To be reinstated

Бойл встретил его, когда Перекрестье перепрыгивал через небольшое расстояние между кораблями на рампу "Подстрекателя". Мимико все еще сидела у ЭРК на плече, крепко сжимая его наплечник, пока ее хвост трепетал на ветру позади нее. Бойл держал руку на её спине, чтобы ее не сдуло достаточно сильным порывом ветра.    – Хаузер близко к люку технического обслуживания третьего уровня рядом с банком-эмиттером, — без предисловий начал он, двигаясь вместе с Перекрестьем, поднимающимся по трапу. Тафф мертвым грузом оттягивал руки, но устойчивые порывы дыхания на шее Перекрестья убеждали, что он на самом деле не мертв. Без сознания, когда они отчаянно нуждались в медике, да, но, по крайней мере, он был еще жив. — Хаузер сказал, что Догма отошёл в один из поперечных коридоров корабля, так что, надеюсь, он тоже недалеко оттуда. – Есть информация об оставшихся дроидах на корабле? – странно было видеть Бойла с надетым шлемом. Перекрестье действительно привык, что он постоянно ходит без него, и видеть барьер между ними теперь было более чем тревожно. Он хотел спросить, но прикусил язык, насильно напоминая себе, что Бойл заговорит, когда будет готов. …и если он никогда не будет, это тоже хорошо, хотя эта мысль совсем не устраивала Перекрестье. – Бородавочник включил сканер. Он показывает, что вокруг все еще бродит несколько групп, одна из которых приближается к местоположению Хаузера. Он уже сообщил, что не может двигаться, не рискуя жизнью брата, – когда они вошли, Кэл беспокойно переминался с ноги на ногу в грузовом отсеке по левому борту, и Перекрестье постарался не зашипеть от неудовольствия, когда понял, почему парень так взволнован. Он не знал, что, черт возьми, Кикс только что ввел себе, но он поклялся самому Создателю, что если это будет что-то кроме обезболивающего, он лично придушит старшего медика, к черту его обещание Фоксу. – Если это то, о чем я думаю, то я вырублю тебя в обозримом будущем, — бросил ему снайпер, продвигаясь дальше в трюм. Бойл отделился, чтобы взять медицинскую койку для Таффа.  – Кэл, можешь принести подушку, одеяло и несколько ремней поменьше? — спросил Бойл на заднем плане, в то время как Кикс посмотрел на Перекрестье взглядом, смутно напоминавшим взгляд Эхо, когда кто-то сделал или сказал что-то феерически тупое. Вероятно, это выглядело бы более угрожающе, если бы он не был серовато-белым, как застиранная простыня, и не выглядел так, будто его может унести ветром. – О, уверяю тебя, вам понадобится медик с чем-то вроде пациента с травмой второго или, возможно, первого уровня, нуждающегося в стабилизации, прежде чем его можно будет даже переместить, — с тихой агрессией в голосе сказал Кикс, закатив глаза, и встал с меньшим усилием, чем должен был, выглядя так плохо. Перекрестье сузил глаза, распознав явные признаки использования стимуляторов по расширению зрачков. – Никто из вас не учился на медика, кроме Таффа, и не похоже, что он собирается что-то делать в ближайшее время, – несмотря на резкие слова, Кикс был очень мягок, когда подошел к ним двоим и провел быструю оценку Таффа, что дало Кэлу и Бойлу время установить для него переносную койку. — Есть идеи, что ему дали? — спросил Кикс, оттягивая одно веко Таффа. — Нет, — Перекрестье дал ему закончить проверку Таффа, прежде чем отнести ребенка на временную кровать, приготовленную для него. Он осторожно опустился на колени и быстро пробормотал слова благодарности, когда Бойл подошел, чтобы помочь уложить Таффа на койку и накрыть его одеялом. Когда Бойл быстро закрепил парня ремнями, Перекрестье снова поднялся, чтобы сразиться с Киксом. — Кикс… — начал было он, но медик не дал ему продолжить. — Что с твоей рукой? — вот и всё, что он сказал, бросая на него вызывающий взгляд. – Такая шина используется при повреждении лучевого нерва, сильнейших переломах предплечья или серьезных повреждениях костей и сухожилий запястья. Это не то, что защитит сустав от простого растяжения. – Всё- — Дай угадаю, — снова оборвал его Кикс, закатывая глаза. – Всё в порядке. Массивные травмы костей, мышц, нервов и всё остальное, что у тебя там происходит, и ты попытаешься выдать это за что-то несущественное, – он метнул на него угрожающий взгляд из-под прикрытых век. – Ну, если у тебя всё так хорошо, то и я тоже в порядке, даже если я настолько болен, что мне хочется вывернуться наизнанку, и я принял достаточно лекарств, чтобы сбить с ног банту, – Кикс внезапно двинулся вперед с большей угрозой, чем имел право человек, который выглядел так, будто он вот-вот упадет в обморок. – Два медика на борту без сознания, других у вас нет, и я единственный, кто хотя бы отдаленно функционирует. Так что перестань ныть, тащи свои шебсы к выходу и отведи меня туда, чтобы я мог уже спасти кого-нибудь, черт возьми. Кикс оказался с ним нос к носу. Их небольшая разница в росте ничуть не смутила медика, когда он взглянул на Перекрестье тем же самым взглядом "с-меня-хватит-твоего-осика-на-всю-жизнь", который мог выдать Эхо, когда он действительно покончил почти со всем в известной галактике. В каком-то смысле это напомнило ему о том времени, когда Кикс толкнул его на Анаксисе, весь настроенный на драку и готовый броситься, хотя он понятия не имел, во что ввязывается… Он должен был признать, что ему нравилась отвага Кикса. Перекрестье ухмыльнулся. – Если бы ты продемонстрировал хотя бы половину такого характера на Анаксисе, Эхо не был бы единственным регом, которого мы приняли, – Кикс удивленно моргнул, а Перекрестье сделал шаг назад и предостерегающе указал на него. – Никакого боя, — было его единственным условием. Кикс подозрительно посмотрел на него. – Почему это кажется слишком простым? — Как ты и сказал... — бросил Перекрестье, отворачиваясь, — ...