Our Teacher is a Devil!

Несколько часов спустя, после того, как она настояла на том, чтобы самой воспользоваться туалетом, вместо того, чтобы полагаться на предоставленное судно, Таню снова посетили два сотрудника полиции Мусутафу. Один из них в основном молчал и держался возле двери, из-за чего она была на грани паранойи, так как её не покидала мысль, что он мог быть замаскированным убийцей, дабы не дать ей сбежать. Она не осмеливалась открыто использовать свою причуду, но ее мышцы были болезненно напряжены, когда она убедилась, что он никогда не покинет ее периферийного зрения. У другого было знакомое лицо. Он был тем же парнем, который присутствовал во время опроса учителя о нападении на спортивный фестиваль, что немного убедило ее в их честных намерениях. Они допросили ее о ходе недавнего инцидента и приняли ее показания в качестве доказательства. Честно говоря, тот факт, что они требовали ее версии событий достаточно сильно, чтобы беспокоить ее, пока она все еще была слегка под кайфом от обезболивающих, указывал на то, насколько серьезно они воспринимали Лигу Злодеев как угрозу. Не то, чтобы Таня жаловалась на это! Наоборот! Устранение этих кровожадных дураков избавило бы ее от необходимости самой выслеживать их. Если повезет, Всемогущий привлечет их к ответственности еще до того, как она будет полностью исцелена. Увы, некоторые вопросы детектива носили значительно более неприятный характер… — Кем именно была девушка, с которой ты встречалась? Что она могла сказать, что не было бы ни компрометирующим, ни выставляло ее дурой? — Мы друзья по работе. В прошлом она помогала мне с документами. Технически это было правдой, поскольку Химико действительно помогала ей заполнять бумаги в прошлом. Только ее навыки вычисления были настолько ужасны, что она никогда не удосуживалась повторить это снова, из-за чего Тане нужно было исправить большую часть своей работы после. — Напомните, как ее звали? Я не могу найти это в своих записях… — пожал плечами следователь с притворным раскаянием. Это явно была тактика манипуляции, потому что он даже не притворился, что роется в своем блокноте. — Хм… Химари… или это была Хина? Ах, просто спросите отдел кадров. Они должны знать. Видите ли, мы не слишком хорошо знали друг друга… и моя память немного затуманена… Пусть HPSC разберется в этом беспорядке! Она не хотела участвовать в этом. — Это так? Хорошо. Он нацарапал что-то, что заняло слишком много времени, чтобы быть простым «не помнит». У Тани появилось плохое предчувствие, будто она только что совершила ошибку. — Тогда, знали ли вы, что ваш коллега на самом деле был совершенно другим человеком, которым, как мы предполагаем, является пропавшая семнадцатилетняя девушка Химико Тога? Тьфу, черт возьми! К счастью, ее натренированная маска не выражала ничего, кроме искреннего удивления. — Неужели? И откуда мне было это знать? Моя причуда не подходит для такой шпионской работы. Многие современные работники полностью сводили свою ценность к своим причудам, что было возмутительно глупо. Не было необходимости в маскировочной причуде, чтобы спрятаться, или водной причуды, чтобы потушить огонь, хотя это помогало, но люди редко думали об использовании здравого смысла из-за того, что большая часть общества зависела от их генетических мутаций. Прикидываться дурачком здесь было далеко не редким ответом. — Значит, вы заранее не знали, что Химико Тога была вашей коллегой? Стальные карие глаза безжалостно впились в нее, сканируя ее лицо в поисках малейшего подергивания. Неоднократные уклонения от ответа и расплывчатость только усилили бы ее подозрения, но инстинкты подсказывали ей, что повторная ложь была бы столь же неразумной. — Детектив, я гарантирую вам, что я бы не пошла пить кофе с человеком, в безопасности которого я не была уверена на сто процентов. Персонал HPSC регулярно проверяется, и я никогда не слышала, чтобы самозванец был обнаружен. Человек в плаще уклончиво промычал. Долгое молчание затянулось, прежде чем он, наконец, кивнул и собрал свои вещи. — На этом все, мисс Серебро. Берегите себя и скорее поправляйтесь. Подозрительно, что