Головастики

Тэхён опять отращивает усы, что сразу замечает Чимин, пришедший к нему в гости. — Тебе лень бриться? — Нет. Вообще-то, это для Чонгука. — В каком смысле? — Фетиш. Тэ принимает подарочный пакет с принесённой бутылкой вина, устремляясь на кухню… Пак подвисает, застывая в холле. Волосы. Тэхён действительно волосат, а Гук и перед камерами пытался как-то выдернуть волосок с его руки, а уж сколько раз нюхал макушку, зарываясь носом в пряди… — Погоди. И там ты тоже всё оставляешь? — Ну да. — Интересно… Что первопричина? Чонгукки это нравится, потому что ты сам по себе такой, или наоборот, ты отращиваешь специально для него? — Хм. Я уже и не помню, как-то обоюдно сложилось. И мой фетиш на татуировки и пирсинг тоже совпал с его личным пристрастием. — Удобно. — У нас много поводов быть вместе. За ужином они рассуждают о разнице между кинками и фетишами, что превращается в спор об извращениях. — Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого. — А если я хочу принудительного секса? Чтобы меня не спрашивали о желаниях, рассусоливая в деталях? — Тогда с тобой могут сделать и то, что тебе может нанести травму, причём не обязательно только физическую. Без обсуждений и договорённостей это сексуальное насилие, Тэхён. Не сессия, не БДСМ-практика, цель которой принести удовольствие даже через боль, если это оговорено заранее и с кодовым стоп-словом, а тупо насилие. Да и… Блин, Тэ. Я не понимаю, что сложного в том, чтобы откровенно рассказать о фантазиях и их воплотить? — В этом нет никакой страсти. — Ой ли? Разве разговоры не заводят? Ладно, может, и не всех. А кто-то только на этом и останавливается. Но я всё равно считаю, что диалог очень важен для сохранения и продолжения отношений. Тебе ведь могут сделать и то, что совсем не понравится. Есть такой термин, after care, это забота доминанта после того, как ты был в пассивной роли. По-твоему, это тоже не нужно? — Валяться в обнимку перед телевизором? — Там другое. — Пак Чимин, что-то ты подозрительно много знаешь. Я не хочу с тобой спорить, лучше расскажи мне о том, чем это ты таким занимаешься с Юнги? — Эм… На самом деле у нас нет ничего особенного, но мы пробовали всякое, чтобы лучше узнать друг друга. Фетиш на волосы и татуировки понятен. Чулки, каблуки, корсеты, шибари — это красиво, это показывают в фильмах. Пикантные детали. Наручники с мехом, красная помада, анальные пробки со стразами. Список фетишей практически бесконечен и многие из них безобидны, а некоторые и вовсе неочевидны. Всё индивидуально. …Чимин может расхаживать голым и будет обласкан взглядом, назван красивым, но встанет у Юнги на полостью одетого в просторные вещи. Толстовки, доходящие до середины бедра, длинные рукава, глубокие капюшоны, и особенно хорошо, если это личные вещи хёна. Утопающий в них Чимин, зажимающий верёвочку кофты между зубами — такой фетиш. Во время секса Мин никогда не раздевает до конца, лишь приспуская одежду. Костюм полицейского? Медсестры? Мимо. Чимини в клетчатой пижаме, с торчащим из ширинки членом? Да. Перед таким Юнги встаёт на колени. В этом и много, и мало тактильных ощущений. Максимум — на участках голой кожи, целуя, касаясь пальцами, проникая внутрь, и постоянное трение ткани в остальных местах, ограничение движений из-за стреноживающей резинки белья и штанов, усиливающийся жар… И это попросту подстраховка, когда есть риск быть обнаруженными — им в крайнем случае остаётся только одёрнуть, поправить одежду. Фетиш Чимина схож, он любит, когда мокро. Целоваться под дождём, и стоя под душем. Когда тонкая футболка Юнги, впитавшая влагу, облепляет торс, делая его похожим на ожившую статую. Как скульптура Ники Самофракийской в Лувре, с высеченными складками ткани. Одежда темнеет, тяжелеет, хлюпает, с неё течёт, стоит сжать в кулаке, её с трудом приходиться отделять от тела, и секс в мокрой одежде ощущается совсем по-другому. И Юнги, с зачёсанными назад, чуть вьющимися волосами, слипшимися ресницами и порозовевшим кончиком носа, со стекающими каплями по лбу, вискам и шее, с поплывшим взглядом... Возбуждает сильнее. Тэхён узнаёт об их фетише, когда Чимин фирменным жестом, в распахнутом пиджаке — оголяет плечо, и старший инстинктивно тянется к нему губами, целуя и едва не ставя засос. О развлечениях в совместных походах в душ, Чонгук, фея стирки, был и так в курсе.