у нас мало времени, – он даже ещё не сделал и шага в сторону, когда снова оглянулся на Кикса. – Если ты действительно не хочешь тратить время на споры? Перекрестье не совсем понял, как Кикс назвал его на смеси Хаттизза и Мандо'а, но он был совершенно уверен, что и его трубка, и ученый, участвующий в создании его генетического кода, только что были отстранены от работы. Ухмыляясь, он отвернулся от Кикса, чтобы сосредоточиться на одном из немногих оставшихся в относительном порядке членов оригинальной команды. — Кэл, — он не хотел впутывать его в это, тем более, что Перекрестье уже знал, что это спасение обернется беспорядком, но в данный момент у них действительно не было ни роскоши времени, ни лучших вариантов. — Нам понадобится твоя помощь. Кэл стоял на коленях на полу рядом с Таффом, глядя на весь мир так, словно собирался заплакать. Он никак не отреагировал на то, что Перекрестье позвал его, и не отвел взгляда от того места, где смотрел на Таффа. Перекрестье вздохнул и подошел ближе. Он должен был знать, что рано или поздно это произойдет. — Кэл, — снова сказал он, присаживаясь рядом с ним и кладя руку ему на плечо. Нежное прикосновение, наконец, заставило Кэла отвернуться от Таффа.   — Это моя вина, — грустно признал Кэл. – Если бы я был сильнее, я мог бы… – он замолчал, очевидно, не совсем уверенный в том, что мог бы сделать по-другому в той ситуации, просто зная, что всё было бы лучше. Он выглядел таким маленьким и потерянным, как будто вернулся в ту кучу мусора, из которой Перекрестье случайно забрал его, казалось, много лет назад. Это определенно было нехорошо, и обескураживало, как падаван вырос за несколько коротких недель, что они путешествовали вместе.   — Сила не означает, что ты всегда будешь побеждать, Кэл, — мягко сказал он. – Иногда бой просто не в твою пользу, или шансы складываются против тебя, или всё сводится к чистому невезению. Никто не виноват в том, что Тафф пострадал… а даже если и виноват, то это будет только моя вина. Кэл слегка приподнялся и в замешательстве повернулся к нему. — Как? Тебя там даже не было. – Я был тем, кто сказал Таффу, чтобы он стоял между тобой и любой угрозой, которая ступит на этот корабль. Если бы я не назначил его твоим телохранителем или не использовал именно эту формулировку, он, возможно, не бросился бы вперед, как он должен был, чтобы защитить тебя от Коди. Иногда мне приходится напоминать себе, какой он на самом деле блестящий. Он ведет себя более зрело, чем восьмилетний ребенок. Что было чистой правдой. Предполагалось, что последние два года на Камино будут потрачены на выполнение большего количества учений и боевых сценариев, чтобы уровень уверенности клонов в себе был на пике после того, как они покинут объект. Восьмилетних регов было легко выделить на расстоянии, особенно ему. Они действовали не так уверенно, как их старшие коллеги, и имели привычку оглядываться по сторонам, проверяя себя на других поблизости, как будто чтобы убедиться, что они  правильно выполняют задание.   Кроме того, старшие реги практически из кожи вон лезли, пытаясь уберечь "детей" от неприятностей. Они делали всё, от раздачи им своих пайков до прыжков на боевые гранаты, даже лезли под выстрелы, чтобы защитить блестяшек. Раньше он смеялся над этим, но теперь, глядя на Таффа, он не нашел в этой ситуации ничего даже отдаленно смешного. — Перекрестье, — прошептал Кэл, на мгновение выглядя так, будто вот-вот расплачется.  – ... Ну, давай же, – Перекрестье кивнул головой в сторону и слегка сжал его плечо. – У нас не так много времени, и нам понадобится твоя помощь, чтобы вытащить Хаузера и остальных с корабля. Кэл всхлипнул, но кивнул головой. — Хорошо, — сказал он, неэффективно вытирая глаза рукавом. — Хорошо, чем я могу помочь? – Прорежь дыру в люке, а затем убедись, что раненый клон благополучно вернется на корабль после того, как Кикс стабилизирует его. Мы собираемся войти через вертикальный люк техобслуживания, так что тебе придется эвакуировать его вместе с Хаузером, Киксом и другим клоном, которого Хаузеру удалось вывести из строя, — объяснил Перекрестье, осторожно помогая Кэлу подняться на ноги и мягко направляя его к закрытой пока рампе "Подстрекателя". Это было трудно почувствовать со стабилизаторами, но легкое раскачивание и рысканье корабля снова прекратились. Был хороший шанс, что они уже в пункте назначения. – Бойл и я найдём Вули и Догму. Когда они приблизились, Кикс попытался взвалить на плечо травматический комплект, но Бойл быстро оттащил его и взял аптечку сам. Кикс лишь мельком взглянул на него, прежде чем посмотреть на Перекрестье и Кэла, которые шли через трюм им навстречу. – Итак… где тот мудак с Анаксиса? — укоризненно спросил Кикс, когда двое присоединились к ним и направились к трапу корабля. – Он был не из тех, кто будет добр к ребенку. Перекрестье проигнорировал его и нажал кнопку, чтобы опустить рампу. Ветер, порывы которого были серьёзно ощутимы раньше, усилился, и снайпер практически мог ощущать статику ионного заряда в атмосфере. Честно говоря, меньше всего им было нужно, чтобы шторм усилился.   Перекрестье спустился первым. Бородавочник находился примерно в метре от корпуса, но Перекрестье удивился бы, если бы ему удалось удерживать корабль в неподвижном состоянии очень долго. Даже сейчас в двигателях раздавался легкий гул, который не казался нормальным. Им нужно было уйти до того, как шторм лишит их такой возможности. – Бородавочник! – закричал он в коммуникатор, чтобы быть услышанным сквозь завывание ветра, и жестом приказал Кэлу спрыгнуть вниз, готовый помочь ему удержать равновесие на корпусе "Обрексты". – Как долго ты сможешь сохранять эту позицию? << Недолго, >> — мрачно отозвался их пилот. – <<Ионный шторм неуклонно нарастал с тех пор, как мы начали эту операцию, и я действительно не хочу знать, что произойдет, когда он разрядится рядом с кораблем. Молния Кэла чуть не поджарила всю электронику того шаттла, и теперь есть потенциал для чего-то в три раза большего. >> – Понятно! Мы будем так быстро, как только сможем! – Перекрестье позаботился о том, чтобы крепко держать Кэла, пока они вдвоем осторожно шли вдоль корпуса. Он оглянулся на Бойла и Кикса, с облегчением увидев, что ЭРК крепко держит медика, обеими руками крепко обнявшего Мимико. Ему и в голову не пришло, что она пойдет с ним, учитывая, какой сильный ветер был раньше. Конечно, она держалась рядом с Бойлом, как он и сказал ей.   