Головастики

У Чимина какие-то особые отношения с курицей — он может её есть практически в любом виде и буквально всегда. У Чимина особенные отношения и с Юнги, и по пути в продуктовый магазин он затягивает его в KFC, потому что кушать хочется вот уже прямо сейчас и нет сил терпеть. У Юнги неприязнь к слову «курочка», потому что так, воркуя, называют друг друга однокурсницы. Плотоядно пожирающий крылышки в панировке Чимин, поблёскивающий хищно глазами, нравится ему гораздо больше, чем девочки и еда. Чимин вообще удивительный, в нём помещается столько всего — и птичье мясо, и щемящая сердце доброта, и разные части тела Юнги. Огромные буквы на стене складываются в слоган: «It's finger lickin good!», Юнги мысленно переводит и со смешком хлюпает колой в стакане. — Ты чего? — Чимин на всякий случай тщательно вытирает салфеткой губы. — Хён?.. Он оборачивается назад в поисках того, что могло развеселить, и когда вновь ловит хитрый взгляд, заливается румянцем. Юнги демонстративно облизывает кончики указательного, среднего, безымянного… Пак прекрасно знает, где были эти пальцы час назад. Он возмущённо пыхтит: «Не порть мне аппетит», возится с упаковкой чесночного соуса, перебарывая в себе желание кинуть им в хёна. В постели Чимин раскрепощён, а за её пределами он обычный парень, натягивающий капюшон толстовки на голову и спотыкающийся о не завязанные шнурки. Юнги лениво толкает тележку между рядами, на сытый желудок риск накупить не нужной ерунды минимизирован, вот только и готовить уже влом, хоть и всё равно придётся. — Чимин-а, что будешь на ужин? — Курицу! — Кто бы, блять, сомневался… Юнги решает не заморачиваться и режет салат, шлёпая по маленьким ручонкам, что пытаются украсть помидорку черри. — Займись чем-нибудь. — Хочу коктейли. Тебе сделать? — Давай только без сомнительных экспериментов? — Конечно, хён. Чимин гремит бутылками и опустошает пакет арбузного сока, смешивая с текилой в стаканах. Добавив льда, он размешивает пальцем и подносит его ко рту Юнги на пробу.