(not) A Love Story

— Ты вообще собираешься говорить Ликсу, что встречаешься с бывшим его мужа? — спрашивает Хёнджин. Они с Джисоном обедают в его любимом ресторане, как и обычно по средам — или всякий раз, когда Хёнджину удаётся сбежать со своей сводящей с ума работы дольше, чем на отведённое время обеденного перерыва. Рабочий график Джисона чуть более лоялен к подобным вещам, с чем ему очень повезло, потому что в противном случае о подобных затяжных обедах пришлось бы забыть. Хёнджину тоже повезло, ведь Джисон всегда готов бросить все свои дела, когда тот пишет ему, что у него есть свободное время. Хотя... Если бы Джисон знал, о чём Хёнджин хочет поговорить, он бы сто раз подумал, прежде чем соглашаться. — Ты вообще можешь поверить, что Феликс в браке? — вместо того, чтобы ответить, спрашивает Джисон, — У Феликса есть муж. А ведь нам даже тридцати нет. Это дико. Хёнджин смотрит на него с раздражением, но ничего не отвечает. Кажется, в этот раз он не даст заговорить себе зубы так очевидно. — Я не встречаюсь с бывшим его мужа, — терпеливо вздыхает Джисон. Они проходили это уже много раз, и он понимает, что Хёнджин просто пытается его дожать. — Конечно нет, вы просто живёте вместе, и он чисто случайно испёк твой любимый торт тебе на день рождения, — комментирует Хёнджин. — Откуда ты вообще знаешь про торт? — настороженно смотрит на него Джисон. — Чанбин сказал. — Сплетничать нехорошо, — фыркает Джисон, — Минхо часто готовит, печёт всякие штуки и делает много чего ещё. Так что, это не было чем-то особенным... Просто так вышло, что у меня тогда был день рождения. Говорю в сотый раз, мы просто соседи по квартире. Мы живём в соседних комнатах. Хёнджин драматично закатывает глаза. — Хочешь сказать, ты когда-нибудь спишь в своей? — Да, — машинально отвечает Джисон. — И сколько раз это было за два месяца, которые ты живёшь с ним? — молниеносно атакует Хёнджин, — Больше, чем пальцев на одной руке? Джисон вытягивает вперёд ладонь и начинает отсчитывать ночи в уме, загибая пальцы. — Да! — торжествующе усмехается он, поднимая правую руку в кулаке вместе с левой, где согнуты ещё два. Хёнджин закатывает глаза. — А где все эти разы спал Минхо? — ... Отвали. Хёнджин довольно хихикает, радуясь, что последнее слово в споре осталось за ним. — Ты же знаешь, в каких мы отношениях, почему мы говорим об этом каждый чёртов раз? — ворчит Джисон. Хёнджин пожимает плечами. — Потому что всё это просто смешно! И потому что Ликси уже давно вернулся из медового месяца, но всё ещё понятия не имеет, что между вами с Минхо что-то есть. — Ну, мы особо и не видели его со дня свадьбы, — рассуждает Джисон. — Но он регулярно написывает в наш общий чат, — возражает Хёнджин. — Да, но всё, что он делает — это кидает мемы! — Ты всегда можешь написать ему первым и рассказать. — Что тут рассказывать? Хёнджин измученно стонет. — Как насчёт того, чтобы рассказать как минимум то, что ты живёшь с бывшим Сынмина? Он ведь даже не знает о том, что ты съехал со старой квартиры! — Оу, — Джисон откладывает вилку в сторону. Наверное, он и сам предпочёл бы знать, если бы кто-то из его друзей переехал, — Ты прав. И да, справедливости ради, меня выгнали. Иначе я бы не стал жить с Минхо. — Нет, друг мой, тебя не выгнали, — спорит Хёнджин, — Ты просто проигнорировал все предупреждения хозяйки и дотянул до последнего. — Вообще-то ты тоже мог бы предложить мне пожить у тебя! — фыркает Джисон, — Не думал об этом? Друг, называется! — У меня одна комната. Хочешь спать на моём старом диване до бесконечности? Добро пожаловать, — поднимает бровь Хёнджин, и Джисон, если честно, не может придумать быстрый ответ. — Итак, — продолжает Хёнджин, снова возвращаясь к теме, — Ты и дальше будешь скрывать это от Ликса? — Я ничего не скрываю, — настаивает Джисон, — Скажу ему, когда представится возможность. — Да неужели, — вздыхает Хёнджин. Джисон чувствует облегчение от того, что он, наконец, угомонился, но не тут-то было, — Ты говоришь, что вы просто соседи по квартире, так что позволь задать тебе один вопрос: Минхо не будет против, если ты приведёшь кого-то домой? Джисон некоторое время молчит, недоверчиво глядя на него. — Знаешь, я всегда предпочитаю уезжать с объектом перепихона к нему домой. Так проще сбежать утром. Хёнджин фыркает. — Ну хорошо. А что, если Минхо захочет кого-то привести? Джисон снова замолкает, на этот раз на более долгое время — вопрос определённо застаёт его врасплох. Почему-то он никогда не задумывался о таком варианте. — Сомневаюсь, что он захочет это сделать, — отвечает он неуверенно и слегка раздражённо, — Минхо не жалует приложения для знакомств, и вообще он избирателен в таких вещах. — Должно быть, не настолько избирателен, если до сих пор спит с тобой. — Эй! Хёнджин хихикает. — Как бы там ни было. Если он захочет привести кого-то к себе, — вздыхает Джисон, — Это его квартира и его право. Как я уже неоднократно говорил, у меня есть своя комната. — Как скажешь, — мычит Хёнджин, — Спасибо, что ответил на мой вопрос, — его тон звучит настолько снисходительно, что Джисону хочется его ударить. К счастью, в своём возрасте Джисон уже намного более сдержан, чем раньше. — Ты же знаешь, мне нечего скрывать. Хёнджин в ответ лишь дразняще улыбается. Джисон бросает в него салфетку. — А что насчёт тебя, а? Сам-то ничего не скрываешь? Как у вас дела с Чанбином? Ты рассказал Феликсу, что ты спишь с бывшим соседом бывшего его мужа? — на попытку спровоцировать друга он в ответ получает только смущённый смешок. — Да ладно! — хмыкает Джисон, — Я прав, да? У вас всё отлично? — он дразнит Хёнджина, но на самом деле рад за него. И немного завидует. Возможно. Но не точно. Джисон отгоняет эту мысль прочь, потому что она не несёт особого значения. — Завтра вечером мы идём на свидание, — делится Хёнджин, — Но да... — он ненадолго замолкает, ухмыляясь, — Всё очень даже хорошо, — в конце концов признаёт он, — С огоньком. — С огоньком? Оооооу! — присвистывает Джисон, — Значит, плавное развитие событий — это не по вашей части? — А кто говорил о плавном развитии? — смеётся Хёнджин, — Между нами есть притяжение, так зачем ломаться? Он забавный, милый и невероятно сексуальный. Ты вообще видел его бицуху? — мечтательно вздыхает он, — Но мы пока не вышли за рамки физического влечения. — Вот это да. Красавчик! — смеётся Джисон, — Рад, что у тебя наконец есть с кем коротать одинокие ночки! — Ага, — бодро соглашается Хёнджин, — Как же хорошо снова иметь стабильный член, не правда ли? — Ну, если хочешь так выразиться, — хихикает Джисон, — Ты же понимаешь, что теперь твоя очередь рассказывать? Только не вздумай упускать детали! Глаза Хёнджина сияют, будто бы только этого вопроса он и ждал. В конце концов, так Джисону удаётся уклониться от разговоров о себе. Пятничным вечером, когда Джисон возвращается домой после работы, он первым делом направляется к кровати, чтобы упасть лицом в подушку — но не к своей собственной, а к кровати Минхо. У него был долгий и сложный день, с кучей рабочих совещаний, которым не было конца, и сейчас всё, чего он хочет — это просто забыть обо всей этой ужасной неделе. — Минхоооооо, — скулит он. Тот, в свою очередь, беззаботно поливает растения на балконе. Джисон разглядывает его спину и ждёт, пока его заметят. Его всё чаще посещает эта мысль — несмотря на то, что Минхо технически безработный, он постоянно чем-то занят. Джисон, если честно, не понимает его, потому что если бы сам был в таких условиях, то, вероятно, только и делал бы, что торчал в своей комнате, выходя из неё исключительно чтобы принести себе еды или потрахаться — и то и другое можно организовать через приложения. Вообще, Джисон ещё больший домосед, чем может показаться. Он никогда особо не ходил на тусовки с тех пор, как закончил университет, а даже если и приходилось, он всегда чувствовал необходимость нацепить на себя маску экстраверта, что дико истощало его морально. Однако в последние полгода он и в приложениях для знакомств не проявлял особой активности. Встречи с Минхо ограничили его домом и работой, особенно после того, как они начали жить вместе. Тем более, у него не было никаких причин выходить на улицу и общаться с людьми помимо своего