Драбблы, хэдканон

      Гулкий шум музыки и вибрация от басов. Яркий свет вокруг от крутящихся софитов и множество людей в разноцветных кругах. Парень облегченно прикрывает глаза и поднимает бутыль, из которой тут же льется такая желанная жидкость. Что это именно и сколько в ней градусов, кажется, знает только бармен, что с неодобрительным лицом продал ему целую бутылку пойла.       Харви это всё давно не волнует. Он лишь с облегчением присасывается к горлышку и пьет, чувствуя, как мысли вновь путаются и стекают куда-то вниз, по горлу, вместе с алкоголем, исчезают в желудке и больше не беспокоят его. А беспокоит рыжего многое...Порой ему кажется, что мысли могли бы съесть его полностью, беспокойство раздавить грудную клетку, нервы окончательно лопнуть, а сердце наконец остановиться.       Но вот он опять танцует с бутылкой в паре в одном из баров, куда его еще пускали. Не то чтобы очень охотно, конечно, но еще терпели.       Харви сделал резкий поворот в своем танце “жизни”, когда понял, что жить будет не так долго. Покачиваясь, он двинулся вдоль барной стойки, имитируя активный танец и громко смеясь. Он также смеялся в лицо всем нравоучениям взрослых, что имели совесть указывать на его якобы неподобающее поведение. Ему плевать. Так же, как и на мнение окружающих. Он будет вести такой образ жизни, который считает нужным: будет много пить, курить, кататься на байке на высокой скорости, влезать в драки, споры, танцевать до упада и посылать всех остальных, лишь бы заглушить мысли, чувства, боль, саму жизнь.       Рыжий буквально чувствовал, как сгорает в объятиях музыки и алкоголя каждый раз, когда пол под ногами теряет устойчивость, а мозг отключается. Он сгорит полностью, до конца, без остатка, оставит лишь пепел его сожалений и отчаяния, которое не сгорит даже под водкой и ярким светом прожекторов клуба.       Харви вписался в чей-то столик, еле устояв на ногах и прокляв неудобную обувь.       Парень снова запрокинул голову и сделал пару больших глотков. Кажется, вокруг начали что-то кричать, но рыжему было все равно. Новая порция алкоголя крепко ударила по мозгам и ему показалось, что он оглох, в глазах все перемешалось, вокруг как будто образовался вакуум из его собственных мыслей, что не пропускали до сознания даже гневные крики людей в клубе.       В груди стало омерзительно больно. Хотелось царапать сильно, до крови, до мяса, достать наконец эту тварь, что грызла его сердце и душу, не давая покоя. В горле встал комок. То ли слез, то ли рвоты, парень так и не понял, но тяжко вздохнул. Кажется, его пихнули в плечо, выражая недовольство из-за столика, и рыжий обернулся.       В груди тут же что-то замерло. Сквозь пелену шума и гама, смазанных образов людей, столиков и бара, Харви посмотрел прямо в ярко-голубые глаза, что пристально глядели чуть ли не в его душу поверх темных, как сама ночь, очков. Сердце пропустило удар, а из рук чуть не выскользнула бутылка. Рыжий внезапно почувствовал, как его пригвоздило к полу, а стены встали на свои места.       Однако это чувство длилось недолго, пока обладатель голубых глаз, стоящий практически возле самого входа, не отвернулся. Мир тут же потерял четкость, а Харви равновесие. Помотав рыжей больной головой, парень таки принял относительно вертикальное положение и запрокинул голову. Образ голубых глаз тут же растворился в потоке спутанных, как черви, мыслей.       Скосив глаза куда-то вбок, он наконец разглядел, чей столик завалил. Хоть мозг и соображал туго, но уловил образ парочки. Идиоты. Харви хмыкнул, присасываясь к горлышку.       Кто придумал эту чушь? Любовь, отношения, чувства. Хрень какая-то. У Харви тоже есть чувства. Они давят его по ночам, заставляя до истерик мочить подушку, а потом и горло, они заставляют его танцевать и пить до потери сознания, вынуждают испытывать ненависть и бесконечную жалость к себе. Заставляют его гореть и сгорать.       Вот это чувства, вот это эмоции, а не эти ваши сюси-пуси... А потом что? Семья, дети, старость и общая гробовая доска? Рыжий громко фыркнул. Ну и зачем ему это? Он вряд ли до тридцати то доживет, какое тут.. В груди снова противно засвербело, от чего парень с силой хлопнул самого себя по торсу. Дыхание перехватило, на глазах собрались непрошенные слезы, а сознание покачнулось, чуть не отрубая его от суровой реальности и не унося в безмятежное небытие.       