Die Sucht / Зависимость

— Альбедо, а на Новый год мы будем вместе? — Итэр сидел за столом в кухне преподавателя, наблюдая как тот просматривает продукты, которые только что купил по дороге домой. — Конечно. — с улыбкой отвечает химик. — Хочешь, можем позвать и твою сестру. — Нет. — резко ответил. — Хочу с тобой… вдвоём. — Хорошо, конечно. — он глубоко вздохнул, смотря на очередную просрочку. — Сколько я ещё буду ругаться с Сарой за это? Надо вырабатывать привычку проверять даты там же… хотя я же снова забуду… в прочем, как обычно. — Я не понимаю, почему они продают подобное… — с неким раздражением проговорил Итэр. — Накормить бы их самих этим говном. — Кстати… — Альбедо резко повернулся и присел на корточки около юноши, опуская ладони ему на колени. — Могу я тебя спросить кое о чем, Итэр? «Что? О чем? Он… он что-то узнал? Нет. Нет. Нет… не может быть. Я хорошо убрался… нет…» — С-спрашивай… — Ну-ну… — блондин слабо погладил дрожащее колено. — Не стоит так нервничать. Знаешь, в последнее время мне кажется, что… с тобой что-то не так. Эм… если тебя что-то беспокоит, ты можешь мне об этом сказать, ладно? — Д-да… — Прости мне моё любопытство, но я заглянул в твоё личное дело. — он поднял взгляд, пристально всматриваясь в желтые глаза. — У тебя какие-то проблемы с контролем эмоций…? — Ну… — Итэр нервно закусил губу, стараясь сохранять спокойствие. — Да… у меня раньше были приступы агрессии… и даже «приводы» в полицию, но… я… — Ты ходишь к психологу? — Ну… — Мы уже четвёртый месяц вместе и… я не видел, чтоб ты куда-то ходил, Итэр. Ты пропускаешь сеансы? — П-прости меня… — глаза сразу наполнились слезами, а в голове неприятно запищало. — Не нужно плакать. — мягко сказал Альбедо, опуская ладонь Итэру на щеку. — Это не меняет моих чувств к тебе. Я просто хочу попросить тебя не пропускать, хорошо? Если у тебя есть проблема, то нужно решить ее до того, как станет поздно, ладно? Я переживаю о тебе. — П-переживаешь? — Ну конечно. — улыбнулся. — Я ведь люблю тебя, Итэр. «Любит. Любит меня. Любит. Сказал. Он любит меня. Альбедо. Сказал. Мой.» — Если ты не хочешь идти один, то я могу сходить с тобой. Посижу в коридоре подожду тебя… — Н-нет. Не надо… я… я схожу. — Молодец. — Альбедо приподнялся и припал к искусанным губам, сразу же углубляя поцелуй и сплетая языки. Его руки опустились на шею, слабо поглаживая податливого юношу. Альбедо отстранился, глубоко выдыхая и позволяя тонкой ниточке слюны опуститься на подбородок Итэра. — Как ты хочешь провести Новый Год? — преподаватель отошёл и продолжил перебирать продукты. — Дома? Или куда-то пойдём? Хочешь посмотреть салют? «Любит. Сказал, что любит. Меня. Мой Альбедо. Любит.» — Итэр? — переспросил преподаватель. — А… э… задумался. — Ну так, как хочешь провести новогоднюю ночь? — Хочу… хочу… могу… говорить такое… — Мм? — Альбедо развернулся и немного наклонил голову. — Что такое? — Хочу… чтоб ты… меня… — он замялся, не решаясь выдавить из себя своё желание. — Итэр, можешь говорить всё, чего хочешь. Любое твоё желание. — Ударь меня. — выпалил юноша. — Что? Ударить? — Ну… да… по лицу… по телу… прости, что говорю такое… — Тебе не за что извиняться, Итэр. — Альбедо вновь подошел к нему, опустил руки на плечи и прижал к себе. — Хорошо.