По-видимому, Перекрестью нужно было обратить внимание на то, насколько буквально некоторые из его подчиненных воспринимают его приказы. Люк техобслуживания находился менее чем в паре метров от того места, где они спрыгнули на металл. Он был относительно небольшим, но достаточно широким, чтобы в него мог пролезть большой астромеханик или два клона. Это не был самый легкий вход для них, но он был ближе всех к позиции Хаузера.   Ожило бледно-голубое лезвие светового меча. Ветер был настолько сильным, что у Перекрестья возник иррациональный страх, что ветер согнёт лезвие в ту или иную сторону и обожжёт одного из них. Однако лезвие оставалось стойким, даже когда Кэл вонзил его в крышку люка и легко прорезал вход, словно металл был не более чем размягченной ореховой пастой. Неровный круг упал внутрь корабля, Кэл поднял руку, чтобы лучше защитить глаза, и посмотрел на Перекрестье в ожидании дальнейших указаний. Он действительно должен был найти время, чтобы купить парню очки или что-то в этом роде. Перекрестье жестом приказал ему следовать за собой и спрыгнул в дыру. Любая ремонтная шахта имела люк между каждой палубой, чтобы помочь сохранить корабль разделенным на отсеки в случае разгерметизации или каких-либо других катастрофических повреждений, которые потенциально могли повлиять на экипаж. После четырехметрового падения Перекрестье приземлился на остатки внешнего люка и без колебаний ударил по панели, чтобы открыть доступ в главный коридор.  Он быстро проверил территорию, прежде чем выходить, и кивнул Хаузеру, у которого на лице сразу же отразилось облегчение, прежде чем выйти в коридор. Снайпер помахал Кэлу, который приземлился спустя пару секунд, как только Перекрестье вышел из шахты техобслуживания. Кикс немного пошатнулся при приземлении, когда спрыгнул следом, но ему удалось удержаться на ногах с явной решимостью на лице, однако Перекрестье всё же протянул руку, чтобы поддержать его. Он аккуратно вытащил медика в коридор, чтобы Бойл мог последовать за ними. Легкой шаткости в его походке было достаточно, чтобы Перекрестье скользнул ему под руку в качестве поддержки, а Кикс ослабил хватку на Мимико, чтобы она снова могла двигаться. Кушибан совершила прыжок, чтобы вместо этого сесть Перекрестью на плечо.   Кикс посмотрел на него так, словно у него выросла вторая голова. Перекрестье проигнорировал его. Бойл спрыгнул через люк техобслуживания, и только когда он спустился вниз, снайпер повернулся туда, где Хаузер с беспокойством смотрел на Кикса. Их капитан определенно был в стрессе, и кровь, пропитавшая его одежду почти до локтей, была свидетельством того, почему. Клон перед ним лежал в небольшой луже собственной крови, а рядом раскинулся еще один член вражеского отряда, лежавший на боку рядом с выброшенной гипо. — Что он здесь делает? — спросил Хаузер, все еще глядя на Кикса. — Хаузер, — позвал Перекрестье, когда они подошли ближе, игнорируя вопрос. Без малейшего колебания Кикс выскользнул из его хватки и упал на колени рядом с ними двумя, терпеливо выхватывая свою сумку из рук Бойла. – Что случилось? – Не ослабляй давление, пока я не скажу, — небрежно бросил Кикс, быстро роясь в предложенной сумке и вытаскивая несколько инструментов. Хаузер кивнул в сторону другого клона, лежавшего поблизости. – Он прыгнул на меня, когда я пытался разрезать черные первого, чтобы добраться до раны. Случайно порезал его во время драки. Перекрестье приподнял бровь, его взгляд остановился на правом плече Хаузера. — А ты? Ты в порядке? – Я в порядке, — он посмотрел вниз, когда Кикс начал работать над клоном, на котором он все еще держал руки. – Я больше беспокоюсь о нем. Он потерял много крови. — Как и ты, — Перекрестье обошёл небольшое столпотворение, чтобы оказаться позади Хаузера. На правой лопатке рядом с позвоночником была ножевая рана. Адреналин, вероятно, помешал капитану почувствовать травму, но если быстро что-то не предпринять, он начнет заметно ощущать последствия. Перекрестье заметил-то рану только потому, что капитан подсознательно снимал напряжение с плеча. Она была не такой серьезной по сравнению с травмой другого клона, но теперь, когда он был позади Хаузера, было легко увидеть, что его собственная кровь окрасила почти всю спину и одну штанину в красный цвет, питая лужу, в которой они оба находились. Перекрестье сунул руку в аптечку, игнорируя тихое рычание Кикса, продолжавшего возиться с раненым клоном, быстро вытащил антисептик и пару пластырей с бактой, которых должно было быть достаточно, чтобы покрыть рану. – Разорви его куртку и рубашку, если не сложно? — попросил он подошедшего Бойла. – Сила… он… Хаузер? – Кэл выглядел так, будто собирался либо заплакать, либо упасть в обморок. Его глаза были прикованы к телу раненого клона. — Он в порядке? — Кэл, — спокойно сказал Перекрестье, когда Бойл взялся за края дыры в одежде Хаузера и расширил её. – Смотри на меня, – Кэл резко поднял голову, чтобы посмотреть на него, и Перекрестье сделал всё, что мог, чтобы вызвать у ребенка чувство спокойствия. – Всё в порядке. Всё выглядит намного хуже, чем есть на самом деле. Сделай глубокий вдох и сосредоточься. Всё будет хорошо. Кэл судорожно вздохнул. – Хорошо. Хорошо. Я в порядке, – он потер руки о бицепсы, как будто ему было холодно, и он пытался вернуть себе немного тепла. — Я могу… чем-нибудь помочь? — Держи глаза открытыми, — ответил Перекрестье, передавая бакта-пластыри Бойлу, в то время как он сам зубами стаскивал колпачок с иглы гипогликемии, содержащей бакту, и выплевывал его. – В этом районе всё ещё бродят бидоны, — он сделал ставку на осторожность, прижимая шприц к шее Хаузера и вводя содержимое.   – Всё будет хорошо, малыш, — добавил Кикс, еще склоняясь над раненым клоном. – Выглядит хуже, чем есть на самом деле. Теперь ты можешь убрать руки, — это уже было Хаузеру. Их капитан вздохнул, откинулся на пятки и на мгновение просто позволил себе расслабиться.   — Нам нужно идти, — мягко напомнил Бойл Перекрестью.  – Хаузер, не ждите нас. Как только Кикс даст отбой, я хочу, чтобы вы все отступили к кораблю. Мы свяжемся, как только разберемся, что там с Вули и Догмой, — сказал Перекрестье, слегка сжав его здоровое плечо. Он уже по опыту знал, что вскоре Хаузеру предстоит столкнуться с адским адреналиновым сбоем. — Хорошо, — сказал он, немного румянца на его щеках уже исчезло. – Будьте осторожны, – он кивнул головой на коридор за спиной. – Догма направился туда и повернул налево. Я не знаю, куда он пошел после этого. – Мы его вернем, — пообещал Перекрестье. Прежде чем они ушли, Бойл на секунду остановился, сжал плечо Кэла и поспешно прошептал ему, что у него "всё получится", прежде чем перейти на бег, чтобы догнать снайпера.   Они быстро пошли в ногу - не теряя, впрочем, осторожности - по коридору, сворачивая за угол в указанном Хаузером направлении. Мимико, которая всё это время тихо сидела у Перекрестья на плече, издала тихий звук. Мягкая волна ободрения отразилась в глубине его сознания, и Перекрестье вздрогнул, осознав, насколько он расстроен тем, как далеко всё зашло. Пострадали Тафф, Хаузер и, скорее всего, Догма. К тому, с чем он уже имел дело, Бойл добавил еще больше эмоциональной борьбы, и как бы он ни хотел верить, что с ним самим всё в порядке, слабая жгучая пульсация в раненой руке говорила об обратном. Его сражения с Коди, вероятно, испортили всё, что Иккинг сделал с ним до то, как Перекрестье покинул "Независимость". Офицер медицинсой службы, вероятно, собирался убить его, чтобы не пришлось больше напрягаться.   По какой-то негласной договоренности Перекрестье и Бойл вместе скользнули в боковой проход, подняв бластеры, спиной друг к другу осматривая зал в обоих направлениях. Перекрестье остановился лицом к проходу, ведущему вперед, и осмотрел груду лежащих вокруг дроидов. Было очевидно, что большинство из них были убиты антидроидной кнопкой, но некоторые были застрелены из бластера, судя по множеству соответствующих следов на корпусах. А дальше по коридору определенно была пропавшая пара клонов. — Бойл, — бросил он, уже двигаясь к ним. Вули привалился спиной к стене, согнувшись так, как будто соскользнул с переборки и рухнул там. Догма лежал лицом на его груди, словно до этого он стоял на коленях перед другим клоном и случайно упал вперед без сознания. Перекрестье не заметил никаких признаков опасности, когда приземлился на колени на дальней от них стороне, но рядом на земле валялись использованная гипогликемия и электрошоковая дубинка Догмы. — Догма, — мягко позвал Перекрестье, осторожно коснувшись плеча молодого гвардейца. Когда реакции не последовало, он осторожно стащил его с другого клона. Бойл был на другой стороне двух лежащих клонов и молча помог убрать Догму с Вули. Он сердито зашипел, увидев лицо Догмы. Было очевидно, что у него сломан нос. Судя по слабым следам брызг на шлеме Вули, Догма подвергся удару головой. Его нос сильно распух, и парень тяжело дышал через рот, чтобы компенсировать это, хотя легкая заминка в его дыхании заставила Перекрестье заподозрить, что у него помимо всего прочего треснувшее или сломанное ребро. Еще у него было два фингала под глазами, разбитая губа, порез на челюсти и множество других синяков в поле зрения Перекрестья. Было довольно спорно, кто на самом деле одержал победу в этом бою. Всё его лицо и рубашка были заляпаны кровью. Кое-что из того, что явно принадлежало ему, также было размазано по нагруднику Вули. В целом, ЭРК казалось, был в порядке, за исключением того, что он был без сознания из-за препарата, который Догма, очевидно, ввел перед тем, как потерять сознание. Перекрестье был просто благодарен Создателю за то, что он не видел никакой прозрачной жидкости, смешанной с кровью, на лице или груди Догмы. Сотрясение мозга — это одно, а утечка мозговой жидкости — совершенно другое. У них не было возможности даже попытаться спасти Догму от чего-то настолько серьезного. Во время быстрого осмотра Догмы Бойл расстегнул и снял шлем с головы Вули, после чего издал раздраженный звук в задней части горла от того, что увидел. На безмолвный вопрос Перекрестья Бойл пояснил. – Они заставили его сбрить волосы. Перекрестье понятия не имел, как прическа Вули выглядела раньше, но теперь волосы были сбриты близко к черепу в стиле, похожем на тот, что он сам носил во время Войн Клонов. Именно тогда он понял, что у других клонов в отряде, которых он видел, тоже были очень короткие волосы. У Коди они были намного короче, чем во время войны, но чуть длиннее, чем у всех остальных. Это была незначительная деталь, которая теперь казалась странно важной.   И снова Перекрестье поймал себя на том, что вертит в голове эту мысль. У него не было ни времени, ни возможности, чтобы размышлять о том, что происходило с его двоюродными братьями до этого момента. Большая часть его команды была ранена физически или эмоционально, а те, кто все еще стоял на ногах, едва держали их прямо. Как бы он ни ненавидел отодвигать вещи на второй план, у него не было особого выбора. Были гораздо более важные вещи, на которые он должен обратить свое внимание. – Снова отрастут, - решил он и начал устраивать Догму, чтобы иметь возможность поднять его на руки, как раньше Таффа. — Ты можешь нести его? — Ага, — Бойл пристегнул шлем Вули к зажиму на собственном ремне и поднял электрошоковую дубинку с того места, где она все еще лежала на полу. – Догма не простит нам, если мы ее оставим, — вот и всё, что он сказал, быстро пристегивая ее к поясу бессознательного клона, прежде чем повернуться к Вули. Он