Оставь себе разочарование

      Меня всего трясло. Я не мог поверить, что это произошло со мной. Что я сам, своими руками, уничтожил свое будущее.       — Ты чего трясешься, будто сел на оголенные провода?       Я повернул к ней голову, только сейчас заметив, что она уже вернулась.       — Йо, да у тебя такое лицо, будто тебе сообщили, что нашлись твои родители, только сегодня же они успели и помереть.       На какой-то миг я окаменел, не в силах поверить, что она могла такое сказать.       — Забери свои слова обратно, — мое лицо исказилось злостью.       — Вот так лучше, опять на человека стал похож. Что случилось, что тебя так накрыло?       — Ничего! Сам разберусь.       — Ну, сам так сам, я не настаиваю. Только не делай, пожалуйста, такое выражение, будто собираешься свести счеты с жизнью. Не люблю, знаешь, самоубийц.       — Я не собирался… И вообще, не тебе понимать мотивов таких поступков.       — Куда уж мне, — Рита как-то демонстративно сжала поврежденную руку в кулак.       Около минуты мы молчали, меня потряхивало.       — Меня отводили на допрос, — скорбно признался я.       — И только?       — …с использованием детектора лжи.       — Ум-м.       — …и я всё рассказал.       — И стоило из-за этого переживать? Ты же ничего противозаконного не сделал.       — Ты не понимаешь, — опять я перешел на повышенный тон. — Я был вынужден всё рассказать. Всё, понимаешь?       — Нет! — она заложила руки за голову и легла на койку, сколько хватало места.       — Я же был на улице в комендантский час. Между прочим, не один раз. Мне даже пришлось рассказать о связях с другими хакерами и выдать тайник с программами.       — И из-за этого ты решил, что твоя жизнь превратилась в «ничто»? — зевнула она.       — Поверь, это ещё не самое худшее, что может с тобой произойти.       — Что может быть хуже этого?       — Ну, например…– Рита резко встала и потянула носом. — М-м, пахнет курочкой. Как думаешь, это нам несут?       Я как-то забыл, что она со вчерашнего дня, ничего кроме чая, не ела. Дверь отрылась, и тот же усатый полицейский, принес миски с кашей политой подливой. Он окинул помещение всё тем же хмурым взглядом, словно проверял, не сломали ли чего задержанные, положил миски на стул и ушел.       — Не иначе из полицейской столовой доставили, — Рита первой подхватила угощение и подала мне. В подливе, действительно, плавали кусочки какого-то мяса.       — С чего бы это? — не поверил я в такую возможность.       Но Рита меня не слушала, во всю уплетая порцию.       — Каша так себе. Курочка умерла не вчера, но вкушать пока можно. По крайней мере, лучше порошка. Ты чего не ешь?       …Приближался вечер, а нас так и не выпустили. Никогда не понимал, зачем оставлять человека в камере комнате предварительного заключения на всю ночь, если уже всё выяснилось? Рита спала на одной из коек, а я никак не мог найти себе места. Может попробовать сбежать? Ночью дежурит только пара полицейских. Оглушить их, забрать, а лучше удалить свои данные, найти Мимикрию и примкнуть к ней. А что мне оставалось? Нет, это лишено смысла, она никогда не связалась бы с тем, кто провалился. Неужели мне всю жизнь придется волочить жизнь обычного офисного работника? Копить на пособие, брать кредиты и влезать в долги, чтобы прокормить семью? Я встряхнул головой, прогоняя чужие мысли, будто всем недовольный Арсений меня ими уже заразил.       Наверное, я слишком много хочу. Жить и обычной жизнью, и теневой, не решаясь сделать выбор в пользу чего-то одного. Или может, украдкой взглянул на девочку и к горлу подкатил неприятный комок, присоединиться к кому-нибудь из них? Но мысли в этом направлении ворочались плохо, я просто очень смутно представлял, что меня в таком случае ждало. Их «разговоры» не дали четкого представления…       — Просыпайся, за нами пришли, — услышал я громкий шепот у самого уха.       — Что? — в темноте рассмотреть её лицо не получилось, зато близкое присутствие ощущалось превосходно. Она едва не прилегла на меня.       — Тсс, — мне зажали рот. — Не дергайся и всё будет хорошо.       Что она имела в виду, прояснилось очень скоро. Двери слегка приоткрылись, свет от фонарика заметался по комнате, отыскивая обитателей, и остановился, глядя на нас своим огромным немигающим глазом.       — Ну, вот мы опять встретились. Не ожидали?       Судя по голосу, это был тот самый патлатый тип.       — Почему это не ожидали? — Рита поднялась, фонарик дрогнул. — Сам видишь, не спим, ждем.       Я потянулся.       — Что это его среди ночи притащило?       — Нас похищают, — пояснила Рита.       — Да? А он сам справится?       — Нас двое, — хрипло, возразил похититель.       — А, ну тогда всё честно, — ответил я, зевая.       — Тебе, что, всё равно, что тебя похищают? — удивилась Рита.       — Мне надоело вам потакать. Хочется, чтобы побыстрей закончилось эта катавасия и меня оставили в покое.       — Хватит болтать, — не выдержал патлатый. — Выходите, только по одному и тихо.       — А то что, церберы проснутся?       — Не надейся, не проснутся, — стоило мне пройти мимо него, как руках ловко защелкнулись силовые наручники. Второй человек тоже был тут или это уже другой?       — Тогда зачем быть тихими?       — Парень, ты специально нарываешься? — рассмотреть второго «мага» мне так и не удалось, но судя по мелькающему силуэту, у него на голове была целая копна. — Топай, давай.       Когда мы проходили мимо приёмного отделения, заметили, что один полицейский спал на столе, в дежурке, а другой тут же, на стульях. Судя по позе, его туда уложили.       — А мобов тоже усыпили? — удивился я, обернувшись, и вздрогнул, увидев владельца копны. Рослый тип с квадратной рожей, это его что ли Рита столкнула с лестницы? Да она рядом с ними как цыпленок, откуда у неё могут быть такие силы?       — Если не заткнешься, тебя тоже усыпим.       — Вряд ли, — засомневалась Рита, идя впереди меня, — если до сих пор этого не сделали. А то потом мучиться придется, тащить нас через весь город на своих горбах. Её выпад они проигнорировали. Может быть по тому, что буквально у входа стоял минибус.       — А что маги уже разучились на метлах летать?       — Тоже мне шутник, залезай, давай, — приказал Копна и продублировал приказ грозным взмахом импульсника. Так что заднюю дверцу минибуса пришлось открывать самостоятельно, а так же забираться в него. Как оказалось, внутри ничего не было, даже бортов от колес, на которые можно было бы присесть. Нижняя часть стенок находилась под уклоном, да так, что ровного пола оставалось до неприличия мало. Отсутствующие окна, насторожили не меньше. — Ща мы тоже шутить начнём.       Зловеще пообещал он и захлопнул за нами дверцу. Стало темно.       — Что-то мне подсказывает, — озвучила мои опасения Рита, — что транспортировать нас будут очень не аккуратно.       Как же она оказалась права. Каждый поворот, резкие остановки и дерганые старты, всё это я ощутил сполна. Казалось, отбил себе все локти и колени, пару раз даже головой приложился, пока не догадался просто лечь на пол. Меня тогда лишь перекатывало. Что странно, с самой Ритой я так ни разу и не столкнулся. Зато услышал звук прыжка, прежде чем на очередной остановке открылась дверца.       — Замечательно прокатились, нужно будет повторить, — бодро произнесла она. Странно, я точно помню, что кроме люка там не было ничего, за что можно ухватиться. А со связанными руками, тем более.       