Головастики

Тэхён вдруг с ужасом понимает, что у него нет в доме какао. Он идёт проверять шкафчик, и там лишь чаи, горькие, полезные, тонизирующие, бодрящие... И ящичек с неприкосновенным запасом пуст. Где же все пакетики со смесью для пудингов? Для желе? Для микроволновочных кексов? Да даже того приторно-химического порошкового лимонада? И это не говоря о пропавшем какао. Тэхён лезет в холодильник, а там из сладкого лишь консервированная кукуруза. Он со стоном оседает на пол, вцепляясь пальцами в волосы. Всё. Он вырос. Это конец детству и молодости. Вафельница пылится на верхней полке, а когда он тесто в последний раз замешивал — уже и не помнит. Что дальше? Он начнёт пить кофе? Будет заказывать пиццу, состоящую исключительно из каперсов и оливок? В желудке голодно урчит, и перед мысленным взором танцуют лоснящиеся кружочки пепперони вместо сочных ананасов. В быстром наборе телефона — шесть номеров. Тэхён звонит Чонгуку, напряжённо вслушиваясь в гудки… Довольно странно стоять у витрины в кондитерской не захлёбываясь привычно слюной. Взглядом профессионала он скользит по глянцевым бокам и по кремовым опалённым завитушкам. Желание вспыхивает огонёчком в глазах на кокосово-лаймовом кексе, хочется бисквита и лайма, чтобы кисло-горько и… Ну, вот опять. А Чонгуки вообще ненавидит лимоны, так что Тэ набирает ассорти крошечных конфеток-планеток, безумно красивых и дорогих. Гук соглашается разделить на ужин с хёном калорийную бомбу, сказав, что легко сгонит всё лишнее в качалке. Или на боксе. Или на пробежке. Или в танц-зале. Или гуляя с Бамом. Или… — Ой, всё, терминатор. Ешь и скажи, что чувствуешь? Чонгук медленно раздавливает планету, растирая языком по нёбу. Он радостно мычит, сдвигая к переносице брови, и улыбается сначала глазами, а потом уже — ртом. — Нежный крем и что-то хрустящее! Воздушное… — Вкусно? — Очень-очень! Тэхён съел три, и на этом лимит исчерпан. Сладко так, что сводит челюсть, но… Видеть довольно уплетающего конфеты Чонгука хорошо и настолько приятно, что он сыт и удовлетворён и этим. И приезжает ещё. И ещё. С бэнто-тортиками с ягодной пропиткой, с огромными печенюшками, сорбетом, щербетом, вафлями... Ковыряя десертной вилочкой кекс с крупными кусочками шоколада, Чонгук прикусывает нижнюю губу. — Тэтэ, а мы встречаемся? — Ну конечно! — Это же… Свидания? Ты ухаживаешь за мной? Тэхён сначала уверенно кивает, потом думает и кивает опять. Пьёт сливовое вино и решает, что парочка из них получится сладчайшая. Чонгук встряхивает баллон со взбитыми сливками, переворачивает носиком вниз и распыляет молочную дорожку по ключицам, тут же жадно слизывая. Тэхёну щекотно, мокро, горячо. — Ты такой вкусный… — шепчет макнэ и чертит новую дорожку от груди до лобка.