вскоре после их ухода медсестры привели четвертого посетителя. Разве она не должна была отдыхать? Несмотря на это, появление Нэзу у ее постели было не тем, чего она ожидала, хотя, оглядываясь назад, это действительно должно было быть очевидным. — Мисс Дегуршафф, надеюсь, я не прибыл в неподходящий момент? Заставляя себя быть вежливой, Таня попыталась завязать светскую беседу. Несмотря на то, что сверхразумное млекопитающее, несомненно, знало гораздо больше, чем показывало, ей нужно было поддерживать с ним дружеские отношения. Союз с разумным животным был рискованным, но в то же время ее лучшим планом на данный момент. — Ну, на самом деле совсем наоборот. Мне довольно скучно, и я полагаю, что какие бы новости вы ни принесли, они наверняка будут… интересными. — Что натолкнуло вас на эту мысль? Вам не кажется, что посещение моих дорогих сотрудников — это просто элементарная вежливость? — Он ухмыльнулся. — Вы занятой человек, Нэзу. Каждая секунда вашего времени тратится с пользой. Если это дело могло подождать еще немного, вы бы пришли через несколько дней. Полагаю, вы уже потонули в бумажной работе. — Как самонадеянно с вашей стороны, мисс Дегуршафф, но неверно. — Чем я могу вам помочь, господин директор? Это из-за моей новой должности в школе? — В некотором смысле, да. Скажите… Я спросил вас примерно три недели назад, почему мы вообще беспокоимся о том, чтобы помогать окружающим нас людям, которые, похоже, никогда не учатся на своих ошибках, вместо этого возвращаясь к жадности и ненависти, чтобы решить свои проблемы. Вы даже назвали их «Животными». Под конец, как я помню, вы ответили довольно дипломатично: «вот в чем вопрос», — нет? Страх скрутил ее желудок. — Да? — осторожно спросила она. — Вы пришли к окончательному ответу сейчас? Я ни на секунду не верю, что женщина с вашей… решимостью не было бы конкретной цели в своей жизни. Что это должно было значить? Неужели он обсуждал философию, чтобы вывести ее из равновесия? Ей было необходимо, чтобы он был на ее стороне, но какой ответ ему понравится больше всего? Она могла бы наплести ему о сострадании или храбрости… Будет ли это звучать достаточно по-геройски? По-геройски.. Именно такой она должна была быть за дар продления жизни Химико. Разве постоянное притворство тем, кем она была, не нарушало бы это соглашение? Рано или поздно ей пришлось бы начать быть честной. Почему бы не начать сейчас проявлять ее доверие к Нэзу, которое, как она надеялась, будет взаимным когда-нибудь в будущем… Убедить его в собственной искренности в конечном итоге было бы полезно для углубления их связи. — У меня никогда не было выбора. Она перевела взгляд на окно, косвенно давая ему понять, что верит, что существо с белым мехом не нападет исподтишка, пока она не наблюдает. Кроме того, глядя на кусочки колышущейся зелени на ветру, она успокоила свои нервы. — Я сделала то, что должна была ради своего выживания. Я либо буду героем, либо буду жить на улице. — Неужели на вашей родине не осталось семьи, которая могла бы вас принять? — Нет. Были… причины, по которым я все равно не могла покинуть эту страну. — Так вы говорите, что вы герой в силу необходимости? В его голосе не было никакого выражения недоверия или отвращения; только спокойное любопытство. — Изначально да. Это была просто еще одна профессия, созданная по требованию населения. Вроде как сборщики налогов или дорожные инспекторы. Только более опасный и с более жесткими требованиями. Нэзу тихо усмехнулся и тоже позволил себе слегка улыбнуться. — Что изменилось? — Ну… Это то, о чем я хотел поговорить с вами. Таня сглотнула, когда ее руки сжали простыни. Вот оно. Время увидеть, окупится ли ее авантюра. Обычно она не стала бы рисковать, но слова администратора Муджина были свежи в ее памяти… — Я встретила кое-кого. Впервые у меня появился… настоящий друг. Тот, кто что-то значил для меня, больше, чем ученик или начальник. Все это время я старалась не обращать внимания, потому что это было бы использовано против меня, дабы держать меня в узде или лучше работать… Всякий раз, когда я приближалась к кому-то, их неизбежно