Оставь себе разочарование

      Рита обрадовалась, что Арт сам предложил набирать текст, а то работать с чужим железом ей никогда не нравилось. Пока разберешься в самих буквах и в их расположении на клавиатуре, пока разберешься с грамматикой и построением речи, чтобы не казаться необразованным человеком (хуже могли быть только языки, которые после набора предложения менялись, сбивая с толку). Проще было читать уже готовый вариант. И то, только тогда, когда языки хоть, как-нибудь совпадали.       Вначале Рита замялась, не зная, как обратиться к патрульному ЦИМа, которого она, по правде говоря, ни разу в лицо не видела. Ей был известен только адрес и позывной. К тому же, человек совершил мелкую глупость, по которой его узнают не только свои, но и возможные конкуренты: он сфотографировался с амулетом на шее. Именно эта деталь и заставила её задуматься, стоит ли обратиться к нему напрямую или посредством иносказаний, чтобы узнать, не угодил ли он в ловушку. В этом и крылась основная проблема, они могли не понять друг друга. Дополнительная проблема заключалась в том, что все его ответы могут уже быть под контролем. Впрочем, и сам патрульный может думать так же по отношению к ней. Рита усмехнулась, вспоминая слова Лавра, «Паранойя это второе имя отдела, а первое и так у всех на слуху — безбашеность». И будучи частью именно этого отдела, она не собиралась отступать, просто так, бросив союзника, не узнав, всё ли с ним в порядке и не нужна ли ему помощь. Для начала нужно представиться, назвать свой позывной, вдруг он мог его слышать, потом упомянуть имя главы отдела искателей. По сути, Глеб должен отписаться, реагируя именно на первые строчки, а именно потребовать доказательств, подтверждающих личность. Мало ли кто мог писать. Вторую часть можно написать от балды, вполне сойдет вежливость с подтекстом. Примерно, вот так:       «Прошу прощения, что для личной встречи нет возможности, и мне приходится использовать, — тут ей пришлось использовать подсказку самого Арта, как стоит написать правильно, потому что ни посторонним, ни свидетелем он отказывался быть, — чужой акаунт. Спешу сообщить, что этой ночью, при пересечении границы, мною было замечено магическое воздействие первого порядка. Мне сообщить об этом или сам справишься?»       Ответ пришел буквально через минуту. И в нем не было ни слова о подтверждении.       «Не стоит беспокоиться, всё под полным контролем. Сообщи, где находишься, чтобы мы могли убрать свидетеля».       — В каком смысле убрать? — забеспокоился Арт.       — Обычная практика, значит стереть память о встрече. А чего это ты разволновался, ты же всё равно не веришь?       — Ты мне зубы не заговаривай, слова убрать и стереть имеют абсолютно разное значение. И я не собираюсь сообщать этому типу, где мы находимся.       — И не нужно. — Рита сама понимала, что теперь это будет глупостью. Слова «Всё под контролем» и «Мы» не могли принадлежать их наблюдателю. У него нет полномочия и средств для стирания памяти свидетелям, да и контролировать он ничего не может, он только наблюдает, сообщая им о нарушениях. А если сообщений о нарушениях не поступало, было несколько вариантов объяснений. И Рита решила их уточнить. — Напиши, «Смотрю новости, безобразия происходят уже месяц, как это понимать?» Сообщение ушло к адресату.       — И что дальше? Об этом ты и в первом письме могла спросить.       — Могла, а ещё могла спросить о внезапно появившихся летающих машинах, что теперь очень ограничат наши передвижения по городу.       — Что значит, «наши»? — поинтересовался парень.       — Не бери в голову. Твои шансы стать нашим, теперь равны одному из ста.       — Я не собирался…       — Вот и правильно.       Следующее сообщение было немного другим.       «Согласно директиве, мы не вмешиваемся во внутренние дела государств. Местные власти сами разберутся с этим временным феноменом. Я же не мог вовремя сообщить, потому что делал себе пропуск».       Опять это «мы» вместо полноценного названия организации. И причем тут «государства», если этот город принадлежит стране? Это отнюдь не ошибки переводчика, ведь Глеб местный. А так же оговорка, что «феномен» временный.       — Вот, сволочи, они в сговоре.       — Ты чем? Тут о сговоре ни слова.       — Надо уметь читать между строк. Эти маги, как-то сумели договориться с властями и находятся тут на законных основаниях. И это точно не наши люди, о таких масштабных операциях обычно предупреждают, чтобы мы не мешались и не попали из-за них в неприятности. Замечательная ловушка, и он не в силах нас о ней предупредить.       — То есть, как не в силах? Мы же сейчас с ним общаемся.       — Вот именно, и общаемся мы на расстоянии. А что было бы, если бы пришли к нему домой? Так, пиши, нахожусь недалеко от твоего дома, нашла способ, как преодолеть это препятствие, не привлекая внимания властей, но нужна твоя помощь. Ничего не имею против твоего мира, но мне здесь не нравится. Где можно безопасно переждать положенное время до открытия границы?       За тем, чтобы написать адрес дома пришлось поторговаться. Арт ни в какую не хотел его вписывать, собственно Рита его понимала, сама же говорила, что он заинтересовал таинственную организацию.       — Увы, ничего не поделаешь, я застряла именно в твоем доме. Но я вполне могу подождать его внизу в подъезде, после того, как ты уйдешь в школу.       — Я не учусь, я уже работаю, — с вызовом поправил он её. — И не желаю участвовать в ваших играх.       Рита сначала посмотрела на него с сомнением.       — Всё зависит от того к кому ты попадешь первым. Я же говорила, они не будут спрашивать твоего согласия?       — А вы будете?       Рита ответила не сразу.       — Обычно спрашиваем.       Кроме тех случаев, когда способность действительно редкая. Или когда человек представляет опасность для общества, или когда человек предмет торга, или когда он преступник. Тогда вообще ни о каком согласии и речи не идет. Единственный шанс для Арта избежать своей участи, это потерять способность, но в нём же крылась и загвоздка. Рита заметила, что когда она с ним разговаривала о магии, его способность действительно ослабевала, и дальше хватило бы одного сильного потрясения, чтобы она пропала, вот только было одно «но». Как только парень с головой погружался в мир сети, его способность усиливалась. То есть, как антимаг он довольно слаб, всего лишь метр, полтора зоны воздействия. Он как маятник, то пытается поверить, то полностью отрицал даже свою попытку. Очень противоречивый человек. Помогал людям, но отрицал свою помощь.       — Можешь не волноваться и идти на работу, я не расскажу о тебе.       — Почему?       Что и требовалось доказать.       — Ты во всем ищешь логику? Будем считать, что я тебя пожалела. Ты и так одинок, без поддержки семьи, я не заметила ни одной семейной фотографии, да и квартира пропитана только твоим запахом. Я постараюсь, чтобы на тебе вообще внимание не акцентировалось. Скажу, что сама использовала твой комп, ноут, или как ты там его называешь, пока ты спал.       — Но ты же не умеешь им пользоваться.       — А кого это волнует? Ох, точно, добавь к списку время встречи, чтобы вы уж точно не пересеклись. Когда там тебе выходить? В половине девятого? Напиши встреча на девять, и ещё, добавь, что приютивший человек добровольцем не был, он даже не подозревает о случившемся. Всю ночь проспал под действием транквилизаторов. Что, по сути, правда, Рита кроме физической силы воспользовалась и давешним стрекачом, чтобы парень не проснулся раньше времени, пока она будет ходить на разведку. Которая впрочем, провалилась. Если в образе человека, её только останавливали, то после превращения, стали сразу стрелять. Пришлось вернуться, периодически прячась в подвалах или за каменным ограждением. Один, два двора ещё можно было так пересечь, а чтобы попасть в на следующую улицу, нужно было перейти открытую местность. К тому же очень мешал передвижению магический туман. И маги, которые объявились ближе к утру, когда начало светать. Особенно уделили внимание всем домам, что находились во дворе. Что означало, они подошли очень близко. Но как говорил Саррит, всех людей не защитишь, кого-то придется бросить.       Вот только Рита не желала бросать дело на самотек, если существовал хоть малейший шанс выбора. Тем более, если он тесно пересекался с заданием.