Как он хочет туда попасть... Туда, где не надо думать о боли в груди, гудящей голове, дрожащих от нервоза руках и просто... Где не надо думать вообще. Как же он хочет наконец сгореть до конца. Сгореть и развеяться пеплом... Лишь бы не думать...       Он сделал еще одно резкое движение под громкую и бьющую по барабанным перепонкам музыку, крутанулся куда-то в сторону, параллельно снова отпивая злосчастное пойло..       Врезавшись опять, на этот раз в человека, рыжий прошипел, останавливая поток рвоты:       - Не видишь что ли, куда идешь..       Не успев договорить фразу, Харви буквально почувствовал, как его нервные мысли в мозгу послали сигнал в руку, та сжалась в кулак у горлышка и замахнулась. Бутылка ударилась о чужую голову, разлетаясь на осколки.       Рыжему тут же так прилетело по лицу, что он отлетел к стойке. Из носа и губы текла кровь, чей вкус несколько отрезвил разбуянившийся из-за алкоголя мозг. Теплая, свежая... Такую бы из сердца пустить..       Голову Харви мотнуло в сторону, сознание снова зашаталось, ноги подвели и подкосились, и парень сполз между стульев на пол. Кажется, его все-таки вырвало куда-то за стойку.       Слух уловил гневный крик над головой:       -Майк! Вышвырни этого рыжего черта, пока он ничего больше не разнес!       Харви глупо хихикнул. Черт...и правда, похоже. Вил только не хватает, и он может спокойно вспороть себе брюхо и катиться в ад.       - Смешно тебе, хуйло? - Его подхватили под руки и резко, совсем не нежно поставили на ноги. Сознание снова пошатнулось, но облегчение в желудке несколько исправило ситуацию.       Харви поднял расходящийся взгляд и натолкнулся на знакомые очки. Нахмурившись, он стянул их с явно охреневшего от подобного поведения парня и приблизился к чужому лицу, заглядывая в ослепительно-голубые глаза. Однако вместо чего-то адекватного Харви выдал:       -Быстро команды выполняешь. Только ать! - Рыжий хлопнул в ладоши. - И ты тут. Как псина.       Харви явно развеселило подобное сравнение, и он громко засмеялся. Глаза напротив потемнели, его руку до боли сжали, а очки выдернули и вернули на место.       -Вали-ка ты отсюда, хуесос ебанный, пока ты с целой челюстью. - Рыжего явно не ласково потащили к выходу, после чего попросту вышвырнули на улицу.       Упав и зашипев от боли на ладонях и коленках, Харви обернулся и гневно прошипел, глядя в темные очки:       - Красивые глазки, псина, дай еще раз гляну.       Темноволосый парень по имени Майк громко фыркнул:       - Вали нахуй, кошак гребаный. - “Песик” с грохотом закрыл дверь перед чужим носом, отрезая путь к музыке, танцам, алкоголю и жизни.       Харви тяжело вздохнул и запрокинул голову, смотря на еле посветлевшее небо очередного утра. Парень глядел пару секунд на темные облака, пока до него не дошло. Мир не шатался. И алкоголь тут был совершенно не при чем. Облака мерно плыли по небу, город изредка подавал признаки ночной жизни, а ветер как-то даже ласково трепал парня по рыжим волосам.       Не успев полностью осознать новую мысль, мозг Харви отключился, и рыжий впал в непроглядную тьму.                                           ***       -Котенок, просыпайся, - последовал ласковый чмок в висок и волосы, - почти одиннадцать, ты долго спишь, - еще один поцелуй, но уже в щеку, а после тихое в ухо, - мы планировали вчера съездить днем по делам, а ты их нагло просыпаешь, киса. - Чмок уже возле ушка.       Харви с трудом разлепил глаза, чувствуя, как мозг неохотно просыпается. Тут же зажмурившись от яркого света из окна, рыжий сморщился и простонал:       -Майки, может, ну их..- Таки разлепив один глаз, рыжий заглянул в почти родные голубые глаза напротив. - Сами справятся..       “Майки” закатил глаза и легонько шлепнул по чужим ягодицам, поднимаясь.       - Давай, вставай, поднимай свой кошачий зад и иди собирайся, завтрак на столе.       Парень вышел из их спальни, а Харви довольно потянулся, переводя взгляд на голубое небо с облаками за окном.       Его мир все еще стоит и не шатается.