окружения, потому что в данный момент оно ограничивается одним Хёнджином, который периодически прилагает усилия, чтобы вытащить Джисона хоть куда-нибудь. — Минхоооооооооо, — снова кричит он, — Пойдём в кроватку! Минхо, наконец, ставит пульверизатор на подоконник и возвращается в комнату. — Чего тебе? — бубнит он, подходя к кровати. — У тебя есть друзья, с которыми ты постоянно видишься? Не считая Чанбина, — спрашивает он. — Что? — хихикает Минхо, вероятно, не понимая, что натолкнуло Джисона на такие мысли. Джисон пожимает плечами. Он понимает, что ему на самом-то деле не так нужен ответ, по крайней мере сейчас, и хлопает по соседней стороне кровати: — Давай уже раздевайся и возьми меня. Минхо фыркает. — Выглядишь скорее так, будто тебе нужно выпить, — отвечает он, игнорируя слишком очевидное предложение, — И не один бокал. — Выпить? Скорее мне нужно, чтобы ты раскат- Минхо смеётся и бьёт его подушкой, прежде чем он заканчивает предложение. — Давай вставай, пойдём выпьем в Веном. Я целый день проторчал дома, и мне нужно хоть немного развеяться, — настаивает Минхо, — Тем более, ты спросил о моих друзьях, так что я очень вовремя вспомнил, что надо видеться ещё с кем-то помимо тебя. — Зачем? — Джисон накрывает ладонями лицо и хлопает глазами, глядя на Минхо, — Этот цветочек — всё, что тебе нужно видеть. Минхо стонет в притворном раздражении, но в уголках его губ определённо мелькает намёк на улыбку. Джисон усмехается, считая это победой. — Давай вставай, — всё равно настаивает Минхо, — Всего несколько напитков, пока не закончатся "счастливые часы", а потом пойдём домой. Вернём тебя в кроватку к полуночи. Джисон вздыхает. — Веном. Это же тот паб неподалёку, да? — спрашивает он. Джисон частенько проходит мимо него, когда возвращается домой с работы, но внутри ещё ни разу не был. К тому же, однажды, когда они с Минхо только начали свои неопределённые отношения, Джисон пришёл к старшему и не обнаружил его дома; когда он позвонил Минхо, тот сказал ему, что выпивает в Веноме и просил немного подождать — это был тот самый раз, когда Минхо сказал ему код от своей квартиры. — Ага. У них по пятницам шикарные скидки. — Но... — скуля, дуется Джисон, — Я устал, и моя спина прикована к кровати, — он переворачивается на спину и раскидывает конечности подобно морской звезде. Минхо фыркает, выглядя как ребёнок-переросток. Они как будто соревнуются в том, кто сильнее надуется. Джисон признаёт, что это слишком милое зрелище. Несколько секунд они просто смотрят друг на друга, не двигаясь с места. — Если не хочешь, я пойду один, — со всей серьёзностью заявляет Минхо. Он поворачивается на пятках, чтобы двинуться к двери, и Джисон тут же вскакивает с кровати. — Ладно, ладно! — сквозь смех кричит он, хватая Минхо за руку, — Ты же угощаешь, да? Напитки с тебя? — Я вообще когда-нибудь заставлял тебя платить? — Буквально на днях, за завтрак! — фыркает Джисон. Минхо смеётся. — Ладно, ты прав, иногда бывает, — тут же уступает он, — Но кто виноват, что ты так часто проигрываешь в камень-ножницы-бумагу? Так и быть, раз уж в этот прекрасный пятничный вечер я вытащил тебя из кровати, с меня две порции напитков, идёт? Джисон торжествующе улыбается. — А потом, когда мы вернёмся домой, ты позволишь делать с тобой всё, что я захочу? — Да-да, — фыркает Минхо. Он закатывает глаза, но не может не улыбнуться ещё шире, — Подожди пару минут, я сбегаю в душ, и пойдём. Когда они заходят в паб, бармен приветствует их уже с порога, обращаясь к Минхо по имени. У него сильный акцент: британский или австралийский, как кажется Джисону. — Минхо! Давно не виделись, — здоровается парень, когда они подходят к бару, — Ты сегодня без Бини? — чем больше бармен разговаривает, тем больше Джисон склоняется к тому, что акцент всё-таки австралийский — он провёл бóльшую часть своего детства за просмотром "Охотников на крокодилов" на Animal Planet, и речь этого парня определённо более похожа на речь того ведущего, чем на Гарри Поттера. Также Джисон не может не отметить, насколько крепко его тело: широкие плечи, крупные бицепсы, виднеющиеся даже через рукава рубашки... Когда он улыбается, у него появляются ямочки на щеках, и все эти черты в совокупности делают его дико горячим, но в то же время милым и приветливым. Он сразу привлекает внимание Джисона — честно говоря, если бы он был один, то, не задумываясь, начал бы с ним флиртовать. — Привет, Крис, — здоровается Минхо, прежде чем кивнуть головой на заданный вопрос, — Да, Бин переехал в другой конец города и с головой занят своим новым парнем, — он косится на Джисона, — А это — мой новый сосед. Несмотря на то, что соседи — это именно то, кем они друг другу являются, Джисону странно слышать, что Минхо так представляет его кому-то, кто не в курсе об их договорённостях. Тем не менее, он лишь кивает и улыбается. — Я Джисон, — бубнит он. — Новый сосед, говоришь? — Крис улыбается ему, но чисто формально, прежде чем снова перевести внимание на Минхо, — Тогда первый раунд за мой счёт. Есть что-то приторно-сладкое в том, как этот парень разговаривает с Минхо. Какая-то дразнящая интонация, на которую Минхо не особо поддаётся, но всё же, это не останавливает Криса. Джисон понимает, что тот открыто флиртует, и это немного тревожит его и без того раздражительную натуру. Дело не в том, что он ревнует — потому что и поводов нет, и ревновать некого. Он просто считает это неуместным, учитывая, что Минхо не один — он с ним — ну и да, никто всё ещё не отменял того факта, у Джисона был крайне долгий и неудачный день. — Пойду найду нам столик, — объявляет Джисон, указывая большим пальцем себе за плечо. Если честно, это заведение оказывается не настолько плохим, как он себе представлял — здесь довольно уютно и не особо многолюдно; по крайней мере, пока. Похоже, это один из тех типов заведений, которые посещают в основном постоянные клиенты. — Хорошо, — кивает Минхо, — Ты голодный? Я что-нибудь закажу. Хочешь что-то определённое? Джисон засовывает руки в карманы куртки и пожимает плечами. — Пусть будет сюрпризом, — отвечает он. Минхо снова поворачивается к бармену. — Два индийских пэйл-эля, ... — слабо слышит его заказ Джисон, уже направляясь к угловому столику. Проходит несколько очень долгих минут, прежде чем Минхо присоединяется к нему с двумя высокими стаканами пива и отвратительно довольной улыбкой на губах. — Я заказал нам большую порцию фиш энд чипс на двоих, — говорит он, расставляя напитки и садясь напротив Джисона, а не рядом с ним, как делает обычно за обедом вне дома. Джисон активно игнорирует эту мысль, потому что такие мелочи вообще не должны иметь значения. — И оладьи из баранины. Я до сих пор не могу понять, как их здесь готовят, хотя появились они уже пару месяцев назад, — добавляет Минхо, сделав глоток пива. — Чувак, да бармен в тебя по уши, — отвечает Джисон совершенно не в тему. Слова вылетают изо рта прежде, чем он успевает подумать. Минхо медленно моргает, явно ошеломлённый резкой сменой темы, но потом закатывается смехом. — Да, наверное, так и есть, — соглашается он, даже не утруждая себя оправданиями. — Это из-за него ты хотел сюда прийти? — спрашивает Джисон, перебирая пальцами ободок пивной кружки. — Что? — Минхо смеётся ещё громче, — Нет! Мне правда нужно было выпить, и, могу сказать, тебе тоже. И ещё мне очень хотелось этих оладий, потому что, как я уже сказал, я до сих пор не понял, как их готовить. — А мне очень хочется кое-чего другого, — бормочет Джисон. — Организуем тебе и кое-что другое, — воркует Минхо, будто разговаривая с ребёнком, — Если ты, конечно, перестанешь дуться. — Я не дуюсь! — отрезает Джисон громче, чем планировалось. Он вздыхает, проводя пальцами по волосам в попытках успокоиться. — Прости. Правда сложный день. Возникает короткая, но напряжённая пауза. — Хочешь поговорить об этом? Джисон пожимает плечами. — Не особо, — но через некоторое время продолжает, — Я отправил несколько песен этому дебилу-певцу, — всё же делится он, — Фидбек особо не порадовал. — Мне жаль, малыш. Джисон снова пожимает плечами, пропуская мимо ушей ласковое обращение. — Давай немного выпьем и просто забудем этот день, — предлагает Минхо, поднимая стакан. Джисон