***

      Её слова об отсутствии поддержки со стороны семьи, меня задели. Правда всегда имеет свойство ранить. А ведь у меня вполне могла появиться семья, даже документы для усыновления готовили. Только у меня тогда уже появилась своя цель, и обретение семьи, ей противоречило. Значит, и сожалеть не о чём.       Ответ пришел сразу и уж больно короткий.       «Отлично жди гост».       — Что, это значит, гостя? Или гостей?       — Значит, что ему кто-то не дал дописать, — Рита выглянула в окно и сжала что-то в кулаке. — А выбора, похоже, не остается. Посмотри, это случайно не органы правопорядка подъехали?       Во дворе и в правду, стояло два патрульных фургона. Рядом с ними полицейские и два моба, летящих к нашему окну, Рита его поспешно зашторила.       — Значит, их имел в виду твой знакомый? Мне кажется, он тебя сдал, — блин, что я несу? Если полиция второй раз меня задержит, на всю мою электронику навесят маячков, как на блох на сурее. Как я тогда смогу развиваться?       — Или он с самого начала общался с нами под присмотром, — возразила Рита.       — Почему ты говоришь «мы»? Я же ясно дал понять, в вашей игре не участвую.       — О твоем добровольном участии ещё рано судить. Потеряешь способность, тогда и будешь права требовать.       — Как я её потеряю? — видимо адреналин ударил мне в голову, я едва на крик не сорвался. — Если не понимаю, что ты имеешь в виду.       — Не знаю, притворись, что ты находишься в игре и поверь хотя бы в неё, или твоя рациональность не позволяет тебе фантазировать?       В дверь вежливо постучали.       — Артём Михайловский, откройте, полиция.       — Основания! — крикнул я через весь коридор.       — К нам поступило сообщение, что в вашем доме скрывается нелегал.       — Какая интересная формулировка, — прокомментировала Рита. — Похоже, эта телега за мной приехала. Иди, открой, всё равно ведь не отстанут.       — Но как же? Они тебя…       — А это уже мои проблемы.       — Не открою, — опять, этот выбор. Между правильными и навязанными законами.       — Не будь дураком.       Как бы я не терзался, а открывать всё-таки пришлось. В квартиру вошли двое, человек в полицейской форме и моб. Один остался со мной, второй полетел дальше, сканируя всё подряд.       — Вы временный квартиросъемщик Артём Михайловский?       — Я, а вы перед собой ещё кого-то видите?       — Не ерничайте, молодой человек, иначе пойдете по статье, как нарушитель. Вы чего так долго не открывали?       — Спал! — ляпнул первое, что пришло на ум. И почти не соврал, до моей обычной побудки оставалось буквально полчаса.       Из кухни донесся грохот упавших стульев, а может даже и стола. А ведь именно на столе я оставлял перком, поэтому, страшась самого ужасного, не раздумывая, кинулся на звук.       Первое, что бросилось в глаза, были опрокинутые собственно стол и стулья. Второе, что мой перком спокойно лежал на подоконнике, после чего я выдохнул с облегчением, а сзади раздался звук падения тела. Не может быть, она опять это сделала, вырубила патрульного и что-то мне подсказывает, что и моба постигла та же участь. И как я теперь должен это объяснять?       — Интересная вещица, — задумчиво произнесла она. — Это именно её ты на мне применил? Как долго она действует?       — От часу до трех, зависит от силы заряда и от восприимчивости.       — Отлично, — она подошла ближе, а у меня по коже пробежался табун мурашек от предчувствия чего-то нехорошего. — Ты ведь не хочешь, чтобы тебя подозревали?       — Что ты имеешь виду? — я непроизвольно стал отступать, видя, как она вертит стрекач, словно нож. А потом и вовсе попытался отскочить от неё, но заряд догнал меня в прыжке. Левая нога перестала слушаться, будто в неё ваты напхали. — Ты что творишь?       — А на что похоже? Что на тебя и этого представителя органов напал неизвестный и убежал в неведомом для тебя направлении.       — От удара стрекачом, человек не лишается сознания, он всё слышит.       — А ты думаешь, мне об этом не известно? — она навела стрекач на правое плечо. — Лежи спокойно и никуда не двигайся.       Зачем она сказала эту глупость, я и так не мог двигаться, не говоря о том, чтобы куда-нибудь ползти.       — Вот такая твоя благодарность? — зло выкрикнул ей в спину.       Рита обернулась.       — Я умею быть благодарной, но сейчас не время и не место.       Она ушла, оставив двери распахнутыми.       Так беспомощно я себя никогда не чувствовал. Всего-то проявил доброту и приютил странную девчонку. Теперь из-за этого мог угодить в тюрьму, лишиться работы, и даже из квартиры могли выгнать. Всего, чего я так упорно добивался, может рухнуть. На лестничной площадке послышались голоса двух людей. Вот и подкрепление пожаловало.       — Кажется, она была здесь.       