взял его за запястье и одним плавным движением потянул другого клона вверх и через плечи, а затем выпрямился, обхватив одной рукой его бедро, чтобы помочь удержать там, где Вули был накинут на верхнюю часть его плеч. Перекрестье вздрогнул, прежде чем с усилием встать с Догмой на руках, как раньше с Таффом. Он чувствовал, как мышцы спины и рук протестуют против веса. Догма был немного тяжелее Таффа, но он хотел внимательно следить за головой ребенка. – Мимико, залезай ко мне в карман или в рюкзак. Нам нужно идти. Кушибан издала счастливую трель и быстро нырнула в его карман, стараясь погрузиться в него хвостом вперед вместо того, чтобы нырнуть головой, как она делала раньше. – Бородавочник? – Бойл взял на себя инициативу зайти с другого бока и посмотреть, как дела у Перекрестья. – Где ты? <<Там же, где вы меня оставили. Они затаскивают остальных на борт. >> – Мы уже в пути, — сказал Бойл, двигаясь вперед первым, так как у него был более широкий диапазон движений, чем у Перекрестья. — Скажи Кэлу и Хаузеру, что мы приближаемся. Кэлу придется поднять нас через служебный проход. <<Сею же секунду.>> Они поспешили назад тем же путем, которым пришли. К счастью, они ни на кого не наткнулись, но звук металлических шагов неуклонно марширующих по дюрастиловым полам дроидов предостерегающим эхом разносился по коридорам. Перекрестье старался не думать о том, как плохо бой обернется для них прямо сейчас. Ни у кого из них не было возможности свободно двигаться, практически не было укрытий, и Перекрестье не был готов выстрелить пару раз, чтобы уронить Догму. В целом, перестрелка прямо сейчас, вероятно, убьет одного или даже всех. — Ты первый, — сказал Бойл серьезным тоном, терпеливо указывая на люк техобслуживания.   Перекрестье хотел было поспорить, но он также хотел, чтобы Догма оказалась на борту "Подстрекателя" прежде, чем произойдет что-либо еще. Он молча кивнул Бойлу, прежде чем шагнуть в маленькое пространство, переместив Догму так, чтобы теперь он больше удерживал его в вертикальном положении, чем нес на руках. Это было неудобно, но позволяло им обоим поместиться с небольшим запасом места. Он немного замешкался, не зная, как сказать Кэлу, что готов, когда вдруг почувствовал, словно его погрузили в теплую воду, и его ноги оторвались от пола. Перекрестье крепче сжал Догму, но старался не поддаваться  автоматической реакции на борьбу с ограничением. Внезапно его вытащило из корабля в песчаный вихрь, который бушевал вокруг, немного подняло вверх и поставило на край рампы. Хаузер был там, чтобы убедиться, что он не упадёт назад. – Вперед! – капитан жестом велел подниматься вверх по пандусу. И он, и Кэл застегнули грузовые ремни вокруг талии, как они делали это на Джакку. Кэл смотрел в сторону шахты технического обслуживания с выражением напряженной концентрации на лице. Бородавочник, должно быть, приподнял "Подстрекатель" и подвёл его чуть ближе, чтобы их было легче вытаскивать из корабля.   Как только Перекрестье оказался на вершине рампы, Хаузер отпустил его и вернулся к Кэлу и Бойлу, чтобы помочь ЭРК с его грузом, когда они двое приземлились на рампе. Несмотря на то, что он знал, что с ними всё будет в порядке, Перекрестье остановился и наблюдал  - снова взяв Догму на руки, - пока они все не оказались в безопасности на борту корабля. Он даже не вздрогнул, когда Хаузер ударил по панели управления рампой сильнее, чем обычно: вероятно, капитан тоже хотел покончить с этим балаганом поскорее. – Догма?! – Кэл выглядел пораженным. – Он не- – Сломанные носы сильно кровоточат, Кэл. Точно так же, как любое ранение в голову, — попытался успокоить его Перекрестье, когда повернулся и направился в левый грузовой отсек. Раненый клон, которому помогал Хаузер, уже лежал на спине в конце очереди клонов, нуждавшихся в медицинской помощи. Он находился немного в стороне: его раскладушка еще не была поставлена на место, но Кикс, похоже, больше интересовался тем, чтобы протереть его живот еще большим количеством бакты. Медик бросил на них быстрый взгляд и сердито зашипел, увидев состояние Догмы.   — Он сломал нос, ударив дроида головой или что-то в этом роде? – проворчал он, торопясь закончить с ранами другого клона.   – Похоже, Вули подарил ему поцелуй кальдэбе, — сказал Бойл, двигаясь, чтобы положить другого ЭРКа вместе с другими невредимыми членами отряда Коди.   – Нет никаких признаков мозговой жидкости, — добавил Перекрестье, подходя и укладывая Догму на пол рядом с Киксом, чтобы медику не пришлось слишком далеко ходить, чтобы оказать ему помощь. Кикс по-прежнему выглядел так, будто его собьёт с ног сильный ветер, а расширенные зрачки заставили Перекрестье задуматься, не укололся ли он еще одним стимулятором. – Похоже, кость полностью отделилась от хряща. – Прелестно, — прошипел Кикс, доставая из травматического комплекта и протягивая Перекрестью гипо. — Дай ему это. Я почти закончил с Виком, а потом мы посмотрим, как снова собрать его лицо. Перекрестье был осторожен, вводя дозу в шею Догмы, и только после того, как закончил, он сел на корточки и оглядел грузовой отсек. Кэл последовал за ним, по-прежнему озабоченно глядя на Таффа, Догму и, по-видимому, Вика. Хаузер и Бойл стояли рядом друг с другом, ЭРК поддерживал их капитана, который выглядел так, будто вот-вот упадет, и Бойл до сих пор не снял свой шлем. Мимико издала мягкий грустный звук из своего кармана, одновременно посылая ему небольшую волну успокоения. Это было слишком близко… Но, по крайней мере, все они были живы и теперь в безопасности. Огни внутри грузового отсека выбрали именно этот момент, чтобы замерцать.  – Бородавочник? – крикнул Перекрестие, когда огни замерцали во второй раз. Не совсем погасли, но стали заметно тускнее, прежде чем снова вернуться к полной яркости. – Докладывай. Что происходит? – У меня действительно странные показания от двигателей, — прозвучал из кабины голос Бородавочника. – И корабль как-то сопротивляется. – Возможно, это просто ветер, — предположил Хаузер и заметно прихрамывая, направился к кабине. Бойл шёл в полушаге от него в качестве меры предосторожности. – Попробуй двигаться с ним. – Нет, это движение пересекает направление ветра, — добавил Бородавочник с оттенком замешательства в голосе. – Зафиксировал энергетическую аномалию в машинном отделении. Кто-нибудь может взглянуть..? Огни снова вспыхнули, и на этот раз это было вестником отключения питания корабля. Короткое мгновение ничего не происходило. Света не было, но Перекрестье видел, как другие члены его команды замерли в напряженном ожидании, когда они быстро оценили обстановку и поняли, что произошло. Единственным звуком был далекое завывание ветра за корпусом "Подстрекателя", и у Перекрестья был краткий момент, чтобы красноречиво подумать "ох, дерьмо", прежде чем всё действительно полетело к чертям. Корабль начал крениться на бок, когда Бородавочник издал череду красочных проклятий. Его безумные движения в отважной попытке перезапустить двигатели были быстро заглушены, поскольку всё, что не было привязано, начало скользить вместе с кораблём. Без питания искусственная гравитация и стабилизаторы отключились. Пока ветер, если судить по жутким звукам, рвал корпус, Перекрестье едва вспомнил, что Бородавочник говорил что-то о "Подстрекателе", построенном как парус, прежде чем весь мир перевернулся. Мимико издала пронзительный вой, когда Перекрестье быстро нырнул вперед над Догмой, делая всё возможное, чтобы защитить голову ребенка, когда они внезапно заскользили по полу к борту грузового отсека. Он увидел, как Кикс делает то же самое для Вика. Медик быстро обвился вокруг раненого клона, пытаясь удержать тело его прямо и защитить голову своего пациента, когда они вдвоем врезались в стену неподалеку. Перекрестье быстро потянулся за чем-нибудь, чтобы удержаться на месте, так как прошло уже несколько секунд с тех пор, как его спина ударилась о стену, а "Подстрекатель" продолжал переворачиваться на бок. Такими темпами они собирались полностью перевернуться, и Перекрестье не был уверен, сможет ли он защитить Догму от того, чтобы снова сломать лицо, когда они упадут на потолок. Кикс хмыкнул и поднял голову, чтобы осмотреться, а Перекрестье на секунду задумался, нет ли способа прижать их всех троих к переборке одновременно. Оказалось, ему нужно было так сильно беспокоиться, потому что, как только он уже собирался положить Догму на них обоих и схватиться за пару грузовых троссов поблизости, вернулось чувства погружения в теплую воду, и он обнаружил, что его прижало к полу, где он лежал, частично опираясь на перегородку. Даже когда корабль полностью перевернулся, Перекрестье остался на месте, тогда как всё остальное, что не было привязано, упало на потолок с громкой какофонией ударов и разбитого стекла. Кикс издал исуганный звук рядом с ним, когда корпус "Подстрекателя" с шумом ударился обо что-то снаружи — вероятно, о борт "Обрексты", — и визга дюрастали о дюрасталь было достаточно, чтобы заглушить панические, пронзительные крики, которые испускала Мимико. Даже в кромешной темноте глаза Перекрестья позволили мгновенно увидеть, где была разбросана остальная часть его команды. Бойлу удалось прижать Хаузера к перилам, ЭРК плотно обвился вокруг капитана, а его руки и ноги обхватили ближайшие опоры перил, чтобы удержать их обоих на месте. Коди и остальная часть отряда сбились в кучу у стены, как он и Кикс, но в более неудобном положении. Кэлу удалось ухватиться за один из грузовых ремней, удерживающих Таффа на палубе, его свободная рука была вытянута, когда он присел там с выражением напряженной концентрации на лице, удерживая всех неподвижно. Перекрестье собирался поблагодарить Бойла за то, что тот настоял на закреплении всех грузов в трюме, а также за использование меньших грузовых ремней, чтобы прикрепить раненых клонов к палубе в качестве меры предосторожности. Он не думал, что в противном случае Кэл смог бы удержать их всех, поскольку он даже из положения "на стене, почти на потолке" мог видеть, как сильно ребенок напрягается. Еще несколько громких лязгов прокатилось по кораблю, и из машинного отделения раздался сбивающий с толку хлопок, прежде чем двигатели снова заработали. Внезапная яркость заставила Перекрестье недовольно зашипеть. Стабилизирующие двигатели громко завыли, перекрывая ветер и визг Мимико, когда "Подстрекатель" прекратил свое безумное кувыркание и качнулся обратно в стандартное положение. Кэл опустил руку, и чувство исчезло, когда падаван плюхнулся на палубу, тяжело дыша, как будто только что пробежал милю. – Карк… У вас там всё в порядке?! – обеспокоенно закричал из кабины Бородавочник. — У нас всё нормально, — Хаузер первым сумел обрести голос. – Немного потрясло, но не так сильно, как могло бы. Перекрестье отвлекся на середине второго комментария Хаузера, когда Мимико внезапно выскочила из его кармана, уже не столько воя, сколько шипя и плюясь от ярости, когда она уставилась на кормовую часть корабля. Ее шерсть вернулась к тому же типу, что и в момент, когда она напала на Коди: чисто-белое тело с кроваво-красными кончиками лап, ушей и хвоста. Ее глаза были такими же красными, и теперь, когда Перекрестье не пытался активно втянуть в себя отчаянно необходимый воздух, он мог видеть, что они, казалось, сверкали каким-то внутренним светом, придавая ей действительно угрожающий вид, несмотря на ее маленький размер.  — Мимико, — позвал он, осторожно выпутываясь из Догмы, чтобы случайно не задеть обо что-нибудь его голову. — Что случи...