кивает, слабо улыбаясь и чокаясь с ним. Они оба замолкают, и Джисон снова оглядывает помещение, отмечая, что на "счастливые часы" явилось ещё несколько посетителей. Его взгляд вновь останавливается на бармене — довольно милом, отмечает он, но излучающем лёгкие, почти незаметные вайбы факбоя, что могло бы сделать его идеальным типом Минхо. — Вы с Крисом когда-нибудь...? — неосознанно спрашивает он, хотя понимает, что интересуется слишком личным. — Когда-нибудь что? Спали? Джисон бросает на него многозначительный взгляд. — Ну, то есть, — пожимает он плечами, — Хёнджин недавно спросил, как у нас будут обстоять дела, если ты или я захотим переспать с кем-то помимо друг друга и привести к нам домой. — А что? — Минхо заинтересованно склоняет голову, — У тебя есть кандидатуры? — Нет... — хмурится Джисон, — Просто я видел, как вы с Крисом флиртуете, и подумал, что может быть вы... — он пожимает плечами, вспоминая комментарий Минхо о том, что ему пора бы пообщаться с кем-то и помимо Джисона. Может, это и не было такой безобидной шуткой, как могло показаться, — Ты поэтому привёл меня сюда? Если хочешь уйти с ним домой, я могу найти, где переночевать. Минхо смеётся так, будто услышал самую нелепую вещь, и Джисон почти обижается. — Нет, — просто отвечает он, — Я никогда не спал с ним и не собираюсь. — Почему нет? — А почему да? — Он горяч, — задумчиво подмечает Джисон. — Есть такое, но я бы не стал спать со своим постоянным барменом. Ровно по той же причине, почему бы не стал спать со своим постоянным бариста, — решительно отвечает Минхо, — Я не сру там, где ем, если можно так выразиться. Джисон усмехается. — Если честно, не думаю, что Чонин бы согласился с тобой переспать, даже если бы ты был другого мнения, — отмечает он, имея в виду работника Старбакс на первом этаже дома Минхо, где они оба заказывают бесплатный кофе по утрам благодаря его статусу арендодателя. — Я мог бы сделать так, чтобы он захотел, если бы мне было это нужно, — пожимает плечами Минхо, — Но мне не нужно! Хотя... Он кажется милым, но со своими чёртиками, не правда ли? Джисон многозначительно смотрит на него, а затем качает головой, хотя чувствует, как на губах расползается улыбка. — Нет, ну серьёзно. Почему ты такой? — Ты улыбаешься, — поднимает бровь Минхо. — Потому что ты просто нелеп. — Тебе двенадцать? Джисон открывает рот, чтобы пошутить о том, как он называл бы Минхо, если бы ему действительно было двенадцать, но в этот момент к ним подходит официантка, подавая блюда и эффективно прерывая дальнейшие пререкания. Увидев перед собой еду, Джисон сразу же забывает о споре, осознавая, насколько он всё же голоден — за весь день он не съел ничего кроме половины бутерброда. — Ты прав, — бормочет он, набивая щёки едой, — Эти оладьи... — он делает жест "окей" пальцами, потому что рот уже слишком набит, чтобы выразиться словами. Минхо улыбается. — Крис отказывается давать мне рецепт, поэтому я всё ещё пытаюсь разобраться в нём сам, — объясняет он, — И вот сейчас я, кажется, понял, чего мне не хватало. Попробую сделать их в выходные. — Я продегустирую, — с энтузиазмом заявляет Джисон. — Без проблем, — кивает Минхо, — Но ведь тебя не будет бóльшую часть недели, да? — спрашивает он, прежде чем сделать глоток пива и заесть его картофелем фри. — О, ты запомнил? — Джисон удивлён. Одна из многообещающих певиц в его лейбле устраивает выездной лагерь с выбранными ей продюсерами, и Джисон попал в их число. Он, вроде как, рассказывал об этом Минхо, но уже и сам успел забыть о поездке, совсем замотавшись в делах. — Как я мог забыть? Это же для Лии Си, да? — Ага. — Она милая, — отмечает Минхо. — Согласен, — отвечает Джисон, — Может даже сексуальная, если подобрать подходящую песню и концепцию. — Очевидно не в моём вкусе, — говорит Минхо, — Но, кажется, в твоём? Джисон поднимает бровь. — Вполне. Минхо фыркает. — Мне иногда кажется, что твой тип — это всё, что дышит, — дразнит он. — Ревнуешь? Или завидуешь? — подыгрывает Джисон. — Ни то, ни то, — фыркает Минхо, — Уж точно не так, как ты ревнуешь к Крису. — Я не ревную! — отвечает Джисон, — Он просто был слишком очевиден, флиртуя с тобой. — Пф. А мне-то с чего ревновать к Лии Си? — Кто знает, — пожимает плечами Джисон, — Может, потому, что я проведу целую неделю с милой, горячей поп-звездой? — Разве в таком случае я не должен её к тебе ревновать? — хихикая, отмечает Минхо, — Тем более, ты будешь не один. Её менеджер, стафф, продюсеры... разве они не будут с ней? — Если бы я захотел с ней уединиться, ничто из этого меня бы не остановило, — дерзко заявляет Джисон. — Ты сейчас серьёзно? — смеётся Минхо, — Думаешь, сама мисс Лия Си удостоит тебя своим личным временем? Ходят же слухи, что она встречается с парнем из шоу на HBO. — Я выгляжу так, будто это меня волнует? — Ооу, — щурится Минхо, — Хочешь сказать, что собираешься завалить Лию Си во время своей командировки? Её бойфренд-по-слухам намного сексуальнее тебя, знаешь ли. — Ты правда думаешь, что этот олух горяч? — смеётся Джисон, — Чёрт, Минхо, ты снова доказываешь, что всякие придурки — это твой тип, — говорит он, качая головой, и в его голосе слышатся почти нежные нотки. Минхо странный, но, в то же время, на удивление последовательный. В конце концов Джисон решает, что это скорее хорошее качество. — Мне нравится то, что мне нравится, — беззаботно пожимает плечами Минхо. — Пф. Так вот! Я очевидно сексуальнее. И вообще, у него настолько деревянная актёрская игра, что, готов поспорить, он и в постели бревно. — Ты сейчас так пытаешься сказать, что можешь сотрясти мир Лии Си лучше, чем он? — Ну, я... Я бы на это даже поспорил, — уверенно говорит Джисон. — Да ладно! Сколько? — Минхо! — смеётся Джисон, качая головой. — Ставлю месячную плату за коммуналку, — дерзко заявляет Минхо. Джисон хмыкает. — Вода, электричество, интернет? — Ага, — с усмешкой хмыкает Минхо, и этого достаточно, чтобы распалить Джисона. Он не умеет сдерживаться, когда его пытаются взять на слабо. Джисон делает глоток пива и тянет руку через стол. — Забились? — И продукты тоже, — Минхо принимает спор, протягивая руку в ответ и сжимая его ладонь. — Без проблем. Победа всё равно за мной, — усмехается Джисон. — Как скажешь. Приготовь квитанции на всякий случай, тут не будет никаких джентльменских поблажек. Джисон фыркает. — Нам обоим тут далеко до джентльменов, но не суть. Ты просто не видел моего пикапа в деле. — Ты про "друг жениха"? Это, должно быть, потолок твоих пикап-навыков? — ухмыляется Минхо. Джисон смеётся, вспоминая их знакомство. Прошло несколько месяцев, но кажется, что это было вечность назад. — Не поверишь, но и такая дичь иногда срабатывает. — Да ладно? — усмехается Минхо — Какие худшие пикап-фразы ты применял на людях? Джисон, задумываясь, усмехается. — Я расскажу, но сразу предупреждаю: большинство из них я использовал в приложениях для знакомств, где люди уже наверняка были возбуждены. — Ты так хочешь сказать, что ни одна не сработала вживую? Джисон мычит. — Сработала, конечно. Самый наглядный пример: "Друг жениха?". Минхо смеётся. — И всё? Кажется, ты говорил, что у тебя там целая система. — Ладно, слушай! Однажды я был на небольшом мероприятии и пошёл на улицу покурить. Ко мне подошла горячая девушка и попросила зажигалку. Я, естественно, одолжил её, и когда девушка возвращала её обратно, спросил: "Хочешь, зажгу ещё что-нибудь кроме твоей сигареты?" — ухмыляется он, вспоминая о своём триумфе, — После этого мы провстречались неделю. Минхо фыркает. — А затем огонь погас. Пуффф. Такие дела. А ты когда-нибудь пользовался пикап-фразочками? Минхо качает головой. — Нет, я разговариваю с людьми как нормальный человек. — Пф. Готов поспорить, это только потому, что пикап используют на тебе. — Конечно, — усмехается Минхо, — Однажды, на каком-то стрёмном благотворительном балу, парень похвалил мой костюм, сказав, что он прекрасно выглядит. Я поблагодарил его, конечно, а потом он сказал самую очевидную вещь, которую я должен был предвидеть, но даже не подумал об эт- — Дай угадаю, — вставляет Джисон, — Он сказал, что костюм будет выглядеть ещё лучше, если его с тебя снять? — Почти. Что ещё лучше он будет выглядеть на полу его номера, — в глазах