором? Врач, не позволяющий себе действовать больше необходимого, пока его обязанности не закончатся? Или это была записка; признания и заявления служили ключом к раскрытию потенциала и возможностей? Если бы возможность поделиться мыслями и была главной целью, не было бы этого чувства желания или ожидания...этого чувства чего-то большего, существующего едва ли вне досягаемости, не так ли?       Его взгляд скользнул по карточкам, которые теперь лежали на столе. Отношения – будь то давно потерянная дружба или нечто большее, что вот-вот начнется – идут двумя путями. В его сознании возникает образ двери с запирающим механизмом, управляемым двумя людьми, и он улыбается этой метафоре. (Фильм о Бонде сегодня вечером?) Несмотря на все его заверения в том, что в ответе нет необходимости, возможно, Джон ждёт ответа Шерлока. И самому Шерлоку нужен ответ Джона, чтобы понять, какие пути доступны для него. Для них.       Что находится по ту сторону двери?       (Пройдём ли мы через это вместе?)       (Или кто-то уже ждёт Джона?)