убивали. Непрошеные вспышки ее солдат, ее 203-го полка, ее братьев и сестер во всем, кроме крови, набросились на её разум. То, как некоторые из них взывали о помощи, в то время как другие просто… замолчали. Как они падали с неба, как крошечные умирающие звезды… Их замученные лица не посещали ее сны годами. — Вполне логично, что я видела во всех окружающих либо препятствия, либо инструменты, а иногда и то, и другое. Давным-давно я была бы довольна простой, мирной работой в безликой корпорации, чтобы заработать себе на пропитание, поэтому работа в качестве прославленного офицера гражданской защиты ничем не отличалась от меня. Снова сосредоточив свое внимание на черных глазах-бусинках Нэзу, Таня искала любой признак понимания. Возможно, было слишком самонадеянно ожидать родственной души от величайшего интеллекта на планете, но она думала, что ее опыт будет хотя бы в чем-то сравним с его. — Это не значит, что я не получаю удовольствия от своей работы. Помогать невинным людям всегда приятнее, чем приносить разрушения. Я знаю, как важно для общества продолжать верить в свою безопасность; иначе анархия давно поглотила бы мир, как это было во время Войн Причуд. Убедиться, что миллионы семей могут воспитывать своих детей, не опасаясь, что их город превратится в пепел на следующей неделе, — это замечательно. — Действительно, — кивнул директор, аккуратно сложив лапы перед собой. — Раньше я думала, что прогресс будет сокращать бедность и насилие с каждым поколением. Эта свободная торговля и человеческая изобретательность должны были привести нас в эпоху, когда каждый мог найти способ быть полезным и, в свою очередь, получать все основные потребности современной жизни. Очевидно, что сейчас мы живем в двадцать четвертом веке, спустя сотни лет после того, как человек ступил на Луну, расщепил атом и соединил весь мир через Интернет… и я до сих ошибаюсь. — И почему же, мисс Дегуршафф? — Причуды. Это худшее, что когда-либо случалось с человечеством. — Ох? Довольно интригующий тезис. — Да. Они переместили первичную ценность личности на генетический уровень. До эпохи причуд большинство людей могли стать спортсменами или политиками, например. Конечно, у некоторых были определенные преимущества, но в идеале их можно было преодолеть упорным трудом, решимостью и желанием совершенствоваться. Человек тогда не был создан равным, но все были равны в какой-то мере. — Вы предполагаете, что подобная сила, в настоящее время передающаяся по наследству, при рождении определяет положение человека в обществе? Те, у кого сильные причуды, вероятно, произведут на свет сильных детей, которым будет легче занимать руководящие посты в обществе, чем тем, кто родился менее удачливым? — Это часть проблемы. Но я уже немного отклонилась от темы. Помимо того, что они приводят к застою технологий и разрушению порядка, они также разделяют людей с полезными, бесполезными и злодейскими причудами. Никто не хочет нанимать человека, который может производить смертельный яд, но все ожидают, что ребенок, который способен управлять как огнем, так и льдом, станет топ-героем. — Дискриминация существовала всегда, — указал Нэзу. — Однако те, кто страдает от этого, не были изначально наделены способностью превращаться в террористов и опасных преступников. Одного лишнего толчка достаточно, чтобы превратить несчастного ребенка в серийного убийцу. Причуды — это инструменты, способные творить чудеса, но также и зверства. Этот… друг, о котором я говорила… Она хорошая девочка. Смышленая и талантливая, со склонностью к милым и очаровательным вещам. Она заслуживала беззаботного детства, но ее причуда… — «Метаморфоза», верно? Позволяет ей принимать облик того, чью кровь она употребляет, да? Что?! Как он… О, конечно. Это же был Нэзу, с которым она разговаривала. Ее шок, должно быть, был довольно заметен, потому что обманчиво безобидное на вид животное от души рассмеялось. — Я подумал, что вы захотите привлечь юную Химико. В конце концов, отчаяние на вашем лице, когда ее собирались убить, было довольно легко увидеть. Эмоциональный стресс был даже достаточно велик, чтобы произошло пробуждение