Минхо мелькает насмешливый блеск. Джисон не сдерживается и разражается хохотом. — И как, сработало? Минхо пожимает плечами, загадочно улыбаясь. — Нет, ну ты точно без ума от факбоев. — Очевидно. Разве не поэтому я не спал ни с кем кроме тебя последние несколько месяцев? — его улыбка становится приторно-сладкой. — Меня?! — возмущённо вскрикивает Джисон, — Это ты меня так сейчас факбоем обозвал?! Минхо многозначительно поднимает бровь, и Джисон не сдерживает смешок. Он чувствует себя уже намного лучше по сравнению с началом вечера. Их разговор продолжается в естественно-оживлённой манере: они спорят о том, действительно ли так плохи пикап-фразы и действительно ли они работают с такими, как Минхо, а затем дебаты каким-то образом сводятся к худшим местам, в которых у них был секс. — В этом пабе очень просторная уборная, — заговорщический шёпот Минхо почти заводит Джисона. Он почти готов схватить старшего за руку и утащить в туалет, чтобы проверить теорию на собственном опыте, но в итоге просто продолжает разговор, вспоминая, как однажды переспал со старшим продюсером в одной из студий на работе, что затем привело их к разговорам о процессах студийной записи и механизмах продюсирования музыки. Джисон крайне воодушевлён разговором, потому что, несмотря на все жалобы, ему всё же нравится то, чем он занимается. К тому времени, как они выходят из паба, он уже и не помнит, почему был таким злым и угрюмым несколько часов назад. Песенный лагерь, в который по просьбе (приказу) начальства отправляется Джисон, проходит в роскошном коттедже в горах. Погода отличная, и к тому же условия, а особенно звукозаписывающее оборудование, тоже на высшем уровне: не удивительно, ведь на подобные мероприятия начальство их компании отправляет свои самые яркие таланты, когда у тех иссякают силы и появляется потребность в отдыхе, чтобы поймать вдохновение для новых альбомов. Всё это место зарезервировано под Лию Си на четыре следующих недели, но Джисон пробудет там всего шесть дней, или где-то около того. Его попросили помочь с парой песен, но не отвели роль главного продюсера альбома, потому что начальство хочет, чтобы он вернулся в город как можно скорее и зарылся с головой в студии, пописывая низкокачественные треки, которые потом можно подороже продать. Они будто считают Джисона роботом, штампующим песни как на конвейере, и он не имел бы ничего против, если бы хоть одна из его песен стала хитом, который смог бы обеспечить его на всю оставшуюся жизнь. Возможно, ему стоит всерьёз задуматься о написании детских песенок. Или даже рождественских. Дедушка Минхо, бесспорно, стал его источником вдохновения. Что касается нынешней поездки, Джисон решил рассматривать её как своего рода отпуск. Приятным бонусом служит то, что Лия на самом деле оказывается милой и привлекательной — ну точно его тип, хотя Минхо, может быть, и прав — любой человек, который дышит и уделяет Джисону своё время, считается таковым по умолчанию. Он никогда не был особо разборчив в подобных вещах: отчасти потому, что когда был моложе, не особо хорошо находил общий язык с людьми. Как сказала когда-то его психолог, причина кроется в том, что он просто жаждет внимания — она завуалировала это более красивыми словами, но Джисон умеет читать между строк. К сожалению, под конец второго дня Джисону уже становится скучно до чёртиков. Он должен помогать Лии с текстами, но не писать всё самому, чтобы потом можно было указать её в кредитах и продвигать не только как певицу, но как и автора. Он правда старается изо всех сил, но все его идеи отвергаются концепт-менеджером Лии. Тот хочет представить её в качестве какой-то ясноглазой ходячей невинности, поющей о глубокой и чистой любви, полной надежды, и всё такое. Всё это заставляет Джисона задуматься, зачем его тогда вообще туда отправили — яркая, приторная милота уж точно не в его компетенции. — Привет. Уже поздний вечер, и рабочий день Джисона наконец-то закончился. Последние несколько часов он чувствовал себя напряжённо, и вообще был разочарован тем, как всё проходит, поэтому пошёл покурить на задний двор и проветриться. Он оглядывается и видит Лию, которая направляется в его сторону с застенчивой улыбкой. Несмотря на её молоденький вид, подчёркнутый повседневным подростковым стилем одежды, ей, как недавно узнал Джисон, уже двадцать семь. Столько же, сколько и ему: она всё ещё молода, но не настолько, как пытаются её представить посредством брендинга и имиджа, и это сбивает Джисона с толку. Однако это та сторона бизнеса, о которой он ничего не знает и не особо хочет вникать. — Привет, — кивает он в ответ, собираясь потушить наполовину выкуренную сигарету. — Ничего страшного, можешь курить при мне, — уверяет его Лия, — Я не такая хрупкая, какой они пытаются меня показать. Джисон усмехается, решая в шутку предложить ей сигарету. К его удивлению, девушка соглашается. — Хотела сказать... Несмотря ни на что, мне очень понравились все твои предыдущие идеи, — делится Лия после продолжительной паузы между выпусканием искусных колец дыма, которые рассеиваются, обрамляя её практически детское личико, что выглядит почти сюрреалистично. Джисон уже на грани того, чтобы признать, что он очарован. — Да? Было не очень похоже, — бормочет он. Лия застенчиво усмехается, выдыхая больше дыма. — Я поговорю с ними, — заявляет она, — Попробую включить в альбом твою песню о ядовитом отчаянии. Джисон поднимает бровь. — Как скажешь. Но не уверен, что она будет хорошо сочетаться с ванильной песней о любви, рассказанной от имени кошки. Лия смеётся и качает головой. — Но это было бы интересно, разве нет? Джисон задумчиво прикусывает нижнюю губу, слегка втягивая её внутрь. — Возможно, — признаёт он, — В любом случае, это твой бренд. Моя музыка и тексты не особо подходят к стилю, который им нужен. — Это мой первый полноформатный альбом. Я слишком переживаю, и, наверное, именно поэтому позволяю менеджменту всё контролировать, — пожимает она плечами, — Всё должно получиться в лучшем виде. — Конечно, — подбадривает Джисон. — Но ты правда хорош, — настаивает Лия, — Я уверена, что мы сможем найти способ интегрировать твой стиль в тот образ, который они хотят от меня увидеть. Джисон уклончиво кивает. — Хорошо. Подумаем, что мы тут сможем сделать. — Это я попросила отправить тебя сюда, ты знал? — признаётся Лия, кокетливо улыбаясь. Закончив с сигаретой, она выбрасывает окурок на землю. — Да? — Джисон чувствует, как губы сами собой растягиваются в улыбке. Лия продолжает осыпать его комплиментами, а Джисон, честно говоря, всегда был падок на лесть. — Да, — эхом повторяет Лия, — Мне правда очень нравятся твои работы. И я подумала, что если ты согласишься помочь, мы сможем придать моим песням более аутентичный оттенок. Джисон чувствует, как его эго раздувается всё больше с каждой секундой. — Да, наверное... Я стараюсь, — он поворачивается, чтобы посмотреть на Лию, и не может не отметить, как потрясающе она выглядит с этого ракурса: у неё в принципе очень милые черты лица, а уж сейчас, в лунном свете, она так вообще выглядит как ангел. Кажется, Джисон начинает понимать, почему для неё выбрали такой концепт. Поддавшись лёгкому влечению, Джисон ненароком вспоминает о споре с Минхо и чувствует внезапный прилив сил. Лия застенчиво улыбается ему, и что ещё он может тут сделать, если не сверкнуть своей лучшей самоуверенной ухмылкой? — Как тебе комната, которую тебе дали? — неожиданно спрашивает Лия. — Вполне неплоха, — пожимает плечами Джисон. Если это намёк, то жирнее и придумать нельзя, но в глубине души он не может смириться с тем, что на этот раз находится на принимающей стороне, — Там, по крайней мере, удобная кровать. Вроде как даже довольно крепкая, — добавляет он, выпрямляясь и вскидывая подбородок. Лия смеётся, явно понимая, к чему клонит Джисон, что не удивительно, ведь она сама направила разговор в это русло. — Правда? А у меня вип-спальня с двуспальной кроватью и 200 вариантов постельного белья на выбор. — Охренеть, — присвистывает Джисон, — Это нечестно. — Хочешь, покажу? — спрашивает Лия, и в её глазах вспыхивает озорство вперемешку с явным желанием. Вот оно, думает Джисон. — Веди, — отвечает он вслух. Лия