Выгрузили нас в каком-то лагере, причём средневекового колорита. Старинные ручные фонари и факелы с живым огнём, находились в самых неожиданных местах, на деревьях, на кольях, картинно подсвечивая всё мало-мальски ценное, даже маленький сарайчик. Ещё было несколько костров на открытом воздухе с черными от копоти казанами, а так же одежды, оружие, повозка и та присутствовала, и только походные палатки с бусом не вписывались в созданный антураж.       — Смотри!       Рита толкнула меня в бок и указала головой, куда следует смотреть. Возле одной из палаток сидел знакомый нам по фотографии Глеб. Вживую он оказался субтильным и забитым. Нас он тоже заметил, но не стал подходить, а только отвел взгляд. Да, именно так и ведут себя предатели, боятся смотреть в глаза.       — Не хочешь ему врезать разок? — прошептала Рита, буквально мне в ухо. — Пока есть такая возможность. А этих двоих я отвлеку.       Она будто мне в душу заглянула. Кивнул, хорошо, пусть отвлекает.       Если раньше я думал, что странными типами были наши похитители, то сейчас имел возможность увидеть по-настоящему странного человека. Его прическа напоминала шипы, морда была разрисована темной краской, как у коренных жителей Аурелии, на шее болтались бусы, очень достоверно имитирующие клыки, а кулак такой, что живо представилось, как с помощью него одним ударом убивают пса сторожевой породы.       — Сейчас! — не дала мне времени на сомнения Рита, одновременно пиная одного похитителя локтем в живот, а второго сбивая с ног подсечкой. Если бы сам не видел, ни за что не поверил. Сначала, я дернулся в сторону буса, и заметил, что человек с «ожерельем», огромными прыжками бросился мне на перехват, чтобы значит отрезать от транспорта. Со скованными руками было неудобно бежать, но я очень старался. Успел высчитать на максимально короткое расстояние до нужных палаток, и резко поменял направление, когда достиг нужной точки. Через минуту буквально врезался в Глеба, вцепившись в одежду и повалив на землю. Прежде чем меня от него оторвали, успел нанести два полновесных удара, от остальных он прикрылся. Тогда подключил к бою ноги.       — Хватит!       Меня отшвырнули в сторону.       Что-то мне подсказывало, что нас не очень-то спешили оторвать друг от друга.       — В яму его, — скомандовал человек гора, именно он меня оттащил.       — А этого?       — Туда же, — после секундной задержки произнес он. — Пусть там свои отношения выясняют. А я пока развлекусь с оборотнем.       Кого это он имел в виду?       Глеба и меня повели куда-то за палатки, а я всё оглядывался, пытаясь найти Риту. Похоже, она осталась на прежнем месте.       — Милости просим, — глумливо произнес сопровождающий, остановившись около ямы, закрытой решеткой, сквозь которую мог протиснуться лишь трехлетний ребёнок. В углу имелось немаленькое отверстие с тяжелой даже на вид металлической крышкой. К сожалению, слабый свет не давал рассмотреть какая в яме глубина. — Прыгайте!       — Вы шутите? — я отстранился. — Вы совсем, что ли заигрались?       — Иначе сбросим, — пригрозил второй.       Глеб не стал искушать судьбу, спрыгнул первым, а меня зачем-то придержали.       — Вы хоть руки парню освободите, что ли, а то убьется, — послышалось из ямы.       — Конечно, конечно.       Наручники тут же отщелкнули, чтобы замкнуться у меня за спиной.       — Эй, вы чего, — запаниковал я, опасно повиснув над ямой, руки неприятно оттянули назад, а в спину уперлась нога. — Хватит, я сам спрыгну.       — Поздно, — засмеялись сзади, и отпустили, головой книзу.       — А-а, — вскрик получился коротким. Я приземлился на что-то мягкое.       — Поймал, — произнесло «мягкое» голосом Глеба. — Ты как, парень, в порядке? Не зашибся? Эй, ответь что-нибудь, а то я уже начинаю волноваться.       — Давай, пинай меня беспомощного.       — Зачем? Я тебе наоборот спасибо сказать хотел.       — За что? — я кое-как приподнялся и сел.       — За… — он умолк, так и не договорив, — в общем, есть за что.       — Ага, небось, опять какая-нибудь хрень магическая? Может, хватит вокруг меня тайны разводить?       — Так ты знаешь? — удивился Глеб. — Но как тогда…       — С вами только свяжись и не такое узнаешь. Что это?       Снаружи донесся гул голосов.       — Наверное, опять дуэль затеяли. Никакой фантазии у людей.       — Дуэль? — переспросил я, чувствуя неладное. — Кого с кем?       — Откуда мне знать.       — А ты напрягись, прислушайся. Тебе же лучше знать. И вообще, куда могли деть девочку, мы же вместе пришли, ты же видел?       Крики стали громче и радостней, но без возможности отличить отдельные слова.       — Наверное, в соседнюю яму.       — А если она одна из вас? — поделился я дополнительной информацией. — Как там Рита себя называла, поисковик, что ли?       — Может, искатель?       — Точно, искатель.       — Тогда дело и впрямь дрянь. Видел, у главного на шее трофеи висели? Так это он их сам надергал. Не повезло девчонке, бывает.       У меня волосы зашевелились на затылке, как только сравнил этого «главного» и её.       — Что ты несёшь? — если б не скованные руки, я бы его задушил. — Может, ей помощь нужна.       — Ей? Наша? Сомневаюсь, сама справится.       На эти слова сдерживаться не стал, ориентируясь на слух, двинул коленом. Попал, при этом сам не удержав равновесия, и закрепить успех не получилось. Глеб тут же навалился сверху, придавливая к земле, пресекая возможность продолжить.       — Побереги силы, неугомонный, возможно у тебя ещё появится шанс кулаки почесать.       Голоса набирали обороты, стали слышны отдельные выкрики: «Бей слева», «Ножом запрещено», «Песком запрещено» и снова смех. Разве во время дуэлей уместен смех?       — А возможно я ошибаюсь, — произнес, прислушавшись, Глеб, — и это не обычная дуэль, а вариативная.       — И чем же она отличается от обычной?       — Ну, обычной дуэлью считается та, где оба противника находятся на равных условиях. А при вариативной дуэли, одному из них, прямо во время боя придумывают ограничения, то есть с самого начала шанса выиграть нет.       — Тогда какой в ней смысл? — я задергался, пытаясь освободиться.       — В развлечении. А девчонка, оказывается, не проста. Долго с ней знаком?       — А сам? Она ведь одна из вас. Пусти.       — Никогда с ней раньше не виделись, — признался Глеб.       — Тогда почему ты поверил, что Рита одна из ваших?       — Ха! — судя по голосу, он улыбался, — так она пароль произнесла. Не волнуйся так, не убьют они её. Теперь точно, нет.       — Я даже не думал о таком, — поспешил отречься от подобных мыслей.       — Успокоился? — Глеб меня отпустил. — Когда меня поймали, я решил, что всё: конец уже близок. Даже если не убьют, а бросят, после того, как соберут трофеи, мне недолго останется работать, забракуют. И тут, внезапно, приходит ваше сообщение, веришь, у меня вновь возродилась надежда…       — Да, я заметил как ты «радовался» при нашем появлении.       — Так я не знал, что это будет ребёнок, — смутился Глеб. — Обычно среди искателей детей нет.       — А кто есть?       — Как сказать, — судя по всему, он собирался уклониться от ответа.       — Говори, как есть, — настоял на своём. — Мне надоели ваши недомолвки. Думаешь, они меня спасут? Или надеешься, что вас успеют освободить? А если нет? Я уже здесь, так что хватит увиливать. Я хочу знать, что за хня вокруг меня происходит. Почему, вы уверены, что от меня ничего не зависит?       