— его голос умер в горле, когда он проследил за ее взглядом. Сначала он не понял, что это такое. Просто странный клочок тьмы, цепляющаяся за кормовую переборку в смутно гуманоидной форме, который, казалось, то смещался, то исчезал из виду. Что было более чем немного смущающим, учитывая, что обычно Перекрестье мог сосредоточиться даже на мельчайших деталях. Неспособности видеть это... нечто было достаточно, чтобы он выхватил свой бластер в ожидании предстоящего боя. – Бойл? – именно этот испуганный тон Кэла заставил Перекрестье двигаться, немедленно вставая между падаваном и тем, что он видел, хотя он и сомневался, что выстрел сделает что-то большее, чем повредит стену позади него. Мимико затормозила рядом с ним, но не прекратила своих агрессивных звуков, даже когда Перекрестье осторожно задвинул ее сапогом за спину. Он слышал, как Бойл и Хаузер вытаскивают своё оружие, и предательские щелчки, когда они отключали предохранители.   – Что это вообще такое? — напряженным голосом спросил Хаузер, ни к кому не обращаясь. — Помнишь, ты сказал мне ничего не будить, — чуть ли не захныкал Кэл позади него, звук активации светового меча громко резанул по ушам Перекрестья. — Кажется, я что-то всё же разбудил. Бойл пробормотал проклятие, с чем Перекрестье был полностью согласен, теперь уже почти уверенный, что не сможет защитить Кэла от этой тени. На короткое мгновение казалось, что все на корабле коллективно затаили дыхание, ожидая, пока кто-то сделает первый шаг. Существо только начало отделяться от стены, как "Подстрекатель" сотряс взрыв. Перекрестью пришлось упасть на одно колено, чтобы сохранить равновесие, звук падения Кэла позади него был почти заглушен звуком деактивации его светового меча. Бородавочник снова ядрёно ругался в кабине, но Перекрестье был больше заинтересован в поиске существа, которое пробралось на корабль. Его бластер все еще был поднят и готов к стрельбе, несмотря на то, что Перекрестье потерял равновесие и сильно пошатнулся, но стена, у которой оно стояло, была пуста, и странное мерцание света также исчезло. Перекрестье медленно поднялся на ноги, не обращая внимания на качку, все еще пытаясь понять, куда делась тень, в то время как Бородавочник начал манёвр уклонения. – Мастер? — позвал Кэл вслух, не обращаясь ни к кому конкретно, его голос был тихим и хриплым. — Вы…? – он снова сосредоточился на Перекрестье, когда его голос стал нормальным. – Всё в порядке, Перекрестье. Мастер прогнала его. — Что прогнала, — спросил Перекрестье, неохотно опуская бластер, продолжая сканировать грузовой отсек в попытке понять, куда делась эта штука. "Подстрекатель" снова тряхнуло, когда что-то не полностью отразилось дефлекторными щитами. – Небольшая помощь не повредит! – рявкнул Бородавочник из кабины, "Подстрекатель" резко накренился на бок, заставив каждого вцепиться во что-то закрепленное. – Мне действительно сейчас не помешал бы второй пилот! Хаузер уже протискивался мимо Бойла, чтобы подняться по лестнице, а Перекрестье бросился в противоположном направлении. –Бойл! Кэл! Сосредоточьтесь на том, чтобы зафиксировать всех здесь! — бросил он, направляясь к кормовой части корабля. Он знал, что есть большая вероятность, что он ничего не сможет сделать против этой штуки, но ему хотелось удостовериться, что она исчезла с его корабля. – Мимико! Со мной! Она догнала его и побежала рядом, мех все еще был в том, что, как он предположил, было ее боевым раскрасом, пока он осматривал центральный грузовой отсек, прежде чем двинуться к трюму правого борта. Ее мех все еще был взъерошен, но она молчала, оглядываясь по сторонам. Корабль снова содрогнулся, но, по крайней мере, теперь это не был зубодробительный грохот прямого попадания. Больше похоже на выстрелы, отраженные щитами, или на выворачивающее изнутри чувство, возникающее из-за поворотов на высокой скорости. Дополнительная поддержка Хаузера уже творила чудеса, им двоим, похоже, удавалось справиться с тем адским беспорядком, в который их команда умудрились ввалиться на этот раз. Перекрестье слегка покачнулся из-за движения корабля, которое проскользнуло сквозь стабилизаторы, и снова оглядел пространство, прежде чем вернуться к машинному отделению и открыть дверь. Он быстро осмотрел комнату, прежде чем подойти к консоли и просмотреть показания. Похоже, всё было в порядке, но он не был инженером и не знал, что именно считать нормальными показаниями для этого класса кораблей. Никаких сигналов тревоги или предупредительных лампочек не было, так что он предположил, что это, по крайней мере, хороший знак.   — Мимико, — сказал он через мгновение. – Оно действительно ушло, не так ли? Она издала звук, который он мог описать только как мягкое пение. Быстрый взгляд показал ему, что ее мех снова вернулся к своему нормальному цвету, еще одна волна уверенности коснулась его сознания. Она посмотрела на него, словно пытаясь изобразить спокойствие и, взмахнув хвостом, села рядом. Перекрестье воспринял это как согласие. Вздохнув, он спрятал свой бластер в кобуру и попытался проигнорировать неприятное чувство, которое возникло, когда он подумал об этой ерунде Силы. Мысль о том, что он не смог бы защитить Кэла от тени, не устраивала.  Именно тогда он осознал, что ему не нравится, когда младшие члены его команды получают травмы или им угрожают.   … он был почти уверен, что знает, что Бойл сказал бы на это… Атмосфера в машинном отделении заметно изменилась, когда "Подстрекатель" прыгнул в гиперпространство. Вой двигателей сменился громким гудящим звуком, и высота тона на изолированной частоте повысилась вместе с требуемой выходной мощностью. Судя по тому, что он мог сказать, всё по-прежнему работало на оптимальном уровне, но Перекрестье всё равно запомнил показания, чтобы передать Бородавочнику. Их пилот знал бы, как должен работать корабль, даже если он не был инженером. Перекрестье повернулся на каблуках, направляясь к кабине, хотя он решил ненадолго остановиться, чтобы Мимико могла забраться по его пальто и скользнуть в то, что, как он полагал, теперь было ее карманом. Ему было немного любопытно посмотреть, что будет, если он что-то положил туда: она выбросит или потребует, чтобы он убрал это. Он решил оставить выяснение на другой раз и вошёл в левый отсек.   