вашей собственной причуды. При лучших обстоятельствах я бы поздравил вас, но я уверен, что для этого будет намного удобное время. — А? — недоуменно моргнула она. Одним махом он взял разговор под свой контроль и повернул его в направлении, которого она совершенно не ожидала. — О, как грубо с моей стороны. Разве вы не заметили? Ваша причуда спонтанно развилась! Самое редкое явление, свидетелем которого я никогда не имел удовольствия быть. Когда это произошло? Таня попыталась вспомнить события, последовавшие за ее встречей с Существом Икс, но вспомнила только беспокойство за Химико и всеохватывающий туман боли и золота. — От серебра к золоту… поэтично, вы не находите? Нам придется проверить точные изменения в школе. Должен сказать, вы меня весьма заинтриговали. В любом случае, давайте вернемся к судьбе вашего несчастного друга. Я полагаю, вы хотите, чтобы я спас ее от бывших работодателей? Пытался ли он вывести ее из равновесия, быстро переключаясь между темами? Если так, то, по общему признанию, это сработало. Она нервно осмотрела комнату в поисках каких-либо записывающих устройств, хотя проверила это уже несколько часов назад. Снова сосредоточившись на Нэзу, она едва заметно кивнула, чтобы не произносить эти предательские слова, жгущие ее язык. Правдоподобное отрицание было важно на случай, если это окажется тщательно продуманной ловушкой. — Не нужно быть такой осторожной. Я позаботился о том, чтобы нас здесь никто не подслушал. Это прозвучало как смутная угроза. На задворках её мозга промелькнула мысль, был ли это настоящий Нэзу… — Цветами за моим столом в день нашего первого разговора были колокольчики. Я на самом деле настоящий я. И нет, я не читал ваши мысли. Я просто избегаю излагать очевидное большую часть времени, потому что это пугает других и обычно считается неудобным. Никто не хочет быть в невыгодном положении или чувствовать себя бессильным, верно? — Верно, — сухо ответила Таня. В конце концов, он был гением, а те, как правило, были эксцентричны. Директор UA снова усмехнулся. — Если вы уже знаете так много, то вы также, вероятно, знаете, что Химико немедленно нуждается в защите. Я боюсь за ее безопасность теперь, когда она была разоблачена, и я не знаю, куда они ее перевезли. Пожалуйста, мне нужна ваша помощь, чтобы обезопасить ее, прежде чем они заставят ее исчезнуть. Я многого прошу от вас, но я сделаю все, что угодно… — По рукам. — … Тебе это нравится, не так ли? — М-м-м? Боюсь, я не понимаю? Его усмешка сказала ей, что он точно знал, о чем она говорила. Подавив вздох, она склонила голову, насколько это было возможно в ее раненом состоянии, и прошептала: — Спасибо. Пожалуйста, берегите ее. — Нет проблем, мисс Дегуршафф. Она причина вашей новообретенной геройской страсти, не так ли? Защита тех, о ком ты заботишься, — прекрасная цель. Я поклялся помогать всем, кто является частью моей школы, и ты, Серебро, не исключение. Бремя, давившее на ее сердце, внезапно стало намного легче. — Ну, тогда я ухожу. Сами говорили, я занятой человек! Поправляйся скорее! Я с нетерпением жду возможности снова приветствовать вас в качестве здорового члена моего персонала! Засунув свои белые лапы в карманы своего безупречного дизайнерского костюма, Нэзу подошел к двери, даже не оглянувшись на неё. Все казалось достаточно хорошо, но было неприятное терзающее чувство в глубине сознания Тани… — Подождите! Разве вы не хотели что-то обсудить? — крикнула она. — О, у меня есть все ответы, которые мне были нужны. Это действительно касалось вашей дальнейшей работы в UA, и я рад отметить, что вы с честью прошли мои тесты! Мне просто нужно было подтвердить, насколько сильна ваша связь с HPSC. К счастью, похоже, ты не горюешь, что предала их. Ее охватила паника, когда он небрежно описал то, что вполне могло стать ее смертным приговором. — Но я никогда не упоминала… — Нет, ты этого не делала. Тебе не нужно было. Пока-пока, как говорят дети! — Он нахально помахал рукой, прежде чем выскользнуть за дверь, оставив Таню размышлять о последствиях его зловещих слов. Каким-то образом она знала, что ее разыгрывали с самого начала.