засыпает к двум часам ночи, явно уставшая и вымотанная — в основном из-за долгого и напряжённого дня, который у них был, но Джисону хочется думать, что он тоже прилично этому поспособствовал. Тем не менее, сам он заснуть не может. Лия спит на той же стороне кровати, к которой привык Джисон, и он думает, что это тоже в какой-то мере играет свою роль. Раньше подобные вещи казались ему тривиальными — в его старой квартире они не имели никакого значения, так как он просто растягивался посреди своей небольшой полуторки в позе морской звезды, ни о чём не заботясь; однако сосуществование с Минхо, который спит исключительно на правой стороне, повлияло на его привычки больше, чем он мог себе представить. Джисон выскальзывает из постели так тихо, как только может; ему стоит вернуться к себе в комнату, прежде чем кто-нибудь поймёт, что он тут шлифовал шишку со звездой, на которую, по идее, должен работать. Лия слегка шевелится, и Джисон замирает на месте с полунадетой штаниной, заметно нервничая, потому что меньше всего хочет разговаривать с ней в этот момент, однако девушка лишь переворачивается на другой бок, снова проваливаясь в глубокий сон. Джисон сдерживает смешок, облегчённо выдыхая, и вскоре покидает комнату, направляясь по коридору к своей. Он плюхается на кровать, в которой до этого спал без задних ног, но сейчас, спустя несколько долгих минут, ему не удаётся даже задремать. Джисон ловит себя на мысли, что ему интересно, что сейчас делает Минхо. Здравый смысл подсказывает, что в такой поздний час он уже спит, но Джисон решает всё же позвонить ему, не заботясь о том, что может разбудить. В конце концов, это же Минхо, а у Джисона есть для него срочные новости, поэтому он без лишних раздумий находит нужное имя в списке контактов и нажимает кнопку вызова. Раздаётся длинный гудок, затем ещё один, ещё и ещё. Джисон, расстроившись, уже было сдаётся, но наконец слышит тихий щёлкающий звук на другом конце линии. Разочарование сразу же пропадает без следа, а на лице появляется улыбка. — Джисон, ты, блять, время вообще видел? Три часа ночи, — ворчит Минхо, как только берёт трубку. — Три? — удивляется Джисон. Он мог поклясться, что на часах было не больше двух, когда он в последний раз смотрел на время, однако затем он вспоминает, что находится в нескольких штатах от Минхо и в другом часовом поясе, — Ах, да. Чёрт. Я тебя разбудил? — Чего хотел? — вздыхает Минхо. Его тон сменяется на более мягкий, но всё ещё немного раздражённый, однако тот факт, что он до сих пор не бросил трубку, сам по себе приободряет Джисона. — Не могу уснуть, — отвечает он. — Что? А я причём? Мне, блять, спеть тебе колыбельную что ли? — несмотря на резкие слова, Минхо уже звучит не так раздражённо, как в начале разговора, когда только взял трубку. Даже уже менее сонно. — Не-а, — смеётся Джисон, заметно расслабляясь и глубже зарываясь головой в подушку, — Только если ты сам не захочешь. Он слышит, как Минхо фыркает. — Мечтай, может приснится. — То есть, ты хочешь встретиться со мной во снах? — дразнит Джисон. — К твоему сведению, — не теряется Минхо, — Я не Фредди Крюгер. Я не могу контролировать твои кошмары. — Ты и есть мой кошмар, — усмехается Джисон, — Но не об этом! У меня есть новости. — Ну? Джисон слышит тихий, но знакомый писк с другого конца линии, и понимает, что Минхо встал, чтобы сделать себе кофе. Наверное, чтобы не заснуть, пока они разговаривают. — Я звоню, чтобы торжественно объявить, что ты оплачиваешь все счета в следующем месяце, — самодовольно ухмыляется Джисон. — Оу. Джисон чувствует повисшее напряжение даже через динамик: тишина, копошение, снова тишина, и так несколько секунд. — Минхо? — зовёт Джисон, — Ты ещё тут? В ответ слышится тихий смешок. — Тут, — фыркает Минхо. Его голос стал заметно тише, — Ещё две ночи не прошло, а ты уже выполнил план. Не теряешь времени, я смотрю. — Что тут сказать, — тон Джисона всё ещё остаётся лёгким и игривым, — Все горячие штучки хотят меня. Они просто падают к моим ногам! Он ожидает услышать смех Минхо, но в ответ снова наступает тишина. — Конечно, — подаёт голос тот после нескольких секунд в неловком молчании, — Никто не в силах тебе отказать, особенно после дурацких подкатов. Минхо, вероятно, пытается звучать игриво, но в его голосе слышится оттенок злости, что заставляет Джисона нахмуриться. Может, он и правда зря позвонил так поздно? Может, нужно было всё же дождаться утра? Он ведь знает, что Минхо становится вспыльчивым, если его разбудить. — Чувак. Всё в порядке? — Иди спать, Джисон, — вместо ответа говорит ему Минхо, — Уже поздно. Поговорим о счетах, когда вернёшься домой. — Да, — сдувшись, вздыхает Джисон, — Хорошо. Спокойной ночи, Минхо. С той стороны снова слышится щёлкающий звук — Минхо положил трубку, даже не попрощавшись, и это бесит Джисона по непонятным для него причинам. — Сладкий, я дома! — кричит Джисон, как только переступает порог квартиры Минхо. В итоге он задержался в лагере на два дня дольше положенного, работая над парой песен вместе с Лией. Она предлагала остаться ещё подольше, но Джисон отказался, почувствовав в тот момент странное беспокойство. Кроме того, у него осталось много незаконченной работы в городе — именно это Джисон привёл в аргумент в ответ на её предложение. Он бросает сумку возле обувного шкафа и начинает расстёгивать пальто. — Минхо? — зовёт он снова, но так и не получает ответа. Джисон проходит дальше вглубь квартиры, задаваясь вопросом, дома ли тот вообще. Вместо Минхо, сидящего в обнимку с котами, он находит на диване в гостиной Чанбина, устроившегося перед телевизором с тарелкой попкорна на коленях. — И тебе привет, сладкий, — здоровается Чанбин с нахальной ухмылкой. — Что ты здесь делаешь? — смущённо спрашивает Джисон, но подходит и плюхается на диван рядом с Чанбином, хватая горсть попкорна из миски, — Где Минхо? — Не тут. — А конкретнее? — Получает свой послеобеденный десерт, вероятно, — хихикает Чанбин, — Чувак, в душе не ебу, чесслово! Я ему не нянька. Джисон хмурится, морща нос. — Послеобеденный дес... А? И это не отвечает на вопрос, почему ты здесь. Ты разве не должен быть на работе? — Я взял отгул, потому что работал на прошлых выходных. Мы с Минхо вчера вечером решили выпить, — объясняет Чанбин, — И пошли в Веном. До меня оттуда ехать далеко, поэтому я решил переночевать здесь. Кстати, мне нравится то, что ты сделал с моей комнатой. — Я ничего с ней не делал, — поднимает бровь Джисон. — Именно. Джисон фыркает. — Подожди... Минхо куда-то ушёл так рано после того, как вы всю ночь пили? Посреди недели?! — А кто сказал, что он вообще приходил домой? — Он... Что? — Джисон не понимает, что происходит. — Я сказал, что зашёл сюда переночевать, но я не говорил, что он пришёл со мной, — объясняет Чанбин, — К твоему сведению, я всё ещё помню код от двери. День рождения Суни. Услышав своё имя, Суни внезапно запрыгивает на диван и устраивается между ними, утыкаясь носом в бедро Джисона. — Так где он тогда? Что, блять, происходит, Чанбин? — Успокойся, герой-любовник, — усмехается Чанбин, — Почему ты так заводишься из-за этого? — А ты не думал о том, что твой лучший друг куда-то исчез и сейчас может валяться мёртвым в какой-нибудь канаве? — возмущается Джисон, бросая на него многозначительный взгляд. — Не-а, потому что я знаю, что это не так. Он, наверное, всё ещё у Криса. Наслаждается, как я уже сказал, своим десертом. — У Криса? — хмурится Джисон, — У этого долбаного бармена? — Ага. — Блять, нет. — Блять, да. — Не может быть, — Джисон переводит неверящий взгляд на Чанбина, — Он же говорил, что никогда не будет с ним спать. — Почему тебя это так волнует? — Не волнует, — упирается Джисон, — Я просто не понимаю. Он прямым текстом сказал, что не собирается спать с этим Крисом. — Ну, не знаю, что он там тебе сказал, но он определённо приложил все усилия и дофлиртовался до того, чтобы залезть к нему в штаны, — усмехается Чанбин, — Не то чтобы в этом была необходимость, потому что Крис уже давно до чёртиков хотел Минхо. Наверное, с тех самых пор, как устроился в Веном. Джисон замолкает, чувствуя себя капризным и раздражённым. Ему так нетерпелось вернуться домой, но сейчас всё его настроение упало ниже