Кажется, это подействовало, Глеб ответил очень тихо, наверное, надеялся, что я не услышу.       — Насколько я знаю, среди искателей преобладают оборотни, — он на минуту замолчал, — и вампиры тоже, — ещё минута молчания, — и те, у кого обнаружили повышенную регенерацию. Такие люди идеально подходят для прикрытия, а оборотни для поисков пропавших, ну как псы, понимаешь?       Опять повисло молчание, разбавленное раздражающим гулом-смехом. А мне почему-то вспомнились слова Риты и её отношение к шрамам. Неужели такая жизнь, полная опасностей, может нравиться?       — Ты почему не вопишь, что оборотней не существует?       — В игре существуют, — сидеть на голой земле мне надоело, и я поднялся. — Рита посоветовала представить, что я нахожусь в игре, и знаешь, — посмотрел на ночное небо сквозь решетку, — теперь мне не трудно это сделать. Всё слишком нереально, чтобы быть правдой. А в игре, как и любой игрушке, есть место для магии.       Глеб еле слышно икнул.       — Что она сделала?       — Дала мне шанс выбора? — я по-своему интерпретировал его замешательство. — А что ты надеялся, что отказавшись им служить, я стану служить вам? Уж лучше, потерять «способность», чем стать слугой, вот моё решение.       — У тебя не получится. Это способность, и она не зависит от твоего желания. Она не имеет ничего общего с материальным миром. Её невозможно потерять или отдать, просто потому, что человек так захотел.       — Посмотрим, — убеждённо пообещал я.       Тем временем голоса особенно громко завопили, как заправские болельщики, дождавшиеся финального гола. И зашумели уже по-другому. Не прошло и минуты, как над ямой появился их главный. Открыл крышку одной рукой, и рядом с нами плюхнулось ещё одно тело.       — Приятной регенерации, — пожелал он, крышка с грохотом упала на место.       — Какие у них все вежливые, аж тошно, — произнес новый жилец.       — Рита… — узнал я голос, но договорить мне не дал Глеб.       — Не стоит, — он силой утащил меня в противоположный конец ямы. — Оставь её в покое.       — Но…       — Спасибо, — поблагодарила она.       — С тобой всё в порядке?       Рита коротко шмыгнула носом и что-то сплюнула.       — Теперь, да. Ты такой заботливый, может тебе пора семью заводить? — и неожиданно перешла на деловой тон, обращаясь явно не ко мне. — Скольких они уже успели найти?       — Одного, он в соседней яме.       — Тогда, почему три ямы?       — Не знаю, я не имел возможности к ним подойти, чтобы посмотреть. Эти маги запретили мне выходить за пределы лагеря и помогать пленным. Могу предположить, что это ты надоумила парня на меня наброситься? Видел, как вы переговаривались. Благодарю, сам бы не смог освободиться.       — Я тоже решила, что ты не стал бы им помогать добровольно.       — О чем вы? — ненавижу не понимать, что происходит.       — О своем, девичьем, — и Рита неожиданно рассмеялась. — Хотела бы я посмотреть на лицо Кромиса, когда его новый трофей исчезнет.       Послышался звук нового плевка.       — Так он, правда, тебе выр…бил зуб, — не мог поверить я.       — Ага, ничего, — небрежно бросила девочка, — после следующей трансформации новый вырастет.       От её тона меня почему-то пробило на озноб. Вдруг стало неимоверно неуютно с ней в одной яме.       — Сегодня должна луна взойти, — зачем-то решил добить меня напоминаем, Глеб.       — Вчера она тоже всходила, но Арт ведь жив. Правда, тогда он спал, может, и сейчас уснет, чтобы не мешать?       Уснуть? Да после всего произошедшего я минимум сутки уснуть не смогу или вообще бессонницу заработаю.       — Зачем ты решилась на вариативную дуэль? — поинтересовался Глеб. — Она унизительна и не дает шансов на победу.       — А у меня шансов и так не было. Вы сами видели того бугая? Он одним кулаком может мозги вышибить. К тому же, такая дуэль, на мой взгляд, замечательная уловка, чтобы запомнится этим ребятам. И при следующей нашей встрече, они будут воспринимать меня не как врага, а как человека, который их развлекал. Да, Толевридз? — крикнула Рита наверх. — Не стесняйся, подходи, поприветствуем друг друга, мы же старые знакомые.       К яме и впрямь кто-то подошел.       — Как там Лепиота поживает? — спросила его Рита.       — Нормально. Ты зачем вмешиваешься?       — Я? Я не вмешиваюсь, это как обычно, случайность, — мне показалось, что Рита над ним издевается. — Ты же веришь в случайности? Может, освободишь? Случайно?       В прутья решетки что-то ударилось, разлетевшись ошметками. Шаги удалились.       — Бесится. От бессилия. Никак не может определиться.       — А ты что тут делаешь? — шуганул его голос главного.       — О, а вот и вождь возвращается, — невозмутимо обратила на это внимание Рита.       То, что вождь этой стаи возвращается, можно было услышать и без акцентирования на нём внимания.       Крышка опять поднялась.       — Ты, — гаркнул он, обращаясь к Рите. — Что это значит? Куда пропал твой клык?       — Испарился? Какая досада, наверно кто-то ошибся в выборе трофея.       — А ну иди сюда.       — Да, нет, это ты спускайся. Я же не могу, ручки-ножки болят, печаль беда.       — Рита! — нервно произнес Глеб, когда главный ушел, громко ругаясь. — Ты зачем провоцируешь Кромиса?       — Кажется, я догадываюсь, зачем, — мне показалось или действительно дно ямы мелко замерцало. Как при сканировании. — Это же…       Договорить я не успел. Чужая рука внезапно зажала мне рот, а пред лицом так же замерцали два янтарных глаза. У меня даже сердце на миг остановилось.       — М-м-м.       — Тсс, ты всё правильно понял, — прошептала Рита, — а теперь не шевелитесь и постарайтесь не дышать.       Снаружи, на грани слышимости, с неба, что-то посыпалось. В тишине отчетливо прозвучало тихое звяканье о решетку и мягкое падение маленького предмета в метре от нас.       — Мазилы! — Рита метнулась к предмету и вышвырнула его за пределы ямы. Раздался едва слышный свист.       — Это усыпляющий газ, и ещё кое-что, так что постарайтесь не дышать, — сообщила она. — Потерпите немного, если не хотите выпасть из дальнейших событий.       Я очень не хотел, даже глаза прикрыл.       Свист сменился вспышками по всей территории лагеря и какофониями взрывов тысячи петард.       Меня вздернули за шиворот и оттащили от стены.       — Стой тут. Газ опускается на дно по стенам.       — Это наши? — рискнул задать вопрос Глеб и я краем глаза увидел, что он ухватился за прутья.       — Сейчас узнаем.       Наручники распались, оставшись в виде браслетов.       — Ты тоже цепляйся. И можешь уже дышать.       А то я сам не догадался. Достать до решетки было плевым делом. Немного подтянулся и увидел, что замеченный мной сканер продолжает прощупывать местность, мерцая на поверхностях, как экран старого перкома.       — Вечная борьба магии и технологии, — прокомментировала Рита, со своей стороны держась за решетку ногами. Руками она пыталась приподнять крышку. — Ах, ты, тяжелая. А если так…       — А если я его сам открою, — над ней склонился незнакомый парень, над плечом которого висела яркая сфера, а у воротника была закреплена обычная полицейская рация.       — Чтобы я опять была тебе должна? — открестилась от его помощи Рита.       — А разве не ты хотела, чтобы тебя спасали?       — Мне хватит и того, что мне пришлось к тебе обратиться. Чего вы так долго?       Щуплый на вид парень, подозрительно легко откинул крышку, и помог выбраться, всем троим.       — Сначала добирался долго, потом заинтересованные стороны слишком долго согласовывали совместные действия и выгоды.       Он указал на группу людей в стороне. Невдалеке стояли полицейские машины. А по самому лагерю ходили не менее странные люди, чем до этого. Что-то носили, что-то проверяли.       — Пока они там договаривались, могли и опоздать, спящие уже сворачивались.       — Я видел, поэтому наплевав на приказы, пришел первым. А так, как я на вас не работаю, то и предъявить мне нечего, — фонарь парня отделился, как обычная походная камера, и полетел вперед, освещая другую яму.       — Получается, я тебе всё-таки должна? Опять?       — Закон подлости во всем своим великолепии, — очаровательно улыбнулся он.       — Когда же я, наконец, от тебя отделаюсь? — притворно огорчилась Рита.       — Когда перестанешь влипать в неприятности?       — А может у меня карма такая?       — Не стоит сетовать на карму, когда шило в одном месте.       — Ну, ты… Хоть кого-то удалось задержать?       — Как обычно, мелочь. Крупная рыба успела защититься и уплыть.       — Ну и скатертью им дорога.       — А, вот вы где, — к нам присоединился молодой человек в самом неуместном тут виде, в деловом костюме, с не менее нелепым держателем для галстука в виде ящерицы.       — Я рад, что ты невредима.       Да, вроде невредима, даже крови не было видно, хотя внешний вид намекал об обратном. К памятным мне дырочкам на рубашке, добавились многочисленные порезы, и напрочь отсутствовал один из карманов.       — Как у вас всё быстро происходит, раз, и никакого сопротивления.       — Это всё Макс, — указала Рита на нашего спасителя. — Ты сам, успел что-то предпринять?       — Само собой, — довольно усмехнулся присоединившийся к нам человек.       — Нашел ещё одного пленника, — сообщил в рацию парень, которого Рита назвала Максом.       — Вытащи его, там тоже газ скопился. И проверь третью яму, — мне показалось или Рита ему приказала?       — Всю работу мне оставляете.       — А как же, чья инициатива, тот горбатится.       — Тогда не обессудьте, если что-то найду, оставлю себе, как трофей.       — Он говорит, как мародёр, — заметил человек в галстуке, провожая взглядом парня.       — От таких людей лучше сразу откупаться, а то закабалят по самые гланды.       — По личному опыту судишь? — усмехнулся он. Его взгляд снова обратился на группу людей. — У меня складывается такое впечатление, что знакомить наше начальство не имело смысла с самого начала.       — Не удивлюсь. Они, уже сюда идут, сейчас будут нам раздавать пяльки, и давать по шапкам, за самодеятельность. Хотя что-то мне подсказывает, они сами специально тянули время, чтобы мы начали действовать первыми. Тебе так не кажется?       — Хн, а я ещё удивлялся, с чего именно меня послали допрашивать какую-то девчонку.       — Выходит, твое начальство сильно за…кадык держали, раз оно решило действовать нашими руками?       — Выходит…       В голове неуместно зашумело, все звуки и голоса, сначала отдалились, а потом и вовсе пропали. Меня захлестнула вся абсурдность сюрреалистичной картины. Мирная беседа на разгромленной поляне прошлого тысячелетия. Живой огонь факелов потухал, лошади рвались убежать, от приземляющейся летающей машины. То там, то тут, включались светодиодные фонарики, воткнутые, где попало. Между всем этим ходили люди в костюмах: кто в тройках, кто в камуфляжных. Где-то там, человек в балахоне, воздев руки к небу, посылал в ночную даль сотни тонких, поблескивающих от попадающего на них света, нитей.