А может и не оно, в квартиру вошёл человек в тёмном плаще, достигающем пят и с длинными спутанными космами.       — Точно, смотри даже свидетель остался, — непонятно чему обрадовался он. — Сейчас я всё выясню.       — Выясняй, а я пойду, посмотрю наверху, — отозвался второй собеседник, так и не показавшись.       — Ты смотри там осторожней, — обратился вошедший в дверной проём, — если что, зови.       — Сам зови, — огрызнулись ему в ответ.       — Ну что парень сам всё расскажешь или придется применить силу? Люди становятся такими смешными, когда её видят.       — Не понимаю о чём ты.       — Какие все стали непонятливыми, — притворно огорчился он, поднял стул и сел. — Вам постоянно надо демонстрировать кто тут главный. Смотри.       Он поднес руку к моему лицу. Прошла минута, а ничего так и не произошло.       — Не получается? — спросил я насмешливо. Похоже, ко мне пожаловала вторая сторона, которая верит в магию.       — Быть не может, — человек вытащил из-за ворота рубахи горсть побрякушек и удивился. — Разряжены. Вот так удача. А мы всё гадали, чего она так шифруется.       Он тут же выбежал на площадку и позвал своего товарища.       — Эй, Рэйд, возвращайся. Я его нашёл.       Я досадливо поморщился. Похоже, меня оставлять в покое не собирались.       — Давай, парень, рассказывай, куда она подевалась.       — Она меня бросила, разве не видно?       — Ты парень не дерзи, — он поднял меня за ворот рубашки. — Ты не в том положении, чтобы дерзить. В последний раз спрашиваю, где прячется эта цимка?       Жесткая ткань больно впилась в шею, и я попытался рабочей рукой ослабить хватку, но он не дал этого сделать, перехватив руку.       — Ну? — он приблизил лицо, мне в нос ударил запах какой-то кислятины.       — Иди в…отхожее место и утопись.       — Да ты совсем без царя в голове, малый, — опешил человек. — Я тебя быстро научу, как меня уважать.       — Сначала одеваться научись, — меня уже несло, как поезд без управления. Чем дольше мы тут находимся, тем больше вероятность того, что полиция нас застанет. О том, что они могли быть в сговоре, я старался не думать.       Он отшвырнул меня в сторону.       — Хватит, мне надоела твоя болтовня.       Резкая боль в позвоночнике и онемение всего тела дали понять, на мне использовали стрекач в режиме максимум. Теперь от меня абсолютно ничего не зависело.       — Где носит этого Рэйда?       Я ощутил давление на руке, потом на животе, в голове зашумело, а веки непроизвольно открылись. Оказывается, меня перекинули через плечо, собираясь таким образом транспортировать. Как жаль, что я в туалет уже сходил, а то оставил бы ему сюрприз. Стрекач штука пусть и коварная, но гуманная. Приводит в состояние желе только мышцы, и блокирует нервную систему, отрезая её от мозга, всё остальное, пусть и слабо, но продолжает функционировать. Иначе человек попросту перестал бы дышать. Впервые увидев эту вещь, я заинтересовался, каким образом его тестировали, но к моему удивлению, информация оказалась засекреченной. Это было моим самым первым интересом в сетевом мире.       — Далеко собрался? — услышал я голос Риты, доносящийся сверху.       — Ты! — мой похититель резко обернулся и витиевато выругался, увидев что-то не доступное мне.       — Положи парня на пол, иначе я твоему напарнику шею проткну. Всегда хотела знать, как у вас это оружие называется. У нас перышко. Похоже, не находишь?       — Только попробуй и тебе самой не жить.       — Вы такие предсказуемые, даже в своих угрозах, всегда ходите на задание двойками. Один прикрывает, второй нападает или спасает.       — Если не ошибаюсь, у вас такая же система. Даже странно, что ты одна.       — Удивительно, не правда ли? — было не понятно, на какую из реплик она так ответила. — А теперь вопрос, чем ты готов пожертвовать, напарником или заданием?       Кто-то захрипел.       — Не подсказывай! — ответила хрипящему эта… девочка.       Давление на живот прекратилось и дыхание на миг сбилось, походу, меня не просто положили, а буквально сбросили на пол.       — И как будем теперь обмениваться? — в голосе человека скользила насмешка и превосходство.       — Ты прав, надо уровнять шансы.       Звук работающего стрекача я не спутаю ни с чем. К нему присоединился звук падения, и меня придавило чем-то тяжёлым.       — Теперь даже можешь выбирать, кого тащить.       — Я тебе это припомню, — зло засопел человек. Тяжесть с меня убрали.       Послышались удаляющиеся шаги с одной стороны и приближающиеся шаги с другой. Меня перевернули на спину и подтащили к стене.       — Ну, немного времени я нам выиграла.       У меня в голове крутилось много вопросов: «И почему она вернулась? И почему поднималась наверх? И что вообще происходило?» — но задать их был не в силах.