***

Люмин сидела в комнате, ощущая себя как никогда одиноко. Брат немного отдалился, Тарталья перестал выходить на связь сразу после того, как переспал с ней, а Кэ Цин занята своими безуспешными попытками привлечь внимание Альбедо. Блондинка глубоко вздохнула и опустилась спиной на кровать. На душе как-то гадко и неприятно. Хочется поговорить с кем-то, но особо не с кем. «Может, сходить к мистеру Ли?» — пронеслось в голове девушки. Она приподнялась и потянулась к телефону. Новое сообщение от Кэ Цин. Она совсем не заметила, когда подруга ей написала. Девушка открывает пересланный файл. Её глаза заметно расширяются. Видео, которое прислала Кэ Цин заставило внутри всё сжаться. На экране она видит, как её брат лежит животом на столе, зарываясь лицом в чужую кофту, сладко стонет и умоляет Альбедо не останавливаться, пока тот с томным дыханием трахает его. Сначала девушка опешила, а затем внизу живота начало тянуть. Ненавидя себя за это, она опустила руку вниз по телу. Стоны брата так сильно возбуждали, что хватило пары минут, чтоб снизу стало мокро. Рука скользнула ниже, пробираясь под белье, девушка закусила губу и слабо выгнулась. — Люми! Ты просила… — дверь открылась, и Итэр замер. Девушка опешила и выронила телефон, который предательски упал экраном в верх. Взгляд юноши опустился на экран, а глаза заметно округлились. — Итэр, это… не то… о чем ты подумал… — она закрыла лицо руками и, не в силах подавить эмоции, заплакала. — Откуда это у тебя? — подавляя раздражение спросил юноша. — Кэ Цин скинула… — Кстати, пригласи её на обед завтра… вы ведь подруги, да? — Да… Итэр, прости, я… — Не нужно. — юноша поднял с пола телефон и протянул сестре. — Пожалуйста, пригласи Кэ Цин. — Х-хорошо… Парень улыбнулся и поспешил покинуть комнату. Оказавшись за дверью, он прижался спиной к стене и сполз вниз. «Ненавижу. Как же я её ненавижу. Смотрела. Видела. Она видела. Ненавижу. Никому нельзя смотреть на него. Никому. Только мой. Любит. Он меня любит. Мой.»

***

Итэр подошел к двери в кабинет психолога и замер. Он так давно сюда не приходил. Есть ли смысл вообще возвращаться к сеансам? Он и так себя хорошо чувствует. — Итэр? — знакомый голос за дверью. — Знаете, я не могу разглашать врачебную тайну, детектив. — говорил психолог. — Понимаю. — отвечает Хейдзо. — Я и не прошу. Можете просто описать его? Какой он? — Довольно сложный мальчик. Да и история у него нелегкая. Они с сестрой рано стали сиротами. Да и отец избивал его в детстве. Неудивительно, что и у него случались вспышки агрессии. — Знаете что-то про Альбедо? Может, Итэр упоминал это имя? — Парень, в которого он влюблён. А что? — Нет, ничего… Итэр стоял за дверью, ощущая сильную боль в груди. Психолог предал его. «Ненавижу. Ненавижу их всех. Всех. Только ты… только ты меня понимаешь. Любишь. Альбедо. Только ты.» Юноша поспешил покинуть здание, не желая больше когда-то сюда возвращаться. Альбедо его выслушает и поймёт. Не будет злиться. Обязательно поймёт. «Я бы не стал кормить людей просрочкой. Даже если я злюсь, это слишком. Но хотелось бы, чтоб они почувствовали что-то «сродни изжоге». Я считаю, это было бы справедливо.» Несколько стеклянных бутылок, бензин и пара тряпок. Итэр быстро собирает пару коктейлей Молотова и направляется к магазину. «Если выхода нет, значит нужно найти другой. Так я считаю.» Чёрный худи, капюшон на голове, медицинская маска, очки и рюкзак. Юноша изучающе осматривает магазин. Всего два выхода, один из которых легко можно запереть снаружи и обычно используется для приёма товара. Другой — пластиковая входная дверь. «Говорят, что ночь прощает все обиды. Думаю, в моей жизни это выражение имеет место быть. Удивительно, но я ни на кого не обижаюсь.» Стрелка часов перешагнула за полночь. Итэр вновь стоит около круглосуточного магазина, где сейчас нет никого, кроме продавщицы и, возможно, охранника. Входная дверь расположена довольно далеко от кассы. Юноша спокойно достаётся отвёртку и шило. Пара умелых движений и дверь заперта снаружи. Он проталкивает в замок толстую иглу, блокируя механизм. Изнутри теперь дверь не открыть. Железная дверь для приёма продуктов имеет задвижку. Возиться с ней не пришлось. Юноша закрывает и возвращается. «Стучите, и Вам откроют.» Итэр поджигает тряпки на бутылках. Берет кирпич и бросает в окно. Стекло с треском сыпется. Следом за кирпичом в помещение летят бутылки, разбиваясь, воспламеняясь и устраивая пожар. «После просрочки постоянно тошнит. Либо изжога. В любом случае, ощущение жара присутствует. Думаю, это справедливо.»