Часть 9
24 июня 2022 г., 01:36
Истерика Гермионы была… шумной. Васин не понимал, в чем дело, пока девушка не наложила диагностические на него. Она некоторое время всматривалась в результат, облегченно выдохнула и расплакалась. Старлей порадовался тому, что сразу же отнес свою кудрявую в их комнату, ибо такое ее состояние вызывало озабоченность офицера.
— Они не настоящие, — сообщила наконец плачущая девушка. — Совсем не настоящие, просто твердые иллюзии, понимаешь?
— А я? — заинтересовался Васин результатами, так как думать о том, не иллюзия ли он, не хотел совершенно.
— А ты живой… — Гермиона вдруг округлила глаза и махнула палочкой. — Посмотри, пожалуйста… — жалобно попросила она.
— Сердце у тебя совсем нехорошо работает, — отметил старлей, после чего почесал свою копну, от которой просто мечтал избавится. — А так… могло быть хуже.
— Значит, я тоже живая, — выдохнула седая девушка. — А там все магглы были иллюзиями, представляешь?
— Надо продиагностировать наших… и Лавгудов, — задумчиво произнес товарищ старший лейтенант, хотя думать ему совершенно не хотелось. От такой информации начинала болеть кость, на которой носилась фуражка.
— Наши… — Гермиона вздрогнула. Отлично поняв, о ком говорит Гарри Поттер, она решительно поднялась с места. — Пойдем-ка…
Васину было нехорошо, боевым товарищам он верил, но… сути происходящего не понимал. Его кудрявая неугомонная поднялась, стерла рукавом слезы и двинулась в сторону выхода из комнаты. Она шла целеустремленно, накладывая колдомедицинские и какие-то очень специальные чары, офицером не распознанные, на все вокруг. У старлея появилось смутное ощущение того, что психика девушки могла и не выдержать. Тем не менее товарищ старший лейтенант поспевал за… хм… пожалуй, невестой, судя по развитию их отношений.
— Живые… Живые! — обрадовалась Гермиона, принявшись обнимать Юрку с Юлькой, абсолютно не понимавших, что происходит.
— Илюха, твоя случайно не того? — тактично поинтересовался товарищ прапорщик. — А то «психов» тут нет…
— Вот расскажу — у тебя подставка раскалится, — мрачно пообещал старлей.
— Какая подставка? — не поняла шутки кудрявая девушка. — Где?
— Под фуражку, — объяснил Полуэктов, понимая, что друг не зря выпал в такую степень удивления, когда уже начинаются необратимые изменения формы тела.
— А… — Гермиона помчалась дальше по коридору. — Привет, ребята, улыбнулась она, наложив чары на Невилла и Джинни. Все здорово, — но Илья видел, как замерла улыбка девушки, стоило прочитать ответ чар.
— Так, — твердо заявила тоже увидевшая разницу в поведении кудрявой Юлька. — Пойдем, расскажешь, что происходит.
Гермиона чувствовала себя опустошенной — все вокруг было специфической, но абсолютно точно твердой иллюзией. И дом, и случайно попавшийся домовик, и даже Невилл с Джинни. Это было просто непредставимо, девушка ощущала себя так, как будто сошла с ума. Ей помогало только то, что Гарри мягко улыбался и поддерживал ее. Старлей действительно мягко улыбался, потому что вместилище разума отказывалось обрабатывать информацию.
Рассевшись в комнате командира, то есть, в данном случае, Васина, Юлька вонзила в юношу требовательный взгляд, Гермиона приготовилась плакать, но сразу же передумала. Вот Гарри на ушко пообещал отшлепать — и девушка сразу же передумала, настраиваясь на конструктивный лад. Товарищ прапорщик с интересом смотрел на собравшихся, он мало что понимал, впрочем и не стремился, ибо «больше мыслей — меньше еды», как гласила армейская поговорка.
— Мы сегодня посетили родителей Мионы, — Васин погладил свою кудрявую девушку. — Вели они себя, как роботы. Равномерный шаг, безэмоциональный у взрослых и веселый у ребенка разговор. Гермиона наложила чары…
— Это иллюзии! Просто твердые иллюзии, как… как… как… Невилл и Джинни… — прошептала седовласая девушка. — Здесь вообще все иллюзии, кроме нас четверых.
— Ма… Пандора… Тоже? — с болью в голосе спросила Юлька, будучи мгновенно прижатой к боку прапорщика.
— Не смотрели еще, но… — Васин с сочувствием взглянул на лейтенанта. Беловолосая девушка всхлипнула и задрала голову, борясь со слезами.
— Значит так… — наконец произнесла она. — Чары снятия иллюзий есть?
— Есть, — грустно кивнула Гермиона. — Не самые простые, но есть…
— Хо-ро-шо, — проговорила Юлия Александровна, становясь офицером ПГУ. — Когда скажу, наложишь. Хоть немного еще бы почувствовать себя…
— Любимым ребенком, — понял Полуэктов.
Девушкам хотелось покоя, а жизнь подбрасывала им испытание за испытанием. Невилл и Джинни оказались иллюзиями, такими же, как и все вокруг. Васин снова почувствовал себя крысой в лабиринте. Очень хотелось изловить этих ученых и слегка их подсократить. Ощущение нереальности происходящего не свело с ума старлея только потому, что он был военным, а для военного сойти с ума технически сложно. По крайней мере, старший лейтенант Васин в это искренне верил.