Бойл и Кэл не сидели без дела, пока он быстро осматривал корабль. И Вик, и Догма теперь лежали в своих койках рядом с Таффом и остальными. Кикс стоял на коленях рядом с Догмой, Кэл парил рядом, выглядя обеспокоенным, но всё же держал аптечку, чтобы Кикс мог брать инструменты, пока работал над лицом Догмы. Кикс излучал такую ауру, словно он мог лечь прямо на пол между двумя раскладушками и уснуть. После того, как он поговорит с Бородавочником и Хаузером, Перекрестье собирался уговорить старшего медика лечь незадолго до того, как он просто рухнет сам по себе, к черту стимуляторы Снайпер остановился рядом с Бойлом, которому удалось распутать клубок 212-ого и снова уложить их всех в ряд на палубе. – Мы должны снять и выбросить их доспехи, — обратился он к Перекрестью, повернув шлем в его сторону. Еще одна проблема, с которой Перекрестье должен будет разобраться, когда у него появится свободная минутка. Бойл все еще прятался от них под своим ведром, и чем дольше это продолжалось, тем больше Перекрестью казалось, что ему придется приложить адское количество усилий, чтобы выковырять ЭРКа из его скорлупы. — И всё остальное, что у них было с собой. Вздрагивание было настолько тонким, что Перекрестье едва уловил его, но было довольно легко увидеть, как Бойл защитно сжал ладонью маленький мешочек на поясе, в который ранее сунул сережку. Что бы это ни было, оно явно было чертовски важным. — Не беспокойся об этом, — успокоил его Перекрестье, указывая на ремень. – Очевидно, что это не жучок или что-то в этом роде. Ты можешь оставить её, пока Коди не придёт в себя. Честно говоря, если бы это не имело для Коди какого-то сентиментального значения, Перекрестье съел бы свой бластер. Хотя бы потому, у командира не было никакой другой причины носить сережку с собой. – Всё остальное, однако, должно быть выброшено. Мы не хотим, чтобы Империя выследила их или узнала что-то о нас. Пусть думают, что они погибли на той планете, — Верно, — наконец ответил Бойл, прежде чем повернуться и начать снимать доспехи с ближайшего к нему клона. Перекрестье не мог удержаться от того, чтобы снова не протянуть руку и не положить ему на плечо. Слегка встряхнув его, чтобы Бойл без слов знал, что Перекрестье будет рядом, он снова двинулся дальше.   Когда Перекрестье вошел, в кабине было тихо. Бородавочник откинулся на спинку сиденья, прикрывая глаза рукой, а Хаузер сгорбился под странным углом перед ​​консолью. Очевидно, он пытался уменьшить давление на травмированное плечо и выглядел из-за этого более чем побитым. Хаузер взглянул на Перекрестье и натянуто улыбнулся. – Там сзади всё в порядке? — Как и следовало ожидать, — Перекрестье мягко толкнул спинку сиденья Бородавочника, чтобы привлечь внимание пилота. – Двигатели теперь работают по-прежнему? Цифры выглядели хорошо, когда я проверял. Бородавочник театрально застонал и наклонился вперед, чтобы проверить показания. – Немного перегрелись, но не о чем беспокоиться, — ответил он, изучив их, прежде чем снова откинуться на спинку стула и вернуться в свою прежнюю позу. – Конечно, нам придется заменить несколько деталей в следующий раз, когда мы будем на "Независимости", но ничего, что могло бы внезапно сломаться без предупреждения. Что ж, одним поводом для беспокойства меньше. — Кто стрелял в нас? — Неизвестно, — вздохнул Хаузер, поворачиваясь, чтобы взять датапад. – Я полагаю, нападавшие летали на модифицированной звездной яхте, – он подавил небольшую гримасу, когда, подняв датапад выше, чтобы его можно было взять, достаточно потянул рану, чтобы мог почувствовать, как боль проходит через болеутоляющие. – Двигатель определенно имел более высокий КПД, чем обычно, а лазерные пушки не были штатным вооружением. — Хм, — буркнул Перекрестье, уже в процессе просмотра изображения. – Полегче с плечом. Нам не нужно, чтобы ты вышел из строя вдобавок к тому, что всё остальное уже идет не так. Корабль выглядел как модифицированная яхта серии Т-400 производства "Latreo Spaceworks". Корпус имел гладкую сужающуюся к носу слегка прямоугольную форму с двумя короткими коренастыми крыльями, отходящими как от кормы, так и от бортов по бокам, еще одно высокое крыло поднималось прямо из центра верхней части корабля. Он был примерно в два раза короче "Подстрекателя", и Перекрестье удивился бы, если бы в нем было больше четырех человек экипажа и пассажиров. — Черт возьми… Если Хаузер рухнет, думаю, я официально признаю, что нам конец, — пробормотал Бородавочник комнате в целом, все еще пряча глаза за рукой. Хаузер весело фыркнул и бросил на него насмешивый взгляд, которого пилот явно не видел. Четкость изображения оставляла желать лучшего, и хотя оно, очевидно, было пропущено через стандартную программу улучшения, этого было достаточно, чтобы помочь выявить некоторые мелкие детали, например лицо пилота другого корабля, но кое-что заставило Перекрестье удивленно приподнять бровь. – Её пилотировал клон. В кабине наступила заметная пауза, когда Хаузер и Бородавочник посмотрели на него. — Ты можешь разглядеть достаточно деталей, чтобы это сказать? — удивленно переспросил Хаузер. – Это было даже не очень хорошее изображение. — Ага, как..? Можно подумать, что даже ты будешь ограничен пикселизацией изображения, — Бородавочник приподнял руку настолько, чтобы взглянуть из-под нее на командира. – Программа улучшения подняла пикселизацию настолько, чтобы помочь детализировать некоторые из более мелких цветовых вариантов, обнаруженных на изображении. Это определенно клон, с коротко остриженными волосами и, — он слегка сглотнул, пытаясь переварить то, что видел. – ... либо какой-то макияж, либо татуировки на обеих щеках ярко-желтого цвета. Бородавочник чуть не рухнул со своего кресла, когда вскочил, чтобы попытаться рассмотреть монитор датапада через плечо снайпера, как будто его глаза были достаточно чувствительны, чтобы видеть то, что видел Перекрестье. – Вы, должно быть, шутите… Командир Блай пытался нас сбить?