***

Кейго Таками, широко известный как третий по рейтингу герой Японии Ястреб, медленно вдыхал и выдыхал по пути к маленькому монстру, с которым был знаком с детства. Несмотря на то, что он проходил подготовку в разных учреждениях в целях безопасности, его пути с Таней часто пересекались во время совместных учений или специальных миссий. Вместе они поддерживали чистоту на улицах, действуя в качестве секретной ударной группы Комиссии. Однако теперь он боялся встречи с той, кого многие считали просто милой молодой девушкой, потому что он знал её лучше. Во многом они были похожи и сталкивались с одинаковыми невзгодами. Тем не менее контраст между ним и фанатской копией человека с холодным взглядом не мог быть более разительным. Кейго иногда шутил про себя, что ему повезло, что его родители никогда не любили его. В конце концов, если потеря настоящих родителей так сильно изменила человека, как это видно в случае с Таней, то он не хотел в этом участвовать. Его детство до HPSC было дерьмовым, но у него, по крайней мере, осталась какая-то детская радость и невинность, когда его забрали. Таня, с другой стороны, была суровой и бесчувственной с того момента, как он впервые встретил ее. Ни один ребенок не мог родиться с таким мертвым выражением лица. Он отказывался верить, что мир может быть таким жестоким. Вместо этого травматическая потеря ее матери и отца, должно быть, была причиной того факта, что, по его опыту, Таня Дегуршафф никогда не была настоящим ребенком. Только пустая тьма лежала за ее сияющими голубыми глазами. Ни веселья, ни гордости никогда не проявлялось на её ангельском личике; независимо от того, насколько основательно она победила его в спарринге. Гнев и разочарование одинаково отсутствовали, когда он прижимал ее к грубому бетону тренировочного зала. Хотя иногда… Иногда Кейго казалось, что он замечал жалость в ее взгляде. Стряхнув с себя эти жуткие воспоминания, он сдал свою лицензию героя и разрешение на въезд на контрольно-пропускном пункте у ее двери и одарил скучающих полицейских своей фирменной улыбкой. Засунув руки обратно в карманы и тихо насвистывая мелодию, он открыл дверь больницы и играюче вошел, как будто у него была вся уверенность в мире. — Привет, Таня! Вижу, потрепало тебя основательно. Веселая беспечность была одним из его величайших орудий. Это сбивало с толку злодеев, гарантировало гражданским лицам, что все под контролем, и раздражало его начальство (что было забавно). Фасад слегка туповатой веселости был такой же его частью, как и его причуда. — Определенно, — протянула куча одеял и бинтов в форме девочки. — Нехило тебя подловили, да? — он пытался вывести ее из себя. Добиться от нее искренней реакции было одной из его самых продолжительных игр. — Держу пари: это было во всех новостях. Чего ты хочешь, Ястреб? Как обычно, Таня не попалась на удочку. — Ничего особенного. Прошло несколько дней с тех пор, как тебя чуть не пробил сквозь стену этот выкидыш корпорации монстров, и М, будучи его заботливым человеком по-отечески попросил меня, чтобы я проверил тебя, одиннадцатая богиня. Или вернее «Валькирия» сейчас? Немного завидую, мне не дают таких крутых прозвищ. — Что? Смешно! Ну, не совсем. Но в прошлом ему приходилось смеяться над гораздо более ужасными вещами. — Разве у тебя здесь нет интернета? Она в замешательстве слегка покачала своей светлой головой. — Серьезно… После того, как кто-то начал светиться золотым светом и другой шнягой, это было своего рода неизбежно. Угадай, кто