***
Передвигаться решили вчетвером, чтобы выяснить, что на самом деле происходит. Васину казалось, что ответ надо искать в Запретном лесу, как и в прошлый раз. Юлька не хотела ничего решать, пусть иллюзии, что подтвердилось за обедом, при этом их еда была настоящей… То есть их четверых кормили настоящей едой с настоящими зельями, как удалось установить Гермионе, поэтому к десерту они вчетвером даже и не притронулись. Что это были за зелья, Васина не интересовало, в любом случае, произошедшее было актом агрессии. Несмотря даже на зелья, Юльке хотелось еще раз почувствовать теплые руки родителей тела. Сирота в ней была согласна на что угодно ради этих мгновений, но советский офицер понимала, что жить в плену иллюзий нельзя, даже если они самые красивые на свете. Даже самые яркие иллюзии не могли заменить реальной жизни, поэтому девушке было очень тяжело. — Предлагаю сходить в Запретный лес, — выдвинул свое предложение Васин. — Отделить зерна от плевел. — То есть поискать реальные объекты, — перевела для себя Гермиона. Ей было намного тяжелее, чем Юльке после увиденного. — Я согласна. Луна, ты как? — Я… Юр, реши за меня, а? — очень жалобно попросила очень уставшая от всего происходящего девушка. — Эх, родная моя, — вздохнул товарищ прапорщик, беря на руки сразу же попытавшуюся свернуться в комок девушку. — Когда это все уже закончится-то? На этот риторический вопрос ответа никто не знал, поэтому все четверо ненадолго замолчали. Обе девушки сейчас бы с удовольствием поплакали, но Гермиона, опасливо покосившись на Васина, решила этого пока не делать, а Юльке одной было не интересно. Решение было вполне логичным, другого не предполагалось и то, что военная девушка все еще подсознательно сопротивлялась, никакой роли не играло. Это понимала и она, и юноши. Из плена иллюзий надо было уходить в реальность, где бы она ни находилась. Ксено, который теперь уже никогда не станет папой, отсутствовал, а Пандора только хитро поглядывала на подростков. Природу этого взгляда Васин понимал — видимо, женщина ждала, когда сработают какие-то неведомые им зелья. Зелья могли быть очень разными, поэтому, связав Пандору заклинанием, он медленно подошел к женщине. Дернувшуюся Юльку заблокировал прапорщик. — Что за зелья были в еде? — спокойно посмотрел на даже не дернувшуюся твердую иллюзию женщины товарищ старший лейтенант. — Снотворные, — улыбнулась Пандора. — Вы бы ничего и не почувствовали. — Не почувствовали? Что? — удивилась Гермиона, не ожидая ответа, но Пандора ничего и не собиралась скрывать. — Когда я начала бы вас изучать, — ласковая улыбка совсем не вязалась с тем, что говорила Пандора Лавгуд. — Вы бы спокойно спали… И вам не было бы больно умирать. — Зачем? — тихо спросила Юлька, не желавшая верить в то, что слышала. — Вы другие, — убежденно заявила женщина. — Вас надо разрезать и посмотреть, как вы устроены! Это важно для науки! Следующие фразы товарища старшего лейтенанта переводу на английский язык не подлежали. Боцманский загиб, как и Петровский, кстати, очень плохо переводится на любые языки. Советский офицер изливал душу, вкладывая в то, что говорил, не только свою волю, но и, казалось, саму магию, отчего все вокруг сотрясалось, как при землетрясении. Оставаться в этом доме было нельзя, поэтому сразу же после того, как старлей закончил свою речь, четверо из шестерых тихо исчезли в вечернем сумраке. Юльку временами приходилось нести, потому что девушка была настолько шокирована свалившейся на нее информацией, что даже не всегда могла передвигаться. — Вскрывальщиков развелось, — бормотал под нос ошарашенный старлей. — Мы сами кого хочешь вскроем. — Илюха, девчонки такими темпами башни потеряют, — прокомментировал прапорщик. — Спокойно, десант, — хмыкнул Васин, поддерживая Гермиону. — Раньше или позже всех на чистую воду выведем. — И в сырой земле закопаем, — закончил улыбнувшийся Полуэктов. — Попроси зазнобу порт-ключи сделать, а? — Пора тебе очередное присваивать, — заметил старлей, — процент умных мыслей зашкаливает. Не перенапряги вместилище… — И тебя все тоже достало, — понял Полуэктов, подхватив Юльку, опять ушедшую в себя до потери равновесия.***
Девушкам было плохо. Не таким плохим становилось самочувствие, как внутреннее, душевное ощущение. Гермиона просто хотела лечь, и чтобы никто ее не трогал, аналогичные ощущения были и у Юльки. Впрочем, на порт-ключи кудрявая девушка расщедрилась, поэтому ночь встречали уже в Запретном лесу. Оставив было девушек на Юрку, Васин был вынужден вернуться, так как Гермиона, стоило ему отойти, сразу же начинала плакать. — Так, варианта у нас два, — произнес старлей, успокоив свою кудрявую, которую уже, пожалуй, любил. — Или сидим тут до утра, или идем парами и проверяем это дело до первых находок, если таковые будут. — Пойдем, Гарри, — вздохнула Гермиона, поднимаясь. Она была не готова провести всю ночь в страшном лесу, несмотря на наличие старлея. — А я что, рыжая, что ли? — Юлька резко поднялась с коленей Полуэктова. — Пошли вместе. — Правильная мысль, — кивнул Васин. — Двигаемся группой. Проверять решили, начиная от той точки, с которой началось путешествие по этому миру. Место «явления» привычно отметил прапорщик, поэтому обнаружить его было легче легкого. Вот от этого места по спирали и пошли. Настоящим оказалось дерево, стоявшее чуть поодаль. Старлей, повинуясь внутреннему ощущению правильности, прощупал дуб снизу и до куда хватило рук. — Так, — спокойно заметил он, когда часть коры прямо перед глазами распахнулась, открывая вполне узнаваемый экран и клавиатуру, очень отдаленно похожую на ту, что офицер видел в вычислительном центре одного очень хитрого института.