плинтуса. Суни снова тычется носом в его бедро, но даже редкое проявление ласки с его стороны никак не помогает. Чанбин вздыхает. — Я думал, вы не встречаетесь. — Так и есть, — подтверждает Джисон. — А почему ты тогда сидишь и пыхтишь, надувшись как индюк? — Я не... — Джисон фыркает, пытаясь самому себе что-то доказать, — Я просто удивлён. Он сказал, что у него есть свои причины, чтобы не спать с Крисом. Вот и всё. Чанбин качает головой, тянется к пульту и ставит фильм на паузу. Он уже всё равно упустил всю суть. — Могу я тебе кое-что рассказать? — А у меня есть выбор? — фыркает Джисон, складывая руки на груди. Чанбин пожимает плечами. — Конечно, есть. Мы живём в свободной стране, здесь у каждого есть выбор. — Да-да, — хмыкает Джисон, — Говори уже. — Минхо... Он не показывает этого, но в нём много любви, — начинает Чанбин, — Он говорит, что не верит в неё, а точнее, в отношения, но это неправда. На самом деле он хочет и того, и того. Это видно по тому, как он относится к близким ему людям. Ему совершенно не обязательно было предоставлять мне крышу над головой на два года только потому, что мои родители вздумали повести себя как мудаки по отношению ко мне — но не в этом суть. Ты можешь видеть это и в его обращении с котами. Он балует их, но в тоже время дисциплинирует и всячески о них заботится. И в конце концов, это видно в том, как он готовит, не так ли? Когда он готовит для других, он всегда использует только лучшие ингредиенты, не заботясь об их стоимости. Он всегда думает о том, что подойдёт лучше для тебя и для твоего рациона. Или, если у тебя есть аллергия, — усмехается он, качая головой, — Он регулярно делает пожертвования в фонды, и... ты знал о том, что он спонсирует ребёнка в Африке через ЮНИСЕФ? Удивительно, но Джисон знает. Этот ребёнок каждый месяц присылает Минхо открытки, и Джисон не раз видел их, разбирая почту. Дело в том, что всё то, о чём говорит Чанбин — для него не новость, но, несмотря на это, он всё ещё не понимает, к чему тот клонит. — Бро, — Джисон пристально смотрит на Чанбина, — Ты что, влюблён в Минхо? — задавая этот вопрос, Джисон понимает, что не знает, как реагировать в том случае, если ответ окажется положительным. — Что? — морщится Чанбин, — Нет! Джисон облегчённо вздыхает. Слава богу, думает он; было бы странно, если бы Чанбин сказал "да". Тогда бы Джисону пришлось рассказать об этом Хёнджину, и последствия бы оказались ох какими неприятными. — Тогда к чему вся эта речь? — Я просто пытаюсь рассказать тебе что-нибудь о Минхо, — спокойно отвечает Чанбин, — Он хочет любви и стабильных отношений, — повторяет он, — На самом деле, он много чего хочет. Чего он не хочет точно, чего боится — так это того, что его ожиданий не оправдают. Именно поэтому он мечется от факбоя к факбою —потому что знает, чего ждать от них, и чего они ждут от него. Каждый раз ожидания приносят ему только разочарование — как его в других, так и других в нём. Понимаешь, о чём я? — Нет, — прямо отвечает Джисон. Чанбин вздыхает. — Когда Минхо понимает, что слишком многого ожидает от людей, он склонен саботировать себя самого. Занижает ожидания окружающих, творя глупые вещи. Делает так, чтобы люди разочаровались в нём, прежде чем они смогут разочаровать его. На первый взгляд это кажется бессмысленным, но если ближе узнаешь его, поймёшь, что так оно и есть. Они молча смотрят друг на друга несколько секунд. — Нет, — наконец говорит Джисон, качая головой, — Это бред какой-то. Точка, — вздыхает он, вставая на ноги, и Суни тут же спрыгивает с дивана, следуя его примеру, — У меня уже голова начинает болеть от твоей болтовни. Знаешь что? Я пойду вздремну, пожалуй. Захлопни дверь, как будешь уходить. — Джисон, — зовёт Чанбин, прежде чем тот успевает зайти в свою комнату. — Что ещё? — огрызается Джисон. — Ты знал, что у Минхо был день рождения в ту ночь, когда ты позвонил ему, чтобы рассказать, что трахнул ту поп-звезду? Блять, думает Джисон, когда его глаза расширяются до размера блюдец. Блять. Возможно, он должен был знать — кажется, Минхо упоминал об этом когда-то давно, может быть даже когда они ещё были новичками в жизни друг друга. Скорее всего, в каком-то мимолётном комментарии, брошенном в ответ на очередную историю Джисона. Он точно помнит, что Минхо рассказывал о своём первом дне рождения, который он отпраздновал в США, в итоге надравшись в баре и переспав со случайным незнакомцем, строившим ему глазки, что обернулось ему подарком в виде ЗППП. Те ещё времена. Джисон почти уверен, что Минхо после этой истории сказал, когда у него день рождения. Но это не его вина, верно? Джисон из тех людей, что начинают ненавязчиво упоминать свой предстоящий день рождения ещё за месяц до него. Минхо же о своём молчал. С другой стороны... На день рождения Джисона Минхо приготовил ему торт, так что он чувствует себя странно. Практически виновато, что только ещё больше портит уже без того убитое настроение. Не говоря больше ни слова, преследуемый Суни по пятам, он выходит из гостиной и направляется в свою комнату с твёрдым намерением спать до тех пор, пока это отвратительное чувство не оставит его в покое. Джисон просыпается тем же вечером, чувствуя запах чего-то восхитительно вкусного, доносящийся сквозь щель приоткрытой двери с кухни. В этот момент он осознаёт, насколько голоден, учитывая, что ничего не съел за весь день за исключением завтрака в самолёте. Копошение на кухне тоже говорит о том, что Минхо дома, поэтому Джисон заставляет себя подняться с постели. Часы показывают почти семь вечера, а это значит, что он проспал как минимум четыре часа. Комната Джисона находится рядом с кухней, поэтому, выходя в коридор, он сразу же замечает в дверном проёме спину Минхо. — Минхо, — окликает он. За время сна у Джисона пересохло во рту, поэтому со стороны это звучит как хриплое крякание. Его глаза будто покрыты коркой, поэтому, когда Минхо даже не оглядывается, чтобы поздороваться в ответ, Джисон направляется в ванную, чтобы умыться. Закончив свои дела, он возвращается на кухню. Минхо сидит за столом, на котором стоят две порции стейка Солсбери, утопающего в соусе рядом с картофельным пюре. Почувствовав запах домашней еды, а уж тем более увидев её, Джисон понимает, как сильно скучал по блюдам, приготовленным Минхо. В животе громко урчит. — Это мне? — указывает он на вторую тарелку, улыбаясь. — Нет конечно, это для моего друга Каспера, — невозмутимо отвечает Минхо, — Он призрак. Очевидно, поэтому ты его не видишь. Джисон усмехается и строит дразнящую рожицу, прежде чем сесть напротив старшего. — Выглядит прекрасно, — отмечает он, — Ты давно вернулся? Минхо пожимает плечами, только сейчас начиная ковыряться вилкой в еде. Кажется, он ждал Джисона. — Может, пару часов назад, — отвечает он, пережёвывая мясо, — Захотелось приготовить что-нибудь. — Этот ужин называется "Добро пожаловать домой, Джисон"? — игриво спрашивает он. — Вокруг тебя Земля не крутится, — отмечает Минхо, — Захотел приготовить, вот и приготовил. В холодильнике валялось целых полкило говяжьего фарша. Джисон слабо улыбается. — Тогда... запоздалый ужин в честь дня рождения? — осторожно предполагает он. Минхо, наконец, поднимает глаза, несколько удивившись тому, что Джисон помнит, и что вообще озвучил это вслух. — Чанбин сказал, — объясняет Джисон, — С прошедшим тебя. Минхо пожимает плечами. — И не это тоже. В день рождения у меня был ужин ещё получше, так что не волнуйся. — Я и не волнуюсь, — утверждает Джисон. — Хорошо. Они едят в привычной тишине, однако не такой комфортной, как это было раньше — в основном потому, что у Джисона в голове всё ещё крутятся слова Чанбина. Он хочет поднять эту тему, но не знает, как. — Думаю, теперь мы квиты, — внезапно говорит Минхо, отправляя в рот очередной кусок стейка и вырывая Джисона из беспорядочных размышлений. Он произносит это максимально непринуждённо, даже не отрываясь от еды, и Джисону остаётся только недоумённо смотреть на него в ответ. Минхо выражается расплывчато, но Джисон, кажется, понимает, о чём речь. В итоге ему даже не пришлось придумывать, как начать этот разговор, потому что Минхо его опередил. — Квиты? — переспрашивает Джисон, пытаясь изобразить непонимание, — Ты