получил новое прозвище в социальных сетях? Ты, счастливая тыква! Конечно, нам нужно будет посмотреть, останется ли это или все забудут об этом на следующей неделе, но все же. Мне придется уступить. Твой товар, вероятно, будет продаваться лучше, чем мой в этом квартале. — Это… неудивительно, — тихо призналась она. — Эх, вот какие эти фанаты. Если я был такой очаровательной маленькой девочкой, как ты, они бы тоже пускали на меня слюни, — ухмыльнулся он. Как и предполагало его имя героя, его причуда давала ему большинство биологических преимуществ ястреба, включая зрение. Самодовольно он отметил своими расширенными глазами презрительное подергивание ее губ, когда он назвал ее «очаровательной». Таня всегда пыталась казаться скучной, ничем не примечательной взрослой. Она быстро поменяла тему: — И как у тебя дела? — Довольно хорошо, учитывая все обстоятельства. Пришлось убрать нескольких головорезов, которые думали, что могут воспользоваться неспокойным настроением в городе прямо сейчас. Безумные времена, когда злодеи могут нападать на героев средь бела дня и выходить сухими из воды. — Соглашусь. Интересно, почему начальство позволило этому случиться. Это не соответствует их типичной повестке дня. — Кто знает? Кстати, как думаешь, Лига сохранит свою значимость теперь, когда за ними охотится практически все про? Таня обладала сверхъестественной способностью иногда предсказывать будущие события и стратегии. С другой стороны, и раз в год палка стреляет. — Если Химико добьется своего, то в следующем месяце они прекратят свое существование. Если не его изнурительные тренировки, он бы содрогнулся. Это была истинная причина его настороженности по отношению к Тане. Она была настоящей психопаткой и, по-видимому, могла заразить других своей жаждой крови. Когда она убила того биотеррориста более семи лет назад, в ее действиях не было ни колебаний, ни раскаяния. Она просто вытерла свой нож о его рубашку, а затем продолжила объяснять, почему было необходимо убрать его, прежде чем он выпустил свои искусственные вирусы в воздух. Ее попытки утешить его впоследствии были еще более ужасными. Конечно, он понимал необходимость нейтрализовать определенные опасности для общества, но такой врожденный талант убивать был просто неестественным. Оно было до ужаса извращенным. Со временем Кейго изрядно запачкал пальцы, но лишать жизни никогда не становилось проще. Таня же однако… Рано или поздно крошечный белокурый монстр сорвался бы, и она собиралась проложить кровавый путь через Японию, прежде чем ему удалось ее остановить. С ее безупречным послужным списком и высокой популярностью среди их наставников его опасения были бы отвергнуты как паранойя или хуже: клевета. Он ничего не мог сделать, пока не станет слишком поздно, и это было его самым большим сожалением. Судя по тому, как часто она побеждала его в бою один на один, он не сумеет выжить, когда ей наскучит HPSC и она станет величайшим злодеем в современной истории. — М-м-м… Как бы то ни было. Было приятно свидеться с тобой, но моим крыльям уже тесновато. Скоро увидимся, и не мучайте своих детишек слишком сильно! Проигнорировав ее прощание, он выбежал из больницы. Во время всего полета домой иррациональная часть его мозга спрашивала себя, как трудно ей будет выпотрошить его. Разве он не должен был быть абсолютным воздушным хищником? Ястребу определенно нужно будет пристальнее следить за ней, дабы избежать кровавого кошмара, если она когда-нибудь выступит против Комиссии!