Die Sucht / Зависимость

«Я сказал, что приму его… но готов ли я на самом деле его принять…? — Альбедо смотрит на умиротворённое лицо спящего на его коленях юноши. Итэр слабо морщится и сдвигает брови, его сон беспокойный и тревожный, ровно как и душевное состояние преподавателя. — Ты убил их из-за меня… ты болен… но… я не хочу отпускать тебя…» Признать вину и понести наказание… смешно. Ведь не все преступники получают срок, не все убийцы сидят в тюрьме, не все маньяки оказываются под судом. Альбедо вздыхает, понимая, что он просто не сможет сдать Итэра в полицию. Дотторе, Кэ Цин, Тарталья, Кэйа, Люмин, Сахароза… да кто угодно. Он готов простить этому парню всё. — Итэр… ты ведь не оставил после себя улик, да…? — тихо шепчет, не ожидая услышать ответ. Юноша слабо вздыхает и поворачивается на другой бок. Он крепко спит, и тревожить его совсем не хочется. Альбедо аккуратно встает и подкладывает под голову студента подушку. «Нужно сходить к нему домой… я должен убедиться, что он не оставил следов…» Альбедо тихо одевается и, оставив на столе записку, что скоро вернётся, он покидает дом. Путь, который обычно занимает минут двадцать, сейчас он пролетает буквально за пять. Слыша звук сирен скорой помощи и полиции, преподаватель останавливается, прячась за широким стволом одного из деревьев сквера. Дом Итэра окружён полицией. Среди людей Альбедо замечает Хэйдзо. Этот детектив точно знает, что юноша может быть дома у своего преподавателя. Химик тяжело вздыхает, проматывая в голове десятки вариантов развития событий, но особо времени нет. Он возвращается домой так же быстро и тихо, как и сбежал. Очевидно, полиция скоро будет у него. Преподаватель влетает к себе, быстро принимается собирать вещи в рюкзак: — Итэр, просыпайся! — громко бросает спящему студенту, дрожащими руками запихивая одежду в сумку. — Быстрее, Итэр! — Мм… — юноша поворачивается на кровати на другой бок и протяжно зевает. — Что случилось…? — Мы уходим, — кратко бросает Альбедо, передавая тому верхнюю одежду. — Быстро одевайся. Уже через пять минут они сидят в такси. Химик просит отвезти их на автостанцию, водитель послушно заводит авто и отъезжает от дома. Дорога проходит через дом Итэра. Альбедо опускает юношу к себе на колени головой, а сам надевает капюшон и зарывается в одежде, надеясь, что никто из полицейских не обратит внимание на такси. — Что случилось, Альбедо…? — тихо шепчет юноша, прижимаясь лицом к чужим ногам. — Ничего, едем с тобой на отдых, — максимально спокойно и холодно проговаривает учитель. Такси. Автостанция. Автобус. Отель. Все проходит в такой сильной спешке, что Итэр совсем не успевает осознать, что они, кажется, от кого-то или чего-то убегают. Лишь оказавшись в номере в отеле соседнего города Альбедо наконец спокойно выдыхает. Он падает спиной на кровать и закрывает глаза. — Ч-что случилось…? — неуверенно спрашивает Итэр, подходя к возлюбленному. — Ляг со мной, — отвечает. Юноша послушно ложится, укладывая голову на грудь учителя. Его сердце колотится с бешеной скоростью, он явно чем-то обеспокоен, но почему-то не хочет говорить чем. Итэр закрывает глаза и мягко поглаживает преподавателя по груди и животу. ~ Тихий стук в дверь заставляет Альбедо открыть глаза и резко вскочить. В голове сразу проносятся мысли о том, что их нашли, что сейчас полиция ворвётся в номер и арестует, Итэра отправят на принудительное лечение, а затем посадят, а его самого возьмут как соучастника. Нервно сглотнув, химик подходит к двери и прислоняется ухом, пытаясь понять, кто же таки. «Уборщица…» — облегченно вздыхает, слыша, как она здоровается с постояльцами соседнего номера. Блондин