о чём? Минхо усмехается. — Не прикидывайся. Чанбин написал, что рассказал тебе. — Оу, — Джисон поднимает бровь, проглатывая небольшой кусок мяса, — Ты имеешь в виду, о том, что ты пошёл и переспал с Крисом, хотя говорил, что никогда бы этого не сделал? — Не припомню, чтобы я говорил "никогда". Это слишком сильное слово, — отвечает Минхо, — Я говорил, что не хотел бы. В основном, потому что он регулярно угощает меня напитками. — Верно. Ты говорил, что не хотел. — Он увольняется из Венома и уходит работать в отель где-то на окраине города. Так что в скором времени он не будет моим барменом. — Оу, — моргает Джисон. Вот это действительно новость. Она не делает ему ни горячо, ни холодно, но он не может не признать, что это весомый аргумент. Неприятный, но всё же довольно логичный, — Хорошо. — Мне было скучно, — продолжает Минхо, — И хотелось секса. — Ага. — Так что мы в расчёте. — Ага, — повторяет Джисон, коротко кивая. Он начинает усердно запихивать картошку в рот: с каждым разом всё бóльшими кусками, до тех пор, пока его тарелка не оказывается пустой. Он запивает всё это красным вином, только сейчас замечая, что Минхо подал его к блюду на стол. Джисон почти смеётся, потому что... Как мило со стороны Минхо достать элитный алкоголь только для того, чтобы рассказать ему о своих сексуальных похождениях. Джисон не говорит ни слова до тех пор, пока они не заканчивают есть; пока он не начинает убирать со стола; пока наполовину не домывает посуду — тогда он, наконец, достигает точки кипения. — Минхо! — громко зовёт Джисон. — Не ори, — мягко отвечает старший, оказываясь к Джисону ближе, чем тот ожидал. Джисон оглядывается через плечо и замечает, что Минхо стоит всего в метре от него. — Ой. Я думал, ты пошёл кормить котов. — Я и кормил, — отвечает Минхо, — Просто вернулся... — он поднимает перед лицом Джисона кухонное полотенце, — Помочь с посудой. — А, — Джисон немного отступает в сторону, освобождая место для Минхо и протягивая ему только что вымытую тарелку. — Так зачем ты меня звал? — спрашивает Минхо, начиная осторожно вытирать её. — Мы не квиты, — твёрдо говорит Джисон. — А? — Мы не квиты, — повторяет он, — Как ты можешь так говорить, когда я переспал с восходящей звездой из корейской топ-десятки, у которой, по слухам, парень популярный актёр, и которую ты бы и сам был не против- — Подожди, так это в итоге просто слухи, или? — с любопытством перебивает Минхо. — Что? Нет! Или... Не знаю. Это сейчас не важно! — Ты даже не спросил, есть ли у неё парень, прежде чем заняться с ней сексом? — Нет! Это могло безнадёжно уронить всё моё настроение, — фыркает Джисон, — Тем более, это она всё начала. Если она сама не беспокоится о том, что у неё есть парень, то почему я должен? — Успокойся, — смеётся Минхо, — Я не собираюсь читать тебе нотации. Просто интересуюсь. Так, что ты там говорил? — Так вот! Я переспал с десяточкой из десяти, — утверждает он, — Труднодоступной десяточкой, между прочим! А ты.... Ты переспал с каким-то вшивым барменом из паба на соседней улице, который безрезультатно пытался залезть к тебе в штаны как минимум год! В смысле, да — Крис, конечно, мужик горячий, но они вообще не на одном уровне, и ты это понимаешь! Минхо перестаёт вытирать тарелку, осторожно откладывая её на полку, а затем поворачивается к Джисону. — Не такая уж Лия и милая, — ехидно говорит он, — И не такая уж и горячая. — Именно такая! Не твой тип, да, потому что, уж извините, чем-то не вписалась в твои стандарты. Но если судить объективно, она красива, — возражает Джисон. Минхо пожимает плечами, показывая рукой жест "so-so". — Ну, такое. Джисон закатывает глаза. — Короче, её в любом случае можно засчитать за двоих, — ворчит он, протягивая старшему следующую тарелку. — Не знал, что мы играем на очки, — поднимает бровь Минхо. — Это не так! — огрызается Джисон. — Тогда зачем ты считаешь? — Я не считаю! — Именно это ты и делаешь. Джисон стонет, агрессивно закрывая кран с водой. — Я не считаю. Просто констатирую факт, — настаивает он сквозь сжатые зубы. — Почему ты злишься? — Не злюсь! Минхо убирает последнюю тарелку на полку для посуды и разворачивается к Джисону. Некоторое время они просто молча смотрят друг на друга. — Это ты начал всю эту чушь с тем, что мы "квиты", — ворчит Джисон. — Я тоже просто констатировал факт, — упрямо возражает Минхо. — Это, блять, не факт, — рычит Джисон, — В чём мы тут вообще должны быть квиты?! — Ты переспал с Лией. Я переспал с Крисом, — обыденно говорит Минхо, — Мы в расчёте. — Какое это вообще имеет значение?! — стонет Джисон, — Почему ты должен пойти и потрахаться с кем-то только потому, что это сделал я?! — Я... — Минхо медленно моргает, после закрывая рот и стискивая челюсти. Он выглядит так, как будто логика и реальность наконец дали ему по голове, — Да не знаю, я, блять, отстань! — рычит он. Джисон непонимающе смотрит на него, а затем хмурится и качает головой. — Мне нужно подышать свежим, блять, воздухом, — объявляет он, торопливо вытирая руки о фартук, прежде чем развязать его, снять и сунуть в руки Минхо. Джисон разворачивается на пятках и уходит с кухни, где-то в глубине души надеясь, что Минхо окликнет его, но этого не происходит, поэтому он решает не останавливаться, обувается и выходит из квартиры, хлопая входной дверью. Когда Джисон садится в свою машину, сердце колотится в груди, как бешеное. Хочется кричать, но он ещё не настолько лишился рассудка, потому вместо этого крепко сжимает руль пальцами и делает долгий, прерывистый выдох, а затем достаёт из кармана телефон и нажимает кнопку быстрого набора №1.

Минхёк (HUTA) Ли

Идёт соединение...

Слышится несколько длинных гудков, прежде чем на том конце берут трубку. — Хани, привет! — здоровается Минхёк, — Сколько лет, сколько зим. — Ага, — Джисон тихо посмеивается; устало. Они виделись на работе буквально неделю назад, но он знает, что Минхёк имеет в виду совсем не это. Они оба знают. — Ты сейчас свободен? — Паркуюсь около дома, — отвечает Минхёк, — Так что да, остаток ночи у меня свободен, — Джисон может в деталях представить эту ухмылку, которая слышится в его тоне, — Приезжай в любое время. — Код всё тот же? — Нет, позвони в домофон, и я тебя встречу. — Хорошо, — глубоко вдыхает Джисон, — Я уже в машине, так что скоро буду. — Замечательно. До скорого, Хани. После того, как Минхёк вешает трубку, Джисон наконец позволяет себе откинуться на спинку сидения и перевести дыхание. Он позвонил Минхёку на эмоциях, на пике адреналина, и сейчас чувствует себя... спокойнее. Он более сосредоточен. А насчёт Минхо... Если честно, Джисон всё ещё злится на него, но ему уже не так сильно хочется разбить тарелку ему об голову. Иногда он абсолютно не понимает старшего — и в большинстве случаев его это устраивает; по крайней мере, Джисон убеждает себя в этом, каждый раз приводя в аргумент тот факт, что они просто развлекаются друг с другом, пока им это удобно. Минхо, безусловно, забавный парень — с ним никогда не бывает скучно. Джисон очень много смеётся рядом с ним, и даже не потому, что он сам задаёт настроение своими шутками, как это обычно бывало с другими — Минхо может с невозмутимым лицом ляпнуть такое, что заставит Джисона задыхаться от смеха и кататься по полу, как конченый придурок. С Минхо просто легко находиться. Рядом с ним Джисон не испытывает абсолютно никакого стресса, если не считать то, что случилось этим вечером. Джисон ни о чём не волнуется, запросто рассказывая ему истории о своих худших моментах в жизни и чертах характера — это зародилось само собой и с тех пор стало их традицией. Своеобразным способом гарантии, что после таких откровений никто из них не захочет быть друг с другом, потому что только дурак захотел бы быть с тем, кто с самого первого дня открыто говорит о том, насколько он ужасен как человек. Внезапно до Джисона доходит, что, может быть, в этом всё и дело. Им так хорошо вместе, потому что они оба знают, что никто из них не захочет чего-то большего. Наверное, сейчас он понимает, о каких ожиданиях говорил Чанбин. Ты не можешь разочароваться, если ожидаешь от человека только худшего, не так ли? Джисон раздражённо стонет. Мысли вперемешку с агрессией создают путаницу в голове. Он вставляет ключ в замок зажигания и поворачивает его, заводя машину. К чёрту всё, думает он. Всё, что ему сейчас нужно — это заставить мозг отключиться хотя бы на несколько часов, а уж в таких вещах Минхёк точно хорош. Джисон возвращается в пентхаус спустя несколько часов, будучи почти уверенным, что Минхо уже спит в своей комнате, однако вместо этого находит старшего сидящим на диване с открытым ведёрком мороженого, окружённым котами и бездумно уставившимся в выключенный экран телевизора. — Привет, — тихо окликает Джисон. Минхо поднимает на него глаза. — Привет, — отвечает он, — Мороженое хочешь? — Мятный шоколад? — он знает, что это любимый вкус Минхо, и раньше постоянно дразнил старшего по этому поводу, но, учитывая, что в их морозилке всегда находилось минимум по одному ведёрку, со временем он проникся к нему и сам. — Не-а, с мятным шоколадом закончилось. Это... — Минхо поднимает его, чтобы прочитать этикетку, — Баблгам маршмэллоу. — Это моё, — комментирует Джисон. Минхо пожимает плечами. — Поэтому и предлагаю. Джисон вздыхает и подходит к нему. Коты инстинктивно освобождают ему место, и он плюхается на диван рядом с Минхо, который протягивает ему ту же ложку, которая побывала у него во рту минуту назад. Джисон берёт ведёрко и начинает ковыряться в нём ложкой. — На самом деле, вкус не очень, — бубнит он, — Просто хотел попробовать. — Это объясняет тот факт, что оно валяется в морозилке уже две недели, — говорит Минхо. Джисон согласно мычит, чувствуя, как ледяной сахар тает на языке. — От тебя пахнет сексом, — тихо отмечает Минхо. — А. — Джисон вздрагивает. Он принял душ прямо перед тем, как уйти от Минхёка — оттирал себя снова и снова, отчаянно пытаясь избавиться от запаха другого мужчины, прежде чем отправиться домой. Он не знает, с чего вдруг почувствовал такую необходимость, и не хочет думать об этом лишний раз. — Кажется, это снова склоняет чашу весов в твою пользу, — комментирует Минхо. Джисон хмурится. — Что это значит? — Что теперь ты ведёшь в счёте, — пожимает плечами Минхо, — На самом деле сексом от тебя не пахнет, — бормочет он, признаваясь, — Ты пахнешь чужим гелем для душа. Это делает факт ещё более очевидным. Джисон вздыхает. Он дико устал, поэтому выбирает ответ, который требует наименьших эмоциональных затрат — решает ответить честно. — Да, я... Ездил увидеться кое с кем. — Понятно. — Он хотел, чтобы я остался на ночь, — продолжает он. — Вот как? — Но я просто хотел уйти оттуда как можно скорее, — признаётся Джисон. Он испытывает дискомфорт — не до такой степени, чтобы чувствовать себя грязным, скорее просто... Неустроенным. Может быть даже потерявшим интерес. — И вот я здесь. Дома. — Угу. — Теперь ты тоже пойдёшь и переспишь с кем-нибудь? Минхо молчит. Он запихивает в рот большую ложку мороженого и через секунду морщится — должно быть, пробило холодом до самого мозга. — Минхо, зачем нам нужно быть в расчёте? — снова спрашивает Джисон. Минхо вздыхает. — Не нужно. Это был просто тупой комментарий, который мне не стоило произносить вслух. — Не стоило, но ты произнёс. Так зачем? — Бог его знает, — отвечает Минхо слегка дрожащим голосом. — Ты даже не веришь в Бога, — фыркает Джисон. — И правда, — усмехается Минхо, — Хер его знает. Джисон слабо улыбается. — Ты ведь сам превратил мою ночь с Лией в пари. А потом ещё в челлендж, — говорит Джисон. — Да, но изначально я сказал это в шутку, — хмурится Минхо. Кажется, он и сам не уверен в том, что говорит. — Ты же знаешь, я никогда не сливаюсь, если мне предлагают спор, — говорит Джисон. — Знаю, — кивает Минхо, — Я вообще слишком многое о тебе знаю для человека, которого встретил всего полгода назад. Джисон невольно улыбается. — Ты прав. Кажется, будто мы знакомы намного дольше, — он поворачивается к Минхо, чтобы посмотреть на него, — Так значит... ты ревновал? — Ревновал? — Минхо непонимающе смотрит на него в ответ, — К Лии что ли? Джисон кивает. — Ревность — глупое чувство. Джисон смеётся, про себя отмечая, что Минхо, по сути, не сказал "нет". — Если тебя это утешит, первое, что я сделал после того, как переспал с ней — это позвонил тебе. Это всё, чего мне хотелось в тот момент, если честно. Минхо фыркает. — Да, я помню. В три часа ночи. Прекрасное утешение, — он делает небольшую паузу, наклоняет голову в сторону и прикусывает щёку изнутри, слегка щурясь на Джисона, — А что насчёт тебя? Ты ревновал? — К Крису? — Джисон начинает мотать головой, но затем хмурится, будто осознавая что-то, — Вообще-то... Думаю, да. Наверное. Возможно, — пожимает он плечами, — Я разозлился, когда Чанбин рассказал мне, но до последнего думал, что дело в том, что ты сказал, что не собираешься с ним спать, а потом просто пошёл и сделал это. — Да, это я и говорил, — соглашается Минхо, выглядя довольно печально, и Джисон понимает, что это что-то близкое к извинению. Удивительно, но он даже ставит Минхо за это мысленный плюсик, — Мы не должны ревновать друг друга, — добавляет он. — Не должны, — подтверждает Джисон. — Мы просто спим друг с другом. По факту, мы друг другу никто, — продолжает Минхо, — Так что ревность тут неуместна. Они нерешительно смотрят друг на друга. В воздухе витает ощутимое напряжение. — А ты хотел бы? — бормочет Джисон себе под нос. — М-м? — Хотел бы, — повторяет Джисон, — Чтобы мы были друг другу кем-то? Ну, знаешь, начали бы встречаться, или что-то в этом роде. Минхо не отвечает сразу; несколько секунд он просто задумчиво моргает. Мило, думает Джисон. — Думаю... Наверное, я был бы не против, — в конце концов говорит он. Джисон улыбается. — Удивительно, но я тоже. Уши Минхо вспыхивают ярко-красным. Когда он улыбается, его глаза сияют, и Джисон чувствует радостный трепет в животе. — Тебя не волнует, что я буквально час назад переспал с кем-то другим? — Джисон знает, что сам себе роет яму, но не может промолчать. По сути, встреча с Минхёком после его ночного звонка была последней отчаянной попыткой разобраться с собственными чувствами. — Волнует, — признаётся Минхо, и Джисон, напрягаясь, задерживает дыхание, — Но это было час назад. Тогда у меня не было на тебя никаких прав. — А сейчас есть? — медленно выдыхает Джисон дрожащим голосом. Минхо пожимает плечами. — Это ты мне скажи. Джисон смотрит на Минхо, внимательно изучая выражение его лица и сохраняя каждый его сантиметр на подкорке сознания. Его брови нахмурены, что говорит Джисону, что старший нервничает. — Конечно. Но только если это значит, что и у меня есть права на тебя, — отвечает Джисон. — Ну, думаю, теперь можно официально сказать, что мы в отношениях, — обыденно заявляет Минхо. — Думаю, да, — соглашается Джисон, расплываясь в лёгкой улыбке, — Бойфренды, или всё такое. — И всё такое, — эхом повторяет Минхо. "Мяу", — подаёт голос Суни у их ног. "Мяяяяу", — передразнивает его Дуни откуда-то с кухни. Дори молча наблюдает с кровати в углу гостиной, совершенно не заботясь об их драме. Джисон невольно усмехается. Несмотря на их сдержанность, атмосфера внезапно становится домашней. Правильной. Он не может поверить, что всё было так просто. Пара минут, и всё встало на свои места. — Мы будем ой как плохи в отношениях, — говорит он больше в шутку, но в то же время и с долей искренности. Он нервничает, возможно даже напуган, но в общем чувствует себя вполне воодушевлённо. — Сто процентов, — соглашается Минхо, — Но хотя бы пообещай мне, что не побежишь трахаться с Чанбином, когда придёт время. Джисон громко хохочет. — Боже, нет. Никогда. Мы с Хёнджином договорились больше никогда не делить один член на двоих после одного инцидента в универские годы. — Оу, — выгибает бровь Минхо, — Вы промышляли тройничками? Джисон смеётся, легко стукая его по щеке тыльной стороной ложки. — Не в том смысле! Это долгая история, расскажу как-нибудь в другой раз. — Хорошо, — улыбается Минхо, — Я напомню. А пока можешь продолжать размышлять о том, насколько мы обречены. — Абсолютно обречены. Просто фантастически, — драматично жестикулирует руками Джисон. — Главное, что мы оба это понимаем, — соглашается Минхо, а затем наклоняется к Джисону ближе и ближе, пока их губы, наконец, не соприкасаются — холодные, липкие, с привкусом жвачки, и, наконец-то, те самые.