открывает дверь и мягко улыбается: — Доброе утро. — Доброе утро, господин, — отвечает женщина, протягивая ему чистые полотенца. Итэр пристально наблюдает за этой раздражающей его картиной. Какая-то женщина посмела общаться с его Альбедо, ещё и улыбаться ему. Она должна исчезнуть. «Ненавижу… ненавижу… ты должен смотреть только на меня… только я могу смотреть на тебя… ненавижу…» Дверь закрылась, и Альбедо прошёл глубже в номер. — Зачем ты улыбался ей? — сквозь зубы шипит Итэр. — Что? — Альбедо кладёт полотенца на стол. — Это просто вежливость. — Она не заслужила твоей доброты, Альбедо. — Я просто был с ней вежлив, слышишь? Ничего такого. — Ты должен смотреть только на меня! — громко выпаливает студент, выскакивая с места. — Убью ее! — Подожди! — Альбедо одёргивает юношу на себя, за что сразу же получает сильную пощечину. Ступор. Он прикладывает холодную ладонь к горящей от удара щеке и вопросительно смотрит на Итэра. В голове хаос. Почему? За что? Ему совсем плохо… Альбедо делает неуверенный шаг назад, пошатываясь, и падает на колени. Он растерян и совсем сбит с толку. «Уже поздно… нет смысла бежать… поздно… всё будет напрасно… тебе уже не помочь…» — он смотрит в пустоту, продолжая сидеть на полу, приложив к щеке ладонь. — Что я наделал… как я посмел тебя ударить… я ужасен… мой милый Альбедо… я недостоин… я должен наказать себя… — Итэр растеряно осматривается по сторонам. Взгляд падает на ножницы, торчащие из бокового кармана дорожного рюкзака. Итэр берет инструмент в руки и присаживается около Альбедо. — Прости меня… прости меня… прости меня… — он крепко сжимает ножницы в руке и заводит руку вверх. — Прости меня… прости… прости меня… Резко и со всей силы он опускает руку, намереваясь воткнуть ножницы себе в ногу, думая, что так он сможет наказать себя за эту пощечину. Альбедо останавливает его буквально в миллиметрах. — Всё в порядке… — так тихо и мягко проговаривает учитель, уже забирая ножницы из чужих рук. — Но ты будешь наказан, Итэр. — Д-да… накажите меня… избейте меня… я не имею права прикасаться… не имею… — Тише-тише, — Альбедо кладёт руку на щеку Итэра и вытирает его слёзы. — Как наказание, этот день мы проведём с тобой так, как я скажу, хорошо? — Д-да… «Ты болен, Итэр… и тебе уже не помочь… но я всё равно люблю тебя…» Альбедо поднимается и утягивает юношу за собой: — Иди умывайся, я приготовлю нам чай и пойдём погуляем. ~ В мусорном ведре лежат пустые пластинки из-под снотворного и успокоительного. Альбедо надевает на покладистого и слегка вялого юношу белую рубашку, он смотрит Итэру в глаза и мягко улыбается. Тонкие пальцы застегивают маленькие пуговки, пока ровный и слегка холодный голос так умиротворённо что-то рассказывает, буквально погружая в транс. «Что за странное чувство…?» — Итэр ощущает себя как никогда вялым и апатичным, лишь только улыбка Альбедо хоть как-то пробивается сквозь серость этого мира. Юноша расслаблен и плохо понимает, что происходит. Он будто находится под водой, звуки почти не доносятся до него — лишь интонация и отголоски такого дорогого для сердца голоса. — А потом мы с тобой пойдём проводить закат… — продолжает говорить Альбедо, причёсывая длинные волосы и принимаясь собирать их в аккуратную косу. — Знаю одно хорошее место, откуда мы сможем насладиться всей красотой уходящего солнца… правда, оно за городом, так что придётся пройтись… Слова будто бы сливаются в одно длинное и непонятное. Итэр молча сидит, пытаясь выхватить из речи учителя хоть что-то. Его разум затуманен, такое состояние должно пугать, но почему-то эмоции напрочь отсутствуют. Альбедо завязывает резинку и перебрасывает косичку через плечо Итэра. Химик нежно целует юношу в шею и горячо выдыхает. На секунду тёплый воздух обдаёт бледную кожу, возвращая студента в реальность. «Что со мной? Альбедо? Где мы?» — успевает пронестись в голове, а затем мысли вновь канут в небытие. — Тебе спокойно? — полушёпотом спрашивает Альбедо, помогая юноше подняться на ноги. — Да… — Мне тоже, — он перебрасывает красный шарф, затем надевает светлую зимнюю куртку. — Пойдём, Итэр? — Пойдём… Его ладонь крепко сжимают и уводят за собой. Этот день будто бы вырван из реальности, он кажется ненастоящим и фальшивым, но таким приятным и до боли в груди спокойным. Они сходили в кино, на каток, прогулялись по Новогодней ярмарке, затем сели на автобус и выехали за город проводить рассвет. Альбедо присаживается на лавку на автобусной остановке, достаёт из рюкзака термос, наливает в кружку чай и протягивает Итэру. Юноша принимает, грея замёрзшие пальцы о горячую посуду. Впереди лишь дорога и большое бескрайнее поле. — Закат здесь будет поистине прекрасен, — так спокойно и мягко проговаривает Альбедо, подливая Итэру чай. — За нами кто-то охотится…? — неуверенно спрашивает юноша. — Нет, — пожимает плечами Альбедо. — А если и да, то не стоит об этом переживать. Я всё смогу уладить, доверься мне, Итэр. — Я… я тебя люблю… тебя одного… никому не позволю… никому… Альбедо… — мысли снова начинают путаться. Юноша опускает голову на плечо преподавателя, чувствуя сильную усталость и сонливость. — Итэр… что бы ни происходило с тобой, я люблю тебя и готов принять таким, какой ты есть… убил ты кого-то или нет, здоров ты или нет, поднимаешь на меня руку или нет… я приму тебя любого… и буду любить тебя любого… Я отлично понимаю, что поступаю неправильно, но я не смогу сдать тебя в полицию… не позволю, чтобы ты оказался в тюрьме… не отдам тебя никому… мы будем с тобой вместе до самого конца… — Обещаешь…? — Обещаю. — Я хочу спать… — его глаза медленно закрываются, а сил совсем нет. — П-поцелуй меня… пожалуйста… прошу тебя… пожалуйста… Альбедо аккуратно отстраняет юношу от себя и припадает к его губам. Поцелуй со вкусом слез и боли. Сердце преподавателя сжимается, оно упорно не хочет того, что будет дальше, но разум продолжает твердить, что другого выхода нет. Больно. Поцелуй со вкусом спокойствия и счастья. Итэр слабо улыбается, он чувствует себя так тепло и уютно. Сегодня он сам не свой, сегодня с ним будто что-то не так, но ему так нравится, что Альбедо рядом, заботится, держит за руку, принимает его. Счастлив. Чувствуя, как тело Итэра расслабляется и слабеет, преподаватель вновь вздыхает. «У меня нет другого выхода… просто нет… я не могу поступить иначе… не могу…» — мысленно твердит сам себе, поднимая спящего юношу на руки. Каждый шаг даётся с трудом. Альбедо медленно перебирает ногами, неся на себе Итэра, сгибаясь под тяжестью чужого тела, он продолжает идти, постепенно приближаясь к железнодорожным путям. Преподаватель смотрит на часы — уже скоро здесь пронесётся скоростная электричка. — Прости, что не спросил твоего мнения… — Альбедо укладывает спящего юношу на рельсы. — Это единственный стопроцентный способ, который пришёл мне в голову… я просто не вижу другого выхода… не хочу, чтобы невинные люди продолжали умирать… В очередной раз вздохнув, он в последний раз смотрит на ярко-оранжевый закат. С уст слетает слегка истеричная усмешка. Парень опускается на колени и ложится вместе с Итэром. Он держит спящего, из-за снотворного в чае, студента за руку и закусывает губу. Ледяные железные рельсы уже дрожат, сообщая о приближении поезда. — Люблю тебя, Итэр… Стук железных колёс. Мгновение. В этот день